Sing me again

Но спустя несколько минут из коридора донёсся какой-то шум, а следом крики. Я вскочила со своего места, отчётливо понимая, что это как-то связано с Брендоном и Артуром, и выбежала в коридор даже не спросив разрешения у преподавателя. — Брен, успокойся, — я вцепилась в его руку в попытках оттащить от Артура, который держался за челюсть и был то ли в недоумении, то ли в бешенстве. — Мия, вернись в аудиторию, пожалуйста, — Брендон пытался отцепить мою руку, но не тут-то было, я держалась за него мертвой хваткой не давая даже пошевелиться. В коридоре начали собираться студенты и кто-то помог увести Артура. Я тяжело вздохнула, чувствуя, как сердце бешено бьётся и меня потряхивает. — Зачем ты это сделал? — я испуганно посмотрела Ури в глаза. — С идиотами только так. Господи, разойдитесь вы уже! Стадо баранов, — кинул он возмущённо. «Стадо» и вправду стало медленно расходиться громко перешептываясь. — Мистер Ури, вы в своем уме? Драка посреди учебного дня, в университете! — Да какая драка, мистер Паркер? Громко сказано, — Брендон возмущённо посмотрел на преподавателя. Он выглядел расстроенным, словно все пошло не по плану и он бы оставил на лице Артура ещё пару ударов. — Быстро на лекцию, пока никто не видел. Не хватало ещё, чтобы дошло до ректора, — мистер Паркер втолкнул нас в аудиторию и мы сели на свои места под любопытные взгляды одногруппников. Мда-а-а, теперь будут сплетни на неделю вперёд… Краем глаза я заметила на себе прожигающий взгляд, с которым уже встречалась не раз. Элисон. И что ей до сих пор от нас нужно? — Что произошло? Что ему было нужно? — нетерпеливо спросила я. — Он хотел увидеться с тобой. Я его послал, он послал меня, ну я и зарядил ему в челюсть, — спокойно, будто ничего и не произошло, произнёс Брендон. — Так нельзя… — Тебе его жалко? — он посмотрел мне прямо в глаза. — Не то чтобы… Просто я не хочу, чтобы у тебя теперь были проблемы. — Не будет никаких проблем. — Почему ты так уверен? — Потому что я — счастливчик. Мне всегда везёт, — он улыбнулся и положил голову на парту. — Мистер Ури, если вы сейчас же не начнёте писать лекцию, я действительно отправлю вас к ректору! Брендон схватился за ручку и изобразил полное повиновение, что тут же повторила и я, дабы не попасть под горячую руку. Остаток дня все равно прошел в напряжении. Кто-то обязательно подходил то ко мне, то к Ури и спрашивал, что это за парень и что произошло, зачем Брендон его ударил. Все как в реалити-шоу по телевизору — всем хотелось чего-нибудь такого, что можно ещё пару дней пересказывать другим, ведь на данный момент мы самая популярная пара в Уфици. Какими бы талантливыми мы ни были, недоброжелателей у нас было достаточно. Кто-то считал, что мы недостойны друг друга, Брендону постоянно писали какие-то девчонки с желанием пообщаться, но он игнорировал их и был в недоумении, что кто-то вновь поделился его номером или профилем в Фейсбуке. У меня была совсем другая ситуация. Я знала, что нравлюсь очень многим парням в университете, но никто не испытывал никаких иллюзий на тот счёт, что я вдруг смогу бросить Брендона ради кого-то из них, поэтому в мою сторону не было никаких активных действий. Что же касаемо ревности, то мы оба были ужасными ревнивцами. Я возмущалась от каждого нового сообщения ему от новых девиц, а он приходил в бешенство от сальных взглядов в мою сторону. Но все это наоборот будто подогревало нашу страсть друг к другу и вечерами после учебы у него в квартире все наши эмоции выходили наружу. Поэтому сегодняшняя ситуация все же в большей степени мне льстила, чем возмущала. Скажи мне несколько месяцев назад, что Брендон кому-то разобьёт лицо из-за меня, то я бы посмеялась. Теперь же никаких сомнений не возникало в его действительно сильных чувствах ко мне. Иначе и быть не могло, мы как пожар, вспыхнувший без спичек и дров на голой земле вопреки недельному ливню. Хм, а это неплохо звучит! * * * Прошел уже месяц, как мы снова вернулись к репетициям и готовились к третьему этапу. С мистером Крюгером мы выбрали очень красивую композицию, где снова могли продемонстрировать все свои вокальные способности и прекрасно дополнить друг друга. Наши голоса так удивительно сочетались вместе, что не было никаких сомнений в судьбоносной победе обоих тогда, осенью. Это должно было случиться, чтобы мы в принципе многое для себя поняли не только в вокальной сфере. Наверное мы оба ужасные занозы в заднице и поэтому так похожи друг на друга, что у нас есть возможность краем глаза увидеть себя со стороны. Я уверена, только такие занозы и добиваются успеха на творческом поприще. Мало быть просто талантливым, нужно быть наглым, бесстрашным и эгоистичным. Это и есть Ури. Это и есть я. Это мы оба. Я не знаю, что нас ждёт дальше. Брендон хочет добиться успеха не только для себя, но и для своей группы, поэтому старается успевать записывать материал и с парнями тоже. Иногда мне кажется, что он совсем не устает и он действительно отличник в своем деле. Мы по-прежнему репетируем по большей части вдвоем из-за загруженности мистера Крюгера. Но в этот раз с этим не возникло никаких вопросов, после победы он убедился, что нам можно доверять и мы действительно очень стараемся. Хотя, конечно, было и то, что ему не стоило знать, что оставалось только в этом актовом зале, когда все его нутро сковывали сумерки и мы не включали свет. Нам так нравилось. Да, мы всегда могли уйти к Брендону, где уютная кровать и все такое. Но это было слишком просто и скучно для таких как мы. Нам нужен был драйв и учащенные сердцебиения от страха быть обнаруженными или что кто-то, наконец, догадается, почему мы репетируем до поздней ночи всякий раз. Я любила завести его одним жестом, оседлав сверху, когда он сидит на стуле. Обычно его надолго не хватало и он за мгновение становился каким-то хищным и ненасытным. Это то, что я особенно обожала в нем. — Мы же снова победим? — я сидела у него на коленках и перебирала его волосы, пока он одной рукой гладил меня по оголенной ноге, а во второй держал нотную тетрадь. — М-м-м… — он что-то промычал, не отрываясь от листков. — Брен? — Конечно победим, какие у нас ещё могут быть варианты? — он, наконец, отвлекся и улыбнулся мне. — Я опять так нервничаю, осталось две недели и они пролетят незаметно, сам знаешь, — я зарылась пальцами в его волосы и он прикрыл глаза от удовольствия. — Перестань нервничать, девочка. Ты лучшая, я лучший, нам просто нет равных. Все будет хорошо, — он повернул меня к себе, заставив сесть лицом к нему, я вспыхнула за секунду. — Меня возбуждает, когда ты такой самоуверенный, — я укусила его за нижнюю губу. — Больше, чем когда я совершенно другой? — Больше. Потому что я знаю тебя другим и это действительно заставляет испытывать всякие интересные ощущения. Ури смотрел на меня с той самой самодовольной улыбкой, когда мы впервые столкнулись с ним. Как же он раздражал тогда меня! Хотелось влепить ему пощёчину или ударить, что есть силы. Но сейчас я вновь вижу эту хищную эмоцию, растянувшуюся на его губах, и мои коленки будто подкашиваются, а тело дрожит. — Я знаю, ты хочешь меня. И тогда тоже хотела, — карие глаза впиваются взглядом и он в состоянии прожечь. Пальцы скользят по моим оголенным ногам и поднимают края юбки вверх. Я помню, чем это заканчивается. Кажется, это наш любимый способ закончить репетицию. И хотя на улице ещё светло, я не хотела отказывать себе в удовольствии. Судя по ощущениям где-то внизу, он тоже. Я даю ему волю на любые действия, потому что люблю, когда инициатива на нем. Он притягивает меня за шею к себе и с чувством касается губами тонкой кожи. Происходящее замедляется, но тут же будто обрывается с громким звуком открывающейся двери. Меня словно током пробило, но отпрянуть от Брендона я не успела и в полном замешательстве обернулась ко входу. — Я забыл закрыть дверь, черт, — только и сказал Брендон. — Элисон? — я уставилась на бывшую Брендона. Она выглядела какой-то решительной и шла прямо к нам. — Развлекаетесь? — Какого хера ты тут делаешь? Выйди! — грубо кинул Брендон. — Успокойся, милый, я на пару слов. У меня же в голове на мгновение образовалась картина из недавнего прошлого, где все было наоборот и в аудиторию ворвалась тогда я, а Брендон целовался с Элисон. Что-то это все мне не очень нравилось. — Другого времени нет? — раздражённо спросила я. — Ребят, вы ещё успеете натрахаться в удовольствие. Хотя я что-то все меньше в этом уверена, — она с какой-то ехидной улыбкой прошла мимо нас и присела на ступеньки у сцены. — Что тебе нужно? — Мия, давай уйдем ко мне, — Брендон даже не смотрел в ее сторону. — Сначала мы поговорим, а потом идите, куда хотите. — В чем дело? — я была уже в крайней степени возмущения и от того, что тут находится Элисон, и от того, что нас застукали и так глупо. А ведь стоило Брендону чуть повнимательнее отнестись к этому, так как мы могли быть совершенно в другом процессе, и тогда даже представить страшно. — Когда ты все скажешь ей, Брендон? — она сверлила его глазами. — Элисон, закрой свой рот и выйди отсюда, — кажется, Ури был просто в бешенстве. — Сказать мне что? — я переводила взгляд с нее на него, к горлу что-то подкатило и сердце забилось в удвоенном ритме. Тут явно ничего хорошего. — О, а ты не знаешь? — кажется, ей было весело и она будто получала удовольствие от происходящего, — История затянулась. Верно, милый? Мы договаривались о совершенно других сроках и я покорно терпела, но всему есть предел. — Элисон… — Подожди, Брендон, пусть скажет. — Я знаю, что она скажет, Мия! — Ты знаешь, я знаю, а вот она не знает. По-моему, это нечестно, — Элисон снова ядовито улыбнулась. — Говори уже! — кинула я. — С чего бы начать… — Заткни свой рот! — Брендон хотел встать, но я, по-прежнему сидящая на нем, не дала ему этого сделать. — Он поспорил на тебя, милая, — выпалила Элисон тут же. Но смысл этих слов будто не сразу дошел до меня. — То есть как это поспорил? — глупо переспросила я. — Обыкновенно. Поспорил, что ты влюбишься в него и даже сроки обозначил, и уложился в них. До чего талантливый парень у нас, да? Ты всерьез думаешь, что после всей неприязни между вами, после того, как вы украли его запись, а я знаю, что ты и твои подруги к этому причастны, а после украли у него и победу он тебе все так отпустит и просит? Кто угодно, но только не этот красавчик со сладкими губами и отвратительным характером. Ты же ему поверила, да? Поверила, что ты особенная и ради тебя одной он готов стать ангелом? Я была убеждена, что ты умнее, правда. Его ничего не интересует, кроме побед, поэтому он был в состоянии прийти к такой хитрости и заткнуть свое эго, периодически трахаясь с тобой. А тут ведь не только победа, а сразу два зайца: победа и месть нашей выскочке, которая уверена, что лучше нее в Уфици не было, нет и не будет. Ты спросишь, зачем я все это рассказываю? О, нет, я не святая. Дело вовсе не в этом. Он ведь расстался со мной ради того, чтобы все это провернуть, а потом, когда должен был кинуть тебя, чтобы утереть тебе нос, мы снова должны были воссоединиться. Ну, он мне так обещал. Вот только время затянулось, а я все жду, жду… Он должен быть моим, извини, подруга. Казалось, время остановилось и я его не ощущаю, как не ощущаю и себя, и место, в котором мы все трое находимся. Я медленно переваривала все ее слова и они сумбурно и с болючими ощущениями бились где-то в груди. Поспорил, кинуть… Картинка криво, но складывалась. — Это правда, Брендон? — я повернулась к нему, но он молчал, — Посмотри на меня! Иногда и слов не нужно, в глазах словно бегущая строка, а тело всем своим существом выдает себя. — Какая уже разница, что было в прошлом, Мия?! Все изменилось и давно, иначе я бы раскрыл все карты ещё тогда! — он был в отчаянии, это очевидно, только меня это совсем не трогало. — Боже, какая же я дура… — я медленно поднялась с него совсем не владея собой, меня будто откинуло куда-то за пределы актового зала. Я нервно терла виски. — Мия… — Брендон пытался взять меня за руку, но я отпрянула от него как от огня. — Ну, тут мне больше делать нечего. С чувством выполненного долга покидаю вас, — Элисон поднялась и направилась ко входу, — Знаешь, Мия, мне тебя чуточку жаль. Однако, это рано или поздно должно было случиться, потому что твоя корона стала просто неимоверных размеров. Это жизнь. Что ж, хороших выходных! Они у вас будут просто ошеломительные! Дверь хлопнула. — Я не буду врать, что этого не было, — вдруг отозвался Брендон, приблизившись ко мне, — Но разве ты не видишь, что она говорит это из ревности? Выслушай меня, пожалуйста, Мия. — Я не хочу ничего слушать, Брендон. Я уже достаточно услышала, — кажется, я была настолько разбита, что не замечала, как все мое лицо было в слезах. Я искала свою сумку, но голова будто не соображала. — Я не пущу тебя никуда сейчас! — он схватил меня за руку, но у меня откуда-то было столько сил, что я вырвалась. — Брендон, все кончено! — Мия, пожалуйста… — Считай, ты добился своего!