Какао с зефиром и письма - наши воспоминания

      Два плаща, разного цвета, развивались на ветру. Солнце уже садилось, и в небе стали появляться первые звёзды. Трава на обрыве то шелестела, то замолкала, давая возможность ночным насекомым исполнять свои арии.       Молчание, которые раньше служило спасением, для одного из них постепенно перерастало в муку. Он хотел заговорить, хотел в чем-то уверить собеседника, чтобы тот не молчал больше. - Скоро станет совсем холодно. Я больше не видел стай перелетных птиц, - заговорил собеседник в сером плаще, местами перепачканом краской и сажей. - Обычно в это время еще летят некоторые водоплавающие, но в этом году все иначе, - он снова затих. - Ты только недавно встал с кровати, а мы стоим тут уже пол часа. Ветер усиливается.. Это не пойдет тебе на пользу, - голос у темно-синего, почти черного плаща слегка першил из-за долгого молчания. Но он был прав, опасно поздней осенью долго находится близко к морю. - Надо же, я давно не слышал заботливых ноток в твоей басистой речи, - парень криво усмехнулся, в уголках его глаз появились страдальческие морщинки. - Блу всегда нравился твой голос, когда ты читал вслух мои письма он, наверняка, таял от удовольствия. - Он не знает даже о тех клочках, на которых углем начерчены цифры, - почти прорычал собеседник в ответ, подойдя со спины вплотную. - А что сказал Дрим?       Он почти пожалел об этих словах. На бледном лице отразились все темные чувства, какие есть на свете, но ни одно не могло в полной мере сказать, соврёт ли их обладатель сейчас или скажет правду. - Дрим не знает даже о сладком клубничном зефире и горячем какао на ужин, - и он посмотрел прямо в красно-белые глаза. Сколько желания и отваги было в его взгляде! Зрачки замигали словно в диком танце красок и буйствовали ещё с минуту, не прекращая мерцать разными цветами. Ответный внимательный взор будто бы старался запомнить это зрелище, смотрел так же пристально, так же страстно и с тем же вызовом. Это была их любимая игра, переросшая в настоящую борьбу. - Завтра.. ты уедешь. Надолго? - парень в белом отвел взгляд. В этом не было его вины - если бы он продолжил, сотворил бы непоправимое. Его собеседник был немного благодарен ему за это. - Сначала я хотел исчезнуть навсегда, - сердце в бледном теле пропустило удар, - но мое присутствие здесь полезно для твоего здоровья.       Серый плащ снова посмотрел в разного размера глаза и искренне улыбнулся. - Самовлюблённый эгоист. Ничего не изменилось, - он продолжал улыбаться, принося неописуемую радость напарнику. - Мы очень похожи, Инк, - скалясь от удовольствия сказал он. - Пойдем, иначе Саенс будет снова будет читать нотации. - Знаешь, Эррор, меня ведь ничего здесь не держит. Море, которое я раньше намеревался переплыть, стало похоже на бесконечный путь. Путь, что мне не по силам. Зачем же я стою здесь, если больше ничего не могу? Да, ты спас меня, но я уже был обречён на бессмысленное существование. Наши с тобой эгоистичные желания никто бы не одобрил. - С каких пор ты стал думать о чужом мнении? Или у тебя до сих пор не прошел бред? Неужели ты думаешь, что я настолько бесчестен, что забуду о своих словах?       Инк круто повернулся, в его глазах застыли слезы. Он хотел о чем-то закричать, но зашёлся кашлем и почти рухнул на пожухлую траву, если бы сильные руки не подхватили его лёгкое тело. - Теперь точно пора уходить. - Не смей даже думать так, паршивец! - прохрипел Инк. - Ты обещал остаться, но бросил всё, не сказав ни слова, уехал. Почему я узнал о твоей смерти от Блу?! Я полез в петлю, а ты явился на по-.. - он поднял взгляд и, увидев полные отчаянья глаза, оборвал свой монолог на полуслове. - Найтмер не оставил мне выбора. Его желание управлять моей компанией после нашего договора возросло до небес. Он прознал о нашей связи и стал угрожать мне тобой, - Эррор говорил медленно, при этом все его естество выражало презрение и ненависть к «темному братцу». Потом резко замолчал, будто переводя дух после сказанного. - Когда.. это произошло? - тихо по слогам спросил Инк. - Ты был ещё здоров, - «Пять месяцев назад» про себя перевел спросивший. - Найтмер приказал мне следовать только за ним, придумал этот злосчастный план.Он даже гроб умудрился заказать. - Эррор сказал это с ухмылкой, но опустил взгляд, шумно сглатывая. - Ты не видел Киллера позади себя, а я знал, что он пристально наблюдает за тобой, готовый в любой момент исполнить приказ своего любимого босса..       Инк смотрел на него с широко раскрытыми глазами, зрачки которых изображали песочные часы и восклицательный знак. Да, перед исчезновением Эррора он чувствовал что что-то не так: его друг стал подозрительнее и дёргался от любого шороха, порой перед ним мелькали черные тени. Но уже тогда ему нездоровилось, и он списывал это все на горячку. «Значит, вот оно как..» - подумал Инк и зашелся страшным кашлем, постепенно начиная опускаться ниже, ибо остатки сил стремительно уходили на кашель. Вновь был подхвачен и прижат к телу еще сильнее, Из-за чего стало тружно шевелиться. Чувство полной безопасности расплылось по слабому телу, и оно было расслабилось, но тут же серьезно посмотрелт в зрачки разного размера. - Я не хотел тебя оставлять, не хотел врать.. - Эррор передёрнул плечами, его голос задрожал. Смотреть в глаза стало стыдно. - Но.. тогда это казалось правильным решением, - Он вскинул голову и посмотрел на проплывающее мимо облако причудливой формы. Потом посмотрел на Инка. - Когда наши с ним отношения пережили пик накала, и он стал более менее мне доверять, я решил, что пора его игре закончится. У меня есть бесстрашный знакомый, он и убил Найтмера, - не было конца удивлению бледного парня. Левый зрачок, ранее бывший песочными часами, превратился в белый нолик. - Киллер, Хорор и Даст узнали о его смерти лишь на третий день, когда я уже был здесь. - Вот почему я давно не видел Дрима.. - осенило Инка, зрачки замигали. - Он тоже знает о смерти брата, как-то почувствовал. Они же близнецы, и почти всегда были вместе..       Солнце практически скрылось за морем, его блики больше не отражались в холодной воде. Мимо парней проплывали редкие облака. Вновь наступила давящая тишина. - Они же так просто нас не оставят, верно? - бледные черты лица исказил страх. Нервная ухмылка оголила маленький клычок среди его белоснежных братьев. Он поднял взгляд. - Найтмер представлялся мне влиятельным и самоуверенный, и я не представляю его кончину таковой, какая она осуществилась.. - пальцы больного коснулись шарфа, очертили непонятную фигуру и сжали жëсткую ткань. Ее владелец не мог подобрать нужных слов, чтобы описать весь тот спектр отрицательных эмоций, которые рвали его слабое нутро, зато его зрачки в достаточной мере восполняли повисшую паузу. - Так же, как это бывает с теми, кто получил почти неограниченную власть и большие деньги, он ослеп и ослабил бдительность, и это его погубило, - Эррор помог дорогому существу принять более устойчивое положение и трепетно аккуратно приобнял, чтобы тот ненароком не осел на холодную землю, но и из-за незабытых чувств восторга и сильнейшей привязанности. - Набирая новых телохранителей, не взамен, а в помощь предыдущим, Найтмер взял и Кросса. Втереться в его доверие, заставив сделать самым важным и значимым среди других наемников - мой знакомый отличался терпением и пунктуальностью, - синий плащ перевел взгляд на Инка и тепло улыбнулся его сосредоточенному лицу. - Когда никто не ждал трагедии, свершилось убийство. Я бежал сражу после того, как Кросс прише ко мне с окровавленным ножом и сказал: «Конец».       Ветер стих и почтительно позволил им наконец прояснить темные моменты их истории. Помолчав, Инк попытался сделать шаг в направлении его дома: - Я слабею. Если не пойдем сейчас, тебе придется меня нести, - невозмутимо произнес он. - Побереги силы, - серый плащ был ловко взят на руки. Сначала он хотел возмутиться, но слегка поерзав, прислушавшись к равномеренномц стуку сердца Эррора и почувствовав такой родной запах какао и тепло, совсем расслабиося. Носитель о чем-то вспомнил. - Ты обещал нарисовать мой портрет, помнишь? На фоне моря и корабль, - последние лучи солнца озарили лукавую ухмылку синего плаща. - А ты связать мне новый шарф, - ответ не заставтл себя ждать, - старый теперь похож на неудавшуюся картину. - Свяжу, - Эррор мазнул губами по бледному лбу. В глазах обоих заиграло померклое обстоятельствами, но ничем не потушенное, пламя любви. - И больше никогда тебя не оставлю.       С обрыва спускалась большая безформенная тень. Ветер радостно трепал кроны деревьев и одежду тени, пробирая Инка до костей и заставляя сильнее жаться к сильной груди. Руки Эррора обнимали в ответ, стараясь немного сокрыть относительно маленькое исхудавшее тело от коварного и надоедливого бриза.