Мини-истории с бродячими псами

      - Т/И.       Он напряженно улыбнулся:       - Т/И. Ни Вы, ни я не расположены играть в игры. Говорите напрямик все, что хотели сказать.       - Сегодня Сайгику отдал мне ребёнка, - сказала ты. - Это не мой сын и не ваш.       Две секунды стояла напряжённая тишина, затем до Тэтте дошли твои слова. Ему показалось, что в грудь ему ударило здоровенное бревно. Быстро моргнув, он перевёл дыхание.

***

      - Это… невозможно.       По твоей щеке покатилась слеза и упала на голубой капюшон одеяла с кроликами.       - Последнее желание вашего товарища было в том, чтобы я вас познакомила. Он хотел, чтобы вы взяли его, Тэтте. Взяли к себе.       Пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, ты выпрямилась:       - Имеет значение лишь то, что от него продолжает жить здоровый и красивый ребёнок.       Сайгику очень любил этого прекрасного малыша.       Тэтте разглядывал ребёнка. Морщина между его тёмных бровей стала отчётливее, на загорелой шее пульсировала вена. Следующий вопрос был произнесён со сдержанным рычанием:       - Как его зовут?       - Дайсуке Дзёно.       Тэтте Суэхиро фыркнул и отвёл взгляд.       Конечно, сейчас особые обстоятельства, ведь сегодня он потерял единственного дорогого товарища. Но соизволит ли он когда-нибудь одарить мир другой эмоцией, а не только раздражением?        Твои глаза жгли горючие слезы, ты крепче сжала рукой чашку и затаила дыхание. Тебе не удастся держать язык за зубами. Ни один приличный человек не стал бы отмалчиваться. Тебе следует выполнить обещание. Если тебе придётся подавлять чрезмерно раздутое эго, чтобы добиться результатов, ты так и сделаешь.       - Не хотите взять его на руки? - От ужасной мысли по твоему телу пробежала дрожь. Ты откинулась на спинку стула. - Или Вы предпочитаете, чтобы он отправился на воспитание в чужую семью?       Ты не позволила бы этого. Ты сама забрала бы себе Дая. Твоя собственная мать умерла, когда тебе было пять лет. Подрастая, ты страстно желала, чтобы кто-то заплетал тебе волосы по утрам, читал тебе перед сном, чтобы было к кому забираться под одеяло.       Твой отец был хорошим человеком, но он был одержим бизнесом.       Никто не догадывался, как ты страдала, будучи девочкой, как боролась со своими недостатками, чтобы заиметь знаменитую деловую хватку и решительность отца. Теперь дня не проходило, чтобы отец каким-то образом не одобрял попытки своей дочери. И все же бывали времена, когда ты сожалела о том, что не знала материнской любви.       Ты посмотрела на ребёнка.       Как сложится судьба этого малыша?       Длинными пальцами Тэтте взял сахарницу.       - Я не помню, что сказал, будто не возьму его, - произнёс он, растягивая слова.       - Едва ли Вы ухватились за эту идею. - ты увидела, как он выгнул чёрную бровь.       - Вам лучше не быть такой враждебной, - сказал он.       - А вам лучше не быть таким бесчувственным. - Твоё сердце учащенно барабанило.       Выражение лица Тэтте оставалось неизменным. Его полуприкрытые веками бесстыдно чувственные глаза глядели на тебя до тех пор, пока по твоему телу не пробежала весьма приятная дрожь.       Быстро заморгав, ты поёрзала на твёрдом пластиковом сиденье.       Этот человек не только чрезвычайно сексуален, он ещё и прав.       Ради ребёнка ты должна держать эмоции под контролем, как бы трудно это ни было.       Ты ослабила пальцы, которыми держала чашку, и нашла в себе силы успокоиться.       - Сегодняшний день стал шоком для нас обоих, - призналась ты, - но, поверьте, я хочу только одного: чтобы о Дае заботились так, как понравилось бы Сайгику. - Ты снова наклонилась вперёд, взмолившись, чтобы Тэтте услышал тебя. - Вы нужны ему.       На его щеке дважды дёрнулся мускул.       - Похоже на то. - Тэтте допил кофе.       Ты всю жизнь вращалась среди бизнес-партнеров отца; будучи студенткой университета, ты встречалась с сыновьями очень влиятельных людей. Но ни один из них не пробуждал в тебе таких сильных эмоций.       Эмоции были одновременно негативными и ужасающе позитивными.       Ты смотрела на Тэтте и понимала, что он тебя интригует. Широкоплечий и мускулистый, твердо стоящий на земле, он был великолепен. Его жесты и речь говорили об уверенности, уме, превосходстве и отстранённости.       У ангела, спящего в коляске, не было никого, кроме Тэтте. Будь у тебя возможность, ты не оставила бы Дая у него.       Укрыв одеялом спящего ребёнка, ты посмотрела, как мягко поднимается и опускается его грудь, затем тихо произнесла:       - Мне нужно кое-что Вам сказать. О данном мной обещании.       Тэтте посмотрел на платиновые наручные часы:       - Слушаю.       - Я пообещала, что не отдам вам Дая до тех пор, пока Вы не будете готовы его принять.       Пока твоё сердце барабанило у рёбер, мужчина напротив тебя медленно нахмурился и скрестил руки на груди:       - Я признаю, мне понадобится время, чтобы свыкнуться с… - Он откашлялся и заговорил резче: - Вам лишь следует знать, что я не отказываюсь от своих обязанностей. Мальчик ни в чем не будет нуждаться.       Этого недостаточно.       Отвернувшись от ребенка, ты сцепила руки на коленях и встретила властный взгляд Тэтте.       - Я обещала Сайгику, что оставлю Вас с Даем тогда, когда вы привыкнете друг к другу. Полагаю, у Вас большой дом, поспешно добавила ты, - и я с радостью оплачу все расходы.       Его холодный взгляд стал вопросительным. Он резко поднял голову, и прядь чёрных волос упала на его бровь, а уголки губ изогнулись в подобии улыбки.       - Мне нужно проверить уши. Я Вас правильно понял? Вы приглашаете сами себя пожить у меня?       - Я никуда себя не приглашаю. Я передаю Вам пожелание Вашего товарища. Я говорю о том, что дала обещание.       - Ну, так не пойдёт. - Он тряхнул головой. - Ни за что на свете.       Ты распрямила плечи. Пусть Тэтте огромный и устрашающий, но упрямство - твоё второе имя.       Ты решила сменить тактику:       - Ребёнок ко мне привык. Я знаю, что ему нужно. В Ваших же интересах позволить мне помочь Вам привыкнуть друг к другу.       - Я найму няню.       Он сказал это не моргнув глазом, и твоё сердце замерло.       Сегодня утром Сайгику сказал, что его товарищ не женился после смерти своей жены. Конечно, ему придётся нанять няню. Но что за женщина станет присматривать за Даем? Окажется ли она суровой или доброй и опытной? Будет ли она нежно его хвалить или станет бить его по рукам, если он забудет сказать «пожалуйста»?       - Госпожа Т/Ф… - В его взгляде промелькнула доброта, когда он поправился: - Т/И. Вы уверены, что без Вас не обойдутся?       Злое чувство, которому ты не смогла найти название, заставило тебя вздёрнуть подбородок.       - Будьте уверены, если мне удастся убедиться, что Дай будет счастлив, я уйду с чистой совестью и с радостью благословлю вас обоих.       - Но ведь мне не нужно Ваше благословение.       Стараясь не забывать о том, кем Тэтте является, ты уступила:       - Полагаю, что не нужно. Похоже, Вам вообще ничего не нужно, особенно эта стычка. - Скрестив руки на груди, ты встретила его твёрдый взгляд. - Я права?       Когда Тэтте вместо ответа одарил тебя взглядом своих удивительных глаз, в глубине которых плясали искорки, ты почувствовала сильное возбуждение. Уняв трепет, ты поднялась.       Если ты уйдёшь, то ничего не добьёшься, но на сегодня с тебя хватит. Для описания его привлекательности более всего подходил термин «животный магнетизм». Тэтте Суэхиро был уникален, чрезвычайно хорош, но совсем не гуманен. Черта с два ты уйдёшь, не сказав ему об этом.