sonder.

— ... По моим правилам! — некогда зелёные глаза временного духа потемнели, заливаясь алым оттенком, что подталкнуло Нэнэ на мысль, что это... ах, кровь? — Не стоит зазнаваться, временный дух, — перемена в характере Ханако была ощутима даже Коу. Его обыденная шалость, которая могла присутствовать даже вот в таких ситуациях, порой чересчур удивляла и бесила Минамото, несмотря на то, что Седьмой, пребывая даже с насмешливой улыбкой на лице, разбирался с проблемой за пару минут. Однако сейчас, почувствовав кончиками пальцев холод его слов, парень крепче сжал в руках свой посох, ожидающе наблюдая за действиями Ханако. — Тебе следовало бы отправиться на дальний берег. Туда, откуда ты и явился... — призрак взмахнул правой рукой, поведя кистью в сторону Ацуши, отчего одна из полупрозрачных сфер направилась в сторону временного духа.       Ацуши злостно рыкнул, не успев среагировать на скорость той самой сферы. Она словно взорвалась буквально в шаге от него, потому он закрыл лицо руками. Однако от имитированого взрыва устоять не смог — упал на землю, продолжая держать руки на уровне лица. Заметно пошатываясь, дух приподнялся на ноги, с явной агрессией осматривая явившихся сюда «гостей». Равнятся силой с Благородный Седьмым — себе же могилу копать, ведь, даже несмотря на то, что на своей грани он становился куда сильнее, Ханако в любом случае превосходил его в этом плане. Что дело касалось двух живых подростков, не по своей воле втянутых в сверхестественные ситуации. Экзорцист, который то и дело угрожающе зыркал на Ацуши, был не меньше, чем просто назойливая муха, что выбешивала своим присутствием. Его было легко прихлопнуть, забрав его душу вместе с собой на дальний берег. Девчонка, стоявшая так близко к Ханако, прижимаясь к его левой руке, дрожа от страха, что было видно по её удивительно слишком широким щиколоткам, была ещё слабее, чем парень, но, глядя на то, как Седьмой печётся о её безопасности, самостоятельно придерживая девочку одной рукой за плечи, Ацущи смекнул, что с ней будут небольшие проблемы... Правда её, как раз-таки, нужно было бы и прихлопнуть ещё в самом начале. — Кто тебя призвал, временный дух? — Седьмой продолжал давить на Ацуши, акцентируя внимание на обращение. Временный дух: чересчур обидно, даже если это является таковым. Ханако опустил руку, но продолжал также безэмоционально смотреть на Ацуши, который по-прежнему агрессивно оглядывал троицу. — Я отправлю тебя на дальний берег. Вы, временные, стали появляться здесь слишком часто. Вы лишь раводите беспорядок. Ясиро вздрогнула, почувствовав даже на себе такую опрометчивость слов Ханако. Это... Слишком жестоко. В памяти всплыл образ Энни, которая безнадежно пыталась доказать хотя бы тот факт, что она существует. Цукаса, брат Ханако, всего-то сказал, что она — никто. Нэнэ до сих пор помнит вопль Энни. И даже сейчас, несмотря на злость Ацуши, проявленную к ним, в глубине души Ясиро становится жаль этого духа. — Создатель велел разобраться с вами, — выдаёт Ацуши и почему-то начинает смеяться, вынимая из кармана очередной листок с заклинанием. Минамото хмурится, явно не понимая слов этого духа и, жестикулируя руками в угрожающих действиях, кричит на Ацуши, мол, чтобы тот не нёс чушь и лучше бы позволил им разобраться с ним мирно и тихо, на что сам временных дух заливается саркастическим смехом. От этого Коу злится ещё сильнее. А вот Ясиро замечает, что после слов Ацуши, Ханако поддался едва назад, отпуская руку Нэнэ. Призрак опешил услышав лишь слово: «создатель». В мыслях всплывает момент, как тот временный дух девочки, забравший грань учителя Цучигомори, назвала его брата близнеца Создателем. Имени той девчонки, уже отправленной на дальний берег, Благородный Седьмой уже, к сожалению, и не помнит. Однако это и не особо важно. Кажется, теперь он понял, почему в школе так часто стали появляться подобные проблемы... — Ханако-кун? — в голосе Ясиро слишится чуткое беспокойство, что даже видно по её действиям; девчонка робко, но быстро хватается за рукав старой школьной формы Ханако, всматриваясь своими клубничными глазами в лицо призрака. Взгляд янтарных глаз мечется по Нэнэ, но что-то сказать в ответ Седьмой не успевает. Оба слышат сначало приглушённый звук, а после — короткий крик, который на половине секунды обрывается. Ясиро оборачивается и тут же испуганно ахает, видя перед собой не самую лучшую картину. Пока Ханако был отвлечен на свою помощницу, Ацуши уже успел начать своевольничать. Быстрым рывком вперёд, временный дух направился в сторону экзорциста, перед собой держа листок с заклинанием. Коу, успев лишь выставить посох вперёд, задераж левую руку Ацуши, замешкавшись на пару секунд. Но этого хватило, чтобы дух успел ударить Минамото по лбу двумя пальцами. Щелбан не отдался сильной болью, на что сам парень возмущенно нахмурился, отсупив чуть назад. Только вот продолжительный злобный смех Ацуши заставил Коу едва задуматься, только... Паренёк чувствует, как перехватывает дыхание, горло, в области груди всё сжимается, отчего он не может сдержать крика, однако, как только с губ срывается громкий стон, перед глазами появляется туманная пелена. Ноги подкашиваются и, не удержавшись на месте, Минамото-младший падает на землю словно тряпичная кукла. — Что... Коу-кун! — вскрикивает Нэнэ, делая торопливый шаг в сторону парня. — Ясиро! — успев схватить девочку за запястье, Ханако притянул её к себе, вскоре обхватывая Нэнэ за плечи. — Не отходи от меня слишком далеко, это опасн... — Но... — оборачиваясь к Седьмому, едва слышно выдает Ясиро. Ханако замечает на уголках глаз выступающие слёзы, отчего невольно ослабляет хватку. — Коу-кун без сознания! — кричит девочка-рыбка, отбегая от призрака.       Ханако удивленно вздыхает, не сразу поняв того, что Нэнэ убежала от него. Он всего-то успевает заметить, как девочка, ещё находясь в паре шагах от экзорциста, была остановлена временным призраком; тот небрежно хватает Ясиро за плечи, разворачивая её к себе спиной, после чего приставляет к щеке лист, на котором японским символов написано то же самое заклинание, что было на листке, от которого Коу потерял сознание. Ханако выкрикивает имя помощницы, однако Ацуши, нарочно отступив шаг назад вместе с девочкой-рыбкой, ещё ближе подносит лист к щеке, тем самым намекая на то, чтобы призрак оставался на месте. От грубости движений временного духа Ясиро чувствует боль в области ключиц. Хочется вырваться из этой хватки, но такового банально не выходит. — Отпусти Ясиро... — стиснув зубы, шепчет Ханако, однако даже при таком тихом тоне голоса его было достаточно слышно. Седьмой выставляет вперёд руку, в которой прежде держал свой нож, но вот Ацуши лишь нахально улыбается, отрицательно покачивая головой. — Не сочтите мою грубость за своё возвышение перед вами, Благородный Седьмой, — пожимая плечами, отвечает дух, даже не думая отпускать пойманную девчонку. — но тут, на моей временной грани, вы будете делать то, что скажу я. А теперь, если не хотите, чтобы я тотчас забрал душу этой девчонки, покиньте мою грань. Я позволю вам забрать этого экзорциста. Ладони Ханако сами сжимаются в кулаки. Делать шаг вперёд он не решается, боясь, что заклинание будет активировано. Но и уходить без Ясиро призрак также не может. Он обязан защищать свою помощницу. Будь то та нелепая связь с заклинанием русалки между ними или же... нечто иное. Однако предпринимать что-то не пришлось. Ханако замечает мутный силуэт позади Ацуши, отчего хмурится, пытаясь понять, кто стоит за спиной этого духа. — Так-так-так, — хлопая в ладоши, раздаётся насмешливый, с ноткой издевательства, голос. — Опять мои должники начали своевольничать. Ханако широко распахивает глаза, видя теперь перед собой ещё одного прешедшего — его копия. Цукаса смеётся, когда замечает растерянный взгляд Ацуши, а также и напуганную помощницу его брата. Хватка временного духа сама по себе становится слишком слабой, потому Цукаса, воспользовавшись моментом, разнимает его и девчонку, отставив ту на пару шагов. Нэнэ прикладывает ладонь к губам с недоверием осматривая копию Ханако-куна, который, на секунду улыбнувшись ей, тут же теряет интерес к девочке-рыбке, оборачиваясь на сей раз к Ацуши. — Кажется, я предупреждал, что ещё не время, — резко схватив духа за воротник рубашки, притянув тем самым его к себе, говорит с заметным холодом в голосе призрак, всё равно продолжая держать уголки губ чуть приподнятыми. — Твоё время вышло, Ацуши. Временный дух качает головой, пятится назад, однако из-за хватки Цукасы даже оступиться не может. Пытается выговорить что-то вроде «нет, пожалуйста, не надо», но сформировавшиеся в голове слова застревают в горле и не выходят наружу. Улыбка пропадает с бледных губ призрака, и тот мимолётно пробивает грудную клетку Ацуши, отпуская его ворот. Боль разносится по всему ментальному телу: от пробитой насквозь груди, до кончиков пальцев. Тело его не успевает упасть на землю. Буквально через секунду он растворяется в туманной дымке. Вязкая жидкость, что хлынула секундой ранее из раны Ацуши, попала на щёки Нэнэ. Цукаса, смеясь, прекратил наблюдать за исчезнувшим силуэтом духа и переключился на помощницу его брата. Заметив взгляд янтарных глаз на себе, Ясиро поддалась назад, но, споткнувшись, упала, едва слышно ойкнув. Призрак подловил момент и, едва ускорившись, слишком близко приблизился к девочке-рыбке. Его пальцы скользнули по коже Нэнэ, вытирая красную жидкость с её лица. Не успел тот убрать ладонь со щеки девочки, как был кем-то отпихнут в сторону. Цукаса удивленно моргает, переведя взгляд на рядом появившегося братика. — Аманэ! — кидается на мальчишку с объятиями призрак. — Я очень рад, что ты пришёл сюда... — Какого чёрта ты творишь? — отпихнув от себя Цукасу, толкнув его в плечо, без какой-либо насмешки спрашивает Ханако, пытаясь заглянуть ему в глаза. — Чего ты добиваешься, призывая этих духов? — Всё просто, Аманэ, — близнец прищуривает взгляд, улыбнувшись теперь более мягко. Только вот Ханако знает, что в этой улыбке даже капли искренности нет. — Я хочу, чтобы мы, как раньше, были вместе. Только ты... И я, — он невольно переводит взгляд на растерянную Нэнэ. Она сейчас очень сильно мешает Цукасе, а потому... — Я люблю тебя, Аманэ. Останься наконец только со мной... Губы Седьмого дрожат, и он не знает, что можно ответить на слова брата. Ханако всего-то переводит взгляд на протянутую ему руку, но никак не реагирует на этот жест, пытаясь отвести взгляд куда-нибудь в сторону. Цукаса через некоторое время усмехается и опускает руку, пряча её вместе со второй за спину. Сделав шаг назад, он исчезает в привычной себе манере, ничего не сказав. Словно прощается, однако Ханако прекрасно знает, что он ещё вернётся. — Ханако-кун... — Ясиро бросается к нему в объятия, и благо призрак успевает её подхватить. Та прижимается к его груди, что-то невнятно бормоча сквозь слёзы. Ему немного невдомёк такое поведение, но он всё равно успокаивающе гладит помощницу по голове, невольно отводя взгляд в сторону, чувствуя, как щёки начинают пылать алым оттенком. Он ещё совсем не привык, когда инициатором таких действий становится именно Ясиро...       Минамото, ощущая тупую боль по всему телу, злостно выкрикнул, довольно-таки резко приподнимаясь на локтях. Шустро оглядывая местность, пытаясь взглядом отыскать Ацуши, Коу выкрикивает несумбурную ругань о духе. Ему явно хочется также показать себя во всей красе, только вот... После исчезновения Ацуши, грань вновь стала привычными всем школьным садом и, сказать честно, Минамото-младший не сразу понимает, где он находится. Его хмурый вид исчезает с лица, когда замечает от себя в паре метрах обнимающихся сенпая и призрака. Он непонимающе пытается что-то спросить, но не выходит. Такая картина заставила его почувствовать недовольство, однако Коу было в глубине радостно, что с Нэнэ всё хорошо. — Всё... Закончилось? — неторопливо подходя к друзьям, почёсывая свою золотистую макушку, спрашивает Минамото. — Коу-кун! Ты очнулся! — отстранившись от Ханако, словно позабыв о нём, девочка подбегает к пареньку. Но вот в объятия не кидается. Всего лишь берёт его ладони в свои, беспокойно оглядывая Коу. — Конечно, я очнулся. Ха! Ещё никакой призрак не смог меня победить... — начал было хвалиться парень, широко улыбаясь, оголяя свои клычки. Парень явно хотел продолжить напоминать о том, что он, как никак, экзорцист, и такие вот духи ему совсем неровня, однако, услышав знакомый голос где-то в далеке, он приоткрыл свои голубые глаза, оглядываясь по сторонам. У заборчика сада стоял его старший брат Теру. При виде Минамото-старшего Ясиро смущённо отвлела взгляд, отпустив ладони Коу из своих. Теру, опираясь о дверцу заборчика, машет своему брату рукой, довольно лучезарно, как и всегда, улыбаясь младшему брату. Парень прощается с Нэнэ, тут же направившись в сторону Минамото-старшего лёгким бегом. — Ох, Коу, что это у тебя на лбу? — приложив палец к покрасневшему пятнышку, спрашивает Теру, осуждающе качая головой. — Неужто с кем-то подрался? — А? Где? — словно отскочив от брата, Коу хватается обеими руками за лоб, ощупывая каждый сантиметр. — Да как же так..! — отчаянно ругается Минамото под смех Теру.       Ясиро старается не смотреть в сторону братьев, потому прикрывает свои розовые щёки ладонями, полностью отворачиваясь от них. Девочка скоро опускает руки, словно вспомнив о присутствии здесь Ханако. Она неловко улыбается ему, однако он, если посмотреть на его безэмоциональный вид, совершенно не кажется тем азарным мальчишкой. Призрак берёт Нэнэ за кисть руки, под её вопросительный взгляд отводя её за угол школьного сада. Туда, где обычно никто не проходит. Ясиро, вероятно, хочет спросить у него в чём дело, но почему-то молчит, продолжив немного нехотя плестись за Ханако. Когда они всё же остановились, девочка-рыбка приоткрыла губы, намереваясь задать вопрос, но была прервана решительными словами призрака: — Ясиро, мне не нравится, как ты смотришь на старшеклассников, — в его голосе не было грубости или холода. Речь его звучала как немая просьба, но от такого заявления Нэнэ всё равно нелепо заулыбалась, сделав вид, словно не понимает, о чём он говорит. — И теперь, когда ты принадлежишь мне, единственному, я не могу позволить, чтобы... — Ханако заметно стало неловко говорить о таком, потому он лишь перевёл взгляд на её кулон, чуть нахмурившись. Ухватившись за хрупкие плечи девочки, Ханако решительно прильнул к её губам. Ясиро вздрогнула от непонятных ощущений, не сразу поняв происходящего, но, почувствовав чужие губы на своих, её лицо вновь взорвалось оттенками алого. Однако Нэнэ всё равно не отстранилась. Ханако целовался неумело, совсем по-детски, но чересчур настойчиво, задерживаясь так близко у губ девочки уже достаточно долго. Только чистое ощущение целостности и тепла разлилось по телу, заставляя оцепенеть и сосредоточиться только лишь на губах с примесью морской соли.