Ноги для Русалочки или как приручить Злодея

      В это время в замке Ариэль лежала на поистине королевской кровати: мягчайшие перины, тонкое, но теплое одеяло из лучшей шерсти, которая не колола кожу, великолепный балдахин... Но отчего-то девушку ничто не радовало. Ей все меньше хотелось выходить из комнаты. Сердце красавицы болело с тех самых пор, как она поговорила с Эриком у моря о своих чувствах. С тех самых пор русалочка постоянно вспоминала море. Она бесконечно думала о семье, которую, по ее мнению, она предала уже дважды.       В первый раз Ариэль предала семью, уплыв раз и навсегда, чтобы быть с любимым. Она серьезно поссорилась с отцом, несмотря на то, что он во многом был прав и хотел лишь защитить ее. Не получилось. Да, Эрик действительно не был тем, кто ради забавы кидает гарпуны в рыбок, однако в какой-то момент он, пусть бы и не физически, всадил ей гарпун в самое сердце, а затем безжалостно его выдернул с мясом из наивных нежных чувств и доверия.       Во второй раз Ариэль предала семью тогда, когда отказалась вернуться домой, приняв решение остаться с раненным Урсусом. Разумеется, у этого решения была причина. Но ведь у Урсуса оставались его мурены. Он точно справился бы и без ее помощи. А вот семья - это семья. Они заслужили куда лучшего к себе отношения. Впрочем, и это решение в итоге оказалось недолговечным. От Урсуса, как и от Эрика, Ариэль уплыла, сверкая хвостом. Урсус не обращал внимания на других девушек, в отличие от принца, однако как же больно он делал некоторыми своими словами и действиями! Было так ужасно на душе, когда он в очередной раз выговаривал ей свои необоснованные претензии...       Хотя Ариэль не могла не признать, что часть ее неизбежно скучала по этому осьминогу. По их занятиям и по его улыбке. Даже по его грубоватым шуткам. Когда он только принял ее в ученицы, речь шла лишь о бытовом уровне целительства, но постепенно он посвятил русалочку в куда более серьезные тайны и открыл намного более серьезные знания. Иногда ей казалось, что он отдавал всего себя этому обучению и получал от ее успехов искреннее удовольствие.       Горестный вздох-полувсхлип вырвался из груди девушки. Внутри все настойчивее кипело ощущение, что она - всего лишь волна в бескрайнем океане: куда ветер понесет, туда и плывет. И нигде ей нет пристанища, нигде нет места, где она могла бы, наконец, найти покой. Ни в воде, ни на суше. Она никому не нужна ни в одном из миров. Больше не нужна. У отца есть еще шесть дочерей, а ее он отпустил, зная, что они вряд ли когда-либо еще хоть раз встретятся. У Эрика есть Карлотта, Угрюм и множество чудесных людей вокруг, множество потрясающих девушек, подходящих ему куда больше наивной рыбки... Рыбка. Так постоянно ее называл Урсус. Ему она была нужна меньше всех прочих, ведь он чудесно обходился без нее ранее, не нуждался в ней впоследствии и так легко отпустил теперь. Возможно, ему стало даже спокойнее без нее. Больше не нужно оттирать от неожиданно сваренного липкого зелья столешницу, приборы и прочие вещи. Больше не нужно объяснять множество непонятных вещей и не нужно никого опекать. Больше не нужно терпеть чужие прикосновения, которых он так избегал...       По щеке Ариэль скатилась одинокая слезинка. Находясь в подобных мрачных думах, она безотрывно смотрела в окно на черноту моря. Ей не были интересны ни яркое и ласковое восходящее солнце, ни белоснежные пушистые облака, ни люди, то и дело входившие в комнату и выходившие из нее. Не хотелось есть и спать. А особенно не хотелось говорить.       В комнату зашел странный человек в белых одеждах, с небольшой рыжей бородкой и с огромной сумкой через плечо. Сумка явно была тяжела, поэтому человек был весь скрюченный, сгорбившийся и какой-то несуразный, что не мешало ему гордо вышагивать и выглядеть очень уверенным в себе.       - Так, рассказывайте, на что жалуемся, мисс? - Задумчивым, несколько высоковатым для мужчины, но приятным, даже успокаивающим, голосом спросил человек в белых одеждах. Рядом с этим мужчиной тут же поставили два табурета, на один из которых он сел сам, а на второй водрузил сумку.       Сперва Ариэль подумала, что обращаются не к ней, однако внимательный взгляд мутно-зеленых, словно болотная тина, глаз человека ни на миг не сходил с ее лица.       - Доктор, ее состояние... Она ни разу не поела за вчерашний день. И до этого съела совсем немного. Она ничего не говорит и как будто находится не с нами, а где-то там... - кивнув на окно, Карлотта взяла на себя инициативу рассказать то, что тревожило ее и всех приближенных к девушке людей. В ее пухлых руках был мятый платок, которым она тут же коснулась глаз, стирая выступившие от волнения за подопечную слезы.       Увидев, что больше нет необходимости говорить, Ариэль вновь отвернулась к окну с апатичным выражением лица. Ей казалось, что этот странный человек вполне может выслушать и Карлотту. А ей самой точно ничего от него не нужно.       - Так... - Доктор побарабанил пальцами по ручке сумки - Я вижу, она не обращает внимания на окружающую действительность. Она постоянно смотрит в окно, как сейчас?       - Да, доктор. Она смотрит на море. Она говорила, что ее дом там, - вклинился в разговор Гил, показавшийся за спиной Карлотты.       - Она прибыла в королевство из-за моря? - заинтересованно уточнил доктор, протягивая мальчику одну из конфет, которые постоянно имел привычку носить с собой в небольшом кармане его одежд. Мальчик быстро схватил конфетку и, засунув ее за щеку, продолжил:       - Скорее, из моря. Она... - Гил подумал, стоит ли говорить прямо о происхождении доброй госпожи. Про русалок было много пересудов, но все они ничего не имели общего с реальностью. В конце концов, их считали выдумкой, сказками для запугивания непослушных детишек.       - Ну же, договаривай, - улыбнулся человек в белых одеждах, взяв Ариэль за тонкое запястье, чтобы послушать ее пульс, - это может оказаться важным.       Русалочка она у нас, - всхлипнув, выдала секрет Карлотта, решив, что доктору можно и нужно верить. - Сперва ее принц наш нашел на берегу, решил, что она, как и он, потерпела крушение. Но потом оказалось, что она русалка, которую обманула ведьма, которая забрала хвост и голос за ноги. Правда, голос вернулся потом, - сплошным потоком выдала Карлотта, стараясь не думать о том, что может сказать что-то лишнее. Каждая деталь может оказаться важна для того, чтобы доктор смог поставить диагноз.       - Так, - перебил поток мыслей Карлотты доктор, поставив пометку в небольшой тетради и поворачивая безучастную девушку лицом к себе, заглядывая ей в глаза, - мне не нужно столько деталей. Вы сами хоть раз видели ее хвост или, может быть, других русалок? - терпеливо уточнил он, бросив взгляд на говорившую женщину, но она лишь покачала головой.       - Кто-то другой, возможно? - мужчина в белых одеждах оглядел присутствующих в комнате, но каждый из них ответил отрицательно.       - Тогда я могу заключить лишь одно, - со вздохом, доктор поднялся со своего места и прошелся по комнате, задумчиво теребя бородку. - Судя по всему, ваша "русалочка" действительно пережившая крушение корабля девушка. Но, к сожалению, в связи с крушением она повредилась головой и все забыла. Из-за сильного удара головой она вполне могла потерять память и даже речь. Хотя я больше склоняюсь к версии, что девушка попала в серьезную стрессовую ситуацию во время кораблекрушения, из-за которой и пострадало ее психическое состояние и речевой аппарат. Причем, как вы утверждаете, речь вернулась. А вот память, насколько я могу судить, нет. Настоящие воспоминания заменились ложными. Она помнит, что была в море и не видела землю. Чтобы избавиться от травмирующих воспоминаний, где она во время шторма, вполне вероятно, потеряла дорогих людей, ее мозг создал воспоминание о том, что она русалка, и поэтому находится в воде. Когда же она оказалась на суше, причем без русалочьего хвоста, ее мозг также, можно сказать, придумал объяснение этому событию. И нынешнее ее состояние я могу охарактеризовать разве что как парамнезия, связанная с посттравматическим стрессовым расстройством либо парамнезия, связанная с перенесенной черепно-мозговой травмой, а возможно сказались сразу несколько факторов. Учитывая, что ваша подопечная постоянно смотрит на море, могу предположить, что она мысленно возвращается к тому месту, которое помнит, чтобы вспомнить остальное. Однако... - доктор покачал головой, - я не уверен, что это ей сколько-нибудь поможет. Обычно, чтобы избавиться от посттравматического расстройства, следует избегать возвращения в прошлое и, напротив, сосредотачиваться на настоящем... Но ее амнезия может несколько приутихнуть по причине того, что она увидит знакомое место. Пожалуй, попробовать сводить ее на место, где ее нашли, может оказаться неплохой идеей.       Доктор разговаривал, будто сам с собой, засыпая окружающих терминами и морем информации, бродя по комнате кругами. Его задумчивый монолог прервал Эрик:       - Так как, все-таки, ее можно вылечить? - первым потеряв терпение спросил принц.       - Вылечить? - мужчина в белой одежде словно опомнился, - Ах, да. Вылечить. Я хочу вам предложить самое действенное средство от большинства болезней! Кровопускание!       Доктор подошел к безразмерной сумке и начал в ней уверенно копаться, пока, наконец, не достал скальпель.       - Это средство безусловно может помочь от множества различных заболеваний и, хотя и не поможет напрямую, способно помочь опосредованно! Только подумайте, грязная, больная кровь уйдет и ее место заполнит чистая, здоровая. Это ли не чудесно?       Мужчина в белых одеждах потянулся к руке Ариэль, и поначалу она этого даже не заметила, но как только холодный металл скальпеля был практически у самой кожи, девушка обернулась и, увидев происходящее, испуганно отдернула руку. Жалобным взглядом она посмотрела на доктора, но, поняв, что он не обращает на это внимания, все же проронила:       - Не надо, пожалуйста...       - Ох, действительно чудотворное средство! Я еще даже не сделал надрез, а состояние пациентки уже улучшается! - довольно произнес мужчина, вновь занеся скальпель над рукой девушки. Та же с немой просьбой в глазах посмотрела на Карлотту, как на единственного человека, кто всегда ее понимал и защищал в меру сил.       Увидев взгляд Ариэль, Карлотта уперла руки в бока:       - Не трогайте девочку, - сурово сказала пухлая женщина, угрожающе сделав шаг вперед, будто желая защитить подопечную.       Доктор неожиданно стушевался, но тут же взял себя в руки.       - Будьте спокойны, кровопускание - абсолютно безопасная и даже необходимая процедура! - встал на защиту своих методов мужчина, однако, встретив уверенные и недовольные взгляды остальных присутствующих, все же спешно убрал скальпель обратно в сумку.       - Так, ну, не нужно, значит, не нужно, - покорно согласился доктор. - Тогда держите микстуру. Она улучшает настроение и снимает напряжение. Думаю, пол бокала в день будет достаточно. И, полагаю, не лишним будет все же сводить ее на место, где ее нашли.       Мужчина передал микстуру в руки Карлотты, которая не преминула понюхать содержимое флакончика, уловив виноградные нотки, после чего удовлетворенно кивнула и убрала бутылку в глубокий карман передника.       - Гил, ты же понимаешь, что обо всем услышанном и увиденном сегодня в стенах этой комнаты нужно молчать? - спросила мальчика Карлотта, вспомнив о том, что он за ней увязался, в очередной раз не желая оставаться в обществе братьев и отца.       -Да, тетушка, я понимаю... - понуро опустив голову, Гил вздохнул. Он с первых слов доктора мечтал о том, как расскажет об этом необычном мужчине всем своим друзьям, а возможно еще и братьям. Но под строгим взглядом Карлотты не забалуешь.       Все покинули комнату, оставив Эрика и Ариэль наедине. Ласково накрыв ладонь девушки своей, принц заметил, насколько маленькие и изящные у девушки руки. Нежно поцеловав Ариэль в лоб, принц встретился со взглядом грустных, голубых, словно озера, глаз.       - Сегодня же вечером пройдемся к тому месту, где мы с тобой встретились, - тихо проронил Эрик. Дождавшись едва заметного кивка от рыжеволосой, он поднялся, оглянувшись на Ариэль, такую маленькую и беззащитную, такую нежную и ранимую... Ставшую по-настоящему родной, словно сестра. Эрик глубоко вздохнул и, отведя взгляд от девушки, заставил себя выйти из комнаты.