Переходя черту

Дни складывались в недели, недели — в месяц. Опрос населения ничего толком не дал. Никто из жителей не ведал о дружбе выделенных малолетних шиноби с кем-нибудь вообще, не говоря уже о клане Учиха. Слишком много времени прошло с того момента. Слишком много воды утекло. Наруто с Какаши, а именно они занимались опросом населения, не стали задавать напрямую вопрос о «проклятом» клане, чтобы не вызывать ненужные пересуды и слухи. Мало ли чем это обернётся. Не хватало ещё самим спровоцировать переворот или что-то в этом роде. Потому спрашивали аккуратно и исключительно о том, с кем общались, с кем дружили и с кем были в тесных отношениях заинтересовавшие личности. Миссию ту Хината, действительно, нашла среди полицейских отчётов. По сути генины и сами не знали, что искали. Но поисковая команда была выслана по определённой наводке развед-отряда. Дескать, там была замечена подозрительная активность. Вот их и отправили проверить эту активность. В результате ребята пропали с радаров на несколько дней, а когда вернулись, на одного члена команды стало меньше. Остальные двое были настолько подавлены, что не возникало никаких сомнений в том, что на миссии произошло что-то воистину страшное. Судя по отчёту ребят, на отмеченной территории оказалась замаскированная засада. Одного из них взяли в плен, а двое других отправились следом, чтобы выручить из беды товарища. И им почти это удалось. Вот только на обратном пути они попали в иллюзию, а когда очнулись, товарищ был уже мёртв. Эта история вызвала у Хинаты нездоровое подозрение. Больше было похоже на ловушку, в которую трое генинов и угодили, не подозревая об этом. В полиции сей случай оказался в результате установления истиной причины гибели пострадавшего. Никто не сомневался, что ребята говорили правду, но проверить не мешало. Вдруг их давно уже завербовали враги. Хината думала о том, что эта история до боли напоминает ту, что они искали. Настолько же необъяснимая и подозрительная. Вот только это ничего не давало. Никто не знал, с кем общался пострадавший, в полицейских отчётах об этом также не было ни слова. Обидно. Обидно было потратить столько времени на пустышку. Не совсем пустышку, конечно, но всё же. Обследование странной поляны также ничего не дало. Отряд так и не смог вскрыть иллюзию, если она вообще там существовала на момент появления отряда на поляне. Никаких следов и зацепок обнаружено не было. Отряд в течение недели тщательно обследовал каждый камень, каждую травинку и нить паутины. Поляна была просмотрена вдоль и поперёк. Ничего. Ни единого отголоска чакры. Отряд с Обито во главе также потерпел фиаско. Хокаге после некоторых раздумий отправил вместе с ними представителя клана Хьюга, как неоспоримого помощника в разведке. Однако, базы оказались пустыми и заброшенными. Будто враг знал, что не стоит ими пользоваться во избежание их поимки. Возможно, так и было. Это обстоятельство заставляло сделать два предположения. Либо враг из каких-либо источников знал об их появлении, а это значило, что кто-то сливает им информацию. Либо местный «Мадара» — тот ещё перестраховщик и решил постоянно менять их местонахождение, что было бы вполне разумным, учитывая характер организации. Сами Акацуки на это время капитально затаились. Не было слышно ни о каких действиях с их стороны, будто они выжидали. Вот только чего они ждали было непонятно. Возможно это было затишьем перед бурей. И буря могла быть разрушительной. Но пока не слышно об их деятельности, узнать о предстоящем не представлялось возможным. Скорее всего это было связано со сменой лидера. Но не факт. Совсем не факт. Наруто периодически тренировал Мируто. В основном гонял по физической подготовке. Тренировали меткость и ловкость. Мелкий же млел от внимания и от того, насколько парень похож на отца. Выяснение родословной обоих зашло в тупик. Впрочем, Мируто грела одна только мысль о том, что он знает о родстве этих двоих. Что он единственный, кто об этом знает. Наруто оказался довольно-таки добрым парнем. От него так и исходило тепло во все стороны. Мируто забавляло то, как он злился. Его так и подмывало дразнить Наруто, поэтому случай с раменом довольно-таки часто припоминался им к месту и не к месту. Частенько именно с этого и начиналась более усиленная тренировка. С фразы, сказанной ехидным голосом и приправленной хитрой улыбкой. Джирайя за это время пришёл в себя и теперь на каждом углу были слышны разные вариации «Великого сражения Жабьего Отшельника». Боевое ранение стало гвоздём этих душещипательных историй, оно демонстрировалось каждый раз. И каждый раз с разной предысторией. «Огромная акула летела прямо на маленьких сирот, но я не побоялся и заслонил их собой…» «Ужасающих размеров тигр напал на целый рынок, граждане с дикими криками разбегался кто куда, и тут вышел я…» «Здоровенный крот…»  — Крот? Серьёзно? — скептически посмотрел на него Наруто. «Крот, — с нажимом продолжил отшельник, прожигая блондина взглядом, — выбрался из пещеры. Юные девы даже не подозревали об опасности, что их ждёт у этого водопада…» Узумаки хлопнул себя ладонью по лицу. «Этого извращенца ничто не исправит». Всё шло своим чередом. Обито уже около недели находился в деревне. Они с Какаши всё обдумывали ситуацию и пытались решить ребус. В голову не приходило никаких мыслей. Как действовать теперь? Оставалось только ждать. Ждать шагов противника. Вот только дождались они совершенно не этого. *** Киару с самого утра чувствовал некое жжение в области торса. По внутреннему состоянию всё было в порядке, но жгло, будто горчицей намазали, и с каждым часом жжение усиливалось. Не то чтобы горело нестерпимо, но вызывало небывалый дискомфорт. Ближе к вечеру он уже не мог ни о чём думать, кроме как об этом. Кожа с внутренней стороны жутко чесалась. Он и сам не замечал, как руки тянулись к животу и чесали его, расчёсывали со всей силы, но не могли никак унять этот зуд. Кожа на этом месте покраснела, также на ней появилось несколько царапин от ногтей Намикадзе. Он не вытерпел и отправился на ближайшее озеро, дабы освежиться. Зуд действительно пропал, но лишь на время. Где-то через полчаса всё вернулось с новой силой. Измученный взгляд Киару сосредоточился на здании больницы. Он уже собрался обратиться туда, чтоб его обследовали на какое-нибудь кожное заболевание, когда острая боль согнула его пополам и повалила на землю. Стон помимо воли сорвался с губ. Прохожие, что хотели уже помочь, внезапно отскочили подальше, а после и вовсе разбежались. Кир приподнял веки, мутным взглядом окинул пространство. Он явно заболел. Ему срочно нужно добраться до больницы. С трудом поднявшись, он сделал несколько шагов, зажимая руками собственный торс. Новая волна боли была гораздо сильнее предыдущей. Она заставила тело выгнуться под небывалым углом. Жар прокатился от сердца до кончиков пальцев. Руки сами собой разлетелись по сторонам. Крик, больше похожий на звериный, пронёсся по всей деревне. Спустя минуту или две всё прекратилось, но зуд всё также трепал свою жертву. Зрение обрело относительную ясность. Тяжёлое хриплое дыхание разносилось по округе. Он окинул взглядом окружающее пространство, превозмогая головокружение.  — А чего это вы тут все? — сквозь звон в ушах слышал он собственный удивлённый голос с хриплыми нотками. Несколько джоунинов окружили его на некотором расстоянии, не подпуская никого ближе.  — Срочно! — крикнул один из них. — Вызовите Хокаге! Очередная волна боли и жара заставила его забыть обо всём, что его окружает. Кровь неслась по сосудам с небывалой скоростью. Бешеный пульс перекрывал своим звуком раздражающий звон. Сознание меркло, отключалось, уходило в спасительную темноту. Это было последнее, что он запомнил. *** Наруто проснулся рывком, пульс его зашкаливал от волнения. На него сразу же обрушился весь спектр ощущений. В воздухе витало опасностью, и он прекрасно знал, какого рода опасность это предвещает. «Кьюби рвётся на волю…» — метался в подсознании лис. «Как давно?» — не размениваясь на детали, коротко спросил Наруто. «Только начал». — также коротко ответил Курама. Узумаки кинулся к окну, прихватив с собой одежду. Высматривая цель в ночной деревне, он быстро переоделся. Пихнул ногой Саске не глядя. Саске молча открыл глаза и уставился на джинчурики. Блондин оглянулся через плечо на соседа.  — Нам пора, — строгий взгляд голубых глаз говорил о серьёзности ситуации. Да Саске и сам почувствовал чакру Кьюби. *** Эвакуация прошла быстро и без лишней пыли. Благо не так уж давно были внеплановые «учения», если это можно так назвать. Хокаге прибыл на место, когда уже появился третий хвост. Однако, подавляющие печати отчего-то не срабатывали. Лучшие бойцы Конохи встали на её защиту и потихоньку уводили джинчурики за пределы деревни, чтобы никто из гражданских не пострадал. Эвакуация эвакуацией, но всегда существуют форс мажоры и определённые ситуации, при которых кто-то не смог уйти или укрыться. Минато с ужасом смотрел за появлением четвёртого хвоста, во время которого кожа слетала с сына, как ненужная шелуха. Клан Узумаки споро принялся строить барьер вокруг джинчурики, как только они покинули пределы деревни. Джинчурики же, покрытый кроваво-красным покровом, всячески этому сопротивлялся. Несколько представителей клана Учиха вступили в борьбу, да только демону было всё нипочём. Он отчаянно гасил все атаки своими чакролапами, скорость его тоже была не маленькая, как и концентрация чакры. Одним рыком он оказался способен отбить очередную атаку. Поистине ужасающая сила, которая в этот самый момент выходила из-под контроля. *** Наруто с Саске быстро нашли свою цель. Воплотившись на ближайшем к барьеру дереве, они споро огляделись и ринулись в самую гущу. Прямо внутрь барьера. Саске организовал Сусано и, схватив Наруто в костлявую руку, переместился вместе с ним с помощью риннегана. Узумаки коротко кивнул напарнику, призывая того к действию, сам же ринулся в бой с джинчурики, чтобы отвлечь внимание демона на себя. Наруто лихо уходил от ударов в режиме отшельника. Другие режимы он не решился использовать в виду специфического противника с потенциально схожей чакрой. По крайней мере, именно так прорычал Курама, высказывая свои умозаключения. Пятый хвост вырвался в пылу битвы как-то незаметно. Узумаки размножился, резко превосходя противника в численности. Впрочем, это не сильно помогало. Расен-сюрикены раскидывались демоном только так. Мощный удар откинул блондина к напарнику.  — Не пробиться. — коротко прокомментировал свои бесполезные попытки Саске.  — То есть ко мне все кому не лень, когда не просят лезут, а к нему не пробиться ему, — возмутился Узумаки, уворачиваясь от очередной атаки чакролапы Кьюби. — У тебя самое мощное додзюцу! Что значит не пробиться, мать твою? Тем временем появился шестой хвост, кости начали вылезать наружу, пугая всех присутствующих этой ужасной картиной. «Наруто! Больше нет времени на раздумья! — рыкнул Курама в подсознании. — Помощи ни от кого не будет. Все и так уже здесь. Если даже риннеган не в силах пробиться, то никто не сможет». «А Учиха? Посмотри сколько их тут! — воскликнул в сердцах Наруто. — Почему никто из них не может угомонить его?» «А ты вглядись в его глазницы, идиот! Ты видишь там глаза, зрачки? Там просто белые провалы. Только с появлением восьмого хвоста господа Учиха смогут что-то сделать». «Так в чём проблема? — недоумевал Узумаки. — Подождём этого восьмого хвоста и дело в шляпе». «Проблема в том, — вкрадчиво прошипел лис. — Что восьмого хвоста может и не появиться… Может появиться сразу девятый, и парнишка будет потерян навсегда». «А как же все эти Узумаки, что держат барьер вокруг нас? Разве они ничего не могут сделать? Они же мастера, даттебайо!» «Они мастера по запечатыванию всяких монстров… — устало пояснил лис. — Они могут только сдерживать его. Они не могут повернуть вспять то, что безвозвратно разрушено… Даже Хокаге не в силах подавить превращение в лиса». «Но раньше же они как-то это всё останавливали! Ни за что не поверю, что это в первый раз!» — начал злиться Узумаки, сдерживая клонами чакролапы. Его вместе с копиями раскидало по всему полю. Призрачные руки Сусано задержали Кьюби, но лишь на доли секунд. От тела отделилась очередная чакролапа и снесла препятствие. «Послушай, — тяжело вздохнул девятихвостый. — Это вообще другая печать, её единственная слабость должна быть только во время родов. В Мито я был запечатан такой печатью, в Кушине — тоже. Она максимально надёжна и извлечение из неё происходит тоже по-другому. Но мы сейчас видим то, что видим. Лис пытается вырваться так, как я из тебя во время нападения Пейна… Так не должно быть. Но ты сам прекрасно видел, что творится внутри этого парня. Там всё накручено непонятно как, возможно, эти Узумаки ещё чего добавили. Чёрт его знает… Скорее всего, они действительно бессильны что-либо сделать…» «И что же ты предлагаешь? Оставить всё как есть, даттебайо?» — раздражённо ответил Наруто, находя глазами Йондайме, который в крайней степени напряжения следил за своим сыном. Кулаки Хокаге были сжаты, брови — решительно сдвинуты, губы побелели от едва сдерживаемого гнева… Гнева на самого себя… Его сын превращается в лиса, а он не в силах ничем помочь. «Нет… Я предлагаю тебе поглотить лиса…» — кровожадно оскалился биджу.  — Нет… — прошептал шокированный Узумаки, резко повернувшись к монстру. — Я не могу… Он расширившимися глазами следил за маленькой копией лиса в теле, пока ещё в теле, брата. Наруто даже не заметил, что высказался вслух. «Я верю в тебя…» — где-то на задворках сознания прозвучал голос отца. «Ещё как можешь, чёрт побери! — разъярился Курама. — Если мы этого не сделаем, лис вырвется на свободу, а тот мудак, который следит за всем и источает жгучую ненависть откуда-то слева, заберёт его себе!»  — Я не могу, — снова прошептал блондин побелевшими губами. — Я не имею на это право… Он же… — джинчурики сглотнул образовавшийся в горле комок. — Он же умрёт… Как я могу это сделать? Я не Ками-сама и не Шинигами, чтобы решать кому жить, а кому умирать. Я не смогу лишить своего брата жизни, даттебайо! — со слезами на глазах зачастил Наруто. «Я верю в тебя…» — голос в подсознании проникал всё глубже. «Если его поглотит лис, то Кир тоже не особо живым будет, не находишь?» — пытался достучаться до блондинистого идиота биджу. «Пока он полностью не превратился, ещё есть надежда. Ты же склоняешь меня к тому, чтобы эту надежду отобрать!» — в отчаянии проорал в подсознании непредсказуемый шиноби. «Да ничего с твоим братом не будет, — вышел из себя Курама. — У него есть мелкий лисёнок, придурок ты безмозглый! Кьюби, как специально, подготовил эту лазейку! Хм… Может не такой уж он и сумасшедший, — задумчиво протянул он. — В любом случае, нужно торопиться!» Кушина Узумаки проникла внутрь барьера и попыталась сдержать джинчурики цепями. В глазах матери блестели слёзы, но она была полна решимости сдерживать Кьюби. Однако, цепи были моментально разорваны, а джинчурики взбесился ещё больше. Появился седьмой хвост. Йондайме поймал жену и вернулся за барьер с ней на руках. «А как же весь твой трёп про баланс сил, миров и прочую лапшу, что ты мне по ночам вешал?» — более-менее успокоившись спросил Узумаки, продолжая отбиваться от джинчурики и перенимать всё внимание последнего на себя. «Я верю в тебя…» — голос стал проникать в каждый уголок мозга блондина. «Забудь! Насрать! Прорвёмся как-нибудь!» — от волнения лис начал говорить рубленными фразами. «А когда вернёмся в свой мир? Он останется здесь и разнесёт всё к чертям?» — прикрыл глаза от понимания неизбежного задал новый вопрос Наруто. «Мы его приручим. Станет белым и пушистым», — многообещающе дёрнул ухом биджу. «А вдруг он тебя поглотит? А потом заберёт моё тело… Что тогда, даттебайо? Конец войне и обоим мирам?» «Я верю в тебя…» — набатом прозвучало на всё подсознание. «Вместе мы справимся. Верь в себя и в меня. Не твои ли слова: «засомневаться — значит проиграть». Так какого чёрта мы всё ещё ждём?» «Я ВЕРЮ В ТЕБЯ! — максимально громко прозвучало в голове, казалось, что это слышали во всём мире. Образ отца, настоящего отца, чётко встал перед глазами, его ласковая улыбка, добрые глаза. Казалось, что он секунду назад растрепал Наруто причёску этим родительским жестом, вселяя в сердце уверенность, даруя тепло, которого тот был лишён всю жизнь. — Ведь ты же мой сын». «Интересно, а местный отец хоть раз говорил это своему сыну? — ни с того ни с сего подумал Узумаки. — Ладно, я согласен. Что от меня требуется сделать?» «Ничего, мне нужно было только твоё согласие, — облегчённо вздохнув, спокойно ответил Курама. — Без тебя я точно не справлюсь с ним, а вдвоём мы его одной левой сделаем…» «А мне нравится твой настрой, даттебайо».  — Саске! — крикнул он во всю мощь лёгких. — Не дай им мне помешать! А после забирай наших и вали из деревни.  — Что ты задумал, идиот? — флегматично спросил Учиха, прожигая собеседника подозрительным взглядом.  — То, после чего я либо сдохну, либо проснусь в подвалах Конохи, даттебайо, — кровожадно оскалившись ответил блондин. — И лучше бы вам не оказаться рядом со мной. Иначе вас отсюда не выпустят. И в этот раз, — вкрадчиво произнёс Узумаки, — я хочу, чтобы ты сделал именно так, как я сказал. «Приготовься. Я выхожу». — предупредил Курама прежде чем блондина заволокло золотой чакрой. Присутствующие ослепли на некоторое время от мощного выброса света, подобного солнечному. Солнечный свет стал споро обволакивать слетевшего с катушек джинчурики. Покровы вступили в реакцию, как и предполагал Курама. ***  — Очнулся, наконец, — прозвучал совсем рядом знакомый голос.  — Где я? Что происходит? — дёрнулся в своих путах Наруто.  — А как ты сам думаешь? Где ты можешь в данный момент находиться после того, что ты сделал? — устало спросил Йондайме, вышедший из темноты.  — ВЫ мне скажите… — посмотрел ему в глаза Наруто из-под нахмуренных бровей, не поднимая головы. Из одежды на нём были только бриджи, да и те все в пыли. Тело зудело и чесалось от грязи, в которой он, вероятно, вывалялся весь.  — С какой целью ты вытащил из печати лиса? — с нотками металла в голосе строго спросил Хокаге.  — Чтобы Ваш сын не превратился в него полностью, разве непонятно? — со злой иронией прорычал джинчурики.  — А с чего ты взял, что мы бы позволили этому случиться? — нахмурился Намикадзе. — Целых два сильнейших клана Конохи были готовы на всё, чтобы не допустить превращение. Все выжидали удобного момента, и тут…  — Ни хрена у Вас не было под контролем, как Вы не пытайтесь меня убедить! — перебил его злой голос Узумаки. — Я видел Ваш взгляд, видел отчаяние в Ваших глазах. Он бы перевоплотился в лиса и сдох, если бы я не вмешался.  — Не много ли ты на себя берёшь, мальчишка? Откуда в тебе столько эгоцентризма? Неужели ты думаешь, что ты один самый сильный и самый умный во всём мире шиноби? Хватит убеждать меня в своём благородстве! — разозлился Четвёртый. — Зачем тебе понадобился лис? ОТВЕЧАЙ!  — Что бы я сейчас не ответил, — с едва сдерживаемым гневом процедил Наруто, — Вы меня всё равно не услышите. Так на кой чёрт задавать эти вопросы, если ответы на них Вам не нужны? Вы ведь уже всё для себя решили, не так ли, Йондайме Хокаге? — взгляд голубых глаз прожигал собеседника не хуже раскалённой лавы, ненависть во взгляде достигла максимально возможной отметки.  — Не стоит смотреть на меня, как на врага народа. Вы пришли из иного мира, что само по себе является необъяснимым и странным явлением. Так откуда нам знать, что Акацуки вашего мира — это не вы сами? Мы в принципе не можем утверждать что-либо о вашем прошлом, о вашей силе, о ваших стремлениях. Но смотри, что в итоге выходит: после вашего появления биджу словно с ума сходит, так вырваться пытается. И вот наступает подходящий момент, ты достаёшь его из печати, и сам становишься джинчурики девятихвостого. Спрашивается: для чего? Какую цель вы преследуете?  — Вам не выиграть эту войну без нас. — жёстко припечатал джинчурики, пытаясь этим доводом образумить Намикадзе.  — Возможно. Но это не значит, что вы можете творить здесь всё, что вздумается, и оставаться безнаказанными, — повысил на него голос Йондайме. — К тому же, это ещё не доказано. Война ещё даже не началась. А, возможно, и не начнётся. Ведь ты не сможешь передать им лиса, пока находишься здесь.  — Вы глубоко ошибаетесь на наш счёт. Мы вам не враги. Мы хотим защитить вас. К тому же, ни одна темница не сможет меня сдержать! — решаясь на отчаянный шаг, мрачно провозгласил Узумаки. «Стой, Наруто! Нам стоит пока остаться здесь», — предостерёг лис. «В чём дело?» — кратко поинтересовался джинчурики. «Да так. Не отвлекай, короче», — сипло произнёс Курама.  — Вы обрекаете два, ДВА мира на погибель! Вы совершаете огромнейшую ошибку в своей жизни! — не унимался блондин в попытке достучаться до главы деревни.  — Если мой сын умрёт, ты отправишься вслед за ним, — непоколебимый тон и ледяной взгляд говорили о серьёзности намерений. — Вне зависимости от мотивов твоего поступка, — он приблизился к закованному в цепи шиноби и, глядя в глаза, прошипел в лицо Наруто. — И твои друзья — тоже. С громким скрипом захлопнулась решётка, отрезая блондина от привычной свободы. Лязгнул замок, запирая узника. По всем поверхностям камеры прошли синеватые всполохи, активируя какую-то технику. «Твою мать, — выругался лис в подсознании. — Готовься, Наруто, будет жарко… И больно… — после минутного раздумья, Курама добавил, — как в аду». И начался самый настоящий ад. Узумаки казалось, что кости начали плавиться. Кожа раскалилась докрасна. Из глаз посыпались искры, а может это были вовсе и не искры, а потоки обжигающей чакры. Камера стала похожа на крематорий, на ту его часть, в которой от тел остаётся только пепел. Оглушающий крик разнёсся далеко за пределы помещения. Боль отринула все мрачные мысли и предположения. Боль вообще не любит, когда кто-то занят чем-то кроме неё. Боль любит, когда все мысли только о ней. «Я ведь обещал, что убью тебя! — прогремело на всё подсознание. — Теперь ты первый в очереди! А-ХА-ХА-ХА-ХА. Сам виноват», — жёстко припечатал Кьюби. Хокаге услышал этот душераздирающий крик Наруто. Он остановился на секунду. «Неужели он думал, что это так легко? Поглотить лиса, а потом сдерживать его, — горькая усмешка появилась на губах Минато, — Если ты не обладаешь нужными качествами, нечего и соваться во всё это. Послужит уроком самонадеянному мальчишке. Он думал, что легко стать героем. Что это словно прогуляться по парку. Что для девятихвостого лиса просто так выбирают шиноби только из клана Узумаки», — голубые глаза полыхнули бешенством в темноте. Не оборачиваясь, Намикадзе продолжил свой путь. Он прекрасно знал, что печати, которыми напичкана камера, справятся со своей задачей. Лис не сможет вырваться оттуда. Из тела тоже не сможет. Но это ещё не значит, что не попытается. О, пытаться будет, и ещё как. Хокаге не планировал такого испытания заранее, ему не присуща жестокость. Для таких вещей есть более подходящие люди. Отдал приказ и получил результат. Он понимает, что от этого никуда не деться. Четвёртый же больше силён в переговорах. Пытку он не планировал, но Наруто сам подписался на неё, поглотив в себя лиса, вот и получает последствия от своего поступка. Кто ж мог знать заранее? *** Наруто тяжело дышал, приоткрыв один глаз. Сиплые хрипы разносились по камере. Кожа его горела, как и мышцы. Ему казалось, что вместо крови по сосудам течёт жидкий огонь. Поверхность кожи была сплошь покрыта ожогами, которые не собирались так быстро заживать, как это было раньше. Сил у Курамы на лечение уже не оставалось. Все их общие усилия были направлены на сдерживание и борьбу с Кьюби. Что до внешних факторов, то обоим уже не было до них никакого дела. Если они не справятся, то это уже не будет иметь ни малейшего значения. Наступило небольшое затишье. Кьюби успокоился на некоторое время, чтобы потом с новыми силами ринуться в атаку. Со стороны послышался тихий нервный смешок. Узумаки с трудом повернул голову на звук. Мутным взором он уставился на братца, который, видимо, успел уже прийти в себя и поправиться. «Сколько же я тут уже нахожусь, даттебайо?» — вяло удивился блондин. «Прилично, раз он уже в полном порядке», — еле ворочая языком, прошептал лис.  — Ты серьёзно думал, что справишься лучше меня? — вкрадчиво спросил Киару. Взгляд его блуждал по телу измотанного узника, подмечая кровавые дорожки разной степени свежести. — Для девятихвостого в качестве джинчурики всегда брали только Узумаки. И делалось это не просто так. Он слишком силён для обычного шиноби. У тебя должно быть выносливое тело, быстрая регенерация и целая прорва чакры, чтобы его сдерживать. Да и этого порой бывает недостаточно.  — Ты для ч. чего приш… пришёл с-сюда? Лекц-цию мне прочитать? Так уже по… поздно, — тихо, прерывая речь глубоким дыханием вперемешку с хрипами, прошептал Наруто. Глаза его казались слишком яркими в столь тусклом помещении на контрасте с расчерченным ожогами и кровью лицом. Даже среди волос красовались испачканные кровью пряди. Киару вздрогнул, увидев на мгновение лицо своего младшего брата в упрямом синеглазом взоре из-под нахмуренных окрашенных кровавыми разводами бровей.  — Я пытаюсь понять твои мотивы, — задумчиво высказался Кир. — Исходя из той сказочки, которую вы нам скормили, твоя жизнь и жизнь молодого Учиха слишком важна для судьбы мира. А теперь поясни для меня, твоя жизнь резко обесценилась, раз ты пошёл на верную гибель? — он внимательно вглядывался в глаза собеседнику, надеясь прочитать в них ответ. Собеседник угрюмо промолчал, и тогда Намикадзе решил уточнить для большего понимания. — Видишь ли в чём дело, в конечном итоге, ты рано или поздно умрёшь. Ты не сможешь сдержать его, он высосет всю твою энергию до последней капли и вырвется. Мы уже даже новый сосуд готовим для Кьюби. Из клана Узумаки. И я хочу понять, на кой чёрт всё это нужно было? Это ведь ты что-то сделал. Ты сделал что-то такое, что спровоцировало прорыв печати. Я всем нутром это чую.  — Да, пош… — заливистый кашель прервал пламенный ответ иномирца, еле как откашлявшись, он сипло изложил свою мысль, — да пошёл ты! Узумаки было совершенно не до разговоров. Какой смысл что-то ему доказывать, тратить на это силы? Он чувствовал приближение очередного раунда борьбы, неизвестно которого по счёту. Огненная кровь стала ещё более раскалённой, её поток набирал скорость, опаляя сосуды изнутри. Джинчурики напрягся всем телом в ожидании. «Курама, ты как? Готов?» — устало оскалившись, поинтересовался Наруто, глаза которого постепенно наливались красным. Вся мирская суета резко отошла на второй план. «Нет», — оскалился Курама в ответ. «Ну, тогда погнали, ДАТТЕБАЙО!» — крик в подсознании раздался одновременно с новой порцией личного ада. Камера снова наполнилась вырвавшейся из-под контроля чакрой, которая по степени прожарки могла соревноваться с пеклом в этом самом аду. Собственная кровь смешивалась с чакрой, добавляя в воздух металлический запах. Дикий нечеловеческий крик Наруто разбавлялся звериным рёвом Курамы. Ошарашенный Киару отлетел на несколько метров от камеры, врезавшись в стену. Прикрыв слегка обзор одной рукой, чтобы было не так жарко, он ошалело смотрел в камеру, пытаясь найти среди этого хаоса своего недавнего собеседника. Камера была окутана синеватым сиянием, печать исправно работала, не пропуская чакру Кьюби наружу. Однако, прутья решётки раскалились докрасна, готовые в любую секунду расколоться на части, их сдерживала на месте только печать. «Что происходит, мать вашу?» — вертелось в голове бывшего джинчурики. Он огляделся по сторонам, подмечая, что никто не спешит сюда на помощь. Никто не торопится прекратить то безобразие, что творится в камере молодого узника. Будто так и должно быть. Но разве так правильно? С другой стороны, он и сам понятия не имел, что можно сделать в подобной ситуации. Никогда прежде он с подобным не сталкивался. Ему определённо пригодится совет. Совет того, кто знает всё о печатях и джинчурики в целом. И это явно будет не отец. Он ведь прекрасно знает, что тут происходит. Не может не знать. Но по какой-то неведомой причине не спешит помогать Наруто. Не хочет или не может. В любом случае, к нему обращаться бесполезно. Киару хлопнул раскрытой ладонью по стене, оставляя на ней свою специальную метку, после чего испарился с этого жаркого места, бросив последний растерянный взгляд на крематорий местного разлива. «Ты уверен, что мы не сдохнем, даттебайо?» — флегматично усомнился в своих силах блондин. «Вообще-то, ни капли не уверен, — столь же флегматично отозвался лис, усталость давала о себе знать. — Но, если сдохнем, то это будет самой зажигательной смертью в истории шиноби.»  — Слушай, если ты хотел затащить меня на горячие источники, мог бы просто сказать, — схватив за грудки Кира, впечатал его в стену Нагато. — Не обязательно было хватать меня и перемещать в неизвестном направлении на глазах у прекрасных дам! Тем более, ты отлично знаешь, как меня укачивают ваши с батей выкрутасы! — грозно прорычал он под конец.  — Взгляни, — не обращая ни малейшего внимания на пламенную речь, развернул Кир взбешённого собеседника.  — Какого?.. — на миг утратил дар речи Узумаки. — Это что ещё за?..  — Это я у тебя хотел спросить: «Что за?» — рассеянно почесав макушку, обозначил проблему Намикадзе.  — С чего вдруг такая забота о пленнике? — не отрывая взгляда от камеры, подозрительно уточным Нагато.  — Не смотря на его странные мотивы, он всё же спас меня. Сколько бы отец ни убеждал меня в обратном. Хотя, — невесело усмехнулся Кир, — это скорее моя вина в его недоверчивости. Слишком долго я талдычил ему о том, что не стоит им доверять. Я просто хотел убедиться… Хотел понять, зачем он это сделал. Зачем обрёк себя на такое. А тут… Вот так всё… Я же не зверь, молча смотреть на то, как он погибает в мучениях. Ярость огня постепенно стихала, чакра впитывалась обратно в носителя. Невольным зрителям открылась страшная картина. Молодой узник сплёвывал кровь, объятый оранжевым пламенем. Пламя это отрывалось от тела ошмётками, а после исчезало без следа, словно его и не было.  — Это ещё что такое? Это кожа так сгорает от демонической чакры? — сипло спросил Киару, подмечая свежие ожоги и открытые раны, из которых струилась кровь.  — Нет… — тихо ответил Нагато, — это его техника, я уже видел её однажды. Вероятно, она имеет свойства щита, но не сильно спасает, по всей видимости. Хотя, кто знает, что было бы с ним без такой защиты?  — Так, ты можешь помочь? Что это с ним вообще творится? Неужто это из-за отсутствия печати? — завалил Кир вопросами мастера печатей.  — Печать-то у него как раз-таки есть, — подметил Узумаки, указывая на живот Наруто. — Только она не справляется по какой-то причине. «Наруто, — с некоторым скепсисом в голосе обратился к нему лис, разглядывая клетку, — а ты не помнишь, с какого перепугу мы решили, что местный Кьюби лишь немного больше меня?» «Ну, как тебе сказать, — тяжело дышал Узумаки, рухнув прямо в воду от переутомления. — А чёрт его знает, даттебайо». «Выглядит, если честно, дико», — поделился Курама ощущениями, поёжившись. «Слушай, — смерив своего лиса взглядом, усмехнулся блондин, — а ты уверен, что тебя поделили пополам, а не на двадцать маленьких девятихвостых?» «Да, иди ты, — беззлобно фыркнул собеседник. — Лучше приготовься к новому раунду». «Надо всё же попытаться закрыть чёртову клетку, даттебайо», — поднялся Наруто, тяжело вздохнув. Он с какой-то опаской поглядел на тюрьму, которая оказалась местному Кьюби настолько мала, что ворота закрыть не представлялось возможным. Однако, Наруто слишком упрямый, чтобы отступать, к тому же, иного выхода просто-напросто не было. Поэтому они пытались раз за разом, не обращая внимания на боль, кровь, пот и прочие внешние факторы. Всё же у них команда из двух, и рано или поздно они справятся. Полудохлый, похожий на скелет девятихвостый лис и весь покрытый ожогами и ранами упрямый герой.