Young Love

Смех Орочимару разнесся по лесу. Он ничего не мог с собой поделать. Вся эта ситуация была просто слишком восхитительна. — Понятно, — пробормотал он, повернувшись лицом к спасательной команде. — Значит, вы уже убили Сасори. Я должен поблагодарить вас от всего сердца за это. Вы избавили меня от этой проблемы. Их было четверо. Розововолосая девушка, которую змей смутно помнил, одна из старых товарищей Саске по команде, его старый эксперимент — на удивление все еще живой, темноволосый юноша с бледной кожей и аловолосая девушка. Джинчурики Кьюби. Джонин и джинчурики, сосредоточены на Змее. Если бы взглядом можно было испепелять, то от него уже неосталось бы нечего, кроме кучи пепла. Однако другая девушка, Сакура, если он не ошибается, казалась… какой-то напряженной. Будто она отчаянно не хотела находиться здесь. Зловещая улыбка стала еще шире, почти раскалывая лицо Орочимару надвое. Неужели она испугалась? Как это забавно! — А где Учиха Саске? — задал вопрос его бывший эксперимент. Аловолосая неистово дернулась реагируя это имя. Орочимару снова усмехнулся. — А что ты собираешься делать, если я тебе скажу? — Мы… э-э… — не уверена начала розоволосая, переводя взгляд на джинчурики. — Вернем Са… — Наруко вновь дернулась. — Э-э, что бы он вернулся... Да. Точно. Вот почему мы здесь. Чтобы вернуть нашего любимого товарища по команде. Ты никогда… никогда не заберешь его у нас, его друзей… И его единственной настоящей любовью, о которой я даже не мечтаю, пожалуйста, не бейте меня. — закончила она дёргано. Улыбка Орочимару чуть померкла. Он не смог расслышать последние слова девушки, из-за ветра, но казалось они… были не такие, как все. Там был страх, но… Он мысленно покачал головой. Не о чем беспокоится. Возможно, ему просто показалось. Его улыбке снова стала шире. В этот раз первым откликнулся Кабуто. — А какой смысл говорить тебе об этом? — Он жестоко рассмеялся. — Саске пришел к Орочимару-сама по своей воле. Он бросил Лист, он бросил тебя, своих так называемых «друзей» и «единственную истинную любовь» — и все ради силы. Орочимару едва не рассмеялся. Кабуто всегда был немного извращен, доставляя так много удовольствия провоцировать его оппоне — — О, он просто лжет об этом, — сказала джинчурики. Нежная улыбка осветила ее лицо, а ее щеки залились румянцем. — В конце концов, не может быть, чтобы Саске был счастлив, находясь вдали от меня! Что? Это… была совсем ни та реакция, которую он ждал. Кабуто моргнул, и на какое-то мгновение его улыбка стала чуть-чуть, почти незаметно, тоньше. Это было едва заметно, но сам факт этого говорил Орочимару, что его застали врасплох. Не теряя самообладания, он продолжал говорить. — Хм. Ты просто бредишь. — Не может быть счастлив, находясь вдали от тебя? Когда Саске впервые появился в Звуке, он плакал от радости! Девушка уставилась на Кабуто, широко раскрыв глаза. Ее нижняя губа задрожала, а в глазах заблестели слезы. Она уже хотела что-то сказать, но слова утонули в сдавленном всхлипе. Холодная улыбка Орочимару стала еще немного шире. — О-он плакал? — прошептала она. — Ох, Саске… ты… Да! Так и должно- — Тебе было так грустно из-за расставания со мной? Или нет. Она вытерла слезы. — Не волнуйся, дорогой! Скоро мы снова будем вместе, и на этот раз мы никогда больше не расстанемся! Кабуто продолжи говорить, быстрее чем раньше. — Он умолял Орочимару-сама забрать его тело, как только тот прибудет! — Он зашел так далеко, лишь для того, чтобы сохранить свое прикрытие и помочь нам найти тебя? Ох, Саске… — Он создал святилище в честь пяти шиноби Звука, которые помогли сбежать ему из Конохи! И он посещает его каждый день, чтобы выразить свою благодарность! — Саске даже может оценить доблесть тех, кто его похитил? — Ее щеки вспыхнули, и она подняла руки, чтобы их прикрыть, испустив почти непристойный вздох. — Он такой благородный, такой добрый! Он как настоящий сказочный принц~! — Он с почтением обращается к каждому незнакомому ниндзя Звука, которого встречает, и благодарит за то, что ему позволили стать частью нашей деревни! — Всегда сохраняя свой безупречный обман, ни разу не дрогнув… идеальный шиноби~! — Он… очень популярен среди дам! — Он такой совершенный, красивый и удивительный! Как они могут не любить его? — Он… он встречает каждый новый день с улыбкой с тех пор, как приехал в Звук! Последнее слова Кабуто прозвучало с явным отчаянием, пусть заметным только для Орочимару. Змей раздраженно покачал бы головой, если бы не заметил, что произошло дальше. Потому Что Наруко Узумаки… Застыла. Лишь учащенное дыхание Сакуры нарушало абсолютную тишину. —… ложь… — шепот был так тих, что Орочимару едва уловил его, но что он услышал в этом звуке?.. Дрожь пробежала по спине бледного человека. Он знал этот голос. Он помнил его или очень на него похожий на него. Кабуто, напротив, оживился. Прежде чем хозяин успел остановить его, он продолжи: — А? — спросил он, его холодная ухмылка стала еще шире. — Ты можешь повторить это еще раз? Орочимару повернулся и увидел. Ее широко открытые глаза смотрели прямо на них, не мигая. Совершенно пустой взгляд. — Ты лжешь — весело сказала она и продолжила, прежде чем Кабуто успел ответить. — Не может быть, чтобы Саске улыбался, находясь у вас. Все время, пока он был в Конохе, он вообще никогда не улыбался! — Она начала тяжело дышать, и ее голос звучал все быстрее и быстрее. — Саске хладнокровен и серьезен, как настоящий принц. Он никогда не улыбается, потому что всегда старается быть сильным для меня, но он всегда счастлив, потому что я с ним. И я всегда смотрела на него, даже когда он тренировался, и когда он спал, и когда он боролся, и когда он был разозлен или грустил, и когда был беспокоен, и когда стыдился, и когда боялся, но он никогда не улыбался. Так почему он улыбается? Он не улыбается, когда он счастлив, он не может улыбаться, когда он счастлив, потому что он не будет счастлив без меня. Саске не может быть счастлив без меня, и если он улыбается, это значит, что ему грустно, поэтому он не может быть счастлив без меня, не счастлив, не счастлив, не счастлив, не НЕ СЧАСТЛИВ, НЕ СЧАСТЛИВ, НЕ- Удовлетворение Кабуто было очевидным. Орочимару почувствовал вкус желчи в горле, во рту у него пересохло. Он потянулся вперед, чтобы попытаться оттащить своего подчиненного назад, но было уже слишком поздно. Кулак девушки врезался лицо Кабуто, ломая кости и дробя щеку. Медик был отправлен в полет в сторону леса, разрывая десятки деревьев на своем пути. — Ой-йе. — Пискнула Сакура, которая каким-то образом умудрилась отойти так далеко назад, что Орочимару едва мог разглядеть ее. Орочимару обернулся. Медленно. И он увидел ее: красная чакра кипела на ее коже, клыки удлинялись во рту, взгляд в котором ранее не было ничего кроме пустоты теперь был переполнен чистым гневом. Бл… ​

XXX

Раздавшийся в дали мощный взрыв разбудил Саске. Он с криком свалился с кровати. — О Ками, пожалуйста, нет!.. — Он замер на полуслове, оглядываясь вокруг, тяжело дыша. — Просто… сон? Это был настоящий кошмар. Ему приснилось, что Наруко нашла его, ворвалась в комнату и связала его. Он проснулся как раз тот момент, когда она уже собиралась сделать это… Еще один отдаленный взрыв сотряс мебель в комнате. Неужели Орочимару-сенсей проводит какие-то эксперименты? Пожав плечами, Учиха поднялся. Сегодня он уже не уснет. Остатки кошмара все еще цеплялись за его сознание, словно старые обрывки ворса, шепотом напоминая о пережитом ужасе. Ему придется поработать, чтобы отвлечься от всего этого. Но это ничего не изменит. Она никогда не сможет найти его здесь. Не сейчас. Осталось всего пара недель до того, как Орочимару заберет его тело. Судьба ведь не так уж сильно его ненавидит, правда? Шагнув вперед, Саске преклонился перед святилищем Пятерки Звука, так же, как и каждое утро до этого. Он просто не мог, не выражать благодарность храбрым шиноби, что отдали свои жизни, позволяя ему сбежать из Конохи. — Я благодарю Джиробо за тело, не тронутое Наруко, — нараспев говорил Саске. — Я благодарю Таюю за тишину, что не нарушила Наруко. Я благодарю Кидомару за расстояние между мной и Наруко. Я благодарю Сакона и Укона за моё нахождение вдалике от Наруко. Я благодарю Кимимару за то, что он избавил меня от болезни, коей является Наруко. Я благодарю вас всех за вашу жертву, мои товарищи. — В его глазах блестели слезы, но он сдерживал их, так же, как и каждое утро до этого. Его товарищи не хотели бы, чтобы он плакал. Они хотели бы, чтобы он сделал шаг вперед, чтобы продолжая жить. Жить свободно от Наруко. Он развернулся и вышел из комнаты, готовый к новому дню тренировок. Орочимару бежал. Девчонка Узумаки все еще бесновалась позади, сражаясь с одним из теневых клонов Змея. Он должен был уйти. Он должен был вернуться в Звук. Иначе… — Орочимару-Сама! — Змей обернулась и увидел Кабуто, зовущего его из подлеска. Нырнув вниз, он присоединился к своему подчиненному. Минуту, две, но они отчаянно ползли прочь, стараясь как можно дальше уйти от битвы, что развернулась позади них. Они не слышали ничего, кроме случайных взрывов раздававшихся вдалеке и стука собственного сердца, барабанной дробью отдающего в ушах. Наконец они остановились и стали ждать. Пять минут, потом десять. Взрывы стали не ближе, чем раньше. — Я полакаю что мы уфли достатошно, — прошептал медик, и кости его щеки снова встали на место. Орочимару кивнул медленно, акуратно вставая. Кабуто последовал за ним, все это время держа руку с зеленой чакрой у щеки долечивая ранение. — Кабуто, — прошипел Орочимару. — Мы должны вернуться в убежище и немедленно приготовиться к переезду. — А? — Вмешался третий голос. — Если вы возвращаетесь, то не могли бы вы взять меня с собой? Орочимару тут жепронзил мечем Кусанаги источник голоса прямо в живот. Ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это был не демон, а темноволосый юноша, который сопровождал ее сюда. Мальчик улыбнулся, и его тело превратилось в чернильную лужицу. — О Ками, — снова раздался голос, на этот раз откуда-то издалека. — Вы так легко раскусил моего клона? Данзо-сама рассказывал мне о вас, но я не ожидал, что вы так проницательны. Орочимару нахмурился, опустил клинок и решил перекатиться вместе с ним. — Конечно. Я… видел его насквозь. Это было действительно, что только что произошло. — Он закончил обдумывать то, что сказал мальчишка. — Ты работаешь на Данзо? Фальшивая улыбка юноши стала еще шире. — Действительно. Он послал меня сюда с предложением для вас. — Его взгляд переместился в сторону Орочимару — Кстати, а что он там делает? Орочимару оглянулся и увидел, что Кабуто дрожит, съёжившись на земле, закрыв глаза и уши. — О Ками, пожалуйста, не дай ей заполучить меня, пожалуйста, не дай ей заполучить меня, пожалуйста, не дай ей заполучить меня.- — Кабуто! — Рявкнул Орочимару. Ниндзя-медик, казалось, ничего не слышал. Орочимару пнул его ногой. — Кабуто! — Повторил он. — Приди в себя! Медик смущенно моргнул, увидив выражение лица Орочимару и поднялся на ноги. Разбитая оправа его очков, все еще остававшаяся на лице, обвисла и свисала с носа. Его щека, казалось, наконец полностью зажила и когда он заговорил, его голос снова был нормальным. — Я прошу прощения, Орочимару-сама. — Он взглянул сначала на своего хозяина, потом на юношу. — О чем мы говорили?

XXX​

— Ты опоздал, — сказал Саске, не открывая глаза, когда Орочимару и Кабуто вместе с третьим человеком, которого он не узнал, вошли в убежище. — А ты где был? Он сидел на лесах, прислонившись к каменной колонне. Прохладный камень позади него успокаивал его разум и тело, очищая от последних воспоминаний о пережитом кошмаре. — Мы столкнулись с… проблемой .— Что-то в голосе Орочимару заставило Саске оживиться. Его глаза распахнулись, и он увидел кого-то, кого никогда раньше не встречал. Мальчик с такими же темными волосами, как у Саске, и таким же бледным лицом, как у Орочимару, он носил кривую, неловкую улыбку на лице, настолько совершенно фальшивую, что Саске удивился, зачем он вообще потрудился ее надеть. Он был одет в защитную повязку на лбу, которая обозначала его как ниндзя из… Коноха. Саске в мгновение ока преодолел расстояние и потянул Кабуто вниз, чтобы яростно прошептать: — Зачем ты привел сюда ниндзя из Конохи? Ты что, с ума сошел?! — Говоря это, он смотрел на цель своего гнева, рука его рефлекторно сжимала меч. Медик издал низкий, застенчивый смешок. — А… он… ну, его зовут Сай. Он такой же перебежчик, как и ты. Нет никакой необходимости беспокоиться. — О… — несмотря на свои дурные предчувствия, Саске отпустил его и попятился, оценивая его внешность и внешность учителя. На лице Кабуто была его обычная обманчивая улыбка, но эффект был несколько испорчен тем, что его лицо было наполовину залито кровью, а очки, или то, что от них осталось, криво свисали с ушей и верхней губы. Каждые несколько секунд он пытался поднять их так, чтобы они упирались ему в переносицу, но через мгновение они тут же соскальзывали обратно. Орочимару, с другой стороны, внешне не пострадал, но выглядел… не ухоженным. Грязь покрывала его длинные черные волосы вместе с несколькими ветками и листьями, а одежда была покрыта грязью и запачкана росой. Он тоже улыбался, но это была скорее гримаса, чем что-либо еще. — Что случилось? — Мы… — начал было Кабуто, но Орочимару мягко перебил его: — Мы столкнулись с… проблемой, и теперь… возникло срочное дело. Вы… займитесь чем-нибудь чем занимаются юнцы вроде вас. Саске бросил взгляд на Сая. Обычно, если бы он встретился с обычным шиноби Звука, Саске пожал бы ему руку и вежливо поздоровался, но что-то в этом новичке заставило Учиху встревожиться. Он покачал головой. — Пусть его развлекает кто-нибудь другой. — Он повернулся и направился к двери. — Я буду отдыхать в своей комнате. Приходи когда будешь готов тренироваться.

XXX​

Это произошло когда он безсонно лежал спиной к двери. Он почувствовал слабое движение воздуха. Дверь была открыта, и там что-то было… — Кто здесь? Пауза, а затем… — А, так ты меня заметил? Здесь все такие проницательные. Это заставляет меня чувствовать себя немного неловко. — Саске никогда не слышал его голоса, и все же он сразу понял, кто это был. Было что-то в его тоне, что напомнило ему о той же фальшивой улыбке, без сомнения, все еще застывшей на его лице. — Понятно, — не оборачиваясь пробормотал Саске . — Значит, ты никогда не был настоящим перебежчиком. Зачем ты здесь? — Я… был здесь по приказу Данзо-сама. Моя миссия… Данзо? Это имя было ему знакомым, хотя и не слишком. Того, что Саске действительно знал о Данзо, было достаточно, чтобы понять цель Сэй. Если он работает на этого разжигателя войны, то он должен быть здесь, чтобы убить меня. Это почти заставило его рассмеяться. Ну, я полагаю, что всегда найдется цена, чтобы сбежать от нее… — Это чтобы вернуть тебя в Коноху! Саске замер. Все его мысли просто остановилысь, словно лошадь, что на полном скаку сломала себе ноги. Ками нет, нет, нет… Он даже не обратил внимание, как чернильные змеи окутывали его конечности, сковывая движения. — Ну, конечно, я здесь не только из-за Данзо-сама. На самом деле… — он сделал паузу. — Я искренне благодарен тебе, Саске. Если бы не эта миссия… я никогда бы не понял важность того, что я защищаю, защищая Коноху. Раньше это всегда было чем-то, что я делал просто потому, что больше ничего не знал. Но сейчас… — нет нет нет нет нет нет — Теперь я понимаю жителей деревни! Их чувства, их желания, но больше всего… их любовь! -нетнетнетнетнетнетнетнетнетнет- — И из-за этого я также могу отплатить Наруко, человеку, который научил меня этим вещам, человеку, который любит тебя больше всех на свете, вернув тебя к ней! И тогда, как пожелает Данзо-сама, вы двое сможете иметь детей, которые будут обеспечивать господство Конохи в течение целого поколения и защищать улыбки каждого! Он сломался. Подобно потолку на старых, осыпающихся колоннах, разум Саске сломался под тяжестью ужасающего осознания. Его руки начали неудержимо дергаться, глаза стали совершенно пустыми. Он стал одержимым одним-единственным желанием, настолько всепоглощающим, что оно поглотило его, как пламя сухое дерево, выжигая всю его сдержанность и разум. Медленно, очень медленно, движением столь грациозным, что трудно было даже заметить, что он все еще был связан чернильными змеями, Саске повернулся. Лицо Учихи преобрело нечеловеческое, почти демоническое выражение. Широко раскрытые, немигающие, остекленевшие красные глаза, обрамленные неконтролируемо подергивающимися жилками на щеках, уголки рта были приподняты в безумной улыбке, без малейшего намека на положительные эмоции. Сай моргнул и рассеянно улыбнулся в ответ. Саске ответил. Всего одно слово. — Умри

XXX​

— Это… было близко, Орочимару-сама, — сказал Кабуто, безуспешно пытаясь сдвинуть свои разбитые очки обратно на переносицу. — Я рад, что мы спаслись, но… Змей искоса взглянул на своего подчиненного. Кабуто поморщился и отвернулся. — Она будет продолжать преследовать нас. Вы должны это знать. Что мы будем делать в следующий раз? Орочимару усмехнулся. — Не беспокойся, Кабуто. У нас все еще есть много баз, кроме этой. Одна из них, в частности, спрятана в Стране Земли, далеко-далеко отсюда. — Но… — Очень, очень далеко. —… Конечно, вы правы. Простите меня. — Он рассмеялся. — И во-первых, она никак не может найти нас здесь.- Взрыв, раздавшийся со стороны комнаты Саске, потряс все помещение, спотолка на пол осыпались небольшие куски камня. —… —… — Я… — Орочимару прочистил горло и продолжил. — Я уверен, что это Сай и Саске немного… поссорились. Ничего больше. — О — Конечно! — Кабуто согласился, хотя и слишком поспешно. — Она никак не могла найти эту базу! Как она могла это сделать? Раздался еще один взрыв. —… —… — Орочимару-сама, мне пришла в голову одна мысль… —Да, Кабуто? — Конечно, это чисто гипотетический сценарий, но… хотя мы оба работали с Данзо в прошлом, прошло уже некоторое время с тех пор, как мы в последний раз… сотрудничали. — Врач кашлянул. — Если… если Саске дерется с Саем, то не может ли быть так, что Сай вообще никогда не был настоящим перебежчиком? Еще однин взры сотряс убежеще. Сверху сново посыпались камни, некоторые из них прилипли к грязи, что все еще спутывала волосы Орочимару. —… Продолжай. Кабуто неловко откашлялся и продолжил. — И… если это так, то не может ли быть так, что он присоединился к нам только для того, чтобы… гипотетически, конечно, превести свою команду… сюда? К нам? Орочимару усмехнулся. Смешёк звучал одновременно хрипло и крайне принужденно. Змей хотел что-то сказать, но во рту у него внезапно пересохло, и он не смог произнести ни слова. Кабуто же продолжил говорить. — Предположим — опять же, чисто гипотетически — что это так, и что Сай не успел сообщить своим союзникам о нашем местонахождении до этого, потому что мы были с ним… не было бы таких мощных взрывов, как те, которые мы слышим сейчас, которые, вероятно, можно увидеть и услышать на многие мили вокруг… — он облизнул губы и продолжил. — Разве они не были бы идеальным сигналом, чтобы сообщить команде Конохи о нашем местонахождении? Раздался очередной взрыв. —… —… —… Кабуто. — Да, Орочимару-сама? — Помни, что нам вовсе не обязательно убегать от демона. Мы просто должны опередить Саске. — Да, Орочимару-сама. В мгновение ока, они оба оказались за дверью.

XXX​

— Я РАЗРЕЖУ ТЕБЯ НА КУСКИ! — Закричал Саске, яростно метая сюрикены и кунаи в Сая. Агент Корня ловко уклонился от залпа, одновременно создавая десятки нарисованных зверей. Все они были уничтожены в течение нескольких секунд под безжалостным натиском Учихи. — Какая свирепость! Я не смогу долго продержаться, но… … Сай вытащил еще один свиток из своей сумки, быстро разворачивая его одной рукой, а другой складывал печати. Шесть нарисованных появились из холста, атакуя Саске. Тут же несколько сюрикенов ударили их, но тут же они отскочили от более прочных тел. Учиха даже не колебался, формируя последовательность печатей, прежде чем сделать один вдох и выдыхая гигантский огненный шар. Он поглотил всех львов и скрыл Сая от глаз Саске. Агент Корня прыгнул вверх, применив еще один свиток, вызвав огромную чернильную птицу. Приземлившись ей на спину, Сай быстро поднялся вверх, над бешеными атаками своенравного любовника Наруко. — Ты действительно силен, Саске! — Крикнул он сверху своему противнику, стараясь привлечь его внимание. Тут в голову Сая пришла одна мысль. Может быть, похвала поможет взбешенному Учихе немного успокоиться? — Без сомнения, эта сила также очень поможет тебе в спальне, которую ты будешь делить с Наруко! Да. Сай читал в одной книге, что мужчины любят, когда им делают комплименты за их успехи в подобных делах. С этим… — Я УБЬЮ ТЕБЯ! Руки Саске создавали печати так быстро, что Сай уже не мог разглядеть ничего, кроме размытых пятен. Десятки огненных шаров вылетели из его рта в небо, но Сай ловко увернулся от них. Хм. Он делает ошибки. Значит ли это, что он больше не чувствует себя таким агрессивным? Он потряс кулаком, пытаясь изобразить жест, который видел в той же книге, откуда получил предыдущий совет. Похоже, моя похвала сработала! Затем он заметил тонкие, полупрозрачные нити, тянущиеся из-за огненных шаров. Развернувшись, Сай поднял глаза и увидел, как десять Фуума сюрикенов появились из огненных шаров, а затем изменили свой курс прямо на него. Быстро отреагировав, Сай спрыгнул со своего транспорта, позволив лезвиям сюрикенов пронзить его. Птица растворилась в чернилах, с грохотом падая на землю. Сай тяжело приземлился на бок и едва успел отползти в сторону, как клинок Саске пронзил то место, где только что была его голова, гудя молнией. В отчаянии Сай выхватил свой танто, пытаясь заблокировать следующий удар Саске, но лезвие танто было отсечено от рукояти одним ударом. Неужели я… умру здесь? Удар ногой в живот, и Сай приземлился на спину, рука все еще онемела от силы удара. Саске оказался на нем прежде, чем он успел моргнуть. Наруко… мне очень жаль, что я не смог вернуть его тебе. — УМРИИИИ! Сай улыбнулся — он понимал, что это будет последняя улыбка в его жизни, но на этот раз он был уверен, что она будет искренней. Лицо самого Саске было искажено: безумная улыбка, словно порочное отражение улыбки самого Сая и глаза цвета крови горели безумным, неконтролируемым светом. Но… я все равно буду болеть за тебя, даже в загробной жизни. Клинок начал опускаться прямо к сердцу Сая. — О! — Раздался голос у них за спиной. — Я наконецто нашла тебя~! Саске остановился. Лезвие, которое должно было пронзить Сая, замерло в дюйме от его груди. Каждый мускул на лице Учихи перестал двигаться. Сай почувствовал… что-то в груди. Это… это… счастье?

XXX​

Медленно, чувствуя, как скрипят его конечности, Саске обернулся. На его оцепеневшем лице так и осталась дикая ухмылка. Там была Сакура, она выгледела одновременно виноватой и испуганной. Рядом с ней был мужчина с каштановыми волосами и протектор-шлемом с символом Скрытого Листа. Но Саске не обратил на них внимание. Он был слишком занят, сосредоточившись на третьей персоне. Сияющие голубые глаза, длинные красные волосы, обрамляющие нежное, красивое лицо с тремя отметинами в виде усов на щеках. На ней была светло-оранжевая куртка с длинными рукавами и темные брюки. А ее лицо выражало почти сексуальный экстаз. — Ах! Ты же улыбаешься! — Смутно Саске осознал, что не менял выражение лица с того момента как пытался убить Сая. Он не мог ничего изменить. Все остановилось перед лицом безумного, неумолимого ужаса. — Ты никогда раньше не улыбался! Ты действительно так рад меня видеть? — Продолжила она прикрывая покрасневшие щеки, и смущенно отвела взгляд. — Какаши-сенсей был прав! Расставание действительно делает сердце более любящим! — Она снова повернулась к нему. — Не волнуйся, дорогой~! Я тоже рада тебя видеть! Я так счастлива… — Наруко хрипло вздохнула, отчего по спине Саске пробежала дрожь. — Что едва-ли здеживаюсь~! Он попытался заговорить, но единственным звуком, который он издал, было сдавленное шипение, как в тот раз, когда он случайно наступил на один из призывов Орочимару. Она шагнула вперед. — Ты так счастлив, что даже не можешь говорить? — Вишнево-красный румянец на ее щеках стал еще ярче. — О, дорогой… Не волнуйся, потому что после сегодняшнего дня, мы никогда больше не расстанемся! Разве это не так… Нетнетнетнетнетнетнет… — СА-С-ки~?