Чем Люцифер не шутит

Мими не разговаривает со мной. Вообще. Я никогда не видела её такой – этим же вечером она молча заходит в комнату, забирает что-то из шкафа и так же тихо уходит. Я тоже не заговариваю с ней. Я не знаю, что мне сказать. Я полагала, она должна сиять от счастья, я злилась, что она ничего не говорит мне, что она не рассказывает, что у них там с… ним. На следующий день я с трудом нахожу Ади среди учеников. Он разговаривает со мной неохотно, даже немного грубо. Я не понимаю, в чем моя вина, я бешусь, я чуть ли не срываюсь на него на глазах у всех. Хорошо, что приходит Сэми. Хорошо, что он уводит нас поговорить. — Мими пока хочет остаться у нас, - произносит он, не глядя на меня. Я в ступоре. – Вики, я не знаю, что там у вас произошло… — Сэми, да я тоже не знаю! – он смотрит на меня недоверчиво, и всё во мне начинает клокотать от злости. Они делают меня виноватой, хотя я даже не понимаю, в чем. Я вылетаю из кабинета и несусь по коридорам. Мне хреново. Мне так, блять, хреново, но я не понимаю, почему и что мне с этим делать. Куда бы я ни шла, что бы я ни делала, всё, о чем я думаю – это взгляд Люфицера, когда он целовал мою подругу. Зачем, придурок, зачем ты это сделал?! У Мими было такое лицо, как будто он не поцеловал её, а втоптал в грязь. Она ушла сразу. Дино увел меня тогда, но я вырвалась и пошла в свою комнату. Сцена окончена. Актеры разошлись. Ну и где наши аплодисменты, Люцифер? Я всё же добиваюсь разговора с Мими. Она выглядит лучше, чем вчера, но в глазах плещется такая обида, что я невольно отшатываюсь. Она игриво накручивает черную прядь на палец и все старания направляет на то, чтобы выглядеть безразличной. Соседка первая заговаривает со мной, хотя это я бегу за ней чуть ли не через всю школу, пока она не реагирует на мои оклики. Она несет какую-то ненужную ерунду про то, как Ади пытался склонить её к тройничку, но я резко прерываю её: — Мими, какого хрена происходит? Почему ты ушла? – Она тут же меняется, ожесточается. — Разбирайтесь без меня, - огрызается брюнетка и собирается уйти, но я останавливаю её. — Прекрати говорить загадками. В чем дело? — В чем дело? Серьезно, Вики? – Мими уже не притворяется, её лицо пылает от злости. – Мне плевать, что там происходит между вами тремя, но не смейте меня в это втягивать. — Ничего не происходит! – Она подходит ко мне вплотную. Так близко, что мне приходится отойти – подруга прижимает меня к стене. Её глаза горят. — Я так на дуру похожа? Он ведь для – ради – тебя разыграл весь этот спектакль. Только чтобы ты посмотрела. Я замираю, не дышу. Меня душат слезы, душит обида. Мими вываливает на меня свою ярость на то, какой Люцифер мудак. Она резко отходит от меня. Смотрит так, как будто впервые видит – жестко, оценивающе. — Он и касаться-то себя не позволяет, - шепчет она. – А тут, смотрите-ка, целая полнометражная драма ради какой-то Непризнанной. И Мими уходит. Я так и остаюсь стоять на месте, прислонившись к стене. Какой-то Непризнанной. Она никогда со мной так не обращалась – она никогда мне такого не говорила. Мими, моя единственная подруга в этом гребанном сумасшедшем мире, Мими так страдала из-за того, что один урод захотел покрасоваться. Будет ли в моей жизни хоть что-то, что не сломает Люцифер? Мои крылья, мою дружбу, мою надежду на нормальные отношения, моё долбанное глупое сердце, которое в ответ на слова Мими начинает биться в тысячи раз быстрее. И я снова ночую одна. Она сдержала своё слово. Ади и Сэми, кажется, решили принять её сторону, хотя я вообще не понимаю, какие тут могут быть деления на стороны. Это разве ссора? Это какая-то сумасшедшая, странная херня, которая проехалась по сердцу моей подруги, а заодно выпотрошила меня изнутри. Гребанный. Демон. Дино успокаивает меня. Мы сидим в саду, и он позволяет себе ту редкую нежность – проводит подушечками пальцев по моей щеке. Я вздыхаю. Я очень хочу расслабиться и прижаться к нему, но что-то сдерживает меня и заставляет сидеть на месте, не шевелясь. — Вот поэтому я и говорил, что с ним нельзя иметь дело. Даже будучи демоном. Я раздраженно прикрываю глаза. Опять. Такое ощущение, что мы вообще не разговариваем больше ни о чем, кроме того, какой Люцифер ужасный и опасный. Вот только никак не пойму, кто из нас двоих на нем помешался. — Дино, пожалуйста, - шепчу я и всё же утыкаюсь ему в грудь. Он напрягается и некоторое время никак не реагирует – должно быть, проверяет, нет ли рядом кого-то из учителей. Дино-Дино, лучше бы ты был таким осмотрительным два дня назад. Наконец, ангел слегка гладит меня по спине. Я слышу биение его сердца – размеренное и громкое. А вот моё собственное, кажется, ушло в кому и не собирается возвращаться, ибо я не чувствую ничего, кроме того самого гадкого ощущения неправильности происходящего и полной, абсолютной запутанности. Дино приподнимает мою голову за подбородок и целует в губы. Я отвечаю тут же, мгновенно. Мне так хочется почувствовать. Я вжимаюсь в него всем телом, на что он удивленно вздыхает. Запускаю пальцы в его волосы, освобождаю их от резинки. Дино крепко держит меня за талию, но не делает больше никаких шагов к сближению. Тогда я начинаю целовать его шею, иступленно, желая лишь одного – найти в своем сердце отголосок происходящего. Сойти с ума. Захотеть. — Вики, - хрипло шепчет ангел. Я не слушаю, перевожу руки на его рубашку и быстрыми нервными движениями расстегиваю пуговицы. – Вики, пожалуйста… Я прихожу в себя только когда его руки жестко накрывают мои и грубо сжимают их. У него на ширинке. Я удивленно вздыхаю – и когда только успела? Пелена, затмевающая мой разум, спадает. Я с опаской поднимаю глаза на лицо Дино. На щеках румянец, радужка глаз черная, бездонная. Меня это приводит почти в ужас. И куда делась небесная голубизна? — Прекрати. Я смущаюсь, краснею, прячу взгляд. Оказывается, я уже успела забраться ему чуть ли не на коленки. Дино дышит тяжело, и с каждым новым подъемом его грудной клетки я ощущаю, как падает моя душа. Я отстраняюсь от него и неловко поправляю платье. — Прости, - шепчу я, разглядывая свои руки. Дино приводит себя в порядок, нервными движениями собирает волосы в хвост. — Тебе не за что извиняться. Просто… не так. Я горько усмехаюсь. Дожили. Сексуально домогаюсь ангела. Мы пытаемся, честно пытаемся продолжить разговор, но он тонет в волне смущения и моем собственном смятении. Поэтому мы достаточно быстро решаем разойтись по комнатам под предлогом домашнего задания. Ну да. Ангел провожает меня прямо до комнаты и коротко, - словно он вор, и это кража, - целует меня. В комнате до противного тихо и пусто. Не раздеваясь, я падаю на кровать, прикрываю глаза и снова, снова, снова прокручиваю в голове момент этой внезапной близости. Только сердце – сука. Ему насрать. А мне хочется стонать в подушку, потому что куда бы я ни посмотрела, мне везде мерещатся небесно-голубые глаза, смотрящие с укором. А еще я понимаю, что завтра суббота. Он обещал мне. В субботу. Сердце начинает колотиться так бешено, что я тут же подскакиваю с кровати и начинаю ходить туда-сюда по комнате. Он сказал мне тогда, что всегда держит обещания. Станет ли после всего, что было? А что вообще было? Я почти не сплю. Испытываю слабое облегчение только когда в комнату проникает первый рассветный луч солнца. Суббота. Слава Богу, суббота. Сегодня нет занятий, сегодня светит солнце, и все ученики радостно гуляют по территории. Я чувствую себя ужасно глупо, когда полчаса извиваюсь у зеркала в разных платьях, когда дрожащими руками пытаюсь убрать волосы во что-то приличное, но короткие пряди не желают слушаться. И я точно чувствую себя полной дурой, когда при параде выхожу из комнаты и понимаю, что не знаю, куда дальше идти. Он сказал тогда, что назовет время и место. Но ничего не происходит. Я просто хожу по территории, каждые полчаса возвращаясь в комнату в слабой надежде, что он оставит мне там какой-то знак. Мне встречаются одногруппники, которые зовут с собой на тренировки. Мне встречаются сосущиеся за колонной Ади с Сэми, которые шутливо отмахиваются от меня и просят прикрыть перед Геральдом. Мне встречается злой до – иронично – чертиков Фенцио, который пролетает мимо меня и смотрит так, как будто хочет придушить голыми руками. Ничего нового. Мне даже встречается Мими. Она неуверенно машет мне в ответ, но не подходит, чтобы заговорить. С ней рядом трется Ости и что-то горячо нашептывает. Энди тащит посмотреть на водопад, Лора слабо делает вид, что тоже хочет, чтобы я пошла. Геральд припоминает, что я должна ему очередное (сколько можно?!) эссе за прогулянный урок. Дино улыбается мне белоснежной улыбкой и извиняется за то, что не может сегодня увидеться со мной из-за отца. Мне встречаются, блять, все. Кроме него. Я жду, до последней гребанной минуты субботы жду, что он объявится. Но нет. Во мне клокочет злость – за всё, что он сделал несколько дней назад, за всё, что он сделал мне с того самого момента, как я здесь появилась. За то, что он так и не пришел. Я нахожу его на следующий день. Он спокойно идет по коридору, рядом с ним какой-то незнакомый демон, который что-то с огромным энтузиазмом рассказывает Люциферу. Тот же выглядит скучающим до тех пор, пока не замечает меня. Тогда он презрительно морщится. Отворачивается. И уходит. — Люцифер! – я кричу ему вслед, не обращая внимания на учеников вокруг, но он даже крылом не ведет. Просто. Уходит. Собираю остатки гордости, чтобы не побежать за ним. Гребаный мудак. По иронии судьбы, я снова вижу его в понедельник. Точнее, совпадением назвать это сложно – у нас совместный урок между ангелами и демонами. Мы встречаемся прямо на пороге, и я удивленно поднимаю бровь – Люцифер почти никогда не посещает совместные уроки. Я открываю рот, чтобы обратиться к нему, но он поднимает ладонь прямо у моего лица и сводит подушечки пальцев вместе, изображая, как я должна захлопнуть свой рот. А потом просто входит в кабинет, оставляя меня задыхаться от возмущения. Весь урок я сижу, как на иголках. Со мной за партой сидит Дино – на редких совместных уроках мы теперь всегда вместе. Тем более, что Мими пока не особо горит желанием продолжать наше общение. Люцифер сидит прямо позади нас, и я напряжена, словно струна – вот-вот порвусь. Я буквально чувствую его дыхание, ведь он наваливается на свою парту так, что его голова максимально близко к моему затылку. Он тяжело выдыхает горячий воздух, и я покрываюсь миллионами мурашек, не понимая, зачем, словно невзначай, отклоняюсь на спинку стула. Ангел рядом со мной полностью погружен в конспект и, кажется, вообще забывает об опасной близости Люцифера. А я не запоминаю ни слова из того, что говорит Геральд. После урока я спешно прощаюсь с Дино, ссылаясь на свои дела, и иду вслед за демоном. Он выходит из кабинета первым, но идет медленно, лениво, так что я легко догоняю его. — Ты охренел?! – это не совсем то, что я хочу сказать, и явно не то, что ожидает услышать демон. Но все мои эмоции выплескиваются в эту короткую фразу. Он резко останавливается и театрально медленно поворачивается ко мне. Его глаза опасно горят, челюсть сжата так, что, кажется, я слышу скрежет зубов. Он смотрит мне в лицо с яростью, но вдруг резко расслабляется, и вновь передо мной маска полного безразличия и легкого пренебрежения. — Ты теперь так здороваешься? Хотя лучше так, чем твои ужасные «привет». Думал, меня от них стошнит. Я впиваюсь ногтями в ладони, чтобы не выплеснуть на него всю накопившуюся злость. — Послушай… — Не буду. Не надо. Со мной. Разговаривать, - шипит Люцифер. – Еще одна такая дерзость, Уокер, и разговор будет совсем другим. – И он разворачивается, чтобы уйти. Я перехватываю его руку, и демон без всяких эмоций смотрит на то место, где сжимаются мои пальцы. — Ты обещал мне. – Его бровь иронично изгибается. Он ухмыляется и вопросительно смотрит на меня. – Ты обещал вернуть мне крылья. Люцифер тут же мрачнеет и резко выдергивает руку. — А что, твой парень не в состоянии помочь? – произносит он насмешливо. Я выдерживаю паузу и смотрю ему прямо в глаза. Он с готовностью встречает мой взгляд. — Аккуратнее, Люцифер. Я ведь могу подумать, что тебе не всё равно. И тут меня припечатывает в стену. Я даже вздохнуть не успеваю – Люцифер наваливается на меня всем телом. И, кажется, ему абсолютно плевать, что в любой момент нас могут увидеть. Он сжимает пальцы на моих плечах так сильно, что я резко выдыхаю от боли – прямо ему в шею. Мне впервые становится по-настоящему страшно. — Послушай, идиотка, - мягко, почти сладко говорит он, что совсем не вяжется со словами. – Я дал тебе немного поиграть в лучших подружек, но если ты хоть на мгновение думаешь, что тебе позволено разговаривать со мной так… - Он слегка встряхивает меня, и я поддаюсь его рукам, словно кукла. — Отойди от неё. Мы синхронно поворачиваем головы на голос. Дино сжимает руки в кулаки. Он стоит в метре от нас и, кажется, в любой момент готов наброситься на демона. Я чувствую себя в гребанной мыльной драме, но только сейчас замечаю, что ангел далеко не один. Кажется, на нас тут собралось посмотреть чуть ли не полшколы. Лица у всех удивленные, взволнованные. Ну да. Выяснять отношения в ста метрах от класса было не самой лучшей идеей. И Люцифер отходит. Он улыбается, смотрит Дино прямо в лицо. Театрально вытирает руки об рубашку, брезгливо морщась. — Твоя подружка ко мне пристает. Я вижу, что ангел вот-вот потеряет контроль, и быстро подхожу к нему, хватая за руку. — Не надо, всё хорошо, - шепчу я, и он слегка – только слегка – расслабляет плечи. Люцифер так и стоит посреди коридора в окружении учеников. Все смотрят то на нас, то на него. Вот он – главный актер своего спектакля. Демон разворачивается, но вдруг резко замирает и смотрит на меня. — Завтра в шесть. Я держу обещания. – И уходит.