angels

**.07.19 ; 2:00 p.m. новый пост: « а разве у ночного города были причины отпускать тебя с высоты многоэтажных домов этого многолюдного, как муравейник, района? о чем ты подумала, когда решила, что сигануть с крыши твой исход, выход и настоящий кайф? тогда позволь ему докурить твои сигареты. а маме позволь носить твое платье, которое она так любит. живой ты была гораздо милей. ямочки на твоих пухлых щечках, ремень на тонкой талии, слезы в больших стеклянных глазах. ох, малыш, когда ты потеряла интерес к жизни? твой смех был прекрасным звуком. среди этой суматохи он был успокоительным твоих родных. этот мальчик, что ходил везде за тобой, и которого ты ещё звала лучшим другом, вот он обожал твой смех больше всех. он любил смешить тебя глупыми шутками так, чтобы ты хохотала, не прикрывая милое розовеющее лицо. а ты помнишь, как ты плакала, читая глупую новеллу о любви, утыкаясь вздёрнутым носиком в плечо этого друга? помнишь, как вы поцеловались, потому что были слегка пьяны? он хранит каждое воспоминание в дневнике, который он прячет под матрасом. ты шагнула за черту слишком рано. но что теперь могу изменить даже я? я не смог вселить в тебя надежду. я упустил тебя, и даже когда ты увидела меня, твое лицо было не удивлённым. в твоих глазах было пусто. ты падала вниз, хватаясь за воздух, но все равно ты не капли не пожалела о своем выборе. ночь уступит утру, и чей-то истошный крик под звуки сирен станет началом дня для тех, кто привык видеть чужие окровавленные тела у себя на столах. теперь очередь твоего истощеного от голодовок тела, милая девочка. в погоне за идеальным телом и американской мечтой ты умудрилась загнать себя в угол. ты убила себя, так и не узнав, что ты была нужна тому, кто провожал тебя каждый день домой, помогал тебе с тяжёлой сумкой. этот милый мальчик, твой лучший друг, улетит с моста буквально сейчас, как только увидит твой прощальный подарок. я тоже не спас его. он забрался на мост, и как бы я не молил его спустится, как бы не говорил ему, что ты хотела, чтобы он жил, он кинулся в воду. он утонул буквально час назад. ты унесла с собой и его жизнь ». доен отправляет запись на стену. – опять грустишь, что не спас очередную дуру, упавшую с высотки?- смеётся юта. – она любила чай с лимоном.- бормочет доен. – быть ангелом смерти означает пасти тех, кто хочет умереть или кому это предстоит не по его воле,- юта смотрит в воду с моста.- если мы можем спасти их, мы делаем это. если нет, то делаем всё, чтобы они отправились на тот свет с улыбкой на лице и без страданий. – мне жаль каждого, кого мы не спасли.- доен наклоняется, утыкаясь лбом в холодный металл. он кричит, сжимая кулаки до белых костяшек, разрывая ногтями кожу ладоней. – твоя задача выполнена тут.- юта улыбается и прижимает плачущего ангела к себе.- хочешь спасти их родителей? я могу тебе помочь. хочешь, мы спасём кого-то ещё? только не распускай нюни. ты не первую сотню лет видишь, как умирают безнадежные подопечные. пойдем, выпьем и уснем. давай. юта уводит доена прочь, обнимая всю дорогу. а утром доен уговорит маму девочки жить дальше. он расскажет, как девочка хотела, чтобы мама жила. новый пост: « помочь всем – хорошая идея, но невыполнимая. помоги тому, кто ближе. помоги тому, кто нуждается в этом больше тех, кто рядом. прежде всего помоги тому, кто хочет принять эту помощь. » доен отправляет запись, выходя из кафе. на улице капает дождь, люди куда-то спешат, лавируя в толпе с зонтами. ким растворится в толпе, взлетая на крышу, на которой стоит очередной парень, потерявший веру в жизнь. "главное успеть! в этот раз я помогу тому, кто хочет этого". **.07.21 ; 2:27 am новый пост: « ливень часто приносит за собой солнце и возможность наконец-то вдохнуть свежего воздуха полной грудью, в которой кровоточит, забившись под ребрами, раненое сердце. после этого ливня я упустил что-то прямо из-под носа. что-то ускользнуло прямо из моих охолодевших рук. прости, что не спас тебя. ты был особенным в жизни стольких людей, тебе можно было бы прожить такую жизнь... но твоя душа теперь там, где всегда тепло. твоя душа в объятиях неба. я буду молится за тебя, как и за всех тех, кто ныне пирует рядом с тобой. передай им, что мне жаль. » пост изменён и опубликован доен заходит в холодную квартиру. внутри пахнет кофе и чувствуется тонкий, почти еле уловимый, запах сигарет. -чья это кровь на твоём лице?- юта смеётся, закуривая. -не кури в комнате. доен рычит, подходя к зеркалу. он зол, кажется, на весь мир и на себя самого больше всего. юта знает, что в таких ситуациях доену надо просто дать помолчать, не задавать ему лишних вопросов. у доена дело привычки стоять около получаса возле неизменных напольных зеркал в их съёмных квартирах, нахмуриться, посмотрев на себя, и заплакать как ребенок. он словно рад уже сотни лет винить себя в грехах всего человечества. в грехах обидчиков тех, кого он не спас, и в грехах тех, судьбами которых он успевал проникаться, пока тихо наблюдал за хрупкими людьми. но ким на этот раз просто отходит от зеркала, задумчиво смотря себе под ноги. -я опять не спас человека.- доен кидается на кровать лицом вниз. юта почти падает с другого края кровати, но вовремя хватается за матрас. он тихо смеётся, тянется до пепельницы на прикроватной тумбе, с которой всё-таки падает пачка сигарет. юта шипит, качая головой. -ты всегда будешь убиваться по людям?- накамото тушит сигарету, подбирается ближе к доену, гладит его по голове.- тебе ли не похуй на них? ты пытаешься их спасти, но они не хотят этого. а те, кого ты спас! они ведь так благодарны тебе, если ты появился перед ними... доен хмыкает. японец усмехается, укладывая голову корейца на свои бедра. он играется с черными, как смоль, волосами доена, пропуская локоны меж своих узловатых жилистых пальцев. ким усмехается, мурчит, как довольный кот, поднимается на локтях, чтобы сесть. юта дует на растрёпанные волосы собеседника, приглаживает их. смотрит на замученное лицо парня, а потом заваливает кима на себя, крепко обняв. доен брыкается, бьёт кулаками по груди юты, но вскоре сдается, обнимает в ответ. они ложатся на кровать, и доен закидывает ноги на чужие. утыкается носом в шею юты, чувствуя терпкий запах сигарет и одеколона. юта почему-то пахнет, как смерть. доен искал причины сотни лет знакомства, но нашел лишь простецкий ответ, таящийся в бездонных черных глазах накамото, в его поведении и в тайне его рождения. юта и есть смерть. в отличие от доена задача юты просто молча следить за теми, кто точно умрет. юта молча заберёт их души в свой шар и унесет с собой, пока доен будет спасать, а если не сумеет, то со слезами на глазах заберёт душу в шар и отмолит ее. "все вокруг просто собирают души или спасают тех, кто хочет этого, а ты носишься с этими придурками",- вспоминаются доену слова кого-то из ангелов, чей образ уже утонул в трясине через сотни лет, затерялся уже в скомканных воспоминаний. доен крепче обнимает юту, буквально ложится на него. и накамото смеется, целуя кима в лоб. -залезай уже.- юта фыркает, потому что знает доена не первую сотню лет. потому что доен закинул ногу, потому что доен хотел поцеловать. накамото знает кима лучше всех. доен обожает обниматься и целоваться. доен любит сидеть на бедрах и нависать. доен любит вести в этой игре под названием секс. в этой игре им двоим не нужно ничего кроме друг друга и теплой кровати. доен нависает над парнем, и доенов кулон утыкается юте между глаз. они неловко смеются долго, от чего скулы сводит и бока прихватыет. доену приходится сесть на торс японца. ладони юты находят свое место на бедрах кима. за столько лет, юта и сам удивлен не меньше других, ему не надоело любить каждую детальку заученных изгибов и шераховатостей доенова тела. ему все так же любимы эти бедра, эта шея и особенно эти губы, что содрогаются сейчас в ухмылке. грудь юты вздымается, а доен просто ровно дышит над ним. -что, опять будешь вести себя, как мальчишка?- доен вновь приближается к лицу накамото. но теперь он страстно целует, вытворяя языком любимые им манипуляции. доен облизывает чужие губы, ведёт языком по ровному ряду зубов, потом прикусывает нижнюю губу. юта страстно стонет.- о боже, нет!- смеётся доен.- ты что... правда? юта кивает. да, он правда возбудился от таких простых вещей. юта сейчас словно мальчишка, что только что впервые целовался до покрасневших распухших губ с тем. доен без лишних слов снимает футболку, а юта под ним сжимает ладонями мягкие бедра кима, тяжело дышит, облизывая губы и внимая каждому обыденному движению своего любимого. между ними возникает какая-то искра, после того, как доен смотрит прямо в глаза юты, всматриваясь в их черную манящую бездну. ким целует первым. настойчивость, которой пропитан этот поцелуй, дурманит собственника внутри бушующей души накамото. он прижимает к себе, вжимается в тело доена, словно желает слиться воедино, чтобы никогда, никогда не расставаться с этим добрым, заботливым и чувственным ангелом, который так любит людей. доен чувствует, что юта рядом и этого ему более чем достаточно. юта же чувствует, что доен умиротворен и в безопасности. для юты нет вещи важней этой. доен стягивает футболку с юты. парни уже еле дышат, буквально задыхаются рядом друг с другом, дыша разряженным страстью воздухом. юте даже кажется, что он обжег себе дыхательные пути, пока целовался с кимом. -я хочу тебя,- шепчет доен на ухо, прикусывая одну из трёх серёжек на ухе накамото. юта рычит, как голодный зверь, расстегивая джинсы доена. между ними плещется океан страсти, что по температуре целая сахара, поселившаяся под их кожей. жар ползет по телу, не щадя, а доен подливает масла в огонь, распаляя пламя. ким целует так, словно это последний день, словно сейчас юта испарится навечно, уйдет, ускользнет, утонет. они кое-как, с перерывами на жаркие поцелуи, стягивают одежду, оставаясь совершенно нагими. теперь юта нависает над хрупким и жмущимся к нему доеном. доен тянет руки к лицу японца, оглаживает щеки, кончиками пальцев касается длинных черных, как и душа юты, ресниц. он поддается навстречу, целуя старшего так, словно завтра действительно не наступит. юта касается сосков доена аккуратно, даже кажется будто прежде он никогда этого не делал. доена выгибает навстречу этим ласкам. большая ладонь накамото ложится прямо туда, где неугомонное сердце доена пляшет, и надавливает слегка. юта даёт понять, что сейчас доену надо лечь. когда ким успокаивается, юта сползает медленно, специально царапая ногтями фарфоровую, бледную кожу ангела. кореец стонет в голос, его ладонь находит пристанище в волосах юты. длинные пальцы мигом путаются в мягких волосах. и тут начинается безумие. язык юты чувствуется замечательно, он блуждает везде, где юта захочет, сводит с ума, поддталкивает ближе к пропасти прекрасного небытия. доен стонет в голос; то тянет за волосы, то прижимает голову юты так, что нос его утыкается в пах, а головка доенова члена бьет по стенкам горла. пальцы юты тоже творят что-то невообразимое: доен готов отдать все, чтобы вновь эти пальцы попали по простате. доен теряет счёт времени и выпадет из реальности, когда юта входит в него одним резким толчком. юта стонет где-то наверху, но доену плевать, потому что он чувствует себя так, словно прошла тысяча лет в заключении. он старается подмахивать бёдрами, но юта прижал его. ладонь накамото на низу живота становится точкой невозврата. доен начинает громче стонать, жмуриться и тяжелее дышать, чувствуя, как прохладные слезы катятся по распаленным щекам. ким беспощадно царапает ребра юты, пока сам старший вбивается в него. до их затуманенных сознаний доходит, что конец где-то близко, но оттягивать никому из двоих не хочется. хочется быстро, глубже, грубее, резче, так, чтобы ударило по голове, протекло током по венам. они кончают неожиданно, почти одновременно, пачкая друг друга. юта заваливается на кровать, как только салфетки летят в урну. доен принимает любовника в свои объятия, целует в лоб, закидывает ногу на ноги юты. парни чувствуют себя хорошо, так хорошо, что звёздочки от ошеломительного оргазма до сих пор пляшут под веками. -иногда мне даже хочется, чтобы ты не спасал людей чаще,- мямлет юта, прикрывая потяжелевшие веки. -дурак,- доен кусает накамото за руку. -ай! они смеются сонно, сильнее сжимая друг друга в объятиях, нежатся в ласковом тепле своих уставших тел. сон неожиданно подкрадывается к ним, окутывает приятной расслабляющей негой.