Злая, но моя

      Пообедав, Цзян Чэн оповестил адептов, чтобы те были к вечеру готовы к отъезду и позже вернулся в комнату. — Справишься сама? — спросил мужчина, медленно присаживаясь на край кровати, на которой сидела Ланфен, читая книгу.       Услышав, как вошёл заклинатель, девушка даже не подняла головы, продолжая читать очередную книгу из библиотеки. Но это уже просто о зарубежных красотах. Как только кровать скрипнула под весом второго человека, она подняла взгляд и немного улыбнулась. — Здесь есть люди, которые вполне справляются. Мне остаётся только контролировать, — Спокойным тоном, девушка глушила свое волнение. Нельзя давать слабины. Сегодня точно должно сбыться. — Ну, когда я в прошлый раз тебя оставил, ты была полностью истощена, поэтому в этот раз мне не хочется волноваться. Лекарь останется тут присмотрит. — Не стоит. Мне уже намного лучше. — А вот я думаю стоит. Хочу чтобы к тому самому дню ты была самой прекрасной, — шёпотом произнёс Ваньинь, нежно улыбнувшись, от чего девичье сердце пропустила удар. В груди что-то сжалось. Руки медленно начали потеть. — Обсудим это когда ты вернешься, — уклонилась дева, вновь смотря в книгу. Скорее бы он ушёл. — Вернусь. Как только эти соревнования и обсуждения закончатся, я ринусь домой, к тебе. Дашь мне что-нибудь от себя в путь?       Девушка вопросительно вскинула бровь и задумалась. Дать в путь? Как платок, что дают девицы, когда мужья уходят на войну, обещая что вернуться и вернуть платок? Ох, как ребёнок, переставший сказок. Тяжело вздохнув, Ланфен встала с кровати и подошла к столу, открыв одну из коробочек. Немного порывшись, она вынула оттуда нефритовую резную заколку без камней и кисточек. Вновь подойдя к мужчине, дева протянула ему управление. — Носи её, будто я рядом, — сказала она.       Цзян Чэн приоткрыл рот, аккуратно взяв из теплые рук холодное украшения. Немного повертев его в руках, он без сомнений достал свою черную обычную длинную заколку из гульки и воткнул нефритовую. Аккуратно взяв женскую руку в свою, заклинатель вложил собственную заколку и улыбнулся. — Носи её всегда, вспоминая обо мне и моей любви к тебе, А-Фэй. — Я буду н-носить её…- голос дрогнул, выдавая хозяйку. Благо, Цзян Чэн так увлечен, что совсем этого не заметил.       Пару минут, он рассматривал лицо невесты, не желая уходить или уезжать. Хотелось снова спросить, точнее просить её поехать с ним, да только язык не поворачивался, отказывая хозяину. И вот, А-Чэн поднялся с кровати и напоследок поцеловал девушку в макушку. Довольный до глубины души мужчина покинул женскую комнату и пошел в свою, чтобы собрать немного вещей. Казалось, он мог летать от чувства лёгкости в сердце. Будто то, что сейчас случилось — это подарок судьбы после всех пережитых им потерь. Конечно, он не забудет их, но сейчас Цзян Чэн стойко решил охранять человека, глубоко засевшего в его мыслях, сердце и душе.

***

      Они улетели на рассвете. Тихо и без лишних церемоний. Глава Цзян с неохотой смотрел сквозь щель двери на безмятежно спящую невесту, вдруг захотев взять деву на руки и забрать с собой, но воздержавшись, закрыл дверь и бесследно пропал.       Ли Фэй давно не спала и от этого было хуже. Чувствовать на себе этот взгляд было невыносимо, поэтому после ухода мужчины, заклинательница встала с кровати и быстро переодевшись, забрала всё необходимое, которое она подготовила вчера. Это были мелкие вещи, так что без них комната несильно и опустела, правда запах роз и скользящий, еле заметный запах гари витал в комнате. — Ты ведь хотела этого…- начала разговор с самой собой Ланфен, коснувшись дрожащей рукой ручки двери.— Он ненавидит таких как ты…нельзя останавливаться.       Почему то сейчас такой решительный ранее выбор, стал невыносим. Лёгкое решение, будто взмах руки, было невозможным. Будто очнувшись девушка выскользнула из Пристани, с лёгкостью оставшись незаметной. Оказавшись за пределами, девушка надела шляпу с широкими полями и длинной черной тканью, скрывающей лицо. Так будет лучше. Для него…для неё…