Love Alarm!

Очако Урарака с изумлением посматривала на то, как разорялся Кацуки Бакуго насчет того, что как это у него ноль, а у гребанного Деку аж один. Его громогласный голос ударной волной разносился по всему классу, отчего казалось, что Кацуки было слышно даже на другом конце города. Ученики 3-А уже привыкли к таким внезапным и диким монологам одноклассника, поэтому спокойно ждали, когда он успокоится. Мидория смущенно почесывал голову, мол, как так вышло, он и сам был не в курсе. Киришима временами старался вставить свое четкое и явно брутальное мнение насчет того, что Кацуки не стоит так сильно переживать по этому поводу. Ведь приложение работало лишь в радиусе ста метров, а как заметила Асуи до того, как девчонки принялись совместно проверять свои числа, в радиусе ста метров от них находились лишь два класса первогодок и параллельный 3-Б. — Значит, — приходила к логическому умозаключению Джиро, — статистика собрана из четырех классов? — Верно, — кивнула Асуи. — А еще нужно помнить, — решила добавить Хагакуре, привлекая внимание парящей перчаткой. — Сегодня в классе нет Шинсо-куна и Коды-куна! Асуи кивнула и сказала: — А еще мы не знаем, сколько человек сегодня на практике из параллельного класса. Ажиотаж вокруг приложения был прерван появлением учителя, поэтому ученики ЮЭй поспешили занять свои места, приберегая дальнейшее обсуждение на потом. Очако спешно сунула телефон в карман, бросая задумчивый взгляд в сторону раздраженного одноклассника.

***

— Да ладно, бро, — попытался приободрить друга Киришима по пути в общежитие. — Почему бы тебе не проверить результат потом? Тебе же сказали, что тогда в радиусе ста метров находились только четыре класса. Я вполне уверен, что ты мог запугать бедных первогодок своим показательным выступлением, а класс Б всегда в открытую тебя недолюбливал, — приводил аргументы Киришима. — Захлопнись, блять, — выругался Бакуго, желая как следует врезать однокласснику по раздражающей физиономии. — Мне нет дело до этого ссаного приложения. И плевать на число! Киришима понимающе кивнул, принимая ответ Бакуго как сигнал к тому, что пора завязывать с разговорами о приложении в его присутствии. Хотя он прекрасно видел, как Бакуго задел столь паршивый результат. В их то возрасте, пора бы уже задумываться о том, насколько привлекательны другие люди вокруг, поэтому никому не хочется быть за бортом. Кацуки весь остаток дороги молча шагал к общежитию, желая выкинуть серый фон из головы, но чертовы мысли возвращали его к раздражающему анализу. То, что у долбанутого половинчатого ублюдка был такой высокий показатель — совершенно неудивительно. Девчонки как ужаленные велись на его милую морду и томный взгляд. И даже то, что у Киришимы были свои поклонницы среди девушек — совершенно закономерно. Внешностью этот дурень не обделен, а природная веселость лишь способствовала тому, чтобы девчонки широко улыбались ему и махали в знак приветствия во время обедов. — Чем планируешь заняться? — поинтересовался Киришима, когда они вошли в общежитие. — Тем же, что и всегда, — буркнул Бакуго. — Постараюсь изничтожить существование Деку. — Ха, я так и понял, — рассмеялся Киришима, прекрасно зная о том, что у Бакуго это такой способ пошутить. — Но предлагаю тебе сегодня вечерком прошвырнуться до магазина и накупить чего вкусненького! Я бы пополнил свои запасы протеиновых батончиков. Бакуго ничего не ответил, лишь нахмурился и, погруженный в мрачную ауру, отправился к себе.

***

Остаток вечера Очако сосредоточенно изучала английский. Через два дня у класса должна будет состоятся промежуточная контрольная, которая пойдет в общий рейтинговый зачет. В этот раз Очако не имела права оплошать, поэтому должна будет сдать её с первого раза. Иначе её место в общем зачете резко опуститься вниз прежде, чем она успеет произнести излюбленное «Плюс Ультра». Пока она выписывала грамматически верно построенное предложение, мысли Очако назойливо возвращались к утреннему виновнику ажиотажа — приложению. Взгляд то и дело падал на небольшой смартфон, который ей подарили родители в честь окончания первого года ЮЭй. Она пристально всматривалась на небольшие затертости корпуса, пытаясь отогнать назойливую мысль схватить телефон и опробовать приложение снова. — Нет, — выдохнула Очако, смачно ударяя себя по лбу ладошкой. — Не отвлекайся. Внутренняя борьба Очако продлилась от силы пять минут. Через две она уже не могла сосредоточиться на жалком предложении на английском с герундием, а через четыре уже стискивала зубы, чтобы отчаянно не завопить, потому что пытка была невыносимая. На пятой девушка отбросила в сторону любимую ручку и схватила манящий телефон, разблокировала экран и открыла приложение. Черт, черт, черт… Утренний результат никуда не исчез. Очако почувствовала, как внутри у нее все сжалось от звенящего чувства обиды. Она с силой прикусила нижнюю губу, чтобы хоть как-то унять эти ощущения. В груди неприятно заныло, а глаза моментально утратили всякую решимость. Ведь серый фон мерцал не просто так. Ноль. Ей повезло, что никто не успел увидеть её результат, а все благодаря Бакуго, который громогласно объявил всем, что у него ноль. Это и позволило Очако закрыть экран ладошкой прежде, чем к ней обернулась Тцую-чан. Был ли смысл повторно проводить анализ, если в радиусе ста метров её окружали только ученики 3-А? Очако тяжело выдохнула, осознавая горечь своего положения. Как так вышло, что за три года она не удостоилась ничьим вниманием? Не стала для кого-то предметом воздыхания? Гордость была словно растоптана. Очако и не надеялась на то, что кем-то кто будет воспринимать её как предмет воздыхания окажется тот, кого она считала поистине лучшим героем среди всех студентов. Наоборот, Очако была уверена, что Деку к ней ничего не испытывал. А она? Очако задумалась, могли ли её старые чувства с первого года сохраниться. Если приложение на телефоне Деку показывало цифру один, тогда, возможно, что да. Или же этой цифрой один была не она? Очако попыталась подумать о Деку, вспомнить мысли, которые вынуждали её щеки буквально пылать от смущения. Но в груди лишь болезненно отдавалось жалким ощущением ностальгии. Можно ли это считать, что любовь к нему у нее сохранилась? Или Очако успешно справилась с этим и больше не отвлекалась на подобную чушь. Вокруг витало столько вопросов, а ни единого ответа не находилось. Очако отбросила свой телефон в сторону, решив, что тратить очередную попытку на то, чтобы убедиться в том, что на её экране вновь высветиться дурацкая ноль, не имело смысла. Вот английский — это другое дело. С ним у Очако точно были сложные, натянутые отношения, требующие внимания. Когда задание, которое стоило Очако большого умственного труда, было выполнено, девушка поспешила спуститься вниз, чтобы перекусить, а после завалиться спать, потому что перед занятиями ей хотелось размяться. Сегодня день лени, а завтра все физические нагрузки необходимо наверстать. Так что мысли о здоровом сне, раннем подъеме буквально охватили Очако. Внизу она встретила Джиро и Мину, которые о чем-то увлеченно болтали. У Кьёки на руках была её любимая гитара, а Мина же сидела напротив с небольшим инструментом — флейтой. Неужели девчонки захотели перед сном попрактиковаться? Очако весело улыбнулась им, стараясь не отвлекать, быстро прошмыгнула к кухне и открыла холодильник. Вчера она покупала для себя несколько вкуснейших йогуртов с клубникой, а значит утолить бурчащий желудок можно со вкусом и пользой. — Я тебе блять сказал, чтобы ты отъебался от меня! — раздался крик Кацуки Бакуго. Все, кто находились внизу резко вздрогнули, обернувшись на источник шума. Кацуки при всем своем раздражении почти изящно вплыл в общую комнату, за ним следом вошел Киришима. А вторым шли Каминари и Серо, которые еле сдерживались, чтобы не захохотать в голос. Очако, схватив свой йогурт, закрыла за собой холодильник, удобно устроилась за островом и с интересом стала наблюдать за разворачивавшейся сценой. Бакуго плюхнулся на свободный диван и, стиснув зубы, делал вид, что Киришимы рядом не было. Но тот настойчиво говорил: — Да, чего ты вечно ворчишь, старик! Это же отличная возможность, а точнее толчок к тому, чтобы ты стал чуточку милее с девушками. Надо ли напоминать тебе, что у всех у нас есть поклонницы. Очако отпила свой йогурт, стараясь не делать вид, что поглощена разговором одноклассников. — А у меня уже есть девушка, — гордо заявил Серо, садясь на соседнее кресло. — И я скажу вам, что это чертовски круто, когда у тебя есть кто-то… — Завались! — Ах, а Джиро продолжает делать вид, что я не существую, — с театральной досадой в голосе произнес Каминари. — Эй, придурок, а ничего, что я тут! — Видите, я даже отсюда слышу её упреки, — выдохнул он, падая кисейной барышней на колени Серо. — Каминари! — заорала Джиро, явно решая стоит ли ему врезать. — Бакуго, тебе даже не придется с кем-то встречаться! Тебе просто нужно стать милым, чтобы девчонки к тебе потянулись. — Или мальчишки, — вставил Каминари за что получил в свою сторону уже два уничтожающих взгляда. — Быть милым и очаровательным не так уж и плохо, — настаивал Киришима, не обращая внимания на дурачливх одноклассников. — Даже у Мидории есть поклонница… Очако сразу поняла, что Киришима специально размахивал красной тряпкой перед Бакуго, чтобы того довести до конечной стадии раздражения. Потому что с каждой секундой злое и раздраженное лицо Бакуго становилось еще более злее и раздраженнее. Очако могла поклясться, что даже со своего места слышала, как у парня скрипели зубы. — Киришима, — выдавил из себя Бакуго. — Помяни мое слово, я раньше всех вас, присутствующих утырков, найду девчонку! И мне плевать, что показывает ебучее приложение. Даже ублюдок Деку не обгонит меня, — зарычал парень. — Вот это я понимаю мотивация, — обрадовался Киришима. — Звучит как вызов, — охнул Каминари, поднимая голову с подлокотника кресла. — Хочешь посоревноваться? — А слабо?! — усмехнулся Бакуго. — Ой, — выдавил из себя Киришима, словно до него снизошло озарение, — хотите сказать, что у нас соревнование? — А что, — улыбнулся Каминари, — я уверен, что выиграю. Джиро! — Да пошел ты, — заорала Джиро, заливаясь краской. — Как хорошо, уже быть победителем, — улыбнулся Серо. — Девушки не трофей, — возмутилась до сих пор молчавшая Ашидо. — Месяц! Через месяц, придурки, у меня уже будет девчонка, — заключил Бакуго. — Уверен, что Джиро сдаться раньше, — хохотнул Каминари, за что все же получил подушкой в лицо от упомянутой девушки. — Давайте так, — предложил Серо, — если Бакуго через месяц не найдет себе девушку, то он станет нашим личным спарринг-партнером на две недели для каждого. — Чего, блять?! — вновь перешел на рык Бакуго. — Лучше бы спорили на то, что он прекратит так сквернословить, — фыркнула Джиро. — Это вам не спор, — попытался вмешаться Бакуго. — Хм, а может он будет нам готовить целый месяц? — подумала Ашидо. — О, было бы здорово! Каждое утро — завтрак от Бакуго, — согласился Киришима. — Да, я тоже за завтрак, мысль о том, что я буду в паре с ним, приводит меня в дрожь, — признался Каминари. — Утырки! — вскочил со своего места Бакуго. Серо задумчиво нахмурился, а после согласился с остальными из отряда Баку. — Неплохо, тогда и я тоже за. — Да блять! Вы совсем охуели? — разглагольствовал Бакуго, готовый вот-вот кому-то из них врезать. Но ребята спокойно сидели на своих местах, привыкшие к выходкам Бакуго. — Слабо? — хором поинтересовались Серо и Каминари. Сунув шипящие от маленьких взрывов руки в карманы, Бакуго оскалился. — Нет, блять! — Месяц, — громогласно изрек Киришима. — Не завидую я этой несчастной, — усмехнулась уже Джиро. И Очако мысленно согласилась с ней. Кто в здравом уме поведется на такого грубияна как Бакуго? Даже несмотря на то, что внешне он был очень даже ничего, но характер оставлял желать лучшего. Девушка допила свой йогурт, хватаясь за ещё одну мысль. Бакуго был настроен решительно, чтобы исправить досадный результат приложения. А может стоит и мне? — Эй, щекастая! Ты занята? За завесой собственных мыслей Очако не заметила, как взгляд алых глаз Бакуго направился в её сторону, и он уже решительно приступил к поискам своей второй половинки. — Э, чего?..