Что ты будешь делать дальше?

Ким выносил Гука на своих руках, приобнимая. Он старался согреть омегу, так как Чонгуку нельзя простужаться, он не хотел, чтобы этот комочек нежностей болел. Подул холодный ветер и Тэхену пришлось сильнее закутать Чона в свою куртку, но долго мерзнуть не пришлось, потому что альфа быстро дошел до машины. Господин Ким очень аккуратно уложил Чонгука, натягивая теплую курточку. " Одной курткой я его не согрею." — подумал Тэ. — Мон Ю, будь добр, включи подогрев сидений и закрой окно с левой стороны. — проговорил Ким и посмотрел строго на своего водителя. Путь был недолгим, малыш Чонгуки проснулся, но он боялся открыть глаза, поэтому лучше притвориться. Он ведь очень боялся за жизнь своего еще не родившегося крохи. Но вдруг он почувствовал прикосновение к его голове. Сначала Гуки очень испугался, но Тэ просто переложил его голову к себе на колени, слегка перебирая прядки волос. Это были осторожные поглаживания, а не жесткие рывки и оттягивания за локоны. Гуку было так приятно, что он не осознанно начал подставлять голову по ласки, но глаз по-прежнему не открывал и старался дышать ровно, чтобы не выдать себя. Вот они уже и подъехали к особняку, Ким Тэхен потеплее завернул омегу, попросил водителя открыть двери в дом. Он решил унести Чона к себе в комнату, так как по мнению Кима ему будет там спокойнее. Пройдя в комнату, хозяин развернул Чонгу и уложил на кровать, сверху накрывая омежку пледом. Господин решил приготовить омеге чай. Но пока он готовил напиток, осознал, что Гуки ничего сегодня не кушал, а голодать беременному омеге — очень опасно, так как организм истощится. " Зачем я это делаю, кто он такой, чтобы я — сам Ким Тэхен заботился о такой омежке?"— рассуждал Тэхен пока, готовил курочку и рис, решая дополнить обед, вкусным салатом из овощей. Закончив приготовления он поднялся в комнату и увидел, что Чон уже в сознание, омега смотрит по сторонам не узнавая помещение, он быстро вскакивает с кровати и мечется по комнате. Тэхену стало, как-то смешно, ведь он не ожидал, такую реакцию на новую обстановку. Поэтому решил прояснить ситуацию. — И что ты носишься, как ненормальный? Сел на кровать, дома ты у меня, только в моей комнате. Успокойся и садись есть, а то твой урод сдохнет! — гневался господин. — Пожалуйста господин, не называйте его так, он же и ваш. — тихо пробормотал Чон. Сейчас он был сильно эмоционален, поэтому слезки потекли по щекам. Гука хотел плакать, аппетит пропал, хоть он и не кушал сегодня. — Нет дорогуша, это только твоя проблема. И ты вообще должен сказать мне спасибо, что это ничтожество еще в твоем животе.— говорил Ким, он словно плевался ядом, пытаясь зацепить Чонгуки. — Спасибо господин Ким, спасибо вам, спасибо, большое спасибо. — говорил омега, Чон стоял на коленях перед Кимом и очень низко кланялся, повторяя фразу словно в бреду. Ким заметил, что нужно это прекращать, так как омега носит под сердцем ребенка, а выкидыши ему из-за черезмерной эмоциональности не нужны. — Так, все успокойся, пойдем покушаешь и ляжешь обратно, хватит мне пол протирать собой. Думай о нем, так ты ему можешь навредить. Вставай, пошли кушать. — прговаривал Ким, подходя к омеге и поднимая Чогука с пола. Омегу еле удалось успокоить, хозяину даже пришлось заваривать чай с ромашкой и накапать успокоительного малышу, сильно уязвим сейчас Чон. После того, как Гук выпил лекарство и чай Ким его немного накормил, так как Чонгука чувствовал себя неочень и уложил его к себе в кровать, тепло укрывая, он захотел почитать ему книгу. Медленные, спокойные звуки усыпили Гука и он спокойно уснул, обнимая плюшевого кролика голубой раскраски, которого Ким положил Гуку. Так малышу было спокойно и комфортно, сейчас нужно лишний раз его не беспокоить, ведь очень сложно остановить его истерику, поэтому нужно заботится и хорошо следить за Гуком. Последний раз Ким Тэ глянул на мальчика, нежно спрятал прядь Чона за ушком и удалился из комнаты, чтобы не нарушать умиротворенную атмосферу.