stupefiant

В комнате стояла тишина. Стояла тишина, стояли на полках книги, пустой стакан из-под кофе и деревянный стул тоже стояли. В этой чертовой комнате стояло все. А я падал.

***

Забрав со стола школьника все предоставленные ему недорого вещества, он кладет на их место деньги, и протягивает Чимину банку энергетика. — Как твой желудок? Тебе ведь можно уже такое пить? — Не волнуйся, хуже не будет, — младший принимает из его рук банку и отпивает немного, сидя на своей кровати, которая находилась у стены, в самом уголочке. — Как дела с продажей? Решил уже, куда деньги потратишь? — Как дела с поставками твоего отца? — он игнорирует его слова и запрыгивает на подоконник его комнаты, отодвигая мягкие игрушки. Он закуривает очередную тонкую сигарету и прячет пачку в карман. — Сам знаешь, он в последнее время мало привозит, а мне еще приходится забирать так, чтобы он не заметил. — Когда вернется обратно в Корею? — Написал в смс с неизвестного номера, что задержится еще на неделю. — Плохи дела, — Чон хмурит брови, вдыхает дым и осматривает пустую улицу вечернего города. — Я могу у тебя пожить пару дней? Мне срочно нужны деньги, а если я заплачу за квартиру, то нужной суммы не хватит. — Сам знаешь ответ. Чонгук удивительный парень. У него приличная богатая семья, всегда есть крыша над головой, место, где его всегда ждут, но он почему то выбирает совсем не тех людей, приходит совсем не туда, и снимает тесную комнату у какой-то старушки за малые деньги. Лишь бы не с отцом. Они обычно не говорили ни о чем важном, когда оставались одни в его комнате. Чонгук предпочитал вообще не разговаривать. Чимин сидел весь такой нелепый рядом, держа своими маленькими пальчиками джойстик, играя в очередную игру на приставке, и думал лишь о том, что улыбкой Чона, когда он побеждает, можно вскрывать вены или лечить самые холодные стужи. Рыжеволосый даже не слушал, что именно тот кричал, но этот момент, когда у него горели глаза, и он был таким счастливым. Вот что важно. Их проблема была в том, что в глазах младшего важным был только Гук. А в глазах Гука скрывалась нераскрытая важность. Важность, которая спрятана за толстым слоем молчания и пофигизма. Вечером они садились у окна, ели роллы и Чимин рассказывал ему, как проходят его дни в школе, как бы он мечтал однажды завести себе собаку, и как бы он хотел полюбить. Чонгук усмехается его рассказам, махал головой в знак согласия и слегка улыбался, смотря тому в глаза. — Иногда мне кажется, что кроме тебя на свете больше нет людей, которые могли бы меня понять так же, как ты понимаешь меня. — Тебе стоит чаще смотреть на небо. Звезды дадут тебе советы куда более значимые, чем я. Чонгук встает с пола, кладет свою тарелку на стол Пака и отдаляется в душ, а Чимин продолжал сидеть на полу, смотря тому вслед, шепча о том, что тут не советы важны, а важно то, кто их дает. Они спали в одной кровати, всегда держались за руки, только вот в счастливое будущее верил только один из них.

***

На утро Чонгук всегда исчезал из этого дома; заправлял постель рядом с младшим так, будто бы он никогда и не приходил. В первые разы это очень пугало школьника. Сейчас же он точно знает, что тот вернется под вечер. Весь день Чимин проводил в своей комнате, рисовал свою любовь, играл в игры и готовил есть. Но правда такова, что он это все делал, чтобы время шло быстрее, потому что, признаваясь самому себе, он всю жизнь жил в ожидании. В ожидании Чон Чонгука. «мне бы хотелось, чтобы ты знал: до того, как мы встретились, я шел по жизни без цели, без смысла. теперь я знаю, что с самого первого шага, с тех пор, как научился ходить, я всегда шел к тебе.» У Чонгука сегодня занятия, а он их, как по своему собственному расписанию пропускает, обещая отцу по телефону, что обязательно заглянет в университет на следующей неделе. Чонгук был тем — кто исчезал так, что другие не замечали. Ты просто просыпаешься однажды и не застаешь его в своей кровати, а потом он объявляется через неделю и, как ни в чем не бывало спрашивает «что на ужин?». Никто не знал, зачем ему весь этот бизнес с наркотиками, и когда настал тот переломный момент, что ему понадобились деньги. Всем просто не обязательно это знать. Так получилось, что два года назад, придя с учебы, он обнаружил мать в луже крови. Ничего страшного не случилось; у нее просто пошла из носа кровь. Чонгук тогда сам с землей сровнялся, он ни за кого еще так не боялся, как за нее. У нее обнаружили лейкемию (рак крови). Отец ухаживал за ней три месяца, а потом стал приходить все реже и реже. Брюнет просто не мог спокойной жить вместе с ним в одном доме, зная, что он променял мать на молоденькую девицу. Чон старший отказывался выделять деньги на лекарства своей жене, оправдываясь тем, что она все равно их скоро покинет и, что это пустая трата времени. С этого момента Чонгук повстречал Чимина, который предложил ему такой бизнес. Старший иногда не спал ночами, поставляя очередную дозу бомжам, получая за это неплохие деньги, которые он потом складывал, потихоньку оплачивая для матери лекарства. Он знал, что они дешевые препараты никак ей не помогут, но они точно дадут ей шанс продержаться в этом мире подольше. По пути к дому Чимина он напивается дешевым Соджу и заваливается к младшему в жопу пьяным, засыпая на полу в прихожей. Пак тоже задается вопросом, когда случился тот переломный момент, что Чонгук сейчас лежит у него на полу и плачет. Завтра утром будет все в порядке, они выпьют кофе, Чон примет душ, покурит и никогда не скажет о том, что врачи дали его матери неделю на жизнь. «знаешь, говорят в жизни либо ты, либо тебя. в нашем случае ты меня самым искусным способом.»