About night dreams

Он вновь оказался бестелесым наблюдателем. Однако же, ничего сюрреалистичного не происходит. Сэми наблюдает как Ади, с которым он накануне поспорил, идет по коридорам школы. Синеватая темнота ночи скрывает его шаги ото всех, кроме Сэми. Если судьба задумала открыть Сэми пару чужих секретов, ему придется смотреть все, вплоть до деталей. Он слушает тихие осторожные шаги Ади, стараясь не отставать, оглядывается вокруг, испуганный перспективой быть застигнутым кем-то из преподавателей. Сэми знает, что все вокруг лишь сон, пусть и вещий, но не может заставить себя не остерегаться. Он ни разу не ходил по ночной школе, да и все запреты, нарушенные им, были в компании с Ади и Мими. Ади несколько раз поворачивает, поднимается на этаж выше, до тех пор, пока Сэми с удивлением не осознает, что они пришли в крыло ангельского общежития. Ади выглядит здесь в некоторой степени неправильно. Ярко-рыжие волосы, темные одежды пятнами выделяются на фоне светлых стен, дверей и колонн. Впрочем, сам Сэми тоже не вписывается в атмосферу готики демонического факультета, хотя и проводит там много времени со своими друзьями. Многие ангелы позволяли себе неловкие шутки на эту тему, Сэми даже пару раз жалел, что родился ангелом, но потом чувство стыда пересиливало, и он раскаивался в своих мыслях. За этими мыслями, Сэми не заметил, как Ади подошел к подозрительно знакомой двери и потянул за ручку. Дверь не была закрыта. Вступив вслед за Ади в комнату, Сэми замер. Непривычно было видеть свою комнату и спящего себя во сне. Наблюдать свое тело отделенным от него сознанием со стороны было необычно. Дрожащие ресницы, смятая белая рубашка, расстегнутая сверху на три пуговицы. Он беспокойно ворочался во сне. В остальном же, комната выглядела как обычно. Мягкий тусклый свет луны, льющийся тонкой струей из приоткрытого окна, пустующая вторая кровать. Ади тоже замер рядом с кроватью, будто раздумывая. Он огляделся, прислушался и приняв для себя какое-то решение, сел на корточки рядом. — Сэми, — шепотом позвал он. Привычная голосу насмешка проскользнула в казалось бы безобидной фразе. Сэми во сне повернулся на голос. Сбитое одеяло скатилось к ногам. Распростертый на кровати Сэми в легком полумраке выглядел… Притягательно. В глазах Ади блеснуло нечто знакомое, что появлялось перед тем, как он что-то задумывал. Сознание Сэми переместилось, открывая ангелу больший угол обзора. Ади сел на край кровати, поднял руку Сэми и коснулся губами тыльной стороны ладони. Уже увереннее, без боязни разбудить спящего, он провел пальцами по его скуле рядом с зарождающимся румянцем. Сэми целиком охватило смущение. Понимание того, что происходит с ним, пусть и спящим, делало все еще более неловким. Он бы досадливо поморщился, если бы был в своем теле. Пальцы Ади сползают на шею, гладят под кадыком, огибают край расстегнутого ворота рубашки, скользят ниже. Одновременно с тем, как рука проникает под резинку пижамных штанов и трусов, вторая сводит руки Сэми над головой, удерживая за тонкие запястья. Сэми смотрит, как Ади небрежно сдвигает ткань ниже. Мгновением позже, пальцы Ади обхватывают кольцом показавшийся член и плавно движутся вниз. В жадном взгляде демона нет вульгарности, но то, что этот взгляд обращен к влажным дрожащим губам Сэми, с которых срывается тяжелое дыхание, добавляет происходящему некой эстетики. Сэми не может оторвать взгляд. Он видит, как его тело поддается навстречу рукам Ади, видит изгиб поясницы. Ресницы трепещут, с приоткрытых губ срывается тихий чувственный стон. Сэми распахивает глаза, просыпаясь в своем теле. Все чувства, которых до этого момента была лишена его бестелесая форма, болезненно бьют по рецепторам. Зрачки, не привыкшие к темноте, расширяются как у наркомана, затапливая всю радужку глаз черным; прохладный воздух из приоткрытого окна лижет разгоряченную кожу, покрасневшие щеки. — Какого черта ты творишь? — он выдыхает слова вместе с воздухом. Ади, кажущийся совершенно не смущенным, смотрит прямо в глаза, продолжая отдрачивать, и выделяет каждое слово, отчего смысл фразы поначалу ускользает от Сэми: — Как будто тебе это не нравится. И в подтверждение своих слов на секунду замирает. Сэми разочарованно скулит и толкается бедрами в приглашено сомкнутую ладонь; капелька пота стекает по его виску. Рука Ади сильнее надавливает на запястья, лишая Сэми способности трезво оценивать происходящее. Хриплый голос хорошо аккомпанирует движениям руки: — Как ангелы бывают такими соблазнительными? Сэми откидывает голову назад, неосознанно открывая доступ к шее. Ади резко прикусывает кожу до красноты, зализывая место укуса влажным горячим языком еще до того, как Сэми успевает закричать. Пальцы плотнее обхватывают член, движения становятся более ощутимыми, болезненными; Сэми точно знает, что заплачет, если Ади остановится. Силы остаются только на то, чтобы высоко, скуляще выстанывать просьбы вперемешку с именем Ади. Что-то, свернувшееся тугим узлом внизу живота, разрывается, и Сэми, кажется, даже вскрикивает, на мгновение, поддаваясь всем телом вперед. Одновременно с тем, как он кончает, губы Ади наконец накрывают его губы. Сэми просыпается по-настоящему. Резко садится на кровати, шумно и глубоко дышит, пытаясь успокоиться. Завтра он оставит дверь открытой.