Основной инстинкт

      Возможно, завтра последний день. Их последний день. Умирать было не страшно. Было страшно подумать, что Лиам умрет. Такой молодой… полный неудержимой ярости… радости… решимости… такой привычный Лиам Данбар. Мысли о смерти якоря не хило так нервировали и без того усталого Тео.       Хотелось выть до сорванного голоса. Если волчонок умрет, химера себе этого не простит. Возвращение из Ада было неожиданным; не то, что бы Тео там понравилось: не очень приятно, когда твоя мёртвая сестра раз за разом ползёт за тобой и хочет вернуть украденное сердце, а в особенности , когда она его медленно вырывает. Но даже такой придурок как Тео Рейкен, вернулся из Ада. К слову о нем, целей как таковых у него не было, школу он не окончил и, вообще, умер (официально: пропал без вести) такого мудака никто искать не будет. Родителей нет. Сестра мертва. Друзей нет. Дома нет. Денег нет. Есть только Лиам, который взял на себя ответственность за него.       Украв машину, Тео жил в ней, вернее пытался выживать — спать из-за кошмаров не удавалось совсем, за исключением времени, когда химера проводил время рядом с бетой Скотта: можно было ненадолго побыть в состоянии дремоты. Парные ночные дежурства имели свои плюсы , волчонок был рядом и это успокаивало.       Круги под глазами становились больше, хотелось истерить по полной программе. Раздражало все. Сумасшедшая идея пришла в и без того больную голову — взять Дамбара с собой и уехать.       На днях в поисках места для уединения он нашел целую поляну маленьких голубых цветочков, вид на острые пики гор и тишину. Тео завёл машину и направился к дому волчонка , уже подъезжая, он набрал на автомате его номер и бросил в трубку: «Выходи волчонок .Срочно».       Бета буквально выскочил из дома в домашних шмотках. Его потрёпанный вид говорил сам за себя: недосып и неконтролируемый гнев делают с людьми страшные вещи. Ёбаное отсутствие стабильности.       — Что случилось? — в его голосе явно была тревога. Конечно, не каждый раз к тебе заявляется химера с диким видом и безумством в глазах. Весь его вид кричал о том , что еще капля и Тео сорвётся .       — Поехали, — начал Тео, даже не надеясь на положительный ответ. — Давай уедем. Прошу, умоляю, давай уедем, — слова химеры вызвали ступор. Возможно, это их последние сутки, и они все умрут, а этот безумец хочет уехать. Глаза Тео горели не то отчаянием, не то яростью, не то мольбой. Пораскинув мозгами, Лиам решил, что бросать его, находящегося на грани безумия, одного опасно, ведь он может сделать что угодно. Решительный взгляд и короткий ответ: «Поехали».       Рейкен едва не заскулил от облегчения. Схватив волчонка в охапку, он затолкал его в машину и, приземлившись на место водителя, погнал на полной скорости. Беспокойство волнами исходило от Лиама, и это отвлекало химеру .       Он все-таки не маленький, сам может о себе позаботится . Но видимо хреново справляется, раз организм его был истощён: слуховые галлюцинации и мерещащиеся образы не заставили себя ждать. Теперь тревожность его лучшая подруга . Личный Ад химеры опять отрывками появлялся перед глазами, руки тряслись, и руль реагировал на резкие движения. Маленький бета, осторожно косился в сторону Тео , который можно сказать похитил его, ну или формально это не похищение , он вроде как добровольно сел в машину.       Вспышка галлюцинации в виде мёртвой сестры на дороге — он резко остановился и вылетел из машины, Данбар вышел следом, стараясь догнать.       — В чем дело, Тео? — такой простой вопрос, а ответов дохуя и больше.       — Действительно блять , что со мной? — передразнил парень почти рыча .       Лиаму это цирк порядком надоел, все это нужно было заканчивать. Но не тут-то было: не начавшуюся гневную тираду волчонка , прервал оглушительный полукрик-полурык. Тео сорвался с цепей окончательно. Этот звук был наполнен болью и отчаянием, словно бы вместе с криком передались и чужие воспоминания. Крик прекратился, Тео сорвался с места и бежал в сторону леса, возле которого они сделали явно незапланированную остановку. Данбар рванул за ним, стараясь не потерять след. Он нашёл химеру почти в центре какой-то поляны, покрытой маленькими голубыми цветами. Спина Рейкена пошатнулась, и он упал на колени. Лиам успел налету подхватить его.       — Все хорошо… Тео, ты здесь! Ты жив! Ты больше не в Аду! Ты дома! Это реальность! — страх за этого парня, исходил от Лиама на километр. На миг глаза химеры застыли, рассматривая глаза Лиама. Сухие покусанные губы произнесли всего два слова: «Докажи это».       Волчонок осторожно обхватил руками лицо Тео и, секунду поколебавшись, поцеловал его. Целовал Лиам мягко, почти невесомо. Отстранившись, он осторожно взглянул Тео в глаза и понял, что тот уже очнулся от своего помешательства. Но больше его удивил ответный порыв химеры к его собственным губам.       Целовал Рейкен так, словно ещё раз хотел проверить реальность ли это: безумно искренне и необычно, так, как ни Тео, ни Лиам в своей жизни не целовались никогда. Сегодня крыша съезжала у обоих. Химера повалил волчонка на землю и принялся яростно доказывать себе, что происходящее — реальность.        Сам парнишка не менее бурно вылизывал рот бывшему врагу, даже не успевая сделать новый вдох .       Страстные поцелуи перешли в мягкие, бережные. Уходить совсем не хотелось. Химера лежал, уткнувшись носом в шею волчонка, и безмятежно посапывал. Рассвет медленно наступал, а они всё ещё лежали на поляне и наслаждались, возможно, последним их моментом в жизни.