Холод

Арсений стоял белый, как мел, пытаясь переварить только что полученную информацию. — Это какая-то ошибка... — ошарашенно произнёс он больше себе, чем врачу. — Арсений… — доктор вопросительно посмотрел на Попова. — Сергеевич, — подсказал парень и туго сглотнул. — Арсений Сергеевич, — врач поправил очки, посмотрел на мешочек с порошком, — Вы же понимаете, что и для нас это, — откашлялся, — Невыгодно. Если у нас найдут сомнительные вещества, репутация больницы знатно упадёт. — Я понимаю, — голос Арсения охрип. Парень просто не мог в это поверить. Наркотики и Шаст. Шаст и наркотики. Да это даже звучит неправдоподобно! Антон даже котёнка не может обидеть, что уж говорить о колёсах. Слишком правильный парень. Сам ещё ребёнок. От мыслей голова просто взрывалась. Не удержавшись на ногах, Арс присел на стул, провёл ладонями по лицу, посмотрел в окно. “— Кто угодно, но только не Шаст,” — думал он. Доктор медленно подошёл к нему, стуча обувью по полу, и сел на стул напротив. — Может, — откашлялся он, — Вы замечали, в последнее время, за Шастуном несвойственное ему поведение? — Нет! — попытался ответить твёрдо Арсений, но голос предательски дрогнул, — Нет… Даже намёков не было, — Арсений посмотрел на бейджик доктора, — Константин Михайлович, я сам поражён. — Я вижу, — тяжело вздохнул врач, — Вижу. После некоторой паузы доктор продолжил: — Арсений Сергеевич, пожалуйста, выясните это. И с другом разберетесь, и нам поможете. Если у нас найдут… — доктор покачал головой. — Хорошо, — судорожно закивал брюнет. — Пожалуйста, держите нас в курсе всего происходящего, — врач протянул свою визитку, — Звоните. Попов одеревеневшими пальцами взял бумажку и положил в задний карман джинсов. — Я могу сейчас навестить Антона? — спросил Попов. — При всём уважении, Арсений Сергеевич, и понимании всей ситуации в целом, я не могу Вам этого позволить. Расписание есть расписание, — он пожал плечами, — Часы посещения сегодня с 16:00 и до 19:00. Попов посмотрел на часы на мобильном 13:34 — Хорошо, — устало кивнул парень, — Я понимаю. — Можете идти, — сказал доктор. — Спасибо. — Будьте на связи. — Обязательно. Арсений встал и, кивнув врачу на прощание, направился к выходу на ватных ногах. Попов вышел на крыльцо и остановился. Голова гудела от мыслей и вопросов, которые безотлагательно требовали ответа. Откуда у Шаста наркотики? Как долго он их хранит? Неужели Антон подсел? И самое главное: Почему Шаст ничего не рассказал ему? Мысли грозились вот-вот поглотить Арсения с головой. Парень закурил — сигареты всегда помогали ему отвлечься. Он глубже затянулся, задержал горький дым в лёгких, чувствуя, как он обжигает лёгкие, и выпустил колечко в небо. Облокотился об перила и посмотрел на просыпающийся город впереди: машины несутся, сигналят сонным пешеходам, которые, словно муравьи, стайкой переходят дорогу, по тротуарам гуляют семьи с детьми, малыши играют на детской площадке, медленно прогуливаются по аллее пенсионеры. Всё как всегда. Пиликнул мобильник. Писал Серый: Здарова! Ты дома? [Сегодня, 13:52] Брюнет напечатал ответ:

Привет, буду минут через тридцать. [Сегодня, 13:54]

Я зайду? Поговорить надо. [Сегодня, 13:56] “— Только тебя сейчас мне и не хватает,” — проворчал себе под нос Арс, но потом, подумав, написал короткое:

Ок. [Сегодня, 14:00]

Скоро буду. [Сегодня, 14:01] Возможно, Серый — это именно тот человек, который поможет ему сейчас. Арсению необходимо было с кем-то поделиться своими переживаниями, иначе он сломается. Докурив, Арс затушил окурок и направился к автобусной остановке.

***

Арсений открыл дверь собственной квартиры, бросил ключи на тумбочку, снял обувь и куртку, повесив в шкаф. Попов придирчиво оглядел квартиру. По-хорошему, стоило бы убраться. Хотя бы немного. А то людей уже впускать стыдно. Парень покосился на настенные часы, те отбивали двадцать пять минут третьего. “— И как скоро будет Серегино «скоро»?” — он хмыкнул. Сделав глоток от уже остывшего кофе из кружки, оставленной Арсением на столе, и переодевшись в домашнюю одежду, Попов принялся наводить чистоту.

***

Матвиенко был уже во дворе. Он поднялся на крыльцо подъезда, набрал нужный номер квартиры и принялся ждать, но было слышно только равномерные гудки домофона. Когда ему не открыли и с третьей попытки, Сергей решил позвонить Арсению, но безрезультатно — на той стороне тишина. “— Уснул он там что ли?!” — разозлился Матвиенко. Благо, какой-то парень, видимо, сосед Попова, вышел из подъезда и придержал Сергею дверь. Матвиенко благодарно кивнул и зашёл внутрь. Поднялся на нужный этаж и позвонил в дверной звонок. Снова тишина. “— Ну, едрить тебя налево!” — в сердцах рыкнул Матвиенко. Серёжа толкнул дверь, и та поддалась. “— Странно. Может, случилось что?” — перепуганный Матвиенко влетает в квартиру и замирает, не понимая, как реагировать на открывшуюся ему картину. Перед ним в пижаме и солнечных очках танцевал Попов. Одной рукой он придерживал компьютерные наушники, а другой швабру. Дополняло это всё пронзительное пение Арса: — Когда мы были молодыми, — крутил он задом, — Наивными такими были и простыми! “— Перепил что ли?” — Серый задумчиво почесал затылок. — Ла-ла-ла-ла! — Попов оседлал швабру, — Ла-ла-ла-ла-ла-ла! Устав наблюдать за этим беспределом, Матвиенко крикнул: — Арс! Ноль внимания. Парня будто прорвало: он носился по квартире со шваброй между ног и орал, пытаясь успеть за темпом песни, но, признаться, у него это плохо получалось. — Попов! — повторил попытку Сергей. Безрезультатно. И тогда Матвиенко принял крайнюю меру. Мужчина что есть мочи закричал: — СЕНЯ!!! Сработало моментально: Попов резко обернулся, но, не удержавшись на скользком полу, с грохотом упал в ведро с водой, прикрывшись шваброй. Видеть крайне растерянного Арса, да ещё и в такой позе, было очень необычно. Серьёзный Арсений всегда следил за собой и был собранным. А сейчас он выглядел, как ребёнок, у которого отобрали конфетку — вот-вот расплачется. Не выдержав, Серега засмеялся. Убрав швабру с лица, Арс возмутился: — Ну, и чего ты ржёшь?! Серый не мог ответить — у него началась истерика. Арсений посмотрел в сторону настежь открытой входной двери и спросил: — Как ты сюда пробрался? — Я… Дверь была… открыта… — пытался вымолвить Серый, закатываясь новым приступом смеха, — Я тебе звонил, но ты трубку не взял… Ой, ну ты даёшь, Арс, — вытер он слезу. Проигнорировав восклицания друга, Арсений проверил телефон. Точно: три пропущенных от Матвиенко. — Я не слышал, — промямлил Попов, ему было очень неловко, — Слыш, хорош, а! — Ой, вроде бы всё, — выдохнул Серёжа, — Встать не хочешь? Матвиенко помог Арсению встать и, увидев его мокрые штаны, снова закатился. Махнув на это рукой, Арс отправился в комнату — переодеваться. Попов надел свежую одежду и кивнул Серёже в сторону кухни. — Присаживайся! — предложил Попов, поставив чайник на плиту, — Чай, кофе будешь? — Чай, — согласился Матвиенко. Попов поставил две дымящиеся чашки с чаем на стол и достал печенье и конфеты из буфета. — Ты хотел о чём-то поговорить? — спросил Арсений, присаживаясь напротив друга. — Да, — мужчина отпил из кружки и открыл конфету, — Ты когда возвращаться собираешься? Без тебя пропадаем, — запил конфету горячим напитком, — Можно ещё кипятка? — Да, конечно, — Арсений подлил кипятка в чашку друга. — Спасибо, — поблагодарил его Матвиенко, — О чём это я? Ах, да! Пропадаем, говорю, без тебя! Стас с ума уже сошёл. Вечно злой и недовольный ходит, кричит постоянно, — Серый показал раздраженного Шеминова, и Арсений невольно улыбнулся — очень уж похоже получилось, — Ты же у нас звИзда! — с ноткой сарказма добавил он, — За тобой бабы табуном! — Ой, Серёг, — поморщился Арсений, — Ну, ты же знаешь… — Что я знаю?! — возмутился Сергей, — Ну, вот что я знаю?! Арсений не смог ответить, так как послышался оглушительный грохот на другом конце квартиры. — Что за нахрен?! — выругался Попов, вскакивая со стула. Парни со всех ног бросились в дальнюю комнату. Увиденное их шокировало. В недавно прибранной Арсением комнате царила полная разруха: вещи порваны и разбросаны по всей комнате, следы от грязной обуви рисовали невиданные узоры на линолеуме, зеркала и окна разбиты, осколки стекла валялись повсюду. Попов медленно двинулся в сторону окна, похрустывая стеклом. — Какая тварь это сделала?! — шокировано произнёс Серый, разгребая бардак. Он наткнулся на какую-то помятую бумажку и протянул Попову, — Смотри. Арсений обернулся и взял записку. Буквы были темно-красного цвета, похоже, написано кровью, и с какими-то загадочными завитками. Одно-единственное слово: «Беги!»