Переходя черту

— Конан, это ты? Ты выросла в прекрасную женщину, а твои техники стали сильнее, — удивлённо произнёс Джирайя. Весь день он собирал информацию об этой деревне. Он собрал достаточно противоречивых сведений, и это сбивало с толку. Прежний глава деревни исчез в неизвестном направлении, как, собственно, и все его союзники, а также родственники, вплоть до «седьмой воды на киселе». Кто стал новым лидером непонятно. Информация не проникает во внешнюю среду. Совсем. Потому что о перевороте до этого момента Джирайя ни разу не слышал. Главу деревни жители уважают, с его появлением прекратились разбойные нападения, да и вообще любые нападения. Жители зажили спокойно и давно позабыли о беспорядках, в том числе и на приграничных территориях. Потихоньку налаживался быт, отстраивались дома, люди обзаводились хозяйством, больше не боясь в одночасье всё потерять. При всём при этом жители побаиваются своего лидера. Люди вздрагивают, вспоминая его расправу с Ханзо-самой. Никому не хотелось бы оказаться в немилости, при таких-то перспективах. Потому-то информация о деревне и не распространяется во внешнюю среду. Да и с чужаками общение ведётся с неохотой. Отшельник выудил немало хитростей из своего арсенала, чтобы вытянуть хоть каплю информации. Впрочем, та информация, что он вытянул, не давала ровным счётом ни-че-го. Пришлось ему действовать иначе, и заманить пару шиноби в свою ловушку, так сказать взять пленных в свою жабью тюрьму. Кто ж откажется в конце трудового дня от халявной выпивки? Вот и они не отказались. А когда поняли, что это ловушка, было уже поздно, ибо она захлопнулась. Вот на них то Джирайя оторвался по полной. Использовал все варианты устрашения, что были в наличии. Варианты, конечно, были весьма сомнительные, но что уж тут поделаешь? Главное ведь, что они сработали, не так ли? И полилась на Джирайю информация, как из рога изобилия. Стало понятно, что о лидере своей деревни даже подчинённые не особо то много и знают. Ни откуда он появился, ни кто он вообще такой. Вот тут то у Джирайи и появились подозрения, что глава этой деревни и руководитель преступной организации «Акацуки» — это вполне может быть одно и то же лицо. Ведь информация, что ему удалось добыть до проникновения, гласила что самый главный из Акацуки скрывается в этой деревне, но в качестве кого он тут находится не говорилось. Отсутствие каких-либо данных о деревне наводило на определённые мысли. На мысли о том, что здесь творится что-то неладное. Но что конкретно открылось только во время допроса этих двоих. В любом случае, этого, как считал сам Джирайя, недостаточно. Необходимо добраться до самой сути, и выяснить всё до конца. Окончательно и бесповоротно. И вот когда отшельник шёл под прикрытием одного из захваченных им шиноби, откуда ни возьмись объявилась эта бумажная фея. Фея оказалась известной и до боли знакомой отшельнику. Джирайя с удивлением подмечал знакомые черты: синие волосы, карие глаза. Он вспоминал своё далёкое прошлое, когда обучал сирот ниндзюцу в этой самой деревне. Они троицей возвращались в Коноху, когда к ним пристали эти сироты. Жабьему отшельнику стало их по-настоящему жалко, но он не стал бы помогать им, если бы не одна деталь… У мальчишки был риннеган, как у Мудреца шести путей. Именно это и определило тогда выбор Джирайи. Он остался их обучать. Когда-то давно ему предрекли ученика, который сможет спасти мир или уничтожить его. Предрекли ученика, которого он сам не будет обучать, но при этом будет его сенсеем. Пророчество было довольно странным и запутанным, но главная мысль в нём была. Тот путь, который выберет Джирайя для своей жизни, станет путём следования его ученика и определит судьбу миров. Почему пророк сказал слово «мир» во множественном числе, отшельник так и не понял тогда. Впрочем, он вообще мало что понял. Он задался тогда вопросом: почему его путь должен определить судьбу мира, если он не будет обучать этого ученика? Оказалось, он спросил это вслух. Жабий мудрец встрепенулся, проснувшись, и пробормотал что-то о резонансе миров. Джирайя вспомнил об этом пророчестве, когда встретил мальчишку с необычными глазами. Тогда он подумал, что такой вариант как раз подходит под это описание. К тому же возможности этих глаз неизведанны, вполне вероятно, что они безграничны. В таком случае становилась понятна оговорка про миры. Через несколько лет, после того как он покинул детей, до него дошли слухи об их гибели. Отшельник был искренне огорчён таким исходом. Ему в голову пришла мысль, что он ошибся: не мог погибнуть мальчик из пророчества, при этом не выполнив своё предназначение. И только совсем недавно карты сошлись. Ученик, которого он не обучал сам появился из ниоткуда, вылез, как чёрт из табакерки, пугая всех своими выходками. И вроде бы ничего такого не делал, однако, все обращают на него внимание, улыбаются и смотрят вслед, машут рукой, приветствуя. И когда только успел стать солнцем для чужой по сути деревни? И вот теперь он воочию видит Конан, живую и невредимую. И если она жива, значит мог выжить и тот мальчишка. Вот только… Отшельник пригляделся повнимательнее и, наконец, увидел то, что его смущало в молодой женщине. На ней был чёрный плащ с красными облаками — символ преступной организации. Да и настроена она была весьма воинственно, напала без предупреждения.  — Я надеялся выманить Пейна, но появилась ты, — негромко произнёс отшельник, проследив взглядом за убегающим шиноби. Листики бумаги так и кружились вокруг девушки. Сама же она тоже состояла из таких листиков. Нижняя часть тела Конан отсутствовала.  — Кто или что такое Пейн? — предпринял попытку завязать разговор Джирайя.  — Это Вас не касается, сенсей, — весьма равнодушно ответила Конан, — Вы должны умереть. Такова его воля. Листы бумаги за её спиной стали сформировываться в крылья. В крылья, которые были агрессивно направлены на отшельника. Он понял всё без слов, будет бой.  — Так вот почему тебя называют ангелом, но передо мной не обязательно разыгрывать этот спектакль. — с ухмылкой произнёс он. Листья полетели с бешеной скоростью на Джирайю. Он же одновременно с Конан выплюнул огненный шар, сжигая бумагу. Когда воздух закончился, саннин откатился и послал вслед огромную струю масла, что пропитала все листы и обезвредила девушку. Куноичи нахмурила брови от досады. Сенсей знает о её слабости. Неудивительно, ведь он сам её обучал. Молодая женщина обнаружила себя в тисках из белой гривы волос, что тянулась от отшельника.  — О, показался, наконец. — перевёл взгляд Джирайя на нового участника боя.  — Теперь Вы испытываете сожаление, что не поступили тогда, как говорил Орочимару? — равнодушно спросила Конан.  — Я не жалею, что спас ваши жизни, но я разочарован. Я обучал вас ниндзюцу, чтобы вы смогли выжить в то непростое время. А сейчас вы нападаете на меня, даже не поприветствовав. Разве так положено встречать старых знакомых? С того самого времени я следил за вашими достижениями, вы многого добились… Так почему вдруг Акацуки? Почему вы выбрали именно этот путь? Они не приведут вас к миру, о котором вы так отчаянно мечтали.  — Как раз наоборот. Это единственный верный путь. — без единого признака эмоций парировал мужчина, — Ваш разум не способен вместить в себя всю суть этого мира. Ваш мозг ограничен понятиями чести, деревни, воли — всего того, что Вам вбивали в голову с самого рождения в кругу семьи и деревни. Вы не сможете посмотреть на противника и определить все мотивы его поступков. У вас есть только собственное мнение, навязанное деревней, что шиноби не прав, потому что напал на Вас, на Ваших друзей и близких, на Вашу деревню… Войны будут продолжаться всегда. Не существует понятия истинного мира. В шиноби всегда будет тлеть огонёк боли и желания отомстить обидчикам. Всегда будут существовать алчные и жадные шиноби, для которых Ваши понятия — пустой звук. Шиноби не способны понять друг друга, не способны поставить себя на чужое место, не способны посмотреть с другого угла. Вам кажется, что я творю зло, но с моей точки зрения виден мир, будущий мир. И я не дам Вам себя остановить… ***  — Ты там долго? — раздражённо ходил около уборной Наруто. В ответ оттуда раздались характерные звуки прочищения желудка. Это Узумаки всё нипочём, ему лис помог вывести вредные вещества из организма, да и то блондина при пробуждении в первую очередь вывернуло. Обито же пришлось позаботиться о себе самому, — Мы вроде как опаздываем, даттебайо.  — Пошли, — спустя ещё пару минут вывалился оттуда взмокший Обито. Вода ручьями стекала с его бледного лица на пол. Он сделал пару шагов, пошатнувшись. Добрался до аптечки, что им выдали перед миссией. Голова его сильно кружилась, не помогло даже прочищение желудка от этой дряни. Видимо, достаточное количество просочилось в кровь. Обито судорожно вытряхнул содержимое аптечки на кровать и стал искать хоть что-то, что сможет вернуть его в нормальное состояние, — Вот это должно помочь, — пробормотал он хриплым голосом, закидывая в рот какую-то капсулу сомнительного цвета. Однако надпись, что гласила на бирке звучала обнадёживающе. Учиха сомкнул глаза, пережидая очередной приступ головокружения. Спустя ещё несколько минут, за которые Наруто успел намотать несколько десятков кругов по комнате, Обито наконец-то встал. Он повертел головой в одну и другую сторону, состояние было сносным, но отголоски всё ещё ощущались. Быстро собравшись, они выдвинулись в путь.  — Некоторое время он потратит на сбор информации, — подбодрил Обито блондина, — Так что у нас есть ещё время, но надо всё же поторопиться. Они уже пересекли границу и пробежали половину пути, когда заметили двоих путников. Недолго думая, наши герои метнулись в ближайшие кусты и стали следить за ними.  — Одного я знаю, это подрывник, — шепотом проинформировал Узумаки, — А второй-то кто?  — Подрывника зовут Дейдара, — с лёгким налётом раздражения уточнил Учиха, — Ты всем клички даёшь что ли? А второй… Это видимо альтернатива меня самого, — задумчиво стал разглядывать он мужчину, — Как интересно… *** Двое не спеша и беспечно шли по дороге. Они никуда не торопились. Только настроение Дейдары было на отметке «разнесу сейчас всё нахрен». Новенький же не умолкал ни на секунду. Постоянно болтал о деле и нет, о прошлом, о настоящем, о цветах, о деревьях, о пчёлах. Пел песни, прятался, играл в какую-то придуманную им самим игру. Короче, делал всё от себя зависящее, чтобы блондин взорвался, возможно даже в прямом смысле. Они прошли несколько метров от перекрёстка, когда новичок внезапно обернулся и посмотрел прямо в глаза Обито. Мужчина также, как когда-то Обито, носил маску, но его маска, естественно, отличалась. В прорезях для глаз Обито увидел активированный шаринган. Мужчина смотрел ему в глаза не больше минуты, после чего отвернулся и, будто ничего и не было, стал догонять Дейдару, рассказывая очередную байку. *** Обито почувствовал, как с него схлынуло напряжение. Он и не думал, что пребывал в таком состоянии полной готовности к бою, пока этот взгляд не пропал.  — Что делать будем? — поинтересовался Узумаки, начиная нервно трясти коленом, — У нас нет на это времени, нам нужно торопиться, даттебайо.  — Ты, конечно же, прав… Но проследить за ними тоже бы не помешало, — продолжая следить взглядом за альтернативой себя, тихо проговорил Учиха.  — И что нам это даст? — выгнув светлую бровь, повернулся к напарнику Наруто.  — Понятия не имею, — отвлёкся от созерцания Обито, — Но я хочу понять, на что способны его глаза, — он снова принялся разглядывать мужчину сквозь ветки кустов, слегка сдвинув их рукой, — Поэтому… Я, пожалуй, остаюсь, не волнуйся за меня. Ты и один там справишься. Нельзя упускать такую возможность — узнать истинное лицо врага.  — А, если… — попытался возразить на это джинчурики.  — Ты всё ещё здесь? — нахмурив брови от раздражения, грозно прошипел Учиха.  — Тц. — высказал своё отношение к происходящему блондин, вылетая из укрытия, — Некогда мне тут с вами нянчиться, даттебайо, — зло прорычал он себе под нос. ***  — Разве не Вы нас учили, что не стоит недооценивать врага, Джирайя-сенсей, — внезапно раздался голос за спиной. Последовал удар, отшельник пробил своим телом стену и вылетел наружу. Он кубарем летел, соприкасаясь с водой, будто плоский камень, запущенный под определённым углом в озеро. Скорость немного снизилась, и Джирайя затормозил голыми ногами по воде.  — Мальчик, — воскликнула жаба, — Твоя левая рука!  — Знаю, — не теряя бдительности, ответил отшельник.  — Теперь их семь, — удивлённо констатировал Фукасаку, — Зря ты полез сюда один. Нам следует отступить.  — Как в одном месте может собраться столько шиноби с одинаковыми глазами? — всё больше удивлялась Шима, — Смотри, те трое, которых мы убили, тоже здесь. Как такое возможно?  — Видимо, кто-то из новоприбывших обладает какой-то техникой воскрешения, — предположил Фукасаку.  — Не бывает таких техник, — категорично возразила «ма».  — Кто ты, чёрт побери, такой?! — возмущённо проорал отшельник. Он не вполне понимал, что происходит. Почему их столько, почему у каждого есть риннеган. Всё вместе сбивало с толку.  — Мы — Пейн. Мы принесём возмездие этому миру. Этот мир… Получит то, что заслужил… Внезапно послышался свист. Джирайя уже слышал подобный недавно. На место, где только что стояли противники, обрушилась мощная техника стихии ветра. Перед самим же отшельником плавно опустился ученик, что пришёл из другого мира.  — Ты как в порядке, Извращённый отшельник? — слегка обернувшись, спросил Наруто.  — В полном, — ухмыльнулся жабий саннин.  — Это тот самый мальчишка? — обратилась к мужу Шима, разглядев глаза и метки саннина у блондина. Фукасаку только кивнул в ответ.  — Эй, Извращенец, ты уже достаточно навоевался тут, дальше я сам, — уверенно произнёс Узумаки, — Иди, пиши свои пошлые книжонки, да погрейся на горячих источниках, там как раз есть за кем подглядеть. Жабий старпёр, — перевёл он взгляд из-под нахмуренных бровей на вышеназванного.  — Понял, — с лёгкой улыбкой Фукасаку утянул за собой под воду отшельника.  — Ну, и что тут у нас? — сам для себя пробормотал Наруто. «Будь осторожен, — предостерёг Курама, — Здесь их почему-то больше. К тому же, у нас в этот раз нет преимущества. Самый опасный в полной боевой готовности.» «Говоришь так, будто тогда был на моей стороне, даттебайо,» — усмехнулся джинчурики. «Моя светлая половина и была на твоей стороне, придурок, — возмутился лис, — Ему не очень-то хотелось, чтобы его использовали для непонятных целей! Как умел, так и помог, понятно?»  — Ну, здравствуй, Наруто, — обратился к нему самый главный Пейн, — А я тебя ждал… — Узумаки удивлённо посмотрел на говорящего. Пейн перевёл взгляд вниз и стал разглядывать ногти на своих руках, проверяя их прочность, — Видишь ли, в чём дело… Мне сообщили, что ты рано или поздно появишься…