Eternity without you.

— Я всё ещё жду объяснений, — произносит Питер после пятиминутной тишины, которую никто не прерывал, — А хотя, нет. Не нужно. И так всё понятно. — Что понятно? — усмехается Старк, приподнимая бровь. Он всё никак не мог придумать, как объяснить всё это, но, кажется, Паркер додумал всё сам. — Всё понятно. Только вот… кто знал? — Никто не знал, кроме меня, — спокойно говорит Стрэндж, подумывая вколоть уже и себе успокоительное. — Не ожидал от тебя такого, Стефан, — криво улыбается Питер и делает быстро портал, уходя в Башню, но успевает сделать только шаг, спотыкаясь о молот Тора, — Да что за день-то такой?! На его вскрик в комнату заходят Кэрол с Тором, не понимая, что случилось с их ребёнком, но не успевают они и слова сказать, как в другом конце большой гостиной открывается два портала, откуда выходят Локи и Стрэндж с Тони. С кем?! — Что за чертовщина? — выпаливает Дэнверс, распахнутыми глазами глядя на их троих. — Кажется, мы давно уже прошли эту стадию, Кэрол, — фырчит Лафейсон, который, видимо, ещё не заметил остальных, но, повернувшись в сторону, хмыкает, — У меня научился, Старк? Так вот я скажу тебе, что не смешно. — Кто бы говорил, — закатывает глаза Тони, а Питер медленно скатывается в истерику, всё ещё не в силах поверить, что это реальность, где он полгода мучился и пытался смириться со смертью любимого человека, что оказался живее живых, — Пит, давай спокойно поговорим наедине? Пожалуйста. — Спокойно поговорим? Вы, чёрт возьми, издеваетесь надо мной? — кричит Паркер, вскакивая на ноги и вытирая щёки, — Я с ума сходил, думая, что вы мертвы. Винил себя, ведь вы сунулись в эту квантовую физику из-за меня. Мучился от кошмаров, в которых вы винили меня из-за этого Мистерио, а теперь вы просите спокойно поговорить с вами? Почему нельзя было хотя бы просто сказать, что вы живы, раз уж видеть никого не хотели? — Питер, всё совсем не так, — тихо говорит Старк, чувствуя, как внутри всё топит виной, но по-другому нельзя было, — Дай всё объяснить. — Не нужно уже, — шепчет он, понимая, что ведёт себя глупо, да только обида и злость с разбитым сердцем не дают мыслить здраво, додумывая до конца за них, — Идите и дальше туда, где были. Не увидь я вас сегодня, вы бы так и не показались, да? Да и зачем? Здесь ведь никто не переживал и не волновался за вас. — Не кидайся из крайности в крайность. Хватит. Не веди себя, как ребёнок, и давай поговорим, как взрослые люди, — слегка раздражённо шипит Тони, однако ближе не подходит, зная, что в таком состоянии тот может и не сдержаться. — А разве не вы вбивали мне в голову, что я ребёнок? — усмехается Паркер, осматривая комнату, чтобы что-нибудь кинуть в него. Вдруг, это всё-таки его больная фантазия или сон? — Я не хочу с вами разговаривать. — Боже. Можешь не разговаривать, тогда просто послушай, — закатывает глаза Старк, проводя ладонью по лицу и замечая, что все остальные столпились у стены, наблюдая за ними. Вот тебе и поддержка. — Валяйте. Оправдывайтесь, пока в вас что-нибудь не полетело. — Ты не сделаешь этого. — Не будьте так уверены, — хмыкает он, понимая, что около него только несколько диванных подушек и молот, который не поднять. Ну и ладно, — Начинайте. — Во-первых, я собирался прийти только тогда, когда закончилась бы реабилитация, потому что что-то могло пойти не так, — говорит Тони и сглатывает, когда тот берёт в руки подушку. Безобидно и можно увернуться, но всё равно. — Именно поэтому вы просто молчали полгода. Пф, прекрасно, — кивает парень, рассматривая узоры на подушке, — Вы по-прежнему эгоист, Мистер Старк. — Паучок, осторожнее со словами, — серьёзно говорит он, складывая руки на груди. — А разве это не так? О чём вы думали, когда скрывали то, что живы? О ком, чёрт возьми?! — Да о тебе я и думал! Если бы что-то пошло не так, то тебе бы не пришлось снова переживать это, — повышает голос Старк, уже не думая, что говорит, и смотрит злым взглядом на него, — Так было лучше для тебя в первую очередь. — А меня ты не хотел спросить, как будет лучше мне?! — так же повышает голос Питер и даже не замечает, как переходит на «ты», — Почему ты решаешь за меня? Кто дал тебе это право? — спрашивает он и подушка всё-таки летит в него, но попадает в стену, что злит сильнее, — Думаешь, что биться в истериках и не спать из-за кошмаров лучше, чем знать, что есть шанс на твою жизнь? Как был эгоистом, так и остался, — всхлипывает парень и кидает первую попавшуюся вещь под руку, потому что глаза застилает пелена слёз, а внутри всё рвётся от противоречий. Хочется кинуться к нему и обнимать, но в то же время хочется ударить посильнее, чтобы не делал так. И почему-то первый вариант устраивает его сильнее. Во всём виновата любовь, правда, говорит Паркер совсем другое, — Я ненавижу тебя. — Именно поэтому решил убить меня молотом? — говорит Тони насмешливо, держась за грудь и пытаясь отдышаться. Если бы не Стрэндж, который вовремя успел открыть портал, то можно было бы прощаться. — Что?.. — удивлённо спрашивает он, вытирая глаза, и смотрит на пустое место рядом, где до этого стоял молот, а после на потрёпанного Старка, нервно хихикая, — Всё-таки второй вариант. Так даже лучше. Все непонимающе переглядываются, не понимая, что за варианты, но спросить не успевают — Питер исчезает в портале. — Я ведь не один это видел, да? Ребёнок поднял мой молот? Никогда не сомневался в нём, — как-то уж слишком довольно произносит Тор, — Только верни мне его, маг. — Да ради бога, — усмехается Стефан, открывая портал, откуда в протянутую руку Одисона влетает молот, — Это называется «спасли Паркера». Не экскурсия, так это. — В смысле? У него что-то произошло во время поездки, а нам он не сказал? — возмущённо спрашивает Кэрол, следя краем глаза за тем, как Старк проходит к дивану, падая на него, и пытается задушить себя подушкой. — Он бы и нам не сказал, если бы его друг не нажал на две кнопки, даже не зная, кому они принадлежат. У него была паническая атака из-за этого планетария. Пришлось заблокировать их воспоминания, чтобы они никому ничего не рассказали, но помнили всё, — скалится Локи и направляется на кухню за своей утренней дозой кофе. — Я так и знала, что всё так просто не пройдёт, — вздыхает она и садится в кресло, массируя виски пальцами, — Хватит пытаться убить себя, Старк, и объясняй теперь нам, что случилось, и почему наш ребёнок сбежал. Точнее, почему сбежал, мы знаем, а всё остальное нет. — Я бы на его месте просто убил его, но, увы, Пит не такой, — расстроенно произносит Лафейсон, отпивая напиток, и довольно жмурится. — Зато я да, поэтому спокойно могу прибить кое-кого, — шипит Пеппер, быстро входя в гостиную и осматривая всех, но взгляд останавливается только на одном человеке, который сразу же вскакивает с дивана, защищаясь подушкой, — Почему Пятница говорит мне, что Пит пришёл домой нестабильный, а ушёл в ещё худшем состоянии? О чём ты только думал, эгоист несчастный? Ты мне ребёнка сейчас второй раз угробил. — Почему несчастный-то? — спрашивает первое, что приходит в голову, Старк, отходя подальше от неё, — Только ты не кидайся в меня молотами, хорошо? — Что? Тор, зачем ты в него кидался? Стива здесь нет, значит, только ты. — Кхм, — сдерживая смешки, Локи стучит себе по груди, подавившись кофе, — Это не он, Пеппер. — Ещё один достойный? Кто на этот раз? Ты, Стефан? — Не-а. Всё намного интереснее, — довольно ухмыляется Стрэндж, взглядом намекая Тони, что он предупреждал. — Дитя магии, — гордо произносит Одинсон, садясь рядом с Кэрол, которая с попкорном наблюдала за ними, — Я даже не сомневался, что это произойдёт когда-нибудь. — Дитя магии? Что? Кто это? — непонимающе спрашивает Старк у Стефана, пока остальные обсуждают поднятие молота. — Питер. Мы его так назвали, потому что ему нравится слушать разговоры об этом и обучаться, — пожимает плечами он, над чем-то раздумывая, — Скорей всего, крыша. У тебя есть ещё один шанс, но не ломай больше парня. Ему и так плохо. — Что? — смотрит на него удивлённо Тони, а после падает на крышу из портала, шипя. — Стефан, ты двойной предатель, — возмущённо говорит Паркер, пряча руки за спиной, и с прищуром смотрит на него сквозь портал, — Больше не буду готовить тебе отдельный завтрак. — Ты убиваешь меня, Пит, — хватается за сердце Стрэндж, но смотрит серьёзно, — Дай ему десять минут. Я уверен, что ты поймёшь, а иначе кое-кто узнает о том, что у тебя за спиной. — Шантажист. Ладно. Будете подслушивать, обижусь. — Ребёнок, — закатывает глаза Стефан и закрывает портал. Питер снова поворачивается лицом к городу, туша в металлической крышке от какой-то банки половину сигареты. Даже забавно. Человек-паук, правильный ребёнок, окружённый Мстителями и не только, стоит на крыше Башни Старка и курит из-за того же Старка. Куда катится мир? Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но изо рта вылетает только тихий и такой позорный всхлип. Ему нужно быть сильным, хотя бы перед ним, только нет уже этих сил. Всё уходит на то, чтобы сдержаться и не сбежать в какую-нибудь Швецию. Почувствовав ладонь на плече, Паркер вскидывает голову вверх, прогоняя нежеланные слёзы, и еле слышно хрипит: — Не надо. Просто скажите, что хотели, и оставьте меня одного, как сделали это тогда. — Мы, кажется, перешли на «ты», — тихо говорит Тони и крепко прижимает к себе, обнимая за плечи, — Я знаю, что поступил эгоистично. Знаю, что причинил тебе ужасную боль. Знаю, как тяжело тебе пришлось, и не знаю, как смогу получить прощение, но очень этого хочу. — Я был зол и обижен, когда говорил на «ты», — фырчит он, не вырываясь из его рук, потому что… скучал по его прикосновениям, по голосу и этим глазам, но сейчас принципиально стоит к нему спиной, боясь в сотый раз потонуть в нём, — Нет, ты не знаешь, какую боль причинил. Даже за молот извиняться не буду, потому что заслужил. — А сейчас? Ты говоришь так, но уже не обижен? — с улыбкой спрашивает Старк, утыкаясь носом в кучерявый затылок, вдыхая запах цитрусового шампуня, — Знаю, потому что мне было также больно. Ты бы знал, какая же это мука, видеть, но не сметь прикоснуться или что-нибудь сказать. — Я уже относительно остыл, но всё равно зол, — бормочет Питер, а, когда смысл сказанных слов полностью доходит до него, резко оборачивается, натыкаясь на нежный взгляд карих глаз. Грудь сдавливает от всего этого, и становится даже больно от того, как быстро бьётся сердце, — Ты подглядывал? Но как? Ты ведь не появлялся в Башне. — Глупый Паучок. Это ведь моя Башня, а Пятница создана мной, поэтому всё детально просто, — насмешливо произносит он, видя, как шестерёнки крутятся в его голове, после чего тот то бледнеет, то краснеет, — Что ты там снова себе надумал? — Вы… Ты… нет, не может быть. Ты ведь не слышал наш с Пеппер разговор? — убитым голосом спрашивает Питер, сжимая руками футболку у него на груди. — Это тот, в котором вы обсуждали наш брак? Собственная жена считает меня лишь другом. Ужас, — притворно обижается Тони, пока Паркер краснеет до кончиков ушей и начинает отстраняться от него, — Куда это ты собрался? Мы не всё ещё решили. — А что ещё решать? Боже, стыдно-то как, — бормочет парень, утыкаясь носом в его грудь, лишь бы спрятаться от этого пристального взгляда. — И за что тебе стыдно? Никогда не думал, что ты будешь стыдиться своих чувств, — хмыкает Старк, но напрягается, потому что, если это так, то будет ужасно уже ему. — Что? Нет. Я не из-за этого, — качает головой он, ударяя его по здоровому плечу, — И вообще. Вы женатый мужчина, так что отойдите от меня. Это неприлично. — С чего бы это? Я женатый на подруге, так что мне всё позволено, тем более я — Тони Старк. — Это не даёт вам беззаконность. — Проверим? — вкрадчиво шепчет ему в ухо Тони, опуская ладони на талию и поглаживая сквозь ткань толстовки. — Нет, не нужно, — качает головой Питер, прикрывая глаза, и позволяет себе расслабиться, но один вопрос так и зудит в голове, — Зачем вы делаете всё это? Жалость? Старк какое-то время думает над этим глядя куда-то вдаль. Вроде такой умный малыш ему достался, но в то же время такой глупый. От этого в груди так тепло становится, и нежность топит, желая выбраться и утопить в ней вместе с ним Паркера. Наверное, он слишком долго молчит, раз парень в его руках завозился. — Разве любовь можно назвать жалостью? Ты жалеешь меня, когда говоришь о любви? — спрашивает серьёзно Тони, поднимая голову Питера за подбородок и заглядывая ему в глаза. — Нет, конечно, но к чему это? — шепчет еле слышно он, не смея оторвать взгляда. Почему Старк всегда переводит стрелки, когда начинается серьёзный разговор? Они ведь говорили совсем не о нём, так к чему эти вопросы? — Тогда почему ты думаешь, что я жалею тебя? Вроде такой умный карапуз, а все мои слова сопоставить не можешь. Или не хочешь? — снова спрашивает Старк, наклоняя слегка голову к плечу, и переводит взгляд на губы, но возвращает обратно на глаза, чтобы не сорваться прямо сейчас. — Разве это одно и то же? Я тебя люблю, поэтому не жалею, а ты… не может же быть, чтобы ты меня… — Питер распахивает глаза, отказываясь верить. Это просто невозможно, ведь тот не может полюбить какого-то глупого подростка. Просто шутка, не ина… — Глупенький Паучок, — ласково шепчет он, закатывая глаза, и всё-таки целует его, прерывая ненужные размышления.

***

— Есть. Стрэндж, Кэрол, вы проспорили мне, — довольно улыбается Локи. — А ты проспорил мне, — смеётся Пеппер, наблюдая за голограммным экраном, куда транслировалось то, что происходит на крыше. — Подумаешь. Нам вообще сказали этого не делать. — Вообще-то речь шла про прослушку, а про подглядывания нет. — Кто из нас вообще хитрец, Стефан? Я ведь, но выходит, что ты, — фырчит Локи, разваливаясь в кресле.