Tightrope

- Он совсем не похож на меня, - говорит Со Юль. - Ест он определенно меньше, - отзывается Сон Рен. Со Юль кривит губы, но сдается, и оба усмехаются. По трассе под мостом с шумом проносятся машины, и мост слегка вибрирует. В небе быстро угасают последние закатные краски. Со Юль кутается в плащ. Сон Рен прячет руки в карманы. Они доходят до конца моста. - Зачем ты с ним возишься? - спрашивает напоследок Со Юль, когда они собираются прощаться. - Ревнуешь? - строит рожицу шеф Ким и привычно изображает губами поцелуйчик. - Ну тебя! - отмахивается Со Юль. - Катись к черту. И по дороге не попади в неприятности. - Всенепременно, - заверяет Сон Рен. Сон Рену вполне по душе сеульская квартирка, которую он снимает. Как минимум с потолка не вываливаются лампы, душ работает вполне сносно. Все остальное вполне под стать его кочевому образу жизни. Всяко лучше, чем чердак в доме менеджера Чу с этими вечными сквозняками и непрестанно ломающимся замком. А еще туда иногда проникали запахи с кухни, и было слышно, как бурчит что-то или напевает себе под нос менеджер, проходя по коридору или готовя завтрак. Здесь Сон Рену не нужно второе одеяло, чтобы не замерзать, но и в квартире слишком тихо, и с кухни ничем не пахнет, и иногда Сон Рен задумывается, действительно ли так лучше. А потом на пороге его квартиры посреди ночи обнаруживается пьяная в край девушка. Она честно терпеливо долбит в дверь все то время, что Сон Рен пытается понять, что происходит, нашаривает выключатель прикроватного светильника, ищет шлепанцы под кроватью и, кутаясь в одеяло, идет открывать. - Какого черта? - любопытствует очень недовольный внеплановой побудкой шеф Ким. Девушка пытается неловко откинуть спутанные пряди темных волос, упавшие на лицо, и вместе с тем удержать равновесие и не съехать вниз по дверному косяку. Она поднимает на Сон Рена мутноватый взгляд, гипертрофированно хмурится и сбивчиво выдает: - Т' не ДХн. - Когда ложился спать, не был, во всяком случае, - язвит Сон Рен. Девушка фыркает, видимо от смеха, икает, шумно выпускает воздух изо рта и широко улыбается: - Сорян, оппа! - Какой я тебе оппа! Вот еще! Иди отсюда, пока по-хорошему прошу. - Оппа-а, - девушка проигрывает неравный бой с силой притяжения, отлепляется от косяка и повисает на Сон Рене. Тот брезгливо морщится, потому как его обдает волной перегара. - Оппа, мне нжн Дхен. - А мне нужен крепкий и здоровый сон, - делится шеф Ким. У него чешется плечо, и ему не помешала бы свободная конечность, но девица висит на нем, и о свободе движений речи не идет. И Сон Рену приходится уступить: - Где этот твой Дхн? - Должен бл бть здсь, - глубокомысленно выдает гостья и машет головой, пахнущие лаком кудри щекочут Сон Рена по лицу. - Здесь его точно нет. - Двай позвоним же! - радостно предлагает девушка и начинает тягостный процесс извлечения телефона из кармана клетчатого плаща. Кем бы этот Дхн не был, он определенно обрадуется звонку в три утра. Впрочем, Сон Рен уже заочно ненавидит его за компанию с пьяной девицей, а потому нажимает на значок вызова с почти садистским удовлетворением. Голос в трубке заспанный, но не удивленный, будто бы его обладатель готов к звонкам в любое время суток. - Ю Ри-а, что произошло? - Доброго утра, - стараясь звучать как можно менее желчно, приветствует шеф Ким. - Меня зовут Ким Сон Рен, ко мне только что в квартиру ввалилась некая нетрезвая девушка, и она явно ошиблась адресом. У вас есть минут десять, чтобы ее забрать, или я выставлю ее за дверь. - А? Ох, черт, - сонливость мигом пропадает из чужого голоса, уступая место суетливому смущению. - Да, простите. Скажите адрес, я сейчас приеду за ней. Сон Рен надеется, что запоминает свой нынешний адрес правильно, и каково же его удивление, когда не проходит и минуты, а в дверь уже снова звонят. - Здравствуйте, Сон Рен-щщи. Я Чхве До Хен. И Сон Рен просто тупо молчит перед открытой дверью. Потому что эти черные встрепанные волосы, эти правильные черты лица, бледноватая кожа. Совсем еще мальчишка, но он невероятно, пронзительно похож на Со Юля. Разве что взгляд у него мягкий и смущенно-виноватый и в уголках губ легкий намек на улыбку. - Сон Рен-щщи? Все впорядке? И шеф Ким шумно вдыхает воздух. - Да, простите. Просто вы мне напомнили кое-кого. А как вы так быстро... - До Хена-а! Мне надо в туалет. - Ю Ри,- задушенно шипит До Хен, - я куплю тебе билет на поезд до Йосу и прослежу, чтобы ты не возвращалась. Какой кошмар! Он закидывает ее руку себе на шею и буквально волочет за собой к выходу. - Простите, Сон Рен-щщи, - он неловко кланяется, чуть не роняя при этом свою подругу. Сон Рен коротко кивает и закрывает дверь. Уснуть до утра получается плохо. Сон Рен встречает До Хена на другой день под вечер, когда собирается пройтись до маркета. Они сталкиваются на входе в дом. - Сон Рен-щщи, добрый вечер! - О, До Хен-щщи. Не ожидал вас здесь встретить. До Хен чуть улыбается: - Возможно, мы будем часто видеться. Мы соседи, мой офис на втором этаже. Сон Рен кивает, и До Хен продолжает: - Я хотел бы еще раз извиниться за Юри, - он низко кланяется и замирает, Сон Рен спешит заверить его, что все в порядке. - В следующий раз, если такое произойдет, просто выставите ее за дверь. - Я учту, - на этот раз в улыбке шефа Кима больше искренности, чем вежливости. До Хен торопливо прощается, еще раз извинившись, и скрывается в подъезде, а Сон Рен делает пару десятков шагов по улице, оборачивается и разглядывает вывеску на доме: "Адвокатская контора Чхве До Хена". *** - Значит, адвокат? Я смотрю, юридически одаренные личности к тебе так и липнут, - уже не совсем трезво фыркает Со Юль, когда они пьют в одной из небольших уличных кафешек. - Под "одаренным" ты себя имеешь в виду? - вскидывает бровь Сон Рен. - В твоем случае подойдет разве что "одарен альтернативно". Со Юль подпирает подбородок рукой, морщится в сторону шефа Кима и тихонько цыкает: - Вот же придурок. Налил бы лучше. Соджу на вкус совсем не кажется горькой. - Зачем ты с ним возишься? - во взгляде Со Юля сквозь нетрезвую дымку проглядывается заинтересованность. И Сон Рен пожимает плечами, чуть не теряя при этом равновесия. Боже, если так продолжится, то долбиться в соседские квартиры этим вечером будет уже он. - Просто... Я думаю, ты был таким же, когда учился в университете. - Вот еще! - Юль хочет стукнуть по столу в знак крайнего возмущения, но промахивается и попадает по собственной коленке, Сон Рен пьяно неприкрыто ржет, давясь завернутым в салат мясом. - Я никогда таким не был, - длинный палец не с первой попытки напористо утыкается шефу Киму в грудь. - Ты не смей ничего додумывать своей тупой головой. - Эй! Ты не можешь называть меня тупым. Я один победил коварного председателя TQ и его трех злобных директоров, - он наклоняется ближе к Со Юлю, чужое ухо обдает теплым проспиртованным дыханием. -Один из них - это ты, социопат-обжора. Каждый раз от тебя у всего-о отдела по коже мурашки. Брр! - Все лавры себе забрал, надо же, козел, - поджимает губы Со Юль. – Это я взял тебя в TQ. Сон Рен нехотя признает: - Ладно, ладно, ты там тоже поучаствовал. Мы можем быть как...как... - Как Сцилла и Харибда, - вдруг выдает Со Юль, и это больше похоже на пришедшее под дозой чего-то тяжелого озарение. - Что они сделали? - Эх ты, неуч, - высокомерно припечатывает Со Юль. У него в университете были наивысшие оценки по всем предметам, но именно в этот момент память в отношении греческой мифологии подводит, и он выдает то, что пусть и не совсем верно, но запомнилось ему: - Они...они ели... - А, - кивает Сон Рен. - Это нам подходит, да. *** До Хен все чаще ненавязчиво появляется в его жизни, будто бы что-то свыше специально сталкивает их друг с другом. Пару раз этому способствует опять-таки нетрезвая Юри, что автоматически означает появление на следующее утро извиняющегося адвоката Чхве. Один раз Сон Рен не выдерживает и тащит его в ближайшую забегаловку с курочкой и пивом, потому что ему кажется, что До Хен тот человек, который ненавидит подобные приглашения, и это лишний стимул для Сон Рена. Вежливость не позволяет До Хену отказать. А, вот еще, его собеседник практически не ест, а пьет и того меньше. Это так неожиданно, потому что у него очень Со Юлевские движения, и вот эта легкая улыбка тоже совсем как у бывшего директора TQ, и Сон Рен каждый раз ругает себя за эти невольные параллели, которые проводит между До Хеном и Юлем, но поделать с этим ничего не может. Это затягивает все больше и больше, и Сон Рен уже не уверен, правда ли эти оттенки эмоций, которые он подмечает у До Хена, Со Юлевские, или же он просто хочет видеть их такими. Он заболевает этой собственной идеей, подхватывает ее, как внезапную простуду, откашливает дурные мысли, пытается лечиться работой, но болезнь не отступает. Першит где-то в восприятии и все тут. До Хен еще совсем мальчишка, он адвокат на испытательном сроке, но у него уже стальная хватка и металлический отблеск в глазах. Возможно, он станет вторым Со Юлем, и Сон Рен не понимает, стоит ли его останавливать. У До Хена есть цель, ради которой он не спит ночами и перебарщивает с кофе. А потом к Сон Рену приходит Юри, и это первый раз, когда шеф Ким видит ее трезвой. Да, Юри, единственный друг До Хена, журналистка с огромным опытом вылетаний с работы. - До Хен будет рад, если вы придете к нам отметить Соль, -говорит Юри, бессовестно сцапывая кружку с кофе, из которой Сон Рен еще не успел отпить. Кружка любимая, между прочим, шеф Ким позаимствовал ее из офиса Пака Хен До в качестве победного трофея, пока никто не видел. У Юри язык подвешен, но едва ли лучше, чем у Сон Рена. - На него не похоже. Юри вздергивает неаккуратно напудренный нос и нисколько не тушуется: - До Хен правда будет рад, если мы вместе отметим Соль. - Но...- выразительно продолжает шеф Ким. - Но он об этом пока не знает, - Юри с грохотом опускает кружку на стол. -Слушайте, вы просто обязаны помочь. - Так-так, я-то послушаю, а ты с чашкой поаккуратнее, она у меня одна. И рассказывай по порядку, чего ты там удумала. Юри закидывает ногу на ногу. - До Хен не отмечает Соль с тех пор, как его отца посадили в тюрьму по ложному, как он считает, обвинению. С тех пор он пашет как проклятый, чтобы суметь заняться делом отца, и это в общем-то неплохо, но он совсем себя не бережет. И я хочу, чтобы он немного...отдохнул, отвлекся. Меня-то он научился игнорировать, но если придете вы, воспитание не позволит ему не пригласить вас остаться, так что пожалуйста! - Юри делает оленьи глаза и добавляет. - Кроме него у меня никого нет, а у него - кроме меня. Но ему очень нужен кто-то еще, и нужен тем больше, чем сильнее он это отрицает. Сон Рен уже внутренне согласен, тем более, что он тоже не помнит, когда был на праздник не один. Даже Кван Сук уезжала погостить к бабуле в Тэгу, а никого другого не находилось. – Вы же ведь Спаситель.. Старое прозвище, забытое прозвище, на его звук шеф Ким дергается, словно от легкого разряда тока. - Ты откуда знаешь? - Я ведь журналист, - дововольно напоминает девушка. – Вспомнила, что где-то вас видела, порылась по сети и, вуаля, нашла видео вашего героического акта самопожертвования, - причем последние слова она произносит серьезно, но Сон Рену кажется, что над ним тонко поиздевались. – Кстати, - продолжает Юри. – До Хен очень вдохновлялся историей TQ, им в то время открытые лекции проводил сонбэнним из Го и Гу, а они, говорят, в этом деле участвовали. Так что До Хен чуть ли газетные вырезки на стену не клеил, дурашка, я уж думала, он слюнями захлебнется! Юри совсем его не щадит. *** - А как ты отмечал Соль? - Я? - Со Юль переспрашивает, потому что вопрос слишком уж неожиданный. - Ты, вероятно, думаешь, что я был слишком занят работой. - А вот и нет. -А вот и да, - передразнивает Со Юль. - Не забывай, мне ты соврать не можешь, и ты уже заранее обдумал то, что от меня услышишь. Сон Рен открывает рот, чтобы что-то сказать, но закрывает и лишь машет рукой: - Иногда ты действительно бесишь. Со Юль такой довольный, словно бы выиграл премию SBS. - Я не скажу тебе. - И не говори. Я-то знаю, что ты был один. - Как будто бы ты не был. - Мы ведь могли бы отмечать вместе. Со Юль задумывается, отводит взгляд куда-то в сторону и выдыхает: - Наверное, если бы были друзьями. Сон Рен кивает. Они переходят дорогу у Кванхвамун и лавируют между палаток в память о Сэволе. Осень наступает слишком уж рано в этом году. - А мы могли бы ими стать, как ты думаешь? - вдруг спрашивает Сон Рен. Уже стемнело достаточно, чтобы можно было говорить напрямую. Со Юль, видимо, тоже это чувствует. Он смотрит куда-то в черное небо и чуть слышно хмыкает: - Конечно нет. Не при таких обстоятельствах. - А при других могли бы? Такими, чтобы выпивать вместе по выходным, играть в приставку, подмешивать краситель друг другу в шампунь и портить друг другу свидания? У Со Юля изо рта вырывается тонкая струйка пара, прежде, чем он заговаривает: - Думаю, что нет. Ты для этого слишком ненормальный, а я - слишком много ем. - Значит, нет? - Определенно нет. *** До Хен до невероятного вежлив, до странного молчалив и до одури принципиален. Он смотрит прямо, говорит ровно и неуклонно добивается того, чего хочет. Добивается упорным честным трудом, который так ненавидит Сон Рен, этим напоминая шефу Киму Сан Тэ и других сотрудников бухгалтерии и вызывая внутри спонтанное желание о нем позаботиться. На Соллаль Сон Рен впервые оказывается в его квартире, служащей одновременно офисом его юридической фирмы, и все в этом помещении буквально дышит трудоголизмом…и пылью, - чихает шеф Ким. Шкафы ломятся от пузатых папок с бумагами, кипы файлов высятся на столе, белая доска испещрена разноцветными надписями: деталями какого-то дела. По пустым стаканчикам из-под кофе и вообще можно проследить маршрут следования До Хена (последняя точка там, где он засыпает в процессе размышлений). Как посреди всего этого умудряется выживать единственное растение в горшке, остается загадкой. Сон Рен уже с порога замечает, о чем говорила Юри: он прекрасно знает это выражение сосредоточенности, невозможности отключиться и проглотить мысль, пережеванную уже десять тысяч раз. Юри определенно умеет выбирать союзников, - отдает комплимент Сон Рен, когда До Хена ведет с полбутылки соджу. Он совсем по-мальчишески не умеет пить, и в отличие от того же Со Юля, который начинал радовать общественность высокомерными откровениями и вообще становился словоохотлив, До Хен интеллигентно клюет носом, ерошит рукой волосы, видно пытаясь разбудить себя, но становится только больше похожим на встрепанного вороненка. Сон Рен надеется, что не озвучивает эту мысль вслух, пока они с Юри в четыре руки укладывают До Хена спать и возвращаются в его гостинную допивать и доедать. У Юри опять растрепанные волосы, слишком трезвый голос и осмысленный взгляд. Она забирается на диван с ногами, кутается в полосатый плед. Она почти не говорит о До Хене, только изредка, но в каждом ее упоминании о нем слишком много тепла и беспокойства, и слишком много того звеняще-острого, что царапает сердце. До Хен заменяет ей семью, она ему тоже. Мы просто есть друг у друга, это все, - говорит Юри. - На самом деле, больше ничего и не надо. С той ночи у них с Юри устанавливается что-то вроде негласного соглашения приглядывать за До Хеном по очереди. В офисе днем почти никогда не заперто на случай появления клиентов, и потому Сон Рен нагло этим пользуется, принося кофе или закуски, а то и просто заваливаясь без дела. В один из таких вечеров Сон Рен застает До Хена сосредоточенно уставившимся в компьютер, естественно не может отказать себе в удовольствии сунуть нос в чужие файлы и через плечо заглядывает в монитор. - Это что, бухгалтерские книги? – уточняет он. - Похоже на то. Книги нашли рядом с жертвой, так что я решил посмотреть и их тоже. Сон Рен пробегает глазами данные, по-хозяйски отбирает у До Хена мышку и прокручивает страницу вниз. - Слушай, а еще какие-нибудь их финансовые данные у тебя есть? - Скажите спасибо, что есть хотя бы это. Это из материалов дела, которые я еле-еле смог достать. - Ладно, давай смотреть, что есть здесь. Если в этих файлах что-то не так, то я пойму. До Хен привык работать один, и он не может доверять этому человеку, о котором практически ничего не знает – так уж вышло, что о жизни они почти не беседуют. Он смотрит на Сон Рена долгое мгновение, прежде чем коротко кивнуть и чуть подвинуться, пуская бывшего шефа бухгалтерии присесть рядом на притащенный из кухни табурет. Под утро у обоих одинаково посеревшие лица, бардак на голове и круги под глазами, а вместо крови в организме кофе. Сон Рен устало и довольно улыбается: - Сдается мне, кто-то очень много накрал в процессе. Если ты дашь мне покопать еще, я обязательно придумаю, что с этим сделать. - Устроишь второй ТQ? Не забывай, я адвокат, у меня сфера другая. - Хорошо, давай так: ты займешься тем, что вытащишь своего бедолагу клиента, а тем, что мы накопали, я порадую кое-кого еще. - Кого же? - Прокурора Хана и прокурора Хон, моих давних знакомых, я уверен, что ты о них слышал. Но сперва нам бы поспать и позавтракать. Сон Рен уже направляется к выходу, когда До Хен окликает его: - Хен, ты забыл мобильник. Сон Рен резко поворачивается и удивленно смотрит, у До Хена в глазах крайнее смущение: - Прости, Сон Рен-щщи, мне явно следует отдохнуть. Он кланяется ниже обычного и протягивает мобильный, избегая смотреть на Сон Рена, а тот тепло улыбается. - Мне нравится “хен”. Пусть будет так. *** - Никогда не думал, что скажу это, но приятно видеть былое воодушевление на твоем глупом лице. - Долго готовился, наверное, перед зеркалом репетировал? -с готовностью парирует Сон Рен, и Со Юль замахивается на него рукой. - Но я рад, что ты за меня волнуешься, это мило! - Вот еще! - у Со Юля лицо, будто его поймали с поличным на месте преступления. - Я скорее волнуюсь за этого парня, во что ты его с таким выражением лица мог втянуть. Шеф Ким замирает, подперев подбородок рукой и растянув губы в улыбке, так, что Со Юль оглядывается, проверяя, не стоит ли кто за спиной. Но там никого. - Что? Что? - выпаливает он. - Ты завидуешь, - не меняя положения, ставит диагноз шеф Ким. - Было бы чему, - Со Юль поджимает губы, складывает руки на груди и, не давая Сон Рену оседлать любимого конька и поехать по чужим нервам, переходит в контр-наступление: - И откуда такое рвение, а? Ты что, думаешь, что если будешь возиться с этим пареньком, жизнь обольет тебя медом? - На мед слетается всякая гадость: мошки, мухи, - морщится Сон Рен. - Так что быть облитым медом автоматически предполагает дополнительное дерьмо. Я предпочту получать свой мед дозированно и держать в баночках, чтобы периодически откручивать крышку и наслаждаться им в одиночку. - А ты жадный. - До ужаса. Иначе ты не нанял бы меня в TQ. - Ну, должно же было у тебя быть хоть одно полезное качество. - Мы оба знаем, что их больше, чем одно. - О, в сравнении с количеством бесполезных, их вполне можно принять за одно. - У тебя вообще есть совесть? - Давай посмотрим, я был прокурором, потом финансовым директором крупной компании. Совесть в процессе атрофировалась. - Ты себе льстишь, в твоем случае ее изначально в комплекте не было. - Ха-ха, очень смешно! - По-моему, очень. - Спасибо, что атрофировалась совесть, а не ум, а то я рисковал бы превратиться в тебя. - Эй, я старше тебя, вообще-то! Ты ведешь себя грубо. - Совесть. - А, ну да, ну да. *** На До Хена нападают к исходу ноября. Сон Рен находит его на пороге его офиса избитым до полусмерти, и в первый момент не знает, что делать. Страх парализует, лишая возможности думать трезво, и он может только не с первой попытки, путаясь в клавишах, набрать 119 и опять пережить мучительное ожидание, осторожно гладя До Хена по бледному лбу и пачкая ладони в его крови. -До Хен-а, слышишь, не умирай, ладно? Потому что этот человек до безобразия напоминает ему Со Юля, и Сон Рен готов сбить кулаки в кровь лишь бы только отделаться от этой ассоциации, но его собственное сознание, тягучее, как каучук, не дает вырваться, оказываясь худшим и первейшим врагом. Сон Рен пьет вонючий, безвкусный кофе из автомата, сгорбившись на жестком стуле в больничном холле. В этот раз он здесь один, и ему в какой-то момент просто наконец-то больше не нужно быть сильным ни для кого, даже для самого себя. *** - Он многим тебе обязан, - говорит Со Юль, неожиданно серьезный для нынешнего времени суток. - Но не меньше, чем ты ему. - Что ты имеешь в виду? -каждый раз, когда Со Юль заводит серьезные разговоры, привычка включать дурачка в ответ срабатывает сама собой. Сон Рен все еще не может привыкнуть, что в ней больше нет нужды. - То, что тебя пришлось за шкирку ловить, как слепого щенка, готового ухнуть в яму, - Со Юль не смотрит в его сторону, голос его хорошо шифрует беспокойство за оттенком презрительного равнодушия. - Ты-то у нас в ямах эксперт! Колдобина на колдобине! - устало язвит шеф Ким. Сегодня они оба не настроены на пикировку, и перепалка получается очень уж ленивой. С цветущей вишни уже начинают опадать бледно-розоватые лепестки. Юль резко стряхивает их с плеч и отфыркивается: - Хоть раз бы послушал, придурок. Сон Рен молчит. Вокруг никого, низкая трава отблескивает неподсохшими капельками недавнего легкого дождя и пахнет по-весеннему пронзительно. У Со Юля пара лепестков в черных волосах. - Хен! Сон Рен и Со Юль одновременно поворачиваются туда, где по дорожке от входа в их сторону спешит знакомая фигура. - И все-таки скажи мне, почему ты с ним возишься? - повторяет Со Юль. Сон Рен сглатывает и печально улыбается. - Тебе так принципиально услышать это именно от меня? Ты ведь и так знаешь. Потому что когда-то не спас тебя. И Сон Рен касается рукой полированного надгробного камня, стирая пару невысохших капель, и идет по кладбищенской аллее прочь, До Хену навстречу.