Карантин

Если любимый человек настолько близок тебе, что исходящие от него неприятные запахи, кажутся тебе райским благоуханием, знай – это ещё не любовь. Если любимый настолько близок, что вкус его тела кажется изысканным лакомством и ты готов его съесть вместе с потрохами и со всем дерьмом...это тоже ещё не любовь - это болезнь, а ты больной человек. Если по прошествии двух десятилетий, тебе кажется, что твой любимый по-прежнему испускает приятные ароматы и сладок на вкус, значит ты неизлечимо болен. Одержим этим человеком. Может это и есть любовь?... «Как же хочется облизнуть твою шоколадную звёздочку, пощекотать язычком бархатистые лучики, чтобы она расправилась, приоткрылась и сама пригласила меня войти. Но нет…ты ещё не готов, мой кофейный мальчик… Распластался тут передо мной и дразнишь своей аппетитной...» Взгляд сфокусирован на том, как подушечка большого пальца описывает круги вокруг складочек анального сфинктера. Он выглядит таким расслабленным. Он похож на смазанное пятно от шоколада. Как только пальчик приближается к нему и задевает коричневую грань, складочки сжимаются, собираются в гармошку – пятнышко превращается в звёздочку. Любое, даже самое лёгкое давление в центр «звезды», воспринимается телом, как нечто противоестественное. Круговые мышцы ануса напрягаются и препятствуют проникновению. Ничего не должно попасть внутрь – посторонним вход воспрещён! «Пропусти меня, Ло! Это же я – твой любимый братишка! Всего один пальчик… Расслабься и позволь ему войти»... «Звездочка» перестаёт упрямиться, когда к ней прикасается самый родной, самый любимый, самый умелый, тот, кто никогда не причинит боли - и расслабляется. Кончик среднего пальца, сначала осторожно надавливает и раздвигает стеночки, а потом медленно проскальзывает внутрь. Всё ещё немного непривычно: мышцы ануса рефлекторно сжимаются, стараются не пропустить и вытолкнуть постороннего, а затем привыкают, успокаиваются и втягивают его в глубины тела. Пальчик быстро осваивается в уютном тёплом местечке, в которое погружается, чтобы отыскать «затерянный остров оргазма». Снова не находит…и призывает на помощь указательный. Взгляд сфокусирован на том, как два пальчика синхронно ныряют в раскрытую влажную дырочку и так же синхронно выныривают из неё. Между анальным отверстием и мошонкой немного припухло. Пульсирует. Лоран возбуждён. "Потрахивать твою горячую мокрую попку так приятно! Пускай всего двумя пальчиками, но это кайф!" Они с хлюпаньем входят и выходят. Скользят в белёсой густой жидкости. Часть её медленно вытекает из ануса и пачкает простынь. «Снова представил, как кончил в тебя! До отказа заполнил тебя спермой, но…это всего лишь майонез… А может…» - он не выдержал и тут же сунул пальцы в рот, – «…да, точно – майонез. Какая жалость!…» От длительного бездейственного возбуждения, у Ларри потекли слюни. И не только изо рта. Лоран был очень сладок! Каждый раз, окуная в него пальцы и облизывая их, Ларри непроизвольно выпускал из себя порцию предэякулята. Он мог бы послужить хорошей смазкой вместо майонеза, но Лоран был ещё не готов, и драгоценные капли этой уникальной телесной жидкости, изливались понапрасну. Возбуждение зашкаливает! Тело бунтует, не слушается и просит только одного! Голова плохо соображает – вся кровь прилила к головке полового органа, а мозгов в ней, как известно, нет. Не думать, не спрашивать, не ждать! Быстрее взять своё! Отобрать то, что принадлежит ему по праву! Ларри грубо схватил свой член и до боли сжал его в кулаке - нельзя! Лоран не должен испытать даже лёгкую боль. В отличие от него, Ларри был более сдержанным, мягким. На его месте, Лоран не стал бы церемониться и удерживать своё стремление овладеть им. Он даже не попытался бы. Ларри хорошо помнит, как старший в юности насиловал его по ночам. В этом же доме и в этой же комнате. И пусть он не причинял ему значительной боли, а Ларри иногда было чуточку приятно, но факт остался фактом - младший не давал своего согласия на близость. Лоран часто видел в Ларри самого себя (извечная проблема идентичных близнецов) и нагло пользовался его телом, словно оно принадлежало ему. Подрочить или присунуть братишке – он не видел разницы между этими действиями. Ему было всё едино, но последнее - в разы приятнее. С самого детства, братьями Буржуа восхищались, любовались не только их внешней, но и внутренней идентичностью. Друзья, одноклассники, знакомые, родственники в один голос твердили, что Ларри и Лоран – это один человек, разделённый надвое. Их одновременное обоюдное увлечение танцами - яркое тому подтверждение. «Les Twins» ( они близнецы) – название их танцевальному дуэту придумали отнюдь не сами братья. Так их прозвали окружающие. Близнецы – это загадка природы, разгадать которую, несмотря на прогресс и передовые технологии 21- го века, пока не удалось. Ну а в конце 80-х годов прошлого столетия, появление на свет однояйцевых близнецов, порождало множество мифов. Братья часто слышали от людей такие фразы: «вы – единое целое», «вы должны в первую очередь ценить и беречь друг друга», «вы не сможете быть счастливы, если разделитесь и будете жить порознь», «если один из вас заболеет, неизбежно заболеет и второй», «если один из вас умрёт, то...». Им повторяли, их убеждали, им внушали! Чем старше они становились, тем сильнее в их подсознании закреплялось: «я – это ты, а ты - это я», «мой брат – это моё всё!» В то время, мадам Буржуа замечала, что её мальчики стали чересчур неразлучны и нежны друг с другом. Для их же блага, она решила разделить сыновей на некоторое время, но было уже поздно: их физическая связь навсегда и безвозвратно, перешагнула порог родственной любви. – Бро, - Лоран изнывал от переполняющего желания слиться с близнецом в единое целое, - мы ведь уже не в том возрасте, чтобы нежничать и тратить время на прелюдии. Если ты жаждешь отжарить меня – я готов. К чёрту эту простАту! Я и так перетерплю, лишь бы тебе было хорошо. – Но я не хочу, чтобы ты терпел. Я не смогу наслаждаться, зная, что ты не получаешь полноценного удовольствия или тебе неприятно со мной. – Ларри медленно наклонился к его лицу, чтобы поцеловать, остановился в сантиметре от его губ и посмотрел прямо в глаза. – Потому что, я не такой, как ты, Лоран. Это ты никогда не считался с моим мнением и не спрашивал хочу ли я...- он не стал договаривать, не стал целовать и перевёл взгляд. – Только не говори, что у тебя случилась психологическая травма. Теперь до конца жизни вспоминать будешь? – назревала очередная постельная ссора. Ларри ничего не ответил. Лицо выражало равнодушие. – Бро, - старший приподнялся, ласково трепал его по голове, гладил спину и плечи, - у нас ведь одни мысли, одни чувства на двоих. Если бы я тогда почувствовал, что тебе плохо со мной, клянусь, я не стал бы…- выдохнул он, мысленно телепортируясь во времена их юности. -... А теперь признайся…скажи мне по прошествии 17 лет… Тебе ведь тогда нравилось, правда? Ларри поверхностно улыбнулся и кивнул. - Мелиссу твою в задницу! – вспыхнул Лоран, как зажжённая спичка, брошенная в бензин. - Тогда зачем, ты снова мне о том напоминаешь?! – Потому, что ты до сих пор не считаешься с моим мнением! Ты привык думать, что я чувствую и хочу того же что и ты! Ты пользуешься тем, что я твой близнец! А я имею на тебя такое же право, как и ты на меня! – Ларри не собирался тушить разгорающееся пламя ссоры и строил из себя жертву. – Пожалуйста, имей! – Лоран тут же раскинулся перед ним на постели, раздвинув ноги так широко, что даже согнутые в коленях, они не вмещались в её ширину. – Поимей меня! Пользуйся моим телом! Не упускай шанс – отомсти мне за всё! – Нет…не могу… - Почему? – Не знаю…. - Зато я знаю. Хочешь скажу?... - Лоран сел перед ним на коленях, крепко обнял, прижал к себе и нежно шепнул ему на ушко, - потому что ты мой младший братишка... Он резко опрокинул его на постель, и всунув свой язык вместо кляпа, стал нагло, беспардонно и без позволения, вторгаться в его тело. Разве нужно спрашивать какое-то разрешение у собственного идентичного близнеца? Когда всё на своих местах, как и заложено природой, делать это вовсе не обязательно. Глупо…

***

Ларри сидел на диване в гостиной и молча наблюдал за Лораном. Тот уже четверть часа вертелся перед камерой и общался с поклонником, давно мечтающим получить от него видео-урок лучших спортивных упражнений. Ларри любил смотреть, как танцует и упражняется брат. «Всё в нём ладно! И эта выпуклая попочка в планке, выглядит просто пальчики оближешь!» - Что расселся? Иди на кухню! – слегка грубоватое к нему обращение, вернуло младшего в реальность. Жить в одном доме – это значит выполнять свои обязанности. Они не в гости приехали и не в пятизвёздочном отеле остановились. Никто о них не позаботится и не накормит, кроме них самих. Рестораны, кафе, пункты быстрого питания – всё закрыто. От магазинной еды и пиццы на вынос, у мамы болит желудок. На первой неделе самоизоляции, братья все дела по дому выполняли вместе. На второй неделе они распределили обязанности. Скромный и жизнерадостный домашний мальчик, любитель готовить и нянчить детей – Ларри, вступил на должность домохозяйки. Нескромный дворовый мальчик с шилом в заднице, любитель поесть и шастать по улицам – Лоран, трудился во дворе, в огороде, давал видео-уроки «Body by Lau» и ходил в магазин за продуктами. Урчание в животе напоминает, что приближается время обеда. Далее, ещё много дел, которые несмотря на карантин, лучше не откладывать. И только Ларри собрался оторвать пятую точку от дивана, как Лоран стал растягиваться в продольный шпагат. «Растяжка! Ммм...обожаю эти моменты!» - умиляется Ларри, решив повременить с обедом и посмотреть на это чудо. 32 года, а Лоран по-прежнему гибок и пластичен. Ларри – не очень. Он никогда и не был настолько «гуттаперчевым», как его близнец. Вот Лоран поставил по обе стороны от себя два стула, упёрся пятками в мягкие сидения, и оторвавшись руками от пола, провис в поперечном шпагате. Ларри взвизгнул и резко вскочил с дивана. Схватившись за пах и скорчившись, как будто ему врезали по яйкам, он побежал на кухню. Восхищаться Лораном – это одно, но спокойно смотреть, как он медитирует в провисном шпагате, разрывая промежность на две части, не каждому парню под силу. Лоран занимался ежедневно. В его возрасте нельзя пропускать ни дня, иначе гибкость пропадёт очень быстро. Ларри торопится. Ужасно хочется есть. Но другая потребность сильнее – ещё один голодный рот, ждёт его там, меж двух стульев, и будет очень недоволен, если к его приходу стол не будет накрыт. Вот и мама, пересадив на клумбах петунии и бархатцы, зашла в дом сама, без приглашения к обеду – должно быть очень проголодалась. – Ларри, ещё не обедаем? – устало спросила она, увидев пустой стол. Это катастрофа! Ларри услышал шум и скрежет ножек стульев в гостиной. Сейчас ему здОрово влетит от старшего! – Мам, иди пока присядь, отдохни, новости посмотри, - Лоран подвёл её к дивану, подал стакан воды и включил телевизор, - а мы с Ларри сейчас быстренько…- он гневно посмотрел на брата и погрозил ему кулаком. Бедный Ларри. Он же не виноват, что его брат, так чертовски хорош собой. Курица почти готова, а вот рис недоварился и получился суховатым. Это не беда. В случае с рисом уж лучше «не до-», чем «пере-». Салат из свежих овощей на закуску, спасёт ситуацию и придаст гарниру сочности. – Ларри, пошевеливайся! – пинок под зад, заметно ускорил процесс приготовления пищи.. - Ты забыл, что маме пора принимать лекарства? На голодный желудок их нельзя пить!       – Да помню я, помню... – копошился Ла в холодильнике, а Ло начал накрывать на стол. – Бро, силь ву пле, слетай до магазина, купи овощей. – просьба младшего, рассердила Лорана. - Блин, Ларри, ты вообще сегодня чем занимался? Только сейчас заметил, что холодильник пустой? Ни хрена по дому не делаешь! – проверив наличие денег в карманах, он быстрым шагом вышел из кухни. – Майонез тоже купи!... – крикнул Ларри ему вдогонку. Лоран притормозил и обернулся. Уголки рта приподнялись, а глаза хитро прищурились. – Что зыришь? Майонез мне для салата нужен. – Ла был серьёзен, как никогда. Наверное потому, что накосячил с обедом. Лоран купил свежие овощи и целых 3 упаковки майонеза (на славу удался не только обед).

***

Прошло 12 дней и 12 ночей, а «спящая царевна» Лорана всё не просыпалась. Ларри сломал голову и все свои 10 пальцев, но не сдавался из принципа. Он хотел докопаться до истины и доказать брату, что тот не прав – все мужчины восприимчивы к анальной стимуляции и могут испытывать от неё не меньшую радость, чем от классического секса. Такими усердными стараниями, Ла мог бы найти простату у кого угодно. Хоть у президента Франции. Он мог бы работать ассистентом врача-проктолога и выполнять самую «черновую» работу. Но неужели он так плохо знает своего близнеца, что не может найти у него то, что должно быть у всех мужчин без исключения? «Вот же он…этот заветный бугорок…» - вздыхал Ларри, теребя пальчиками свою попку. Изучая тело брата, он использовал в качестве образца своё собственное: одной рукой прощупывал себя, а другой Лорана. Изнутри тот был совершенно иным. Не плотный, а мягкий. Не тугой, а эластичный. Не волнистый, а гладкий. Не узкий, а вполне растянутый. С непривычки, слегка прихватывал пальчики Ларри на входе и выходе, и только. В целом был податливым и умел расслабляться. Внутри него ничего не выпирало и не пульсировало. Единственное, Ларри заметил ещё несколько лет назад, что у брата при возбуждении, необычно припухает кожа под мошонкой. Он просил его сходить к врачу и обследоваться, но тот не переносил ни врачей, ни больниц. Его никогда и ничего не беспокоило в постели, и Ларри перестал волноваться. Каждый раз перед сексом, потакая хотелкам младшего, Лоран традиционно распластывался перед ним на кровати, при включённом свете, как на лабораторном столе. После множества неудачных попыток отыскать его точку G, он чувствовал себя уже далеко не кроликом, а подопытной крысой, а то и лягушкой. Ни одной девушке, он не позволил бы ставить над собой подобные опыты. А Ларри…Ларри любимый братишка, от любопытства которого никуда не убежишь и не скроешься. Потому, что карантин. – Наверное, тебе нужно сменить позу...- задумался Ларри, разглядывая брата, как будто перед ним лежал не человек, а инопланетное существо. (Однажды, когда у Ла заглохла машина, он открыл капот и долго упорно вглядывался в него. Видимо хотел определить поломку на глаз. Именно таким взглядом он сейчас смотрел на Лорана.) « В чём же твой секретик?» – Я уже по сто раз эти позы менял! Блин, а может хватит на мне свои эксперименты проводить? – ворчал Лоран, тем не менее повинуясь и переворачиваясь со спины на бок. - Скажи спасибо, что я тебя к кровати не привязываю. «А это идея!»        - Размечтался...Вот когда найдёшь мою несуществующую эрогенную точку, обещаю, я реализую все твои сексуальные фантазии до единой. Лорану нравились анальные ласки, но не настолько, чтобы «ах!». Ощущения в попе были «ни то, ни сё» – нейтральные. Скорее, он соглашался на это, чтобы позабавиться и доказать брату, что тот ошибается, и что большинство парней на самом деле не восприимчивы к аналу, и не должны заморачиваться по этому поводу. – Ларри, прекращай! У меня уже дымится! – надрачивал он свой скучающий от безделья член. – Погоди чуток...- затаил дыхание младший. -...кажется… я что-то нащупал… Ты сейчас ничего не почувствовал? – Нет. «А может мне начать симулировать? Тогда ты отстанешь? Хотя нет. Тогда ты меня… Хрен тебе в майонезе, братишка!» – А сейчас?... Ничего не чувствуешь? Потужся немного. – Блин, Ларри, я тебе сейчас так потужусь – подтирать замучаешься! Ларри смеётся и бьёт его по рукам: - Перестань дрочить – ты мешаешь мне думать! – Нет, это ты мне мешаешь! Ты стал в точности, как твоя Мелисса: я дрочу у тебя под носом, а тебе и дела нет! Ларри было ещё какое дело! Уставившись в одну точку, он быстро начал косеть. Смотрел не моргая, и только зрачки прыгали вверх-вниз, вверх-вниз. Цвет спелой сочной вишни, периодически скрывающийся под карамельного цвета кожей, разжигал аппетит и усиливал слюноотделение. И не только во рту. Цвет станет ещё насыщеннее, а вкус ещё более ярким, если сбрызнуть «вишенку» влагой. Лоран суховат. Он не слишком потеет в танце и в постели не такой влажный, как Ларри. - Поделись... – просит Лоран и полностью обнажает головку. Ларри подвигается ближе и касается её своей. Первых выступивших капелек смазки недостаточно. Лоран смачивает во рту два пальчика и вводит их в нутро близнеца. Нежно перебирает, поглаживает и вибрирует в нём. Эффект наступает незамедлительно: из уретры вытекает предэякулят. Жидкий и в то же время тягучий; чистый и прозрачный, как берёзовый сок, с редкими вкраплениями пузырьков. Ни одна капля не проливается напрасно. Ларри пережимает основание головки, как будто хочет задушить свой член, и выжимает из неё скользкую жидкость. Трётся мокрой головкой о член брата и смазывает его уздечку, чтобы их совместная мастурбация была комфортной и максимально приятной. Два возбуждённых одинаковых органа вплотную соприкасаются, как два ствола у двустволки. С трудом обхватываются одной рукой и начищаются до влажного блеска. Такие опасные...Их головки уже не вишенки. Разбухли так, что теперь похожи на крупные спелые ягоды клубники. Яркие, бордово-красные, сочные, гладкие и блестящие, как плоды «Монд Эверест» – одного из лучших сортов французской селекции. Такие сладкие... На следующий день, Ларри снова засмотрелся на гибкого брата, схлопотал от него волшебного пенделя и только тогда вспомнил про обед. Скоро должна подъехать Элени. На Ларри возложена двойная ответственность в приготовлении угощения. И нет, чтобы Лорану раздвигать, прогибать, разводить и расщеперивать где-нибудь в другом месте. Так нет же! Обязательно нужно здесь, в доме, и на глазах у впечатлительного близнеца. Сначала Ларри отвлекался на музыку, а теперь на трюки Лорана. Он обожал танцевальный стиль брата и порой не мог оторвать от него глаз. Ла то и дело выбегал из кухни, посмотреть на него и пощекотать свои нервишки провесным шпагатом. Лоран заметил, что младший бегает туда-сюда и уже нарочно стал выполнять этот элемент, как только слышал его шаги, чтоб отпугнуть и выгнать обратно на кухню. Ларри быстренько добавил овощную зажарку в кастрюлю с супом, порезал плавленый сыр, варёное мясо и отправил туда же. После этого он выключил огонь. "Всё правильно, Ларри: сырный суп потомится под крышкой и сам дойдёт до готовности, а ты пока сбегай, полюбуйся на брата". Лоран не знал, что Ларри уже закончил готовить. Он решил подшутить над ним и напугать, как следует. Провиснув в шпагате между двух стульев и услышав шаги, он начал громко орать, хвататься за пах и делать вид, что его разрывает. Это была просто шутка. Он забыл о маме, которая в этот момент была в своей комнате и выскочила на крики, хватаясь за сердце. Ларри от страха запутался в собственных ногах, которые на автомате понесли его на кухню, но тут же развернули – ведь нужно бежать на помощь брату. А тут ещё и мама…Не успел Ла добежать до Лорана, как его развернуло к маме, которая от испуга осела на полпути, и если бы он вовремя не подоспел – упала бы на пол. У Лорана от долгого нахождения в неестественной позе, свело судорогой внутренние мышцы бедра обеих ног и плюс ещё заклинило в тазобедренных суставах. Он не мог сдвинуться с места, продолжал висеть и кричал, что с ним всё в порядке и чтобы они успокоились. Однако, они были так взволнованы и напуганы, что подумали наоборот, он зовёт их на помощь. Ларри реально разрывался между мамой и братом, не зная, кому из них первому помочь. Он метался между ними, спотыкался, хватался за телефон, чтобы вызвать скорую, тут же ронял его, не успевая набрать номер, бежал на кухню за водой, проливал её не донося до матери, и вообще, он будто потерял ориентацию в пространстве. Когда он подбегал к Лорану и пытался снять его со стульев, тот отгонял его, объяснял, что справится сам и умолял помочь маме. Он старался говорить внятно, чтобы Ларри услышал его. Лучше бы он молчал. Говорить спокойно он уже не мог и только усиливал панику. Ситуацию спасла Элени. Она вовремя вошла в дом. Появилась из неоткуда, как светлый ангел-хранитель братьев Буржуа. Несколько минут она оставалась незамеченной. Стояла у двери, жевала жвачку и с выпученными глазами наблюдала за происходящим. Спокойно смотрела на этих двух паникёров, способных устроить переполох не только на танц-площадке, но и на ровном месте, в доме, где проживают вдвоём, не считая матери. Два раза к ней подбегал Ларри, кричал, тормошил, просил вызвать скорую и убегал к маме, которая лежала на диване в полуобморочном состоянии. Но Элени – самый уравновешенный и здравомыслящий человек из всего окружения Les Twins. Ей не нужно объяснять дважды. Она слышит без слов и понимает братьев Буржуа куда лучше, чем они сами способны понять друг друга. Элени - их «альфа-двойняшка». Она дала команду: «всем замолчать!» и скорая помощь никому не понадобилась. Вечером, после её отъезда, семейство Буржуа всё ещё не могло отойти от случившегося. Лоран чувствовал себя виноватым. Он не признался брату, что пошутил и разыграл перед ним трагикомедию. К тому же, он сам пострадал от своих действий: сильно испугался за маму, перегрузил себе мышцы ног и чуть не надорвал промежность, в которой до сих пор ныло и тянуло. Ларри уговаривал его отдохнуть сегодня. Хотел уйти ночевать в свою комнату, но Лоран не пустил, убедив, что им обоим необходимо снять стресс и заняться нежным «ленивым» сексом. Лаская натруженную после шпагата промежность близнеца, на Ларри вдруг снизошло озарение. Его осенило! Он начал догадываться, какой секретик скрывается в Лоране, и почему он не испытывает положительных эмоций от анальной стимуляции.