неожиданный закадр

      — снято! можете немного отдохнуть! – кричит стафф уставшим парням.       группа громко благодарит работников съёмочной площадки, а после все уходят по своим делам. чонгук, сидящий за столом, медленно поедает холодное мороженое, наблюдая за своими хёнами: намджун и сокджин о чём-то разговаривают со стаффом, юнги отполз подальше от множества камер и уткнулся в телефон, хосок с тэхеном ушли в примерочную комнату, ссылаясь на усталость от большого скопления людей. чонгук хмурит брови, поправляя рукава тёмно-серого ханбока, и вертит головой в разные стороны, не замечая в зале самого любимого хёна – чимина.       — юнги-хён! – старший поднимает на него вопросительный взгляд. – где чимин-хён?       мин кивает в сторону, после чего снова утыкается в телефон, не обращая ни на кого внимание. чонгук, убирая с глаз отросшую чёлку, поворачивает голову, смотря в самый дальний угол. на самом краю ковра, подложив под голову мягкую игрушку и руку, лежит чимин, вытянув ноги.       чонгук всё ещё держит в руке баночку с мороженым, которое уже достаточно согрелось. брюнет обводит взглядом спящего хёна; цветастые штаны чуть полнят его бёдра, белая водолазка немного задралась, открывая пару миллиметров нежной кожи на пояснице. дальше чонгук тяжело сглатывает, ставя баночку мороженого на стол.       пухлые губы чимина – кинк чонгука.       хён тихо причмокивает влажными губами во сне, иногда проводя по верхней кончиком языка. чонгука завис. он оглядывается назад, замечая, что стафф с намджуном и сокджином куда-то ушли, только юнги всё так же продолжал сидеть у стенки, залипая в телефон. а тот словно чувствует тяжёлый чонов взгляд на себе. отрываясь от гаджета, юнги вопросительно выгибает бровь. гук кивком головы указывает на спящего чимина, а после видит, как мин показушно закатывает глаза. но из зала всё же выходит.       чонгук отчётливо чувствует яркое возбуждение внизу живота. парень переводит взгляд на десяток камер, на которых сбоку от объектива мигает красная лампочка, оповещая, что запись продолжается.       плевать. его это не остановит. чон на четвереньках преодолевает расстояние от стола до спящего хёна. он смотрит на умиротворённое лицо старшего, его чуть нахмуренные брови и влажные губы.       блять, чонгук прямо сейчас постучал бы по ним своим членом.       но вместо этого аккуратно прикасается костяшками пальцев к чужой щеке, поглаживая тёплую кожу. чимин тяжело вздыхает, дёргая носом, словно крольчонок. младший опускается ниже, цепляя указательным пальцем подбородок, а большим проводит по нижней губе. хён хмурится сильнее, облизывая случайно кончик пальца тонсена.       у чонгука в голове что-то щёлкает, а в штанах член дёргается.       он второй рукой обхватывает свою плоть, сдавливая толстый ствол рядом с головкой. к счастью, чонгук стоит спиной к камерам и частично закрывает собой обзор на чимина, не позволяя после всего чужим глазам увидеть их. младший проталкивает палец в приоткрытый рот пака, а тот обхватывает его губами, начиная легко посасывать.       — хён, ты не спишь?       но в ответ тишина. чонгук наклоняется ниже, утыкаясь носом в открытую шею, и вдыхает запах любимого одеколона. левой рукой продолжает двигать по члену через одежду, представляя на собственной плоти пухлые губы любимого хёна.       сзади слышатся голоса, только чонгуку глубоко плевать. он на все сто уверен, что ближайшие пятнадцать минут сюда никто не вернётся. стафф скорее всего сейчас ужинает, а мемберы отдыхают в другой комнате.       донсен представляет, как после съёмок они вместе с чимином и хосоком поедут домой. к счастью, на разные этажи. и уже в собственной квартире они соберут каждую поверхность, каждый угол. то, как чонгук будет сжимать худые бёдра пака пальцами, целовать его грудь и ласкать членом чужую простату, выбивая из лёгких чимина хрипы и стоны. в коридоре, гостиной, ванной, спальне, даже на балконе – не важно где, но хён будет стонать громко, несдержанно, с наслаждением. в квартире будет витать запах похоти, разврата и секса.       — блять, хён, почему ты так- ой...       чонгук поворачивает голову назад, замечая в углу таймер с обратным отсчетом, где на табло вырисовывается ровно тринадцать минут. младший вынимает мокрый палец изо рта пака, проводя им дорожку от нижней губы до выпирающего кадыка. хочется поставить яркий засос прямо на косточке. хочется. но нельзя.       пальцами он пережимает основание члена, когда чувствует скорую разрядку. тепло стремительно разливается по низу живота, завязываясь огромным узлом.       он смотрит на мирно спящего старшего, который продолжает облизывать свои блядские губы. будто провоцирует гука. будто и не спит вовсе.       чонгук глубоко вздыхает. брюнет укладывается позади хёна, умещая свою голову рядом на подушке. рукой он обнимает чужую тонкую талию, укладывая ладонь на ровно вздымающийся от дыхания живот.       почему-то резко становится неловко, стыдно и грязно. но затем взгляд снова падает на отсчитывающий таймер.       осталось десять минут.       тонсен двигается бёдрами к выпяченной пятой точке чимина, вжимаясь своим пахом в его ягодицы. член умещается ровно между половинок. и чонгук понимает, что чимин для него – идеальный во всём.       — мх, – чон целует чувствительное местечко за ушком хёна, из-за чего второй начинает просыпаться. – мхм. гук-и?       — да, хён?       — я не заметил, что ты лежишь сзади.       чонгук улыбается, цепляя зубами мочку уха. он чувствует, как чимин в его руках замирает.       — я только лёг.       — м? что- что ты делаешь?       старший чувствует слабый толчок, и как в ягодицы упирается внушительного размера член тонсена. пак, кажется, просыпается окончательно. он хочет повернуться, но жилистая рука чона крепко удерживает его на месте.       — не двигайся.       чонгук обхватывает чужую талию, делая ещё один толчок.       — ох!       у чимина, кажется, адреналин зашкаливает. потому что чувствует, как у самого в штанах тесно стало, а головка прямо идеально упирается в середину цветочка. чонгук легонько прикусывает зубами загривок, продолжая толкаться.       — такой потрясающий, – шепчет он покрасневшему хёну на ушко чуть позже. – мой любимый хён.       — ты с ума сошел? зачем ты себя так ведёшь?       чонгук вторую руку проталкивает старшему под голову, сгибает в локте и пальцами проводит по нижней губе.       — ты безбожно по-блядски чмокал губами, – младший левой рукой спускается вниз по чужому животу, тут же обхватывая стоящий колом член пака. – стой... ахх, чимини-хён.       старший приоткрывает рот, впуская два пальца чонгука. облизывает каждую фалангу так, как облизывал его же член прошлой ночью. пока гук толкается членом в его ягодицы, то чимин сосёт умело. и младший в миллиардный раз убеждается, что его хён – это лучшее, что случалось с ним в этой жизни.       пак мелко подрагивает в руках чона, тихо стонет и глаза закатывает от удовольствия. чонгуковы пальцы проходятся по всей длине члена. и совсем неожиданно становится, когда эти пальцы ловко проскальзывают под одежду, сжимая влажную от смазки головку.       — чонгук... камеры же! – тихо шепчет старший, когда пальцы из его рта исчезают.       — мх. ещё немного, хён, – тонсен сильнее толкается бёдрами, иногда вжимаясь пахом в ягодицы. – ты сделаешь- мхм!- это со мной?       рука в штанах чимина начинает активно двигаться по члену, пальцами обводя головку и иногда проникая в уретру.       — ты реально сумасшедший!       старший сам начинает подмахивать бёдрами навстречу чонгуку. он слышит, как от смазки его член начал хлюпать в ладони тонсена. в груди собирается ужасное чувство стыда перед стаффом, которые позже будут монтировать закадровый выпуск.       чимин чувствует приближающийся оргазм. губы чонгука обрушиваются на его шею, целуя нежную кожу и оставляя розоватые следы, которые через несколько секунд исчезают. крепкий узел заворачивается внизу живота, привычной тяжестью скапливаясь в мошонке.       — хён? – на ухо стонет чонгук, пальцами сжимая нижнюю губу пака.       — д-да, гук-а. о, чёрт. прямо сейчас, чонгук-и, – выстанывает чимин, чувствуя, что в эту секунду он готов кончить. – давай, мой хороший. кончай, малыш.       чонгук сдавливает головку чужого члена, бёдрами вжимаясь в ягодицы старшего. по нижнему белью неприятно разливается горячая сперма, толстыми струйками выплёскиваясь из уретры. чимин стонет, откидывая голову назад. младший устало улыбается, собирая пальцами семя хёна.       когда пак расслабляется, чонгук вытаскивает запачканную руку из цветастых штанов. капли семени стекают по пальцам, так и норовясь упасть на дорогой ковёр.       — я принесу тебе салфетки, – чимин хочет встать, но гук одним только взглядом останавливает его.       он смотрит на белёсые капли на своих пальцах, а затем, словно в замедленной съёмке специально для хёна, облизывает сначала указательный палец, громко причмокивая. чонгук смотрит прямо в глаза чимину, а второй смотрит на то, как младший слизывает его сперму со своей руки. и ещё облизывается, как кот.       — у меня снова чуть не встал, – охрипшим голосом произносит старший. он опускает взгляд вниз, замечая большое пятно на паху чона. – о, это надо высушить.       — это мороженое, хён.       — м?       — я ел мороженое, – тонсен кивком головы указывает на стоящую баночку мороженого.       — но ведь, камеры...       чонгук ничего не отвечает. подмигивает только, и уходит к столу, принимаясь доедать своё мороженое. в зал постепенно возвращаются мемберы и стафф, ведь съёмки ещё не закончились. а чимин себе мысленно обещает, что проучит своего тонсена вечером, когда они вернутся в их квартиру.