Переходя черту

Вся коллегия допросов собралась за круглым столом в зале совещаний. Все выглядели довольно напряженно. — Итак. Что мы имеем: два Учихи, одна Хьюга, ирьенин, какой-то иной Какаши и хороший сенсор. Трое из них ученики Цунаде, Джираи и Орочимару. Ваши соображения. Первым пусть выскажет свои наблюдения Нейджи. — Печать бьякугоу, как и шаринган с бьякуганом настоящие. Но больше меня заинтересовали татуировки на ладонях: от них идет сильное свечение чакры. Это не просто татуировки… Это что-то типа кеккей генкая, но почему разные рисунки, не понятно. Насчет того, что сказал этот Наруто: Хината Хьюга действительно следила за допросом, причем, не просто с активированным бьякуганом, а еще и в боевой стойке клана Хьюга… Такому обучить могли только в клане и нигде больше — это подтверждает версию об их появлении. — Ясно. Дальше Карин. — Чакра того Обито такая же, как и у нашего. Насчет Саске и Наруто: их количество чакры неимоверное! У Саске она на уровне Каге, а про Наруто я вообще молчу — там уровень близок к нашему джинчурики, если считать вместе с Кьюби. Это не считая режима санина. Когда он вошел в этот режим, чакры стало ещё больше. Но у Саске с Наруто она сильно отличается… У Саске она темная и холодная, а у Наруто светлая и теплая… — Хм. Может этот Наруто джинчурики, раз у него столько чакры? — Не думаю. Биджу полны ненависти, и их чакра не просто темная, а черная. Например, чакра Кьюби настолько черная и ледяная, что меня пробирает до дрожи. У него же она полностью светлая. — Ладно. Итачи, что скажете? — Во время допроса никто из них не врал. К тому же шаринган… Я думаю, их история правдива. Но они что-то скрывают и не договаривают. Целесообразно было бы Учих забрать к нам в клан и посмотреть на их поведение. Рано или поздно мы узнаем что они скрывают. От целого клана они ничего не смогут утаить. — Я согласен с Итачи-куном. Считаю, что Хьюго Хинату тоже следует отдать в ее клан, там за ней проследят. — высказал свое мнение Обито. — Хорошо, с этими тремя решили. Что с остальными делать? — Харуно Сакуру лучше поселить в медицинское общежитие и приставить к ней проверяющего. Ученица Цунаде-самы очень талантлива, раз смогла пробудить печать бьякугоу, но пусть докажет свою преданность спасенными жизнями. Какаши-сана и Наруто-куна надо расселить в обычные общежития, желательно в разных концах деревни, и приставить к ним АНБУ. Посмотрим что из этого выйдет. И еще, думаю, стоит познакомить «Легендарную Троицу» с их новоиспеченными учениками, они-то уж точно смогут их разговорить… — посоветовал Шикаку Нара. — Хорошо, так и сделаем. Я поставлю на всех свою печать, так что если что — они никуда не сбегут. Минато, не спеша, зашел в свой кабинет и устало плюхнулся в кресло. За окном уже виднелся закат, да уж, насыщенный нынче денек у Хокаге. Столько мыслей, столько переживаний… Не хотелось бы думать, что все эти шиноби — засланные шпионы. Но также не хотелось верить, что все может кончиться именно так: войной альянса шиноби против человека, контролирующего семь биджу… Ученики «Легендарной троицы», невообразимые запасы чакры, да они могут с легкостью разрушить деревню до основания. Конечно, кланы Учиха и Узумаки смогут сдержать их в случае чего, но все же лучше иметь таких шиноби в числе союзников, нежели в числе врагов. Минато надеялся, что они сделали правильные выводы и приняли верное решение. Наруто: чакры больше, чем у Кьюби, великолепные сенсорные способности, ещё и режим санина лучше, чем у Джираи-сенсея… Насколько Четвёртый помнил, сенсей в этом режиме выглядел несколько иначе, а чем меньше ты похож на жабу — тем лучше. У Наруто же кроме глаз и меток санина ничего не изменилось. Да еще и, черт возьми, он пробил барьер его собственным сыном! Как?! Ну вот как он смог это сделать?! Пробить мощный барьер клана Узумаки! Его сыном! Который обладает отменной реакцией! Минато вздохнул и нахмурился. «Обито: что же ты там такого пережил, что получил столько шрамов и перестал улыбаться… — размышлял Хокаге. — Ну конечно, там была война…» Но остается много вопросов и пробелов. Ни один из них не назвал имени врага, только Хината сообщила, что он был в маске, остальные же сказали, что это неважно. Да как такая информация может быть не важна?! Ведь если здесь планируется то же самое, а судя по тому, что на днях пытались захватить джинчурики Кьюби, это действительно может планироваться, такого исхода можно избежать! Это может означать только одно — они сами не знают с кем воевали. Чёрт побери, сколько проблем с их появлением. Наруто в позе лотоса с помощью режима санина напряженно наблюдал за тем, как один за другим его друзей уводят в неизвестном направлении. Вот Обито этого мира и неизвестный блондину, но судя по чакре до боли знакомый, шиноби заходят сначала в допросную Саске и забирают его оттуда. Затем они заходят за Обито-Тоби и все вчетвером уходят. Минут через десять появляются Хиаши и Неджи Хьюга и заходят в комнату с Хинатой, спустя пару минут все втроем выходят оттуда и направляются к выходу. «Судя по всему, Хинату решили забрать в клан, а Учих — поселить у Обито — подумал Наруто — но куда же денут остальных?» Вот за Сакурой зашла женщина, которая была в команде Хокаге, и повела ее к зданию рядом с больницей. Остались только Какаши-сенсей и сам Наруто. Узумаки раздумывал над тем, куда же их определят. Вот, к Какаши-сенсею зашли два человека. По ходу АНБУ Конохи. Отец с этим козлом возвращаются, забыли что-то спросить или о чем-то догадались? «Чёрт, неужели, где-то прокололся? Может просто почувствовали кого-то из биджу? — разгадывал причины визита джинчурики. — Нет, они уверяли, что хорошо скрыли свое присутствие, да и пока я не пользуюсь их чакрой её даже бьякуганом не видно. Лишь бы не догадались о нашем родстве, даттебайо. Мне же даже пришлось свой любимый суффикс запихнуть куда подальше, потому что мама тогда в подсознании сказала, что у нее такая же привычка. Я уже весь извелся и даже взмок, еще и голод дает о себе знать. Заходят ко мне: отец тепло улыбается, сразу видно — решил сотрудничать, и напыщенный индюк с недовольной миной. Как же он меня бесит!» — Наруто, пойдем, мы проводим тебя до твоего нового дома. — Голубоглазый молча встал и, прожигая взглядом местного джинчурики, гордо вышел из засевшей в печенках комнаты. По центральной улице Конохи шли рядом два блондина, чуть позади них шел красноволосый парень лет двадцати и прожигал взглядом обладателя полосок. Сам же обладатель полосок был заметно напряжен под непривычными взглядами прохожих, которые склоняли головы перед Хокаге деревни в знак уважения. Наруто же, с детства привыкший к ненавистным взглядам, а после к восхищенным, никак не мог понять что происходит, и почему люди смотрят на него с таким интересом, а некоторые девушки даже слегка краснеют и отводят глаза. Он осмотрел себя и понял, что выглядит как оборванец, но тогда во взглядах должно проскальзывать презрение, но никак не интерес. Киару с ревностью и злостью смотрел на блондина. Он с самого начала заметил заинтересованный взгляд отца в сторону этого Наруто, а после демонстрации способностей оного так и вообще восхищенный. На самого Киару отец смотрел так только после того, как он изучил технику «Полёт Бога Грома», и даже тогда это скорее была гордость за сына, а не восхищение. Это-то и было главной причиной такого поведения Кира. Конечно сказалось еще и высокомерие сына Хокаге. А взгляды отца в сторону неизвестного паренька отзывались глухой ревностью в сердце старшего сына Йондайме. Ему всегда приходилось доказывать отцу что он не пустое место, что он достоин называться его сыном, а этот Наруто за несколько минут общения сумел добиться такого восхищения, которого сам Киару мечтал добиться всю свою недолгую жизнь. Последней каплей стали полетевшие в сторону Кира оскорбления. Да как смеет этот мальчишка так относиться к сыну Йондайме? Ни один человек в деревне ни разу не посмел его оскорбить. Ни словом, ни действием. С четырех лет все в деревне его считали героем, сдерживающим грозного демона-лиса. Его все уважали: сильные шиноби и простые граждане, старики и дети. Да ещё и отец молчит в ответ, неужели, тоже так считает? С того момента Киару искренне ненавидит Наруто всем сердцем! Так унизить его перед отцом и перед коллегами так сказать! Намикадзе это просто так не оставит! Такое он ни за что не простит. — Почему они на меня так смотрят? — наконец не выдержал Наруто. — Ты идешь рядом с Хокаге и его помощником, — фыркнул Киару. — Как еще должны на тебя смотреть? — Я не об этом… Я иду весь грязный в изорванной куртке, а они смотрят так, будто все в порядке и эта куртка в магазине так и продаётся. Я ожидал, что от меня шарахаться будут или хотя бы поморщатся от моего внешнего вида. — пробормотал Наруто, растерянно осматривая прохожих. — Ну я думаю, что им просто интересно кто ты и откуда в таком виде. Вот и все. — улыбнувшись сообщил Йондайме. Наруто уже видел вдали свою любимую забегаловку и голодными глазами уставился туда. Запах любимого блюда усиливался и так и манил зайти внутрь с каждым шагом, приближающим голодного парня к заветному месту. Уже подходя к заведению с гордой вывеской «Ичираку Рамен», Наруто хотел было предложить зайти, но вовремя осекся, стыдливо опустив глаза: эти двое его не знают, он для них никто, так с какой радости они будут его угощать? А собственных денег у парня и подавно с собой не было. «Ксо, надо будет куда-нибудь устроиться, чтоб хотя бы рамен был» — подумал он. Минато видел замешательство Наруто: он будто хотел что-то сказать, но не решился, а легкий румянец на щеках выдавал его смущение. Только он начал думать о том, что же такое могло смутить такого смелого шиноби, как ответ прозвучал неожиданно и очень нестандартно в виде урчащего живота молодого блондина, а он в свою очередь смутился еще больше. Хокаге мысленно хлопнул себя по лбу. Как он мог забыть, что все ребята голодные, их же никто не покормил, еще Хокаге называется. Конечно, клановых покормят в их кварталах, а остальным по квартирам разнесли сухие пайки, но все же стоило их покормить, пока решался вопрос с их личностями и расселением. — Наруто-кун, сколько дней ты не ел? — озадаченно спросил Минато. — Эмм… Около четырех-пяти дней… — ответил он, смущенно почесав затылок. А Хокаге ужаснулся: «Как он еще на ногах стоит и в голодный обморок не падает. Шиноби конечно должны выживать в любых условиях, но все же… есть определенные рамки возможностей человека». — Пойдем. — видя замешательство, воскликнул. — Не бойся здесь продают самый вкусный рамен! — Я знаю, но… но у меня совершенно нету денег, чтобы за него заплатить. — виновато улыбнулся Наруто. — Ну не могу же я оставить тебя голодным! Пойдем! Я угощаю. — Но я очень много съем… — он опустил взгляд под ноги и раскраснелся в самых лучших традициях Хинаты. — Так — строго отрезал старший блондин. — Мне тебя силком затаскивать? Я сказал что угощаю — значит угощаю! Киару с Минато с открытыми ртами и глазами-блюдцами наблюдали, как обладатель полосок со скоростью одна порция в минуту поедает рамен уже в течение получаса. Палочки этих шокированных шиноби так и застыли над половиной первой порции. «У него что там черная дыра что ли?» — пронеслось в их головах. Теперь-то они поняли почему он так сильно смущался. — Ты хоть жуешь? — спросил охреневший Киару. А блондин тем временем весьма довольный прикончил тридцатую порцию и с самой счастливой улыбкой, которая только имелась у него в арсенале, похлопал себя по набитому брюху. — Кстати, Наруто, — спросил отошедший от шока Хокаге, — а почему у тебя был хитай листа, ведь если я правильно понял, вы сражались альянсом? — Я прямо с миссии отправился на фронт, мне было не до хитая. — ответил помрачневший шиноби. Над деревней уже сгущались сумерки, и на небосводе уже начали мерцать звезды, когда три шиноби вышли из раменной. Уже подходя к общежитию, которое до боли напоминало Наруто его старое место жительства, они заметили женскую фигуру, волосы которой по какой-то непонятной и не поддающейся никакой логике причине стояли дыбом и развевались над головой, словно у фурии. Волосы фурии на мгновение замерли, глаза сверкнули в ночи, вероятно заметив будущую жертву. С громогласным кличем: «Намикадзе Минато, даттебане!» и яростным воем фурия моментально подлетела к двум оторопевшим блондинам, что шли впереди. Оба: и Хокаге, и гость из другого мира — узнали эту женщину и были в глубокой прострации от столь неожиданной и скорой встречи с ней. Не разобрав который из блондинов её муж по причине крайней степени бешенства, аловолосая бестия, недолго думая, отправила в полет сначала одного, а следом и второго. Охеревшие прохожие, которые по непонятному недоразумению оказались неподалеку в столь позднее время, с глазами-блюдцами наблюдали за тем, как Четвертый Хокаге с нереальной скоростью влетел в близстоящую стену, проделав там глубокую вмятину, следом за Четвертым в стену соседнего здания влетел неизвестный никому блондин, проделав собой такую же вмятину. Благо Наруто уже имеет опыт таких полетов и кое-как сгруппировался, чтобы не сильно пострадать после столь вкусного ужина. Голубоглазый съехал вниз по стволу рядом стоящего дерева и растекся лужицей у его корней, бурча себе под нос что-то о гостеприимстве. Киару еле удержался от жеста «рука-лицо» и пробормотал «ну вот опять». Аловолосая бестия тем временем подскочила поближе к пострадавшим и встала аккурат между зданиями с вмятинами с очевидным намерением всех порвать, метая молнии то в одну сторону, то в противоположную, ожидая самоубийцу, который выползет первым. Женщина с удивлением заметила, что в глазах у нее явно двоится и вообще количество шиноби с желтыми волосами явно больше, чем должно быть. Она пару раз моргнула, посмотрела сначала в одну сторону, потом в другую, но картина не поменялась: и слева около вмятины валяется блондин, и справа у вмятины валяется блондин. Волосы на её голове, ещё недавно стоящие дыбом, постепенно опускались, и на место бешенства пришло полное непонимание. — Кир, а почему их двое, даттебане? — наконец, задала она тревожащий вопрос своему сыну, который со скучающим видом следил за ее действиями. — Может, потому что один из них не он? — Кир судорожно зажмурился и потер указательным и большим пальцами переносицу, пытаясь прийти в себя и избавиться от раздражения. — Ками-сама, как ты могла их не отличить? Они же совсем не похожи и одеты по-разному! — Да я обычно по цвету волос ориентируюсь, — Кушина неловко откинула свои длинные волосы. — Он же у нас один на всю деревню с таким цветом волос, даттебане. Женщина растерянно смотрела на своего мужа и странного молодого парня, чьи волосы по недоразумению стали для разъяренной женщины, как красная тряпка для быка, попутно отмечая их различия и изрядную потрепанность последнего. Минато со стоном недомогания отлепил себя от стены и мысленно посочувствовал Наруто, который ни за что ни про что получил от аловолосой фурии по щам. Последний, впрочем, не долго находился в ауте и, на удивление, бодренько поднялся. Осмотрев его с ног до головы, Минато констатировал полный порядок и никаких увечий, кроме тех что были до кратковременного полета, хотя и до полета таковых не имелось — спасибо Кураме. Оба блондина, немного подрагивая, приблизились на безопасное для себя расстояние к женщине, что так бесцеремонно их раскидала. — Простите меня, пожалуйста, — пролепетала Кушина, — просто кое-кто — она грозно посмотрела на Минато — обещал прийти к ужину, и так и не пришел, а я беспокоилась, между прочим. Меня зовут Кушина. — обратилась она уже к Наруто. — Очень приятно, Кушина-сама, меня зовут Наруто «Узумаки» — хотел сказать он, но вовремя осекся и улыбнулся своей самой счастливой улыбкой. Сердце парня билось с невероятной скоростью и наполнялось теплом при виде живой матери. Все-таки видеть ее в своем подсознании и видеть ее живой и здоровой — совершенно разные вещи. Ну и пусть она не знает, что он ее сын. Ну и пусть ему нельзя об этом сказать. Ну и пусть сердце кровью обливается, потому что ему очень хочется обнять ее так же как и там. Ну и пусть придется сдерживать себя от этих мучительных порывов. Главное — она жива и счастлива, хотя бы здесь… без него. — У Вас хороший удар. Я даже от Сакуры-чан так не получал за свои шутки, хе-хе. Кушина на такое немного зарумянилась. «А она и вправду очень красивая.» — подумал Наруто. — Ладно, Киару, проводи нашего гостя до общежития. Только, пожалуйста, давай на сегодня без приключений. Хорошо? Минато передал ключи своему сыну и направился с места преступления в сторону дома, прихватив с собой очень вспыльчивую особу. А наши герои неспешным шагом пошли в сторону общежития. Шли молча. Каждый думал о своем. Один о судьбе своего и этого мира в целом и о своей внезапно ожившей семье в частности. Другой об очень подозрительном блондине, который смог ему врезать так, что синяк до сих пор не проходит, не смотря на наличие лиса, который по каким-то странным обстоятельствам не собирается его лечить: то ли не хочет, то ли злорадствует, то ли не может. В общем настроение у Киару оказалось на отметке «пошло все к черту, спать хочу». В принципе у Наруто оно тоже было на той же отметке. И вот двое бравых ребят добрались-таки до пункта назначения. Киару передал ключи подозрительно счастливому блондину, а счастлив Наруто был, потому что его поселили туда, где он прожил всю свою недолгую жизнь. Красноволосый ключи отдал. Сказал: «Пока». И исчез. Испарился.