Два крыла - шанс, два сердца - жизнь.

Как бы я не смотрела на эту проклятую печать, ничего не менялось. Хождение вперёд и обратно также не принесли никаких плодов, о чем не поленился сообщить мне Гаара. - Своим мельтешением ты ей не поможешь, - спокойным голосом выдал он, осматривая фотографии на стене. Было уже утро, когда Саара проснулась, сладко зевнув, и позвала нашу с ней маму. После того, как я увидела пометку на ее лбе, вся ненависть куда-то исчезла. Подумать только, совсем крохотным ребенком она должна будет умереть. Погодите-ка. - Гаара! Дети же не попадают ад! – от резкой догадки мой голос стал несколько возбужденным. - Тогда какого черта здесь происходит? - Правильно, Сакура, не попадают. Но тут иной случай. - Ты знаешь, в чем причина? - Да. - Тогда скажи! Но отвечать он мне не торопился, лишь посмотрел каким-то странным взглядом, от которого моментально стало не по себе. Нахмурившись, он подошел к окну, став тем самым ко мне спиной. - То, что этот ребенок попадет в ад, твоя заслуга. – Он скрестил руки на груди. Так он делал всегда, когда говорил неприятные вещи, не только для окружающих, но и для самого себя. – Ты часто слышала в Академии, что там тебе не место. – Я кивнула, соглашаясь с его словами. - Хочешь сказать, что Саара… - Да, будет возмещать твою потерю, - договорил он невысказанную фразу. Углубившись в себя, я и не заметила маму, которая прошла сквозь моё тело. И хотя мы нематериальны, всё же иногда ощущаем, когда сквозь нас что-то проходит. В этом я убедилась еще тогда, проникая через стену в собственный дом. Мама подошла к Сааре, прошептав: «Доброе утро, моя принцесса», и аккуратно подняла на руки, прижав к себе с такой нежностью, что в моём сердце что-то кольнуло. Нет, я уже не завидовала, но всё же чувство некой опустошенности внутри мешали улыбнуться этой тихой идиллии. Руки непроизвольно сжались, выдавая мои эмоции. Могу ли я оставить всё как есть? Если нет, то что я вообще могу сделать? Между тем, мама с Саарой удалились из комнаты, оставляя нас с ним наедине. Я села на пол, скрестив ноги, и стала размышлять вслух: - Возможно, если я договорюсь с ними, то Саара не погибнет. - Ты говоришь глупости. – Он отошел от окна и сел напротив меня, опустившись на корточки. – Кто будет слушать тебя? Это закон, и даже Он не сможет ничего сделать. В конце концов, по его оплошности ты попала в Академию, а не в ад. Я сглотнула. И вправду, а ведь сейчас я могла бы гореть в изжигающем всё пламени, а не сидеть здесь, преспокойно наблюдая за своей семьей. В мыслях пронеслось, что хоть раз мне подфартило в жизни, но радости такая мысль особо не доставила. Должен же быть хоть какой-то способ спасти девочку. Я в этом уверена. - Я предложу обмен: мою жизнь на жизнь Саары. - Ты уже мертва. - Им нужна душа. - …Но не твоя. Любое мое предложение сталкивалось с его «нет». Всё больше и больше отчаяние переполняло мой разум, сводило с ума, подавляя здравомыслие. - Есть одна лазейка, - внезапно сказал он, не дав мне полностью разозлиться на его безразличие. – Однако она может и не пройти. - Какая? - Пошли. - Куда? - Увидишь. Мы покинули квартиру, спускаясь на землю. В кухонном окне мелькнула фигура мамы, готовящей яичницу. Она улыбалась и смеялась, что-то говоря. Неужели этот ребенок заставил её так сильно измениться, думала я, следуя за ангелом. Гаара же шел очень быстро, всё время высматривая кого-то в толпе. Его брови были нахмурены, а губы сжаты в тонкую полоску. Таким его можно было наблюдать крайне редко. Привязалась ли я к нему? Не знаю, но в его компании я всегда могла расслабиться и быть самой собой. Мой облачный поток мыслей прервал внезапный толчок в нос. Иными словами, я врезалась в спину Гаары, который резко тормознул перед входом в темный закоулок. - Нашел, - обратился в пустоту, делая шаг вперед. Я проследовала за ним, не задавая лишних вопросов. Если он что-то нашел, то я вскоре должна увидеть что именно. Моя догадка подтвердилась, когда мы подошли к мусорному баку. В нём, содрогаясь от конвульсий, лежал человек. Его глаза были расширены, а изо рта тонкой струйкой вытекала белая пузырчатая пена. - Что это? – Я зажала нос со ртом, чтобы не закричать. Впрочем, меня все равно никто бы не услышал, подумала я, но руку не опустила. - Посредник, - только и ответил Гаара. Еще с минуту человек корчился от боли, а когда его взгляд остекленел, мгновенная вспышка озарила темный переулок. Гаара схватил мою руку, заводя меня за спину. Что-то должно было случиться. В нос неприятно ударило запахом густой гнили, а глаза начали слезиться, размывая изображения. Мне потребовалось больших усилий, чтобы остановить работу слезных желез. В конце концов, я увидела человека, из-за которого чуть не лишилась зрения и обоняния. Как же я заблуждалась, приняв его за местного бомжа, да и вообще за человека. - Мы ждали тебя, - четко произнес Гаара, которого совсем не смущала ужасная вонь. Я попыталась выйти из-за спины, но мою руку сжали еще сильнее. - Что ангелам понадобилось от нас? – едко отозвался «бомж». – Не мешайте мне исполнять свою работу. – Он подошел к бездыханному телу и одним взмахом проткнул сердце бедняги, поднимая его над головой. – Ну, душонка, выходи же! – Глаза странного существа покрылись красной пеленой, а высунувшийся язык и того создавал впечатление, что у него не все дома. Но стоило ему выкинуть тело на пол, как из него вылезла душа. От увиденного у меня скрутило все внутренности. Душа была похожа на нечто нечеловеческое, от неё отслаивалась кожа, которая липкой жидкостью спадал на землю и испарялась. Полностью отделившись от мертвого человека, она попыталась напасть на нас, но была жестко схвачена и разорвана. Мне совсем стало дурно. - Кто это? – шепотом спросила я, переведя дыхание. - Демон из ада, Учиха Саске. Именно ему поручают самую «вкусную» работу, - донеслось до меня таким же шепотом. – Именно он и поможет нам. Последнее предложение удивило меня. Как этот монстр мог помочь нам? Закончив свою «трапезу», демон собрался уходить. Но слова Гаары заставили его замереть и хищно улыбнуться. Меня же эти слова повергли в шок. - Как интересно, - прошипел он, подходя ближе. – Впервые мне предлагают что-то подобное. И хотя это запрещено, я всё же соглашусь. Сегодня в восемь часов вечера она погибнет, переходя дорогу к своему дому. Там мы и встретимся, - сказал он, растворяясь в воздухе. Гаара опустил мою руку. - Зачем тебе это? Ты хоть понимаешь, на что Ты сейчас согласился?! – былой страх прошел, уступая место гневу и непониманию. – Мне не нужна такая помощь! - Тогда она умрет. - Но ты же… - Я знаю, на что иду. Больше он не произносил ни слова. Мы вернулись в квартиру в абсолютном безмолвии, потому что каждый, я думаю, морально готовился к предстоящей сделке. Помимо этого меня раздирало ужасное сомнение и страх, что я брошу всё и убегу. Это пугало больше всего.

***

Мама с Саарой сидели в зале, играясь в куклы. Я прошла мимо дивана и тоже присоединилась к ним. И хотя они не видели меня, мне было приятно вот так просто сидеть с ними и тихо наблюдать. Саара причесывала куклу, когда мама сменяла наряд другой барби. - Ма-а-ам, сестренка же тоже с нами играет, да? – неожиданно спросила она. Я громко выдохнула, ожидая ответа. - Да, сладкая, она с нами, - улыбнулась мама. Слишком горько, чтобы не заменить этого. – Мне надо принести нитки, я сейчас, - шепотом сообщила она, быстро выходя из помещения. Я проследовала за ней. Мама забежала в комнату и закрыла дверь. Она подошла к комоду, вынув оттуда рамку с фотографией. Её рука потянулась к лицу, прикрыв рот. Она плакала, тихо и беззвучно. Только по её содрогающимся плачам можно было определить это. Я подошла чуть ближе и взглянула на рамку: в ней были я и мама, когда мне было всего пять лет. Мы весело улыбались, позируя перед камерой. В то время она еще не была зависима от алкоголя, и я жила обычной счастливой жизнью. - Не плачь, мама… - Рука схватилась за сердце, которое больно кольнуло в левом боку. Как бы я хотела, чтобы она услышала меня именно сейчас. Как же я хотела обнять её, сказать, что всё уже в порядке, но не могла. Потому что наши тела не материальны. Потому что я вот уже как три года умерла. - Прости меня, Сакура, прости, пожалуйста, - её голос стал ломким, а из глаз всё так же продолжали литься обильные слёзы. Чуть погодя она успокоилась, возвращая фото в полку. - Гаара…, - вырвалось у меня, завидев удаляющиеся в окне крылья кровавого цвета.

***

Время – единственная неизменная вещь во всей вселенной. Оно жестоко, независимо и всегда движется вперед. И как бы тебе не хотелось его остановить, оно никогда не повинуется твоему желанию. - Уже без пятнадцати восемь, - сообщала мама, - сходим в магазин за мороженым? Потом будет очень поздно. - Да! – весело поддакнула девочка. Крест на её лбу окрасился в черный цвет. Я нашла Гаару в комнате, сидящим у окна с задумчивым видом. - Уже время, - сказал он, заметив меня в дверном проёме. - Я знаю. Вылетев из здания, мы прямиком отправились к назначенному месту. Когда мы подошли к дорожному переходу, демон по имени Саске уже ждал нас там. - Опаздываете, - ухмыльнулся он, рассматривая свои когти. – А ведь я пошел вам навстречу, непунктуальные вы мои. Гаара проигнорировал его фразы, снова беря меня за руку. Между тем, мама с Саарой перешли дорогу и направились в супермаркет. Часы отбивали без девяти восемь. Времени осталось совсем мало. - Ну, что ж, приступим, - оповестил нас посланник ада, вытаскивая из кармана какой-то свиток. – Одна капля крови, и девочка спасена. Мы подошли к нему, но перед этим, я остановилась, тормозя тем самым и Гаару. - Что еще? - Я хочу спросить тебя кое о чем. – Тишина расценилась мной как согласие. – Тогда ты сказал, что из-за любви умирают только глупцы. Какова твоя причина? - я посмотрела ему в глаза, пытаясь прочитать немой ответ. На улице послышались громкие звуки, оповещающие, что через три минуты наступит ровно восемь. Заскучавший демон сам преодолел оставшееся расстояние и развернул перед нами договор. - Давайте же! Время почти на исходе. Гаара порезал свой палец, выпуская пару капель на бумагу. Я же не спешила это делать. На другой стороне дороги показались Саара и мама. - Ты не ответил… - Я глупец, - что означало, что… это было признание? Он улыбнулся, впервые на моей памяти, и резким движением надавил на мою руку. Когда на пергамент упал недостающий компонент, договор состоялся. В тот же миг мы упали на асфальт, скрючившись от мгновенной боли. Было такое чувство, что мои крылья отдирали заживо, а внутри всё испепелялось самым жарким огнем, какой только мог существовать на земле. Из последних сил я посмотрела на Гаару и поймала его взгляд. Мы медленно растворялись, наша кожа бурлила, а в нос ударило жареным. Последние секунды жизни мы провели вместе, так и продолжая смотреть друг на друга. Вплоть до самого конца. - Глупые ангелы, - сказал чуть позже демон, проглатывая свиток. Саара с мамой благополучно перешли дорогу, пройдя мимо двух поблескивавших пятен на земле. Но они ничего не заметили, ибо человеческому глазу скрыто многое. Еще чуть позже по всей округе раздался протяжный детский визг, неустанно повторяющий единственное слово «мама». На него сбежались все взрослые, которые в это время возвращались с работы. Полицейский, патрулировавший на дороге, резко среагировал на крик и вызвал скорую помощь. Но она прибыла слишком поздно. - Вы все такие глупые, - прошептал демон, разрывая душу женщины. – Ангелы, пожертвовавшие собой ради душонки ребенка, люди, верившие, что изменились в лучшую сторону – как глупо. – В его голосе не было ни капли сожаления. Возможно, только малая доля. В любом случае, он завершил свою работу на сегодня.