Рассекая волны

После возвращения из Абхазии Артёму стало сниться, как Пашка уходит от него. Как собирает свои вещи, говорит какие-то банальные слова на прощание и уходит. Уезжает в Москву. К своей семье. Артём не пытается его остановить. Лишь убитым голосом произносит: «Прощай». А когда за Пашей захлопывается дверь, разбивается на миллиарды мелких частичек и взвывает от горя. Он знает, что будет скучать. Будет скучать так сильно, что даже не сможет выразить это словами. Да и зачем нужно выражать свои чувства словами, когда толку от этих самых слов ноль. Да и слова эти по своей сути слишком жалкие и, как ни странно, скупые. «Я скучаю по тебе. Мне плохо без тебя. В моих мыслях только ты». Шаблонные фразы. Скучные. Делающие человека, произносящего их слабым и уязвимым. Артём вздохнул. Желудок спазматически сжался, к горлу подкатил ком, а с губ сорвался глухой всхлип. Один раз его мир уже разбился. Неужели опять? - Эй, тише-тише, - Павел, разбуженный сдавленными всхлипами, не открывая глаз, сгрёб Тёму в охапку, привлекая к себе. - Всё хорошо. Это просто сон. - Мягким, успокаивающим голосом шептал он ему на ухо. Соколов вздрогнул при Пашкином прикосновении и удивлённо распахнул глаза: - Ты… ты здесь? - растерянно спросил он. - Здесь. Где же мне ещё быть? - Елагин сплёл свои пальцы с пальцами Артёма. - В Москве. - Артём сделал глубокий вдох. - В Москву я поеду в следующие выходные. Артём сел в кровати и рассеянно потёр виски, пытаясь отогнать от себя дурные мысли. - А, да… Это был сон. - Расскажешь? - Пашка вскинул бровь. Соколов покачал головой: - Нет. Не хочу. - Ладно. Тогда иди ко мне. Артём, поколебавшись пару мгновений, рухнул в Пашкины объятия. Уткнулся носом ему в ямку между шеей и плечом и едва слышно вздохнул. Паша услышал. Это был вздох безысходного отчаяния. Он крепко прижал его к себе. - Тебе снился Антон, - с утверждающей интонацией проговорил Елагин. - Нет. Ты, - выдохнул Соколов тут же упреждая: - Не спрашивай. Я не хочу об этом говорить. По крайней мере, не сейчас. Павел не настаивал. *** Елагин уже мыл кружку после завтрака, когда Артём появился на кухне. - Привет. Как самочувствие? - ласково спросил он, целуя Тёму в губы. - Как голова? - Болит, - угрюмо отозвался тот. - Сейчас таблетку выпью. - Поешь сначала, чтобы желудок не заболел. Я тебе творог со сметаной оставил. - Пашка посмотрел на часы. - А мне пора бежать. После длительных выходных всегда приходит расплата. - Прости, что я не дал тебе выспаться. - Артём нажал кнопку на электрическом чайнике. - Забей, - отмахнулся Павел, включая в прихожей свет. - Ты, давай, поешь и возвращайся в постель. - Он сунул ноги в мокасины и мельком взглянул на себя в зеркало, поправляя волосы. - Я, может, на пробежку пойду. - Соколов вышел в коридор. У него сегодня был выходной, и никуда спешить было не нужно. - Не хочу просто так валяться в постели. - Он подошёл ближе к Пашке, обнял за шею и накрыл губами его губы. - Один. - Жаль, что я не могу задержаться, чтобы вылечить твою головную боль, - выдохнул Елагин, и легонько шлепнул Тёму по заднице. - До вечера. *** Днем Артёму позвонил Коваленко, посоветоваться насчёт мальчишника. Где. Когда. Во сколько. - Думаю, что надо собраться не накануне, а за день. То есть, в четверг, - сказал Лёха. - А то не хочется на собственной свадьбе быть похожим на зомби. - Веский аргумент, - отозвался Артём. - Я думаю собраться в ночном клубе «Джангл». - Окей. Знаю такой. - В самом клубе Артём никогда не был, но знал, где он располагается. - Много народа зовёшь? - Осведомился он. - Человек восемь, - ответил Коваленко и торопливо добавил: - Ты, Сокол, только железяку свою дома оставь и приходи своими ногами. - Лёх, я всё равно пить не буду. Мне с утра на смену заступать. - А поменяться никак? - спросил Коваленко. - Никак, - вздохнул Артём. - Сам понимаешь, сезон вовсю набирает обороты. А я уже выходные под свадьбу освободил. - Напомнил он собеседнику. - Ну, да, - согласился Лёха. - Ладно, приезжай или приходи. В любом случае буду тебя ждать. *** Артём пришёл в ночной клуб, когда мальчишник был в самом разгаре. В клубе царили шум и толчея. Народ пил, танцевал, смеялся, одним словом, веселился. - Сокол! - просиял уже не очень трезвый Коваленко и похлопал его по плечу. - Ты пришёл! И как раз вовремя. Через десять минут начнётся стрип-шоу. Артём с улыбкой покачал головой: - Лёх, я смотрю, ты не изменяешь себе. - Последние дни свободы, - ухмыльнулся жених. - Да и потом, смотреть на других девушек я имею полное право, это же не измена. Артём не мог не согласиться. Но был уверен, что девчонки не разделяют эту точку зрения. - Лёхааа! - донеслось со стороны одного из столиков, и какой-то парень, Соколов не знал его имени, танцующей походкой направился к ним: - Лёха, Лёха, мне без тебя так плохо... - Прогудел парень, приблизившись. Глаза его весело поблёскивали. Коваленко представил их друг другу. Обменявшись с новым знакомым по имени Стас рукопожатеями, Артём сказал, что сейчас вернётся, только заглянет на минуту в туалет. Направляясь в дальний угол заведения, где располагалась лестница, ведущая вниз, Артём неожиданно почувствовал, что на него кто-то смотрит. Обернувшись, он увидел Игната, стоящего метрах в трёх от него. Тот был одет в светло-синие джинсы с дырками на коленях и белую футболку. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. А затем уголки губ брюнета изогнулись в улыбке. Он оттолкнулся спиной от стены и лениво двинулся к Артёму. - Привет! - проговорил Игнат, жадно разглядывая Соколова. - И тебе привет, - Артём немного растерялся, но сумел быстро взять себя в руки. - Не знал, что ты тоже здесь будешь. - А то, что? Не пришёл бы? - небрежным тоном спросил Игнат, вскидывая голову. Артём фыркнул. - Ты прекрасно выглядишь, - прошептал брюнет на ухо Соколову, едва не задевая губами мочку. Артём отступил на шаг и кривовато улыбнулся. - Ага. Спасибо. Ты тоже, - вернул комплимент Соколов, бросив на Игната быстрый взгляд. - Я… - Он кивнул в сторону лестницы, невнятно проговорив: - Мне нужно в туалет. - Артём осёкся. Ему показалось, что прозвучало это несколько двусмысленно. Не как приглашение, конечно, но всё равно, как-то по-дурацки. Игнат пристально посмотрел на него. - Мне пойти с тобой? - включив всё своё очарование, с улыбкой проговорил он. Артём кашлянул. - Не думаю, что это хорошая идея, - сказал он, выдавливая из себя ответную улыбку. - Ты прав, - согласился Игнат. - Не представляю тебя, занимающимся сексом в туалете. Соколов выпрямился. Кивком головы отбросил волосы со лба, постаравшись сохранить невозмутимый вид, и не думать о том, сколько раз они с Пашкой занимались сексом в туалетах, и это не казалось чем-то ужасным. - Прости, - проговорил Игнат. - Я пойду возьму себе что-нибудь выпить. Артём кивнул и скрылся на узкой лестнице. Ситуация была неловкой. Артём испытывал перед Игнатом чувство вины. Прошёл почти год с той их единственной ночи, но по поведению Игната до сих пор чувствовалось, что он не в восторге от того, что та ночь не имела продолжения. Нет, он не умолял Артёма остаться с ним во что бы то ни стало, но давал понять, что хотел бы иметь с ним серьёзные отношения. Что той, одной-единственной ночи ему было мало. Артёму казалось, что Игнат ждёт. Ждёт, когда его отношения с Павлом закончатся. А они ведь всё равно рано или поздно закончатся. В этом Артём не сомневался. Он не хотел быть всю жизнь лишь тайным любовником. Не хотел притворяться равнодушным в то время, как его сердце будет кровоточить от боли. Не хотел проводить лучшие годы своей жизни в ожидании. Соколов вымыл руки, и на мгновение застыл, уставившись на себя в зеркало. Возможно, что со временем его сердце превратится в камень, и тогда всё станет намного проще. Время разгонит переживания, и он перестанет терзаться из-за Пашки. Освободится от него. Обрастёт коркой, подобно дереву. И, надёжно защитив свою душу, сможет заниматься сексом без любви. С одноразовыми мальчиками, которые наутро будут испаряться. Не только из постели, но и из памяти. Когда он вернулся, взгляды большинства парней были направлены на танцующую блондинку с кроваво-красной помадой на губах, извивающуюся вокруг шеста. - Колу, как обычно или всё же пива? - спросил у него Коваленко. - Я уже с колой, - ответил Артём, поставив на столик стеклянную запотевшую бутылку. - Деваха-огонь… - подал голос один из ребят. - А буфера-то… буфера… - тут же подхватил Лёха, пожирая глазами обнаженную грудь танцовщицы. - И попка отличная… - добавил ещё кто-то. - Просто идеальная… - Я бы вдул ей прямо сейчас… - Смотри, как бы твои яйца не взорвались от перевозбуждения… Послышались похотливые смешки. Артём откинулся на спинку диванчика и тоже уставился на девушку. Она сексуально покачивала бёдрами в такт музыке, изгибалась, поглаживала своё тело, стискивая груди и задевая соски, бросая при этом в зал откровенные взгляды. Девушка была красивой. Пожалуй, даже слишком. Правда, красота была какая-то кукольная, неестественная. Артём заскучал. Подавил зевок, и в этот момент Игнат перехватил его взгляд. Он сидел чуть по диагонали и, обвив пальцы вокруг стакана, слегка поглаживал его. Соколов отвёл глаза. Глотнул колы. - Хороша чертовка, - растягивая гласные, проговорил Коваленко, жадно прикладываясь к пиву и дружески толкая Артёма в бок. Тот кивнул и осторожно спросил: - А ты не боишься, что Светка сейчас тоже в каком-нибудь клубе залипает на полуголых парней? Лёха фыркнул от смеха, едва не подавившись пивом. - Не боюсь, - ответил он. - И знаешь почему? Артём отрицательно качнул головой. - У них девичник в гей-клубе, - медленно произнёс Коваленко. - Есть у нас такой, оказывается. «Джонни» называется. Может, слышал? Артём напрягся и неопределенно пожал плечами. - Так что, она может сколько угодно залипать на полуголых парней, - усмехнулся Лёха. - Но пока эти парни играют за другую команду, меня это нисколько не беспокоит. - Это было сказано без ядовитого сарказма, и всё же Артёму стало неприятно, особенно после того, как слова Коваленко прокомментировал Стас: - Как ты смог отпустить свою, без пяти минут жену, к ёбаным пидорам? - Не кипишуй, Стасон. Именно к пидорам девчонок отпускать безопаснее всего. - Со смехом сказал Лёха. Артём поморщился. Слово «пидор» до сих пор неприятно резало слух. Он уже подумывал вступить в дискуссию, но не успел. Ситуацию спас Игнат. Вклинился в их разговор, затем перевел его на другую тему, позже подключились и остальные парни. Снова посыпались тосты за жениха. Вновь рекой полилось пиво. Потягивая колу, Артём рассеянно слушал болтовню парней о футболе, девчонках и машинах, изредка поглядывая на Игната, который теперь по большей части молчал, и также периодически косился на него. Из клуба Соколов вышел почти в два часа ночи. На сон у него оставалось часов пять. Поэтому, не теряя больше ни минуты, он бодрым шагом направился к мотоциклу. - Артём, всё нормально? - услышал он голос Игната у себя за спиной, и обернулся. - Да, - ответил Соколов. - А что? - Просто ты так быстро ушёл. - Игнат подошёл к Артёму близко-близко не отводя пристального взгляда от его глаз. - Что я подумал, что-то случилось. - Просто мне утром на работу, - объяснил Артём, доставая мотоциклетный шлем из кофра. - Ясно. А я хотел тебе предложить поехать ко мне. - В голосе брюнета Артём уловил непривычную осторожность. - Я не могу, - негромко сказал Соколов. - Не можешь или не хочешь? - уточнил Игнат, глядя на Артёма со странной грустью в глазах. - И то, и другое, - признался Артём. - Я бы хотел поговорить. - О чем? Игнат прищурился. Качнулся на носках, глядя куда-то в ночное небо, будто там был написан ответ. - О нас, - наконец выговорил он, пробегая рукой по копне чёрных волос. Артём покачал головой и открыл было рот, чтобы сказать, что никаких нас нет, но брюнет жестом остановил его. - Я пытался завести другие отношения, но никто и в подметки тебе не годится. Я не могу забыть тебя и не хочу этого. - Его слова звучали отчаянно и лишь усиливали у Артёма чувство вины. Он откашлялся. Посмотрел по сторонам. - Мне нужно идти. Игнат понимающе кивнул. Улыбнулся уголками губ: - Увидимся послезавтра на свадьбе, - в его глазах промелькнул слабый проблеск надежды.