Sing me again

Я заблокировала Артура везде, где только могла, но никакого спокойствия мне это не дало. Я ожидала подвоха от каждого сообщения или звонка. И однажды мама сказала, что действительно было уже несколько звонков на домашний, но на том конце никто не отвечал. Маме показалось это странным, а вот мне все сразу стало ясно, я напряглась. Не то что бы Артур какой-то псих или неадекват, но он никогда не вел себя подобным образом и теперь я легкой паникой ожидала дальнейшего. Я ничего не рассказала Брендону, не хотела, чтобы он нервничал или начинал какие-то разборки, это было вполне в его духе, он очень импульсивный. Я лишь ждала, когда это все закончится и я вернусь в Майами, где увижу его и мы снова будем близки в том актовом зале, который уже стал для нас особенным местом… Но очередные мысли не смогли увести меня далеко, так как рядом раздался звонок на домашний, вырвавший меня из приятного омута. — Да? — я подняла трубку. — Мия?! Господи, наконец-то ты взяла трубку, — знакомый голос резанул мой слух. Артур. — Какого хрена ты звонишь на домашний?! — возмутилась я. — Потому что я не знал, как еще с тобой связаться. Послушай… — Я ничего не хочу слушать, Артур. Мне правда все равно, чего ради ты собрался встречаться со мной. Даже если бы я хотела поговорить сейчас, я бы послала тебя куда подальше, — грубо кинула я. — Мия, я готов пропустить все мимо ушей, ты можешь называть меня какими угодно словами, но я хочу тебя увидеть. Между нами не все потеряно, поверь… Я хочу попросить прощения… — Господи, боже, Артур! Нет никаких шансов, я люблю другого! — крикнула я на весь дом, отчего мама и Хлоя уставились на меня из другой комнаты. Кажется, я погорячилась с признаниями. — Это правда? Это тот, с которым ты репетируешь, у которого ночевала? — возмущенно спросил он. — Именно он! Доволен? А теперь забудь про этот номер и больше не звони сюда! — меня потряхивало, я нервно сбросила. Что ему теперь нужно? Почему он меня преследует? — Мия, все в порядке? — мама обеспокоенно посмотрела на меня. — Это Артур, да? — спросила Хлоя и тут же приложила руки ко рту. — Да, это был он, — уже более спокойно ответила я. — Но что ему нужно? Вы давно расстались. И что это за признания в любви к другому? У тебя кто-то есть в Майами? — мама смотрела на меня с подозрением. — У нее там Брендон, мам, такой красавчик! — ответила за меня Хлоя. — Какой еще Брендон? Милая, у тебя выступления… — Я с ним и выступаю, — раздраженно кинула я. Чего мне меньше всего сейчас хотелось, так это обсуждать свою личную жизнь в таком состоянии. — С ним? — Мам, да, мы встречаемся. Про любовь, конечно, было лишнее, но мне надо было как-то послать этого долбанного Артура… — Мия, твоя личная жизнь отвлекает тебя от учебы, — осторожно начала мама. — Все у меня хорошо, семестр по высшему баллу. — Эти парни… — Мам, Брендон классный, я тебе говорю, — с улыбкой отозвалась Хлоя, тем самым разрядив обстановку. — Откуда ты уже все знаешь? — мама усмехнулась и мы сели пить чай. Домашняя обстановка меня успокаивала. Я быстро переключалась на обсуждение совершенно сторонних вещей и вот уже мне откровенно было весело и непринужденно. Мама пыталась выведать про Брендона хоть что-то, но мне было достаточно, что и Хлоя треплется о нем все свободное время. Окончания этих каникул я впервые ждала с нетерпением и впервые, опять же, мне казалось, что они длятся вечность. Я так сильно хотела увидеться с Брендоном, что эта мысль занимала всю мою голову круглые сутки. Мы считали дни до нашей встречи и даже хотели вернуться в Майами на день раньше, чтобы провести время вместе, но наши родители были против и ничего не вышло. Не было времени расстраиваться, так как с ходу начиналась учеба, а в пятницу ожидалось выступление, к которому мы столько готовились, плюс с подругами мы тоже давно не виделись. — Как каникулы? — спросила я у них, когда мы разобрали вещи и, наконец, расположились на полу с фруктовым пивом, чтобы перетереть все новости. — Я тусила все праздники, но никого не подцепила, — вздохнула Оливия. — А я даже не искала никого. Но обошла все клубы с бывшими одноклассниками, да. В общем, каникулами я довольна, — сказала Меган. — А мне звонил Артур, — с брезгливым выражением лица кинула я, — Он искал меня все каникулы. — Чего ему надо было? — возмутилась Оливия, не скрывая отвращение. — Он просил о встрече. Я кинула его везде, где только могла, в черный список, но он стал звонить на домашний и я случайно взяла трубку. В общем, послала его в очередной раз, но я не понимаю, что ему нужно. И, в общем-то, знать не хочу. Пусть отстанет и все, — я сделала внушительный глоток из стеклянной бутылки. — Он просто хотел заставить тебя страдать в очередной раз и ничего не вышло, ты уже с другим и тебе хорошо. Я права? — спросила Оливия. — Я влюблена, — смущённо улыбнувшись я тут же подумала про Брендона. — Оно и видно, — ухмыльнулась Меган. — Я так соскучилась! И я хочу трахаться просто пиздец! — вырвалось у меня. — Всю романтику убила. Ну а что тебе мешает? Опять какие-нибудь загоны? — Оливия смотрела на меня с улыбкой. — Они самые! Я не хочу торопиться, но я уже не выдерживаю. Если он возьмёт меня силой, я даже не захочу сопротивляться. — Узнаю свою дорогую похотливую Мию! Вечер в компании близких мне людей был очень теплым и уютным. Мне всегда была важна эта связь, как неугасимый огонёк, что согревал изнутри, и я была бесконечно счастлива, что эти две шикарные девушки — мои подруги. Самые чудесные, потрясающие и невероятные, которые знали меня от и до и всегда являлись надёжной опорой. — Действительно, хорош тянуть! Брендон выглядит как самый настоящий…ох, слово забыла… Пусть будет ураган. Секси ураган, ломающий все на своем пути! Ты только представь, какой кунилингус он сможет сделать тебе! — глаза Меган горели, а на губах играла весьма хитрая улыбка. — О, прекрати, я прошу тебя! — мои мысли ловко уносились куда-то вдаль, заставляя представлять настоящую бурю под покровом ночи. — Смотри, Оливия, у нее даже щёчки порозовели! — Ещё бы! Столько терпеть ни один человек не выдержит! — Оливия рассмеялась. — Все, давайте сменим тему, — смущённо улыбнулась я, — Вам уже пришли костюмы? Я жду свое платье завтра. — Мы тоже идём забирать завтра. Можем вечером устроить примерку, очень хочется посмотреть на твой наряд, — сказала Меган. — Я так нервничаю. Выступление уже в пятницу и эта неделя пролетит и глазом моргнуть не успеем, — я нервно вздохнула, — Но я убеждена, что этот этап за нами. Я примерно предполагаю, кого отправят из других университетов, но конкурентка там для меня только Джулия, а остальные даже внимания не стоят. А вот Брендона ещё никто не знает. — Брендон это козырь. Ты и без него прекрасна, но вместе вы адская смесь, — рассмеялась Меган. — Так и есть, — я улыбнулась. — Не потрахайтесь только прямо на сцене, — Оливия рассмеялась. Спать мы легли глубоко за полночь. Разговоры о предстоящем выступлении настолько затягивали, что время на часах словно нарочно стремилось вперёд. Перед сном я нервно размышляла о пятнице и конкурсе, но вскоре вспомнила, что уже утром увижусь с Брендоном и смогу растаять в его объятиях. * * * Утром, пока мы собирались, Брендон написал мне, что хочет встретить меня перед учебой. В груди начинался настоящий пожар и сердцебиение участилось. — Девочки, идите без меня, — сказала я. — О-о-о, не надо быть и провидицей, чтобы догадаться по улыбке, с чем это связано. Точнее, с кем, — протянула Оливия. — Бре-е-ендон, все понятно, — усмехнулась Меган. — Именно он. Я готова его сожрать как только увижу, — я чувствовала себя максимально счастливой прямо сейчас. Девчонки ушли, а я нервно расхаживала по нашей комнате. Ещё минут пять, я дождусь его звонка, и тоже выйду. Но отчего же внутри все так переворачивалось… Неужели я так жестко влюбилась, когда сама того не ожидала? Я совершенно не была готова к этому. Ну, то есть… Все так стремительно, я не успеваю за происходящим, а сердце уже выпрыгивает из ребер, когда в голове всплывает его образ и жаркие поцелуи. Черт! Я хочу запустить свою руку в его джинсы и… «Я жду тебя, крошка» — перебил мои мысли айфон. И от одного сообщения бросило в жар, мне стало так неловко, но только на несколько секунд и теперь я просто летела по лестнице, чтобы увидеть его как можно скорее. — Доброе утро, — его красивые губы тронула нежная улыбка, а мое тело словно рухнуло куда-то вниз, будто земли и не было под ногами. Он так красив… — Привет, Брен, — всего за несколько секунд его руки крепко сжимают мою талию. Я чувствую его сильное тело и все внутри сжимается, мне становится жарко как в знойный день, когда нечем дышать. Сердце стучит бешено и где-то внизу пульсирующее нарастающее возбуждение. Мои губы дрожат, но лишь до того момента, пока не встречаются с его. Поцелуй слишком порывистый и страстный, мы будто напрочь забываем, где находимся и что вокруг нас снуют студенты, спешащие на пары. Все больше углубляясь я хочу ещё и ещё, прижимая его к себе. — Я пиздец как соскучился, — прерывисто дыша говорит он, смотря мне прямо в глаза. О этот дерзкий взгляд, от которого меня хоть выжимай… — И я тоже. Очень. Идём? Он крепко держал меня за руку, словно я в любой момент могла куда-то убежать, и так часто смотрел на меня, отчего мне становилось неловко. — Я кое-что тебе привез. Напомни отдать, когда будем у меня, хорошо? — сказал он. — Окей, но что же это? — Маленький рождественский подарок. — Вау, как мило! — я с ужасом поняла, что у меня для него ничего нет, все каникулы я только и думала о всяких пошлостях. Черт, как же стыдно! — У меня тоже для тебя кое-что есть. А что ещё делать? Надо как-то выкручиваться. — Давай тогда ко мне после пар? — Сегодня точно нет, Брен. Я очень хочу, но у меня будут кое-какие дела по учебе. Решу этот вопрос сегодня и завтра сможем побыть вместе, — соврала я, понимая, что так скоро подарок не придумаю, и вынуждена пойти на такие меры. — Эй, ну так неинтересно, — он наигранно надул губы. — Я итак почти весь день буду с тобой. — Я хочу остаться только вдвоем, ты же понимаешь. У нас есть одно незавершённое дело, — клянусь, в темных зрачках Брендона заплясали дьявольские огоньки. — И я хорошо понимаю, о чем ты, — я ответила ему с не менее дерзкой улыбкой, в которой можно было прочитать все. Он сжал мою руку чуть сильнее и мы вошли в здание университета. — Нам нужно постараться не съесть друг друга сегодня, — мы лишь на минуту задержались у моей аудитории, сейчас у нас раздельная пара. Брендон сверлит меня взглядом и я почти теряю рассудок под этим гнетом. Его пальцы касаются моей шеи, я поддаюсь, вскоре ощущая прикосновение горячих губ к нежной коже. Все так неожиданно и быстро, я не успеваю полноценно ухватить момент, как уже он смотрит на меня со своей фирменной самодовольной улыбкой, а я лишь ощущаю лёгкое и тянущее ощущение в шее. Засос. Черт бы тебя побрал, Ури! — Эй… — Пусть все знают, что у тебя была горячая ночь. — Жаль, что на самом деле ее не было, — я судорожно вспоминаю, есть ли у меня с собой тональный крем. — Будет, только немного потерпи. Прости, я не удержался. У тебя такая нежная кожа, я ощущаю себя словно вампир, а ты моя жертва. — Звучит жутко, — я улыбнулась, — Все, нам пора! Увидимся через час, — я сжала его ладонь и мы отправились на пары. И, конечно, мой свеженький засос не остался незамеченным моими подругами. Оливия веселилась и всячески меня подкалывала, а Меган тут же одолжила тональный крем, который у нее одной единственной и оказался в сумочке. — Посмотрите, какая выдержка! Я не понимаю, как ты столько времени можешь терпеть? Брендон просто горячая штучка, даже мы это поняли уже. У тебя там трусики не сгорели ещё? — Оливию произошедшее очень веселило. — Отста-а-ань, — протянула я, — Я вообще хочу его немного помучить за прошлый раз. Доведу его и дело с концом. — И сколько будут продолжаться эти игрища двух идиотов? Вы так и перегорите однажды. — Ещё немного. Дай мне почувствовать чуть-чуть власть, — я улыбнулась и в аудиторию вошёл преподаватель, отвлекая нас от болтовни. Всю пару мы переписывались с Брендоном и ждали окончания, чтобы уже на лекции быть с ним рядом. И он просто обожал заставлять меня чувствовать себя неловко в эти моменты то касаясь рукой моих голых ног под партой, поднимаясь все выше, отчего я, стиснув зубы, криво записывала лекции, то неожиданно поцеловать в районе шеи, сводя с ума горячим дыханием, то написав какие-то пошлости на задней стороне тетрадки… Черт, я ведь едва держусь, Брендон.