Sleeping Problems / Бессонница

Ночью было прохладно, но уютно. Торис сидел, окутанный вечерней темнотой, точно объятиями любящей матери. Он чувствовал себя так, будто был у старого-доброго друга, так что не было ничего необычного в том, что Торис проводил время у открытого окна. Он сидел, сильно прижимая колени к груди, и гулкое биение его сердца раздавалось шумом в тишине комнаты. Бесчисленное множество ночей он вглядывался в это небо, восхищаясь всеми теми звёздами, что оно давало ему. Нежное, прохладное дуновение ветерка ворвалось в комнату литовца, дергая его за одежду и игриво ероша ему волосы. Ветерком принесло маргаритку, упавшую ему в руки. «Ну и что это значит?» — с улыбкой подумал Торис, восторженно любуясь цветком, перебирая его лепестки и играя темно-зеленым стеблем. Ответа на этот вопрос он не получил. Но вскоре прохладный воздух достиг и поляка, спящего рядом. Свернувшись калачиком, тот дрожал под одеялом, пока ветер пытался заморозить его руки. Наконец, Феликс открыл глаза и сел на кровати, зевнув, чем привлёк внимание Ториса. — Ох, прости, — тихо извинился литовец, встав и быстрым шагом подойдя к окну, захлопывая его. — Всё хорошо, — ответил Феликс, устало потирая глаза ладонями. Торис вздохнул и осторожно оттолкнул поляка обратно на простыни, пытаясь заставить его лечь. Феликс схватил Ториса за руки, когда тот попытался вернуться к окну. — Лит, возвращайся в кровать, — сонно пробормотал он, лаская пальцами крепкие руки Ториса. — Не хочу, — ответил тот. — Если я лягу, то заставить себя встать я уже не смогу. — он коснулся щёк Феликса прохладными руками. Поляк вздрогнул. — Но снаружи же ещё, типа, темно, — жалобно ответил он своему возлюбленному. Торис понимающе взглянул на него. — Я знаю, но я пока не очень хочу спать. Он осторожно выпутался из захвата рук Феликса и медленно отступил назад к окну. Феликс снова сел в кровати. — Хотя бы полежи со мной пока я снова не усну, — умоляюще-сонно пробормотал он, протягивая руки обратно к литовцу. Торис повелся на его тон, сдавшись, и, подумав, тепло улыбнулся: — С удовольствием. Литовец, наконец, вернулся в кровать. Феликс уткнулся носом в изгиб шеи возлюбленного, и легкая улыбка появилась на его лице, когда он прислушался к ровному сердцебиению литовца. Торис лежал, задумчиво перебирая длинные золотистые кудри Феликса. Впервые за долгое время он позволил себе полностью расслабиться и забыть про весь тот стресс, что накопился за последнее время. Он разрешил себе прикрыть глаза и успокоиться, медленно погружаясь в глубокий спокойный сон. Он не мог позволять себе такое каждый раз, но сейчас он мирно спал и был готов признать, что на его родной литовской земле всё наконец хорошо.