Unapproachable

Шагая по темным коридорам, Кенсу возвращался в гостиную факультета после вечерних занятий по зельеварению, медленно переходя с одного длинного коридора в другой. Многие уже могли спать, ведь до всегда возвращался после отбоя в комнату. Сейчас иначе - он вообще не хочет возвращаться в холодную общажную комнату с одинокой кроватью, спрятанной за прозрачной ширмой. Перебирая ногами по ледяной каменной лестнице, слизеринец ощутил бодрый ветерок в лицо, что дул с открытых проемов в виде окон. На дворе стояла ночь, и только звезды с луной давали свет, побеждая мрак. Холодный проливной дождь лил на улице, топя в грязной воде тропинки для учащихся. Вдали виднелись ворота, которые были плотно закрыты сильной магией, избушка хагрида, из трубы которой, как обычно, валил дым клубами, и темные ели, одиноко стоящие на холмах. Люмос не хотелось применять от слова совсем, поэтому, достав сигарету из секретного карманчика мантии, который он пришил однажды ночью, зажал папиросу меж пухлых губ, легким огоньком поджигая. Едкий дым забился в горло и легкие, даря мазохистическое успокоение парню, когда тот расслабленно опустился на одну из ступенек, выпуская дым, что уходил вверх, растворяясь в тумане. - И давно тут убрали табличку "не курить"? - раздался грубый голос за спиной у Кенсу, когда тот даже не дернулся. - И давно ты стал открывать рот шире, чем нужно? - грубо ответив, До снова выпустил пар, закинув голову назад. - А ты остер на свой маленький язычок, До, - рядом с Кенсу опустился шестикурсник с пуффендуя, протягивая руку. - Чего тебе? - отталкивая его, младший лишь хмыкнул, отворачиваясь от Чанеля. Старший молча принял отказ парня, на минуту подозрительно притих, так что До смог спокойно выдохнуть, расслабив свои нервы. ... - ... охренел? - тишину пронзает рык слизеринца, который разозлен наглостью лопоухого и отобранной сигаретой, которая теперь была сейчас зажата меж губ пуффендуйца, выпускающего едкий дым в атмосферу. - Тебя делиться родители не учили? - ухмыляется старший, передав сигарету ошеломленному Кенсу. - С такими, как ты - нет. Чанель решил не отвечать, расслабленно прикрыв глаза, и облокотив голову на каменную стену. - Ты чего тут забыл-то? - поднялся слизеринец и подошел к окну, окинув взглядом улицу. Все еще шел противный дождь, дул ветер, и на миг младшему захотелось укутаться в теплый плед, теплые объятья и нежные слова на ушко, что было вообще не свойственно его натуре и стилю. - Ты чего притих там? - только сейчас Чанель приоткрыл глаза и не нашел рядом с собой младшего. - Чтобы ты спросил, - огрызнулся Кенсу и решил уже уйти подальше от этого надоедливого. Проходя мимо Чанеля, слизеринец напоследок кинул на него грозный взгляд, но не успел и на ступеньку шагнуть, как его остановили за руку, поворачивая к себе. - Ты куда? - Подальше от твоей надоедливой рожи, - и, вырвав руку, скрылся на лестничном пролете. ... - Это мы еще посмотрим... - усмехнулся Чанель в пустоту.

***

Проснувшись в холодный и пасмурный день, Кенсу потер глаза и пару раз моргнул, фокусируя расплывчатый взгляд после сна. Нащупав очки на прикроватной тумбочке, натянул их и ступил на холодный пол босыми ногами, направляясь в ванную. Он опять проспал первый урок. Это говорила неестественно пустая комната, что обычно заполнена снующими в разные стороны учениками, пока те собирают свои сумки, и толпы у душевой. Сейчас же было совершенно пусто. Это слизеринцу и было на руку. Приняв душ, До заглянул в комнату, где располагался Бэкхен, и, не найдя парня взглядом, понял, что и на второй урок тоже опоздал, ибо Бэкхен успевал вставать ко второму. А ведь сегодня искусство от темных сил, и профессор Снегг точно оторвет ему яйца. Придется снова засиживаться допоздна с палочкой в зубах. ... Поднявшись на астрономическую башню и проверив ее на наличие живых душ, Кенсу подошел к окну и вытащил одну руку за пределы, придавая ее грязным каплям холодного дождя. Прикурив сигарету, До прикрыл глаза и снова спокойно выдохнул. Сигареты его успокаивали, очищали голову от гнойных мыслей и запускали воздух в ее просторы. - Ты только на него посмотри, - раздался звук со спины, и от испуга До выронил свою сигарету вниз. - Блять... - Не хорошо ругаться, - с ухмылкой на пухлых губах подошел Чанель, опираясь на железную раму окна. - Че забыл тут? - огрызаясь, Кенсу снова достает сигарету и прикуривает. - Я это у тебя хотел спросить. прогуливаешь зельеварение? А если я пожалуюсь? - На здоровье! - психанул Кенсу и грозно зыркнул на старшекурсника, - что ты, мать твою, тут забыл?! - Наверное, то же, что и ты... свободу, - сделав свой взгляд простым, без капельки сарказма, пуффендуец посмотрел вдаль, забываясь в тумане, что опустился на школьный городок. Кенсу не ответил, докурив сигарету, выбросил окурок за пределы замка и, глянув на часы, подобрал книги. Собрался уже уходить, как его остановили за краешек мантии, развернув к себе. - Подожди, - осипшим голосом, совсем близко, так, что слизеринец почувствовал одеколон и теплое дыхание парня, Чанель притянул Кенсу к себе, легким движением руки приподняв лицо младшего. И, чуть нагнувшись, коснулся своими губами мягких губ До, прикрыв глаза. Как же Чанель мечтал об этом моменте, прокручивая его до дыр в своей голове так, что, если бы он был куском ткани, то уже весь потертый и в дырках, которые нельзя зашить. - Совсем охренел? - ударив мощным кулаком в скулу старшего, Кенсу отошел назад, смотря в упор на замершего Чанеля, державшегося за место удара. - Нет уж, это ты страх потерял, мелкий, - и, закатав рукава, пошел на парня, целясь прямо в нос. Отбросив палочки и все ненужные вещи, они начала избивать друг друга, не жалея ни сантиметра кожи. Били так, чтобы боль пронзала, мутя рассудок. Кенсу не растерялся, уворачивался от ударов как мог, отвечал, ставил защиту, но против высокой шпалы не попрешь. Чтобы не ударить лицом в грязь, уже практически выдохшись, Кенсу хватает пуффендуйца за голову, ударяя ее своей. И оба уходят в отключку.

***

Пытаясь открыть глаза, Кенсу смог нормально смотреть только левым, а правый заплыл в синяке, приподнялся на кровати. Голову пронзила страшная боль, и она была замотана. Возле кровати сидел Бэкхен, который сразу же подскочил, увидев проснувшегося парня, и побежал за мадам Помфри. Снова прикрыв глаза, До облокотился на спинку кровати. Через пару минут он почувствовал, как кровать возле него прогнулась, а железный матрас заскрипел. - Ты как? - хриплым голосом спросил парень, и Кенсу сразу узнал его. - Никак... - Кенсу... - аккуратно, дрожащей рукой, Чанель провел по короткой стрижке парня, остановив пальцы на жестких волосах. Кенсу не стал дрыгаться, предавшись какой-то нежной ласке от старшего, и списал все на свое сотрясение. Большая, теплая ладонь Чанеля перешла на гладкое лицо, пройдясь узловатыми пальцами по закрытым векам, аккуратному носу и пухлым губам, остановив подушечки пальцев на мягкой поверхности. Кенсу приоткрыл глаза, заглянув в темные омуты напротив сидящего, которые начали медленно приближаться, остановившись в пару сантиметров от слизернца. - ...ты красивый, - прошептал Чанель и дернулся вперед, прилипая к сладким губам младшего, чей разум покрылся пеленой соблазна. ... Шаги мадам Помфри раздались в дальнем коридоре, и Чанель отстранился от Кенсу, залезая на свою койку. - Очнулись, - подошла старушка с подносом к кровати и проверила рукой температуру тела, - у вас сотрясение мистер До, так что полежите недельку под моим присмотром. - А вы, - хитро посмотрев на разбойника с пуффендуя, - мистер Пак, уже выписаны и можете быть свободны. ... После ухода Пака в огромном госпитале стало одиноко. Снег за окном продолжал валить, ветер сильно завывать, тормоша старые трубы замка, и даже покурить не выпускали. Маясь целыми днями на жесткой койке, пару дней До выл от одиночества, даже Бэкхен не помогал, пока в один из дней к нему не нагрянул гость. ... - Привет прогульщикам! - радостный ушастый эльф на длинных ногах стремительно надвигался к кровати Кенсу, сбрасывая портфель на пол. - И тебе не кашлять, - все еще держа свой статус холодного парня, Кенсу приподнялся на локтях, когда его быстро поцеловали. - Я тебе сейчас твоим же гипсом в глаз заеду. - Не будь таким букой, - и, поставив стул у кровати, Чанель сел рядом, прижав правую руку к телу, - я еле вырвался от друзей ради тебя. - Я не просил со мной сидеть, - хмыкнул тот. пуффендуец снова наклонился и поцеловал младшего в губы, а тот не стал больше противиться.

***

- Пойдем, выгуляю тебя. Мадам Помфри разрешила тебе прогуляться на пять минут. Кенсу фыркнул, но принял помощь от старшего. Тот натянул на него теплый свитер и схватил под руку. - Куда мы идем? - уже устал спрашивать Кенсу, пока не увидел лестницу на астрономическую башню. Они молча поднялись по лестнице, подойдя к окну, из которого валил снег на каменный пол. Свежий воздух ударил в ноздри, и слизеринец понял, что ему не хватало все эти дни. Ему не хватало этого чувства свободы, что открывалось с огромного окна башни. ... не хватало Чанеля - Смотри, что я припас для тебя? - достав несколько папирос, Чанель сам вставил сигарету в губы парня и поджег с помощью палочки. - А ты знал, чем мне угодить, - хмыкнул Су, выпустив из приоткрытых губ пар, наслаждаясь моментом, что он не мог почувствовать всего пару дней, а по ощущениям прошла целая вечность. - Как тебе, валяться целый день? - Лучше бы меня Снегг задушил, чем мадам Помфри, которая сует в меня всякую хрень... - Звучит довольно-таки интересно, - ухмыльнулся соблазнительными губами пуффендуец, на которые засмотрелся младший, и, выбросив недокуренную сигарету в окно, повернул лицо старшего к себе, который стоял в сгорбившейся позе. Воспользовавшись моментом и поддавшись вперед, Кенсу поцеловал этого засранца, потому что хотел. Потому что душа затрепетала и сердце сжалось в груди, низ живота скрутило приятными спазмами, что заставило улыбнуться младшего во время поцелуя. Руки Чанеля уже давно блуждали по хрупкому телу слизеринца, отбросив ненужную папиросу вниз, где была страшная метель. ... Проходили дни, недели, они становились ближе, узнавали друг друга и сильнее влюблялись. Астрономическая башня - их тайное место, о котором никто не догадывается, где каждую ночь влюбленные сердца придаются любви...