Лишившись дара речи

Тайп не был уверен, какой из богов его сейчас испытывает, но было понятно только то, что он вот-вот с треском провалит его испытание. Когда Тарн спросил Тайпа, может ли он пойти вместе с ним на футбольную тренировку, тот лишь пожал плечами и согласился, думая, что Тарн будет сидеть в стороне, выглядеть красиво и, возможно, даст ему воды после того, как Тайп сделает какой-нибудь особенно впечатляющий трюк с мячом. Он должен был помнить, что его парень – мудак и это никогда не облегчало ему, Тайпу, жизнь. Вот почему Тарн был здесь, в окружении большого количества людей, наблюдая за своим парнем, когда тот пинал мяч по полю и выглядел круто. Тарн никогда не выставлял напоказ то, как его альфа-гены давали ему почти идеальную мускулатуру рук и намного больше расположенности к атлетизму, чем любому другому человеку, поэтому было так странно, что он стоял там сейчас, набивая мяч на коленке, как будто он был рожден, чтобы заниматся этим, хотя раньше никогда не играл в футбол. Будто почувствовав, что Тайп думает о нем, Тарн обернулся, чтобы посмотреть на него, все еще не теряя контроль над мячом – выпендрежник – и крикнул: – Эй, это довольно весело! Я понимаю, почему тебе нравится заниматься этим все время, малыш! Тайп фыркнул, не желая показывать, насколько дико он завидовал тому, что бог просто даровал Тарну умение играть в футбол. Знаете, Тайп не ненавидел быть омегой. У них были свои преимущества и поблажки. Например, омега, как правило, умнее, лучше решает головоломки и может понять что чувствует другой человек. Омеги хороши в проявлении чувств. Но вот только проблема в том, что Тайп был действительно плохим омегой. Он терпеть не мог головоломки, был не таким уж и умным, а любая эмоциональность, которая в нем когда-то появлялась, умирала медленной и мучительной смертью. На самом деле, всё что у него было, это страсть к спорту, а здесь был его парень, который был в этом намного лучше, чем Тайп после года тренировок. Хуже всего было то, что Тайп не мог даже злиться на Тарна из-за этого. Радость на его лице, когда он возился с другими членами команды, задевало что-то в его сердце и он не был уверен нравится ли ему это. Тарн бросил мяч на землю и пнул его Чампу, обернувшись и мило улыбаясь Тайпу. Он всегда так улыбался ему, даже до того, как они начали встречаться три месяца назад, в то время когда Тарн медленно раздражал Тайпа тем, что оставлял ему любовные записки с едой, а однажды, целым цветущим кактусом со стикером, на котором было написано: "Колючий снаружи, но всё ещё красивый. Прямо как ты. :)" Тайп тогда мягко ударил его кулаком в руку, а затем согласился с ним поужинать. И он еще ни разу не пожалел о своем решении. Тарн был единственным, кто мог терпеть Тайпа. Его вечно недовольное выражение лица и довольно явная неприязнь к большинству альф имели тенденцию отгонять всех потенциальных женихов. И Тайпа всё устраивало, пока один раздражающий и настойчивый альфа не забрался в его сердце и не поселился там, не собираясь уходить. От размышлений его отвлек появившийся гул, который издавала толпа зевак и девушки позади него и да, Тарн снял свою рубашку. Конечно, он снял, ведь Тайп ещё не прошёл через это унижение до конца. Тарн использовал свою рубашку, чтобы стереть пот с лица, а затем закинуть её на плечо. Да, было жарко, но разве Тарн не понимал, что ему станет жарче, когда он снимет рубашку? Ладно, забудьте, это звучит чертовски тупо. Тайп пытался не захлебнуться водой, которую он пил и почти преуспел в этом. Он собирался продолжить играть и считать это своей личной победой. Но затем его бутылку с водой выхватывают из рук, и Тарн дразнит его озорной улыбкой, когда подносит бутылку Тайпа ко рту и делает из нее большой глоток. Вода стекает по его подбородку, шее и – о господи – по его прессу. Очень впечатляющему прессу. Тайп, конечно, видел пресс Тарна раньше. Он видел Тарна полностью обнаженным много раз. Но это не означало, что ему не хотелось протянуть руку и прикоснуться к нему сейчас, провести ладонью по теплой коже Тарна, обвести мышцы кончиками пальцев, скользнуть рукой по штанам... Всё, ладно, этого было достаточно! Тайпу пришлось бы убить всех на этом поле, а затем и самого себя, если хоть кто-то уловил бы даже малейший намек на его быстро нарастающее возбуждение. Тарн облегченно вздохнул, опуская пустую бутылку и вытирая капельку воды тыльной стороной ладони. – Жарко, – в качестве объяснения воровства бутылки, выдал альфа. – Не мог взять себе свою? Я, вообще-то, пил из неё, – проворчал Тайп, стараясь не показывать, насколько сильно на него повлияла маленькая сцена устроенная Тарном. – Извини, малыш. В следующий раз я так и сделаю, хорошо? – Тарн точно знал как влиял на Тайпа. Придурок. – Плевать. Возвращайся к своему мячу, – сказал Тайп, отворачиваясь, чтобы скрыть румянец. Улыбка Тарна ослепительно блеснула, когда он вернулся туда, где его явно ждали остальные. Со стоном Текно плюхнулся на скамейку рядом с Тайпом, наклонился, чтобы взять воду из термо-сумки и опустошает половину бутылки за раз. – Твой парень наверняка может бежать по полю кругами, не уставая, – весело сказал он, вытирая лицо краем футболки. Тайп хотел бы быть настолько же уверенным в себе, чтобы тоже снимать свою футболку при остальных. Он знал, что таким людям, как Текно, которые вообще не набирают вес независимо от того, сколько они ели, и людям, подобным Тарну, у которых был такой рельефный пресс, что на нём можно было стирать белье, давалось такое легко. Тайп не входил ни в одну из этих категорий, и поэтому он оставляет свою футболку в покое. – Каждый может бегать кругами по полю, просто у тебя аллергия на бег, - сказал Тайп, закатывая глаза и перекатывая бутылку с водой в руках. – Да, но он вообще не устает. Он действительно хорош в… во всем! А ты видел его гребаные мышцы? – Больше, чем ты, – пробормотал Тайп, но прикусил губу. Он знал, что Тарн был горячим, это очевидно – блять, он не собирается встречаться с кем-то некрасивым. Но он также знал, что был не единственным, кто думал, что Тарн был гребанной Мэри Поппинс из мира альф (практически идеальным во всех отношениях) и определенно мог добиться большего успеха, чем какой-нибудь умник-омега. – Чтож... ты расскажешь мне свой секрет, Тайп, мой лучший друг? – продолжил Текно, не подозревая о внутренних метаниях Тайпа. — Как у тебя получилось заполучить этого ​​альфу, когда ты... такой? Он неопределенно махнул руками в направлении Тайпа... и он указал на его живот? Слой жира, который хранится в его животе и в бедрах — обычная черта для омег, от которой Тайпу никогда не удавалось избавиться, внезапно всплыл в памяти, и он понял, что Текно, его собственный лучший друг, не думал, что он достаточно хорош для Тарна. Эта мысль была похожа на ведро холодной воды, которое накрыло его, и его рука поднялась, чтобы неосознанно прикрыть живот. Тайп больше не хочет играть в футбол сегодня.

***

Тарн все еще болтал о своём новом опыте на поле, когда они вернулись в свою квартиру, активно жестикулируя, когда он с восхищением рассказывал о том, как забил свой самый первый гол. Тайп был там во время этого, но он позволил Тарну поболтать, ибо его энтузиазм был заразителен. – Теперь я точно понимаю, почему ты всегда хочешь быть там, на поле, – сказал Тарн, снимая ботинки и толкая их к стенке, чтобы Тайп не споткнулся. – Это очень похоже на то что я чувствую, когда выхожу на сцену со своей группой. – Я рад, что ты хорошо провел время, - сказал Тайп, наклоняясь, чтобы развязать шнурки. – Уверен, что тем девчонкам тоже понравился твой маленький стриптиз. Сверху послышался смех Тарна. – К их большому сожалению, мой "маленький стриптиз" был не для них. Он был для кое-кого другого. И если говорить о том случае, то он мне кое-что напомнил... Опустившись на колени перед своим парнем, Тарн наклонился ближе к лицу Тайпа, дыша горячо прямо напротив его губ. – Думаю, я должен извиниться перед тобой, м? Так как я был очень злым и украл твою бутылку с водой. – Я наслаждался этой бутылкой с водой, – выдохнул Тайп. Тарн подался вперед на последний дюйм и с жадностью поцеловал Тайпа, подняв руку, чтобы обхватить его затылок и наклонить его голову для более глубокого поцелуя. Тайп любил то, как целуется Тарн. Требовательно, но мягко. Ничто не могло зажечь огонь внутри Тайпа так, как поцелуи Тарна. Он целовался будто готов съесть его заживо, будто этот поцелуй последний в их жизни. Он выдохнул в рот Тарна, прижимаясь к его теплу, к его прикосновениям. Тайп был немного в неустойчивом положении, все еще сидя в той позе, на корточках, когда он пытался расшнуровать обувь и гениальным решением Тарна было сесть на пол и одновременно тянуть Тайпа на себя, пока тот не уперся руками в пол и не встал на колени по бокам от торса Тарна, всё ещё целуя его всё это время. Рука Тарна все еще лежала на шее Тайпа, а другая начала скользить вверх по его бедру и это прикосновение было настолько горячим, что почти обжигало омегу. А затем рука Тарна скользнула под кофту Тайпа, и он вернулся к реальности. Тайп отстранился от смущенно выглядящего Тарна. Сжимая край кофты в пальцах, чтобы убедиться, что ничего не видно, Тайп встал, желая сходить в ледяной душ и успокоить своё нарастающее возбуждение. – Я только что вспомнил, что завтра у меня назначенна пара рано утром и нужно выполнить задание, чтобы быть готовым... Поэтому я, наверное, приму душ и… сделаю его, – пробормотал он не глядя Тарну в глаза. Во всяком случае, это было лучшее что он придумал. Так или иначе, вряд ли Тарн хотел переспать с ним сегодня на самом деле. Тайп просто напридумывал себе небылиц. – Эм, что? – спросил Тарн, всё еще лежа на полу. – Может… ты сделаешь это задание позже? Мы были как бы, – он махнул рукой на свои топорщиеся шорты. – Посреди чего-то вот здесь. – Нет, мне лучше сделать это сейчас. Ты же знаешь, мой папа будет в ярости, если мои оценки ухудшатся, и это одно из его требований, которые я должен выполнять если хочу жить вне кампуса... Тайп не стал дожидаться ответа от своего парня и просто прошел мимо, чтобы наконец уединиться в ванной. Взгляд Тарна последовал за ним, когда тот шмыгнул в ванную и закрыл за собой дверь. Тайп прислонился к двери и облегченно вздохнул. Не желая, чтобы у Тарна появилось подозрение, что он просто сидит в ванной и ничего не делает, он включил воду и снял с себя одежду. Его отражение уставилось на него. Он был высоким, и его лицо было привлекательным, но на этом плюсы Тайпа для него заканчивались. Он ткнул пальцем в свои бедра и живот, смотрел, как он погружается в мягкую плоть. Тайп спорит, что если бы он ткнул в живот Тарна, то наткнулся бы на бетонную плоскость. Вздохнув, Тайп потер ладонями лицо и попытался не думать о том, что Тарн заслуживает кого-то лучше него. Когда Тайп вышел из душа, за дверью его ждал Тарн, сложив руки на груди. – У тебя все хорошо? – прямо спрашивает альфа. – Ты, кажешься... отстраненным. – Ну, ты не должен беспокоиться по этому поводу, потому что я в порядке. В любом случае, душ твой, – ответил Тайп, проходя мимо Тарна, потому что, если бы он этого не сделал, и посмотрел бы в его прекрасные заботливые глаза, то собирался треснуть, как фарфоровая тарелка, брошенная на землю и умолять Тарна не бросать его, а достоинство Тайпа просто не сможет выдержать такой удар. – Ты уверен? – уточнил Тарн, собираясь положить руку на его бедро. Тайп увернулся, не желая, чтобы Тарн прикасался к нему. – Я уверен, всё в порядке. Думаю я просто пойду спать, а потом встану пораньше, чтобы выполнить свое задание утром, – Тайп наигранно зевнул. – Очень устал за сегодня. – ...Сейчас только полвосьмого, – медленно произнес Тарн, смотря на Тайпа как на ненормального. – Это был очень долгий день, – огрызнулся Тайп, сжимая кофту в руках. – Какая вообще разница? Почему это тебя так волнует? Иди уже прими душ! – Черт, хорошо! – Тарн поднял руки в знак поражения. – Я иду, иду! Скоро вернусь. – Ага, молодец, – ответил Тайп, ложась в постель. Он свернулся калачиком на самом краю кровати, сунув холодные руки под подбородок и уткнувшись лицом в подушку. Пахло так же как пах Тарн и он сам. Будто оба их аромата смешались в один приятный и успокаивающий запах, в котором Тайпу хотелось утонуть. Он спрашивал себя, а что если Тарн бросит его и найдёт себе омегу лучше, будут ли их запахи так гармонировать и иметь такой приятный эффект? В ту ночь Тайп мало спал. Он отодвинулся от Тарна, когда тот попытался прижаться грудью к его спине и пожалел об этом. В середине июня Тайпу было слишком холодно, чтобы иметь возможность уснуть.

***

Тайп проснулся, чувствуя себя так же паршиво, как и когда заснул, но на этот раз такое состояние было связано с тем, что поспать ему удалось, может быть, часа два и лучше от этих двух часов не стало. Он принял сидячее положение и протер свои глаза, ненавидя все на свете в этот момент. – Доброе утро, – тепло пожелал ему Тарн, сидя на краю кровати с чашкой чая в руках. – Как ты себя чувствуешь? – Хорошо, – ответил Тайп, протягивая руки к чашке. Тарн отдал её и с довольной улыбкой, протянул руку к Тайпу, чтобы провести ею по его спутанным волосам. – Ты такой красивый, малыш, – сказал он, пропуская темные пряди сквозь пальцы. – Я выгляжу, как мокрая крыса, не надо меня опекать, – проворчал Тайп в свою чашку чая. – Да, но ты - моя мокрая крыса и это делает тебя самой милой мокрой крысой на всей планете, – сказал Тарн, лучезарно улыбаясь. – Ва-ау. Тебе стоит проверить не появился ли у тебя диабет, пока ты говорил это. Отвратительно, – усмехнулся он, скинув одеяло в сторону и вставая с кровати. – Пойду приму душ. Тайп поставил наполовину полную чашку чая на тумбочку и быстро ретировался, пока Тарн не остановил его. Омега закрыл дверь ванной, включил воду и снял одежду, пытаясь не смотреть в зеркало. Вода была теплой, и он стоял под ней несколько минут, чтобы просто погреться. Затем чьи-то руки обхватили его за талию, и у Тайпа почти случился сердечный приступ. Он закричал так, будто его пытались убить. – Эй, эй, детка, это только я, расслабься! Ты не слышал, как я говорил, что захожу? Голос Тарна никак не помогал успокоиться и вывести Тайпа из паники, в которую тот так быстро впал. Наоборот, страх о том, что его чуть не убили в его собственной ванной, перевоплатился в страх о том что Тарн может почувствовать к Тайпу отвращение. Все, что нужно было сделать Тарну, это посмотреть на него, и понять, какую огромную ошибку он совершил, выбрав Тайпа, самого хренового омегу в мире, своим партнером. И, Боже, Тайп не хотел, чтобы он бросил его. – Почему ты вообще здесь?! Уходи! Убирайся! – закричал он, изо всех сил пытаясь вырваться из хватки Тарна. – Тайп, что с тобой? – голос Тарна казался расстроенным, даже напуганным, и омега в Тайпе скулила, желая успокоить своего альфу. Проблема была в том, что он сам и был причиной, по которой его альфа растроился. Тайп попытался вырваться из хватки Тарна снова, но руки альфы крепко обхватили его за талию. – Отстань от меня! Я сказал, убирайся! – Тайп, ты ведешь себя как псих со вчерашнего дня! Похоже, твой характер вышел из-под контроля, и ты должен сказать мне, что случилось, чтобы я смог помочь тебе, – твердо произнес Тарн, пытаясь заставить Тайпа взглянуть на него. – Что ж, если тебе не нравится мой чертов характер, почему бы тебе не найти себе другого, спокойного и менее жирного парня? – рыкнул Тайп. Они оба резко застыли, погружаясь в мертвую тишину, которую нарушал лишь звук воды из душа. Тайп уставился в пол, широко раскрыв глаза. Он не мог поверить, что просто сказал это. Не мог поверить, что он просто показал свой самый большой комплекс Тарну, будто тыкая его в это носом, чтобы тот наконец заметил. – Ты только что назвал себя толстым? – тихо спросил Тарн. – Заткнись, – шмыгнул носом Тайп, ненавидя себя за то, как его эмоции начали накапливаться в виде слез. Он быстро моргнул, стараясь не плакать. Это было последнее, что ему бы хотелось сделать, все и так было слишком ужасно. – Малыш. Пожалуйста. Пожалуйста, скажи мне, что не так, – попросил Тарн, уткнувшись носом в шею Тайпа, прямо в ямку с феромонными железами. Тайп был уверен, что прямо сейчас Тарн не сможет почувствовать хоть что-то, потому что стыд и подавленность испортили запах, но его, похоже, это не заботило, ведь он всё еще прижимался к нему. – Пожалуйста, я просто хочу помочь тебе. – Я... – начал Тайп, но его голос задрожал. – Я не... Он уперся лбом о стенку душа и зажмурился. – Пожалуйста, не бросай меня, – прошептал он, едва слышно из-за льющийся воды. – Не бросать тебя? Малыш, почему я должен хотеть бросить тебя? Ты идеален для меня, – Тарн крепче сжал его талию, притянув тело Тайпа к своему. Он почувствовал ткань, которая прилипла к спине и понял, что Тарн вошел к нему в душ почти полностью одетым. – Ты так говоришь, потому что еще не понял, что я ужасный омега, – продолжал Тайп, оборачиваясь к стене, ведь если он будет слишком много думать о Тарне, то собирается рыдать минимум вечность. – Тарн, ты… ты такой хороший и красивый, и у тебя может быть кто угодно, а я… я злой и грубый омега, который никогда не преодолеет свои комплексы рядом с альфой. Ты ведь не мог не заметить это, не так ли? Я толстею. – Тайп, посмотри на меня, – сказал Тарн. Его голос был мягким, но не было никаких сомнений, что это даже не просьба. Медленно, Тайп повернул голову через плечо и оцепенел, будто увидел что-то ужасное. Тарн смотрел на него со слезами на глазах, пока на щеке медленно появлялась мокрая дорожка. – Как ты мог сказать так о себе? Ты вовсе не являешься тем, о ком ты говоришь сейчас. Если на свете существует самый прекрасный и удивительный человек, то я смотрю на него прямо сейчас и я бы не выбрал кого-то еще. Тайп, малыш, ты... ты все для меня. Тайп протянул руку и вытер слезы с лица Тарна, обхватывая его ладошками. – Перестань плакать, – сказал он, пока его сердце сильно болело в груди. –Пожалуйста, хватит... – Тогда прекрати говорить такие вещи о человеке, в которого я влюблен, ладно? – Тарн попытался улыбнуться ему, но вышло не очень. – Я... но ты... – Тайп прикусил губу. – Мне хотелось бы верить в твои слова. Хватка Тарна ослабла на мгновенье и Тайп начал паниковать, думая, что он смог убедить своего альфу в том, что Тайп не стоит его внимания, и боже, как бы он хотел перемотать время назад, но Тарн просто взял руку своего парня и переплел их пальцы вместе. – Хорошо... Если ты не веришь в то что я говорю, тогда я покажу тебе. – Покажешь? – Тайп ничего не понимал. Тарн выключил воду и потянул парня за руку, заставляя его вылезти из душа, а затем выйти из ванной вовсе. Он издал звук удивления, когда Тарн толкнул его на кровать. Простыни сразу же намокли из-за того, что Тайп только что вышел из душа, даже не успев захватить полотенце. Это был первый раз, когда Тайп видел Тарна во всей его пропитанной до костей красе, с его мокрой, прилипающей к телу футболкой и мокрыми баскетбольными шортами. Его темные волосы прилипали ко лбу, а глаза и нос все еще были покрасневшими от слез. Тарн будто издевался, когда пристроился между ногами Тайпа, раставив руки по обе стороны его бедер. – Видимо, ты не веришь мне когда я говорю что люблю тебя, люблю твоё тело, – пробормотал Тарн, касаясь бедра Тайпа. Он попытался избежать контакта, но Тарн только прижал его к себе сильнее. – Малыш, ты не представляешь, что ты делаешь со мной... – Есть омеги намного лучше, чем я, - настаивал Тайп, пытаясь свести ноги вместе, прикрыть бедра, живот. – Ты хотел меня, только потому что я бросил тебе вызов. – Ты бросил его мне, да. Но я хотел тебя не по этой причине. Почему тогда меня всё еще тянет к тебе, если я уже победил? – Тарн притянул Тайпа чуть ближе к своим бедрам. – Верь мне, когда я говорю, что все еще хочу тебя. Иногда я так сильно хочу тебя, что это причиняет боль. Ты не видишь этого, потому что никогда не смотришь, но я не единственный, кто хотел бы тебя. Альфы, беты, даже омеги. Они все смотрят на тебя. – Они смотрят на меня, потому что я придурок, и они задаются вопросом, почему кто-то выпустил меня из дома, – сказал Тайп, дыша чуть быстрее, пока румянец начал заливать его лицо. – Они смотрят, потому что ты великолепен, малыш. Самый красивый человек, которого я когда-либо видел. Так что да, они смотрят. Но я единственный, кто может прикоснуться. Тарн наклонился и поцеловал шею Тайпа, чувствуя его пульс на своих губах. – И они так завидуют мне, дорогой. Потому что они никогда не узнают, какой ты на вкус, – он поцеловал губы Тайпа, – Каково это, чувствовать тебя, - рука нащупала внутреннюю часть бедра омеги, и он обнаружил, что ноги раздвигаются намного легче, – И какие звуки ты издаёшь... Тарн мягко прикусил шею Тайпа, задев зубами его ароматическую железу и Тайп застонал, тут же закрыв рот рукой, чтобы заглушить звук. Тарн убрал его руку и прижал её к одеялу рядом с головой. – Я хочу слышать твои стоны. Делай это для меня, малыш, хорошо? Тайп почувствовал, что начинает намокать и бедра покрываются вязкой жидкостью. Тарн выглядел восхищенным, опустив руку между ног Тайпа, чтобы собрать немного смазки. Затем, он сунул пальцы в рот и зрачки Тайпа расширились, пока язык тщательно облизывал пальцы, а альфа даже не думал прерывать зрительный контакт. – То, что ты делаешь со мной, – тихо сказал он, дразнясь. – Прикоснись ко мне, – выдохнул Тайп, толкаясь в бедра Тарна. – Пожалуйста... Тарн наклонился к нему и глубоко поцеловал. Тайп чувствовал вкус своей собственной смазки на языке Тарна. – Я собираюсь прикоснуться к тебе, малыш, – прошептал Тарн, отстранившись на сантиметр. – И когда я прикоснусь к твоей коже, то собираюсь сделать тебе так хорошо, что ты будешь плакать из-за меня, малыш. Бедра Тайпа уперлись в Тарна и хриплый стон вырвался из его губ. – Альфа... – заскулил он. Тарн последний раз поцеловал влажные губы Тайпа, прежде чем спуститься ниже и оставить сотни крошечных поцелуев-клевков на его подбородке, челюсти, горле и груди. Тем же пальцем что он облизал минуту назад, Тарн прижал пухлый сосок Тайпа, заставляя его издавать сладкие стоны от удовольствия. Соски только увеличились, когда он наклонился и зажал второй зубами, облизывая, кусая и посасывая, пока Тайп мягко не толкнул его голову, прося облегчения. Тарн приподнялся и снова поцеловал парня. – Люблю тебя, – сказал альфа, бедрами медленно прижимаясь к заднице Тайпа. – Люблю все в тебе. Тайп протянул руку и обнял Тарна за шею, втягивая его в еще один глубокий поцелуй, наполняя его своими стонами. – Скажи мне, – умолял он. – Скажи мне почему... – Люблю твои губы, – сказал Тарн, скользя большим пальцем ко рту Тайпа, наблюдая, как губы смыкаются вокруг его большого пальца, розовые и опухшие. – Люблю целовать их, люблю смотреть, как ты говоришь, смотреть, как ты улыбаешься. У тебя самые красивые губы. Тайп сосал палец Тарна, пока слюни текли вниз по подбородку. Тарн высунул палец, но как только Тайп собирался заскулить от этого, он сунул указательный и средний пальцы в горячий рот Тайпа, почувствовав его влажный язык. Тайп постанывал от удовольствия, пока сосал пальцы Тарна. У него кружилась голова от происходящего. – Ты такой прекрасный, – похвалил Тарн. – Люблю тебя. Он убрал пальцы из рта Тайпа, позволив ему перевести дыхание на секунду, прежде чем снова глубоко поцеловать, скользя пальцами по телу Тайпа. – Блять, Альфа, – выдохнул Тайп, когда рука Тарна коснулась его бедра, крепко сжав его. – Люблю твои бедра, – продолжил Тарн, спускаясь ниже по телу Тайпа, чтобы влажно поцеловать его в живот. – Твои ноги такие длинные и красивые. Хочу, чтобы они все время обвивали меня. Когда Тарн наклонился, чтобы мягко укусить бедро Тайпа, то омега вплел свои пальцы в волосы Тарна и потянул вверх, вырывая стон из его горла. Чувство руки Тайпа в своих волосах шло прямо к члену Тарна, уже твердому и влажному в его шортах, но он отогнал свою собственную потребность и сосредоточился на Тайпе и на том, как тот дрожит от удовольствия под ним. – Могу ли я попробовать тебя, мой прекрасный малыш? – спросил он, сжимая пальцами бедра Тайпа. Рука Тайпа сильнее сжала его волосы и он быстро кивнул. – Пожалуйста... пожалуйста, Альфа. Он больше ничего не смог произнести, просто раздвинул ноги шире и закинул лодыжку за плечо Тарна, чтобы подтянуть его ближе к тому месту, где он истекал на их простыни. Тарн в восторге улыбнулся и опустил голову между бедер Тайпа. Его бедра были блестящими и мягкими от его смазки, пахнущей так сладко, что Тарн не мог удержаться. Тайп вздрогнул, когда почувствовал язык Тарна на своем бедре, а затем и влажные поцелуи. Омега знал, что его похвалят позже, и был рад, потому что хотел этого, хотел знать, что он принадлежал Тарну так же, как Тарн принадлежал ему. – Укуси меня, укуси меня, – умолял он, притягивая к себе Тарна. Тот с радостью удовлетворил его просьбу, кусая бедра Тайпа. Он всхлипнул от того, как приятно это было. А затем Тарн спустился поцелуями туда, где омега все еще истекал смазкой, и Тайп вскрикнул сжимая пальцы в волосах Тарна. Довольный такой реакцией, Тарн снова облизнул его, протолкнув язык внутрь Тайпа. – Люблю тебя здесь, – сказал Тарн, слегка отстранясь, чтобы прошептать это Тайпу. Его рот блестел от смазки Тайпа, и Тарн вытер пальцем губы, чтобы засунуть его себе в рот. – У тебя такой хороший вкус, малыш. И будто в доказательство своих слов, он вернулся, скользнув языком обратно в Tайпа. Тарн всегда вылизывал Тайпа, как голодный зверь, но сегодня он был еще более ненасытным, проводя пальцами и языком по мягким стенкам Тайпа, пока тот не начал умолял его прекратить. – Пожалуйста, я больше не выдержу, – сказал Тайп, тяжело дыша и выпутывая пальцы из волос Тарна. – Трахни меня, Альфа. Пожалуйста, я хочу, чтобы ты меня трахнул, хочу почувствовать тебя... – Да, да, хорошо, – сказал Тарн, почти забыв о собственной нужде в своем желании угодить Тайпу. Он стянул с себя футболку и шорты и снова быстро опустил руку между ног Тайпа, собрав достаточно смазки, чтобы покрыть ею свой член. – Я дам тебе все, что ты захочешь, малыш. Тайп протянул руку к Тарну, и тот сжал её пальцами, целуя ладонь в тыльную сторону руки своего парня. – Люблю твои руки, – сказал он, подтягивая бедра Тайпа к себе на колени. – Люблю твои красивые пальцы и то, насколько сильно ты сжимаешь мои руки, мои волосы... Он осторожно направил головку члена к влажному и мягкому входу Тайпа, толкаясь внутрь. Рот Тайпа открылся, и его бедра сильнее прижали Тарна, когда Тайп одновременно пытался получить больше и избежать ощущения Тарна, наполняющего его. Ему не нужно было много времени чтобы привыкнуть и вскоре Тарн толкнулся в него, оказавшись зажатым скользкими и чувствительными стенками Тайпа. Их секс всегда был беспорядочным. Тайп выделял много смазки и Тарн любил это, пытался заставить его мокнуть как можно больше, даже когда Тайп смущался из-за необходимости каждый день менять простыни. Когда Тарн толкнулся в Тайпа, грубо впечатав его в матрас так, как это нравилось Тайпу, он скользнул ладонью по щеке омеги. – Но ты знаешь, что я больше всего люблю в тебе? – Ч-что? – заикаясь спросил Тайп, пытаясь удержать суть разговора, находясь на грани сознания. – Люблю твой животик, – простонал Тарн, целуя его в живот. – Люблю, то что твоя кожа такая мягкая и ты позволяешь мне лежать на своём животике. Лежа на твоём животе и чувствуя как ты расчёсываешь пальцами мои волосы, малыш, ты заставляешь чувствовать меня в безопасности. Заставляешь меня любить тебя так сильно, что моё сердце готово взорваться от любви к тебе. Тайп впился пальцами в простыни, отчаянно сжимаясь вокруг альфы. Тарн чуть не отрубился, когда почувствовал, как стенки Тайпа сжимают его. Горячие, плотные и влажные... Он укусил и лизнул засос на животе Тайпа, а затем взял его ногу и закинул ее через своё плечо, давая себе лучший угол, чтобы трахнуть своего омегу. Тайп был прекрасно растянут под ним, но единственное, что могло принести еще больше удовольствия – это видеть его лицо, когда Тарн вбивается внутрь. – Кончишь, малыш? Кончишь со мной? – спросил Тарн, еще сильнее прижимая бедро Тайпа к своему бедру и входя в него так сильно, что он был уверен, что позже на бедрах Тайпа будут синяки. – Да, блять, я и собираюсь... – заскулил Тайп, прежде чем все его тело напряглось, и он толкнулся к Тарну с громким и протяжным стоном. Наблюдать за тем как Тайп кончает, оказалось слишком много для Тарна, который был и так уже близко к краю, еще до того как вошел в Тайпа, и одним последним мощным толчком его узел полностью сформировался, запер его внутри тела Тайпа, который все еще дрожал после оргазма. – Ты забыл презерватив, – выдохнул Тайп, не очень-то растроившись этим фактом, даже когда из него начала вытекать сперма Тарна. Он прижал его к груди, позволяя Тарну услышать, что сердце в его груди стучится так же быстро как у птички. – Ты на противозачаточных и я позабочусь о твоей чистоте позже, - пробормотал Тарн. Узел всегда выматывал его и ему не хотелось ничего больше, кроме как просто вздремнуть на теплой груди Тайпа в течение следующих лет ста. Тайп просто тихо засмеялся и это звучало как музыка для ушей его альфы. – Так ты веришь мне сейчас, когда я говорю, что хочу тебя? – спросил Тарн, положив щеку на грудь Тайпа и посмотрев на него. – Хм... Пока что, да, – ответил Тайп, пробежав пальцами по потрепанным волосам Тарна. – Возможно, тебе придется время от времени напоминать мне об этом. – Мой прелестный малыш, я буду напоминать тебе об этом каждый день, если ты мне позволишь, – сказал Тарн, отзываясь на прикосновение Тайпа. – Ловлю тебя на слове, – предупредил Тайп. – Хорошо. Не забывай об этом, – с вызовом бросил Тарн. – Я хочу чтобы ты помнил. – Тогда я буду помнить. Тарн знал, что неуверенность Тайпа не исчезнет, ​​как камешек в глубоком бассейне, но он надеется, что благодаря любви Тарна они смогут пережить этот шторм. Он верил, что у них получится. И он был почти уверен, что Тайп тоже верил.