A thousand times

James Blunt — No Bravery       Этот день Барри пытался отложить. Он был не готов потерять Кейси, никогда всё шло стабильно. «Альтернативные реальности разрушаются» и эта новость оглушила его. И Эобард Тоун, который, как оказывается всё время был жив. Но обо всём по порядку…       Барри замирает, когда слышит утверждение, что он Парагон Любви. Он? Теряющий свою любимую в тысяче миров? Карма та ещё сука…

***

      Никогда не знаешь сколько ты проживешь в своем мире. Я любила вселенную в которой повстречала Томми, ровно до одного момента, пока наш мир не изменился до неузнаваемости. Пришлось выживать и Томас помогал, оберегал и в последний миг отправил в безопасный, по его мнению, альтернативный мир. Опасности поджидали, но я не боялась повстречать их. Добрая Кейтлин оставалась по прежнему моей подругой, Барри сначала казался загадочным, но возможно коленки тряслись не от страха, так внезапно мы влюбились и полюбили друг друга. Циско стал учителем в этом мире, как и Рамон из моего мира, он оберегал и защищал.       Для меня стало открытием, что в этой вселенной мой двойник был любимой для Барри Аллена. Первое время казалось, что я поступаю неправильно, открываю старые раны и оказываясь рядом с ним, ощущала, как всё сильнее влюбляюсь в него!       И поверьте — эта любовь была необходима. Он забывал о Кас, я о Томми. Но призраки прошлого подкрадывались к нам. Сперва вернулся Томас. Йен, как и прежде защищал. Глупый Томми! Он и не знал насколько опасен Савитар. Потеря голоса, возвращение, как я ещё не поседела к своим двадцати пяти? Наверное, мои нервы стали поистине чугунными.       Со временем в привычку стало записывать жизнь в дневник. Я думаю, что когда-нибудь Амелия или Генри найдут эти записи и поймут, насколько важна жизнь и почему стоит ценить, каждый прожитый миг.       Захлопнув потертый дневник, взгляд устремился к детской. Генри и Эми всё ещё не спали, это подтвердилось и тем, что за дверью раздавался тихий шум от телевизора. Улыбнувшись, я обернулась и стакан с вином стал падать на белоснежный ковер. Не понаслышке зная, какие ужасные вещи тратил Тоун, моё сердце сжалось. Не пущу, не пройдет к нашим детям! Заметив ярость в моих глазах, Эобард прикоснулся к моим плечам и в следующий момент всё сменилось крышей. Однажды Барри рассказывал о похожем кошмаре. Боже, пусть он не придет. — Думаешь, он успеет? — Надеюсь, что нет, — позади была пропасть. Я пошатнулась. — Нет, он должен увидеть! Ярость придает больше сил. Беги, Барри, беги.       Кто же знал, что это последняя фраза, которую я услышала. Был и яростный крик Барри. Он бежал по соседнему зданию, наши взгляды столкнулись на пару секунд. Он не успел.       Говорю же, никогда не знаешь, сколько…

***

      Жизнь до, жизнь после. Какой в ней толк, если все близкие появится через множество лет? Радовало то, что родители уже поджидали. А Элли! Моя милая сестра расплакалась, так живо утыкаясь носом в мое прохладное плечо. И сразу же тело пробила дрожь. — Генри и Эми… — Милая, вы встретитесь. Ты можешь видеть их, — сказала моя мама, проводя по земле рукой.       И правда. Они в порядке и целы. С в горе убитым отцом. Горевали многие: Томми, Джордж, мой отец собирался отдать ему дань уважения. Как странно, как бы я не пыталась найти Кассандру, её здесь не найти. Неожиданная догадка заставила усомниться в появлении Барри. Аллен всё же взял себя в руки и достойно воспитывал взрослеющих малышей. Генри оставался безумно похож на него, но как и тогда, муж любил повторять, что у нашего сына моя улыбка. Я с грустью наблюдала, как он временами засматривается в зеркало. Он искал не там. Да и следить всё время не удавалось, здесь близкие ждали меня долго.       Время здесь мчалось чуть быстрее. И в один момент мы встретились. Вместо заката солнце засветило ярче и пришлось прикрыть глаза. — Привет, Кейси. — С возвращением, Бар.