Не смей.

Понедельник. Время 13:15.

Во множественных переплетениях этой жизни случается всякое: страшное, счастливое, грустное или нереальное. И совершенно не важно, виноват ты или твой друг, или может тебе просто посчастливилось стать мимо проходящим крокодилом в данной ситуации. Главное – это осознанность происходящего. Отвергая окружающую реальность и запутываясь в собственных фантазиях, невольно начинаешь сходить с ума, стоит только столкнуться с жестокой действительностью. Проще говоря, розовые очки, которые, буквально, заменяют нормальное зрение, трескаются, и мелкие осколки попадают в глаза. Больно, сука. Денис Викторович свои розовые разбил еще в подростковом возрасте. Уже тогда он понял, что если не ты, то все-то тебя точно поимеют, и не факт, что даже скупятся на смазку. Поэтому, когда в очередной раз во всем офисе раздался звонкий роботизированный смех Папы, от которого не то, что кровь стыла в жилах, а скорее начинала одолевать паническая атака, он даже скулой не повел. Однако он знал точно: если ее (панической атаки) не было ранее, то после такого события она обязательно появится. Смерть во всем своем ужасном воплощении дышала им в затылок и крепко прижималась к еще (пока что) живому телу. Скрежещущий звук, доносящийся из прицепленного к потолку телевизора, неприятно резал по барабанным перепонкам и заставлял многих морщиться, сгибаться пополам и прятаться по углам. Искусственный низкочастотный голос был абсолютно везде, отталкиваясь от каждой стены помещения, он проникал под черепную коробку и нехило так давил на без того воспаленный мозг. – Ну что, дети, вы готовы слушать Маму и Папу? Денис Викторович усмехнулся. Хочешь - не хочешь, а фраза «так точно, капитан!» в голове выскочит везде, где прозвучит вопрос на подобии этого. Заботливая масс-медиа так долго взращивала этот вирус в бестолковых головушках зрителей, что теперь от него просто так не отделаться. Пусть вы не смотрели мультик про квадратную желтую губку ни разу в своей жизни, то в любом случае это выражение знали наверняка. Мужчина оглядел всех подчиненных, выискивая только одного – самого важного. Кирюша стоял чуть поодаль от всех остальных и с плохо скрываемым беспокойством смотрел на него в ответ. Денис хотел подойти и крепко сжать хрупкое мальчишеское плечо, но тот отвернулся. Его обида и злость на начальника никуда не делась.

«Бывшего начальника»

Три месяца назад.

      Кирилл сидел за своим рабочим столом и отвечал на очередной звонок их потенциального покупателя. Куча вопросов, которые уже по второму кругу сыпались на него, вызывали головные боли и жуткое раздражение. Он умоляющим взглядом просил забрать Женю этот звонок, но коллега слишком быстро смекнул, что именно от него хотят и тут же замотал головой – прости, друг, но своего дерьма навалом. «Мудак», – Романчуку ничего не оставалось, как вновь отвечать на те же самые вопросы. – Нет, колесо Вартернберга используется для определения вашей чувствительности и… – А следы он после себя оставляет? Парень был готов вот-вот взорваться и нахамить. С каждым вновь повторяющимся вопросом держать дружелюбный и приятный тон при разговоре с клиентом становилось непосильной задачей для него, а потому он прикрывал микрофон ладонью и тихо матерился. На его муки, как бы то ни было печально, никто не реагировал, даже сердобольная Соня решила сделать вид, что ничего не видит и не слышит. Что уж говорить об остальных? Неожиданно с его головы стянули наушники с микрофоном. – Здравствуйте, у нашего оператора Кирю… Кирилла возникли небольшие проблемы, поэтому с Вами буду говорить я. Меня зовут Денис. – Самодовольный вид их начальника вызвал у Кирилла негодование и благодарность одновременно. Он спасен от покупателя, но спасет ли это от Дениса Викторовича? – Здравствуйте, Денис. Мне рассказывали про колесо Вартенберга, но честно говоря, я немного не понял… – О! Так это замечательная вещь, которая сможет вознести Вас, не побоюсь этого слова, до небес или поможет спустить в ад. Было бы только желание, – мужчина особенно сильно сделал на этих словах акцент, отчего Романчук невольно громко вдохнул. – Стандартный образец - это небольшое колесико, вокруг которого острые шипы диаметром 2,5мм... Пока Денис Викторович рассказывал все то же, что и сам Кирилл несколько минут назад, парень старался не смотреть на босса и не залипать на его профиль. Нельзя было отрицать, что он мужчина завидного плана. Его подтянутое спортивное тело и красивая улыбка делали свое дело в привлечении очередных «жертв» для прекрасного время препровождения. Однако больше всего Романчука бесил его характер: самодовольный и эгоцентричный, он часто выводил своими подколами невпопад, но даже несмотря на это, у него была какая-то особая чуткость к своим подчиненным. Вот только стоило ему сказать «Кирюша», как он тут же все эти недостатки напрочь забывал. Буквально через минуту Денис вернул Кирюше аппаратуру обратно и подмигнул. – Учись, студент, пока я жив. Кирюша только смутился и кивнул, бурча что-то себе под нос. Чертов Денис Викторович.

Понедельник. Время 13:20.

– Денис, возьми из посылки коробку номер 2. Денису Викторовичу ничего не оставалось кроме того, как повиноваться. Коллеги, затаив дыхание, молча наблюдали за его действиями. Он достал небольшую черную коробку, на которой была изображена цифра «2» и тут же открыл ее. В голове крутились самые разнообразные предположения насчет предмета лежащего там, но ни одно из них не подтвердилось. Сердце мужчины заколотилось в два раза быстрее, а сознание помутнело и отказывалось воспринимать что-либо. Теперь у него в руках был самый настоящий черный пистолет. – А теперь выбирай, кого ты должен убить. – Я? – Да, ты-ты, Денис. Таково наше наказание. Обстановка была накалена до предела: мало того, что не работал кондиционер, так еще и очередное задание (наказание) их фальшивых Мамы и Папы ставило под вопрос все моральные принципы присутствующих. Дикий страх перемешивался с противным запахом пота и агрессией по отношению к друг другу, что с каждой каплей грозилась превратиться в беснующий океан и выйти из всех берегов, — личных границ, — и разрушить здесь все. Ни у кого не было сомнения, что вот он, тот самый рубеж, пересечь который было чревато: внутренний монстр окончательно овладел бы тобой, и прости-прощай все те наставления родителей, что твердили тебе об необходимости быть прежде всего Человеком. Денис Викторович стоял в напряжении и оглядывался на всех. Выбрать кого-то, кто сейчас должен погибнуть от его рук — дело сложное. Он лучше признал бы себя тварью дрожащей, чем право имел на решение, кто достоин жить, а кто — нет. Его взгляд невольно наткнулся на парня в клетчатой рубашке и внутри все замерло.

Воскресенье. Время 17:20.

Последние лучи солнца крупными и уверенными мазками окрашивали сумеречное небо в фиолетово-малиновый цвет. Живя в мегаполисе, где одним из главных приоритетов успеха являлось время, не всегда (считай почти никогда) обращаешь внимание на такие ничего не значащие мелочи. И вот сейчас, перед тем как зайти в подъезд, Кирилл остановился и вгляделся в даль. Ничего особенного он там, конечно, не нашел, но это позволило хоть немного унять его внутреннее нервное состояние. Почему-то весь день у него все скручивало и дрожало, и причины этого он не знал. Замочная скважина упрямилась и поддаваться не хотела от слова совсем. Кирилл слишком устал, чтобы производить хоть какой-то мыслительный процесс и раздумывать, что тут, мать его, не так. И нет, звонок тоже не работал. Он бы, возможно, простоял так вечность, пока просто не дернул дверную ручку, – сезам, откройся, – и дверь действительно открылась. В коридоре было темно и стояла относительная тишина. Из открытого где-то в доме окна доносился никогда непрерывающийся шум города, что стал своеобразной колыбелью в этом муравейнике. – Денис, ты дома? Ответа не послышалось. Парню стоило некоторых усилий, чтобы отличить происходящее на улице от происходящего дома. И лучше бы он этого не делал. Подозрительные стоны, которые Кирилл сначала скинул на недавно вселившуюся молодую парочку за стенкой, на самом деле раздавались из спальни квартиры. Не разуваясь, он быстрым шагом преодолел небольшое расстояние от коридора до комнаты. Из открытого окна дул легкий ветерок, который колыхал задернутые бежевые шторы и нагло пропускал те самые последние лучи в комнату, что оставались единственным источником света. Даже в практической темноте догадаться о том, кто именно лежал на кровати, ничего не стоило. Полуголая и растрепанная девушка испуганно уставилась на Кирилла, а на вытянутом лице Дениса одна эмоция сменяла другую, и все это происходило за считанные секунды. Сейчас он выглядел растерянно, жалко и напуганно. — Кирюша, подожди, это не то, о чем ты подумал! ㅤ«Это не то, о чем ты подумал», — фраза настолько была избитой и не соответствовала действительности, что она уже не протыкала насквозь своим острием, а только оставляла на сердце глубокие порезы, которые обязательно будут гнить и никогда не заживут. Острие-то затупилось. Кирилл злился на себя, на Катю, лежащую под мужчиной, на Дениса в конце концов. Но Денис Викторович молодец, никогда не пропустит выгодной сделки и уж тем более хорошенькой задницы, которая несомненно была у их коллеги. Денис Викторович, просто бизнесмен, ничего более. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ

«Это бизнес, детка»

ㅤКирюша смотрел на все это с огромной долей ненависти, разочарования и потрескавшейся на мелкие кусочки любви. Он давно уже не маленький мальчик, чтобы вот так взять и заплакать у всех на виду, но он достаточно взрослый, чтобы взять и ударить своего обидчика. Кулак пришелся на правую скулу лица Дениса, как только тот приблизился. Женский писк и громкий мат со стороны хозяина квартиры никак не повлияли на парня – он даже не шелохнулся. Кирилл молча смотрел, но не слышал явно слов извинения; видел, как шевелятся чужие потрескавшиеся губы, но не мог понять, что от него хотят. – Кирилл, давай поговорим и я тебе все объясню! Развернуться и уйти, так не сказав ни слова и громко при этом хлопнуть дверью — раз плюнуть. Вот только в груди все жгло так, словно огонь пытался сжечь его изнутри. Какой-то частью своего мозга Кирилл понимал, что Денис – мудак, которому ничего не стоило изменить. Об этом говорили его взгляды, направленные на какого-нибудь парня или девушку, или бессовестный флирт с официанткой в присутствии парня. Кирилл чувствовал и даже знал, что это пренебрежение его чувств, но ничего не мог поделать. А может он просто не хотел что-то делать. До этого момента. Сегодняшний день лучше двух завтрашних, так говорили когда-то.

Понедельник. Время 17:25.

Денису было невероятно стыдно (впервые!) перед Кирюшей. Тот выглядел напуганным и растерянным, однако, вместе с тем в его голубых глазах стала проявляться какая-то непонятная мужчине уверенность. Постепенно страх у парня отошел на второй план. ㅤㅤㅤ– Звездочка моя, даже не смей. – Денис практически прошипел эти слова и сделал шаг назад. Он буквально угадал намерения Кирилла, от того и начал злиться. ㅤㅤㅤ– А вы мне больше не начальник, я уволился сегодня утром. Кирилл считай в один прыжок преодолел расстояние между ними и схватил за руку бывшего босса, потянул на себя и заставил упасть в свои мальчишеские объятия. Сердце бешено стучало где-то в пятках, но убежденность принятого им решения от этого не убавилась. Он легким поцелуем коснулся щеки Дениса – как бы он не ненавидел (или не хотел ненавидеть) его после вчерашнего, те чувства не растворятся в один миг. Он резко оттолкнул от себя мужчину, отчего тот грохнулся пятой точкой на пол. Денис даже не понял, как пистолет оказался у Кирюши; он даже не понял, что кровь под его ногами – это кровь его звездочки; он не понял, что Кирилл выстрелил в себя. Осознание пришло только в тот момент, когда крики всех присутствующих смешались с его собственными, а роботизированные голоса Папы и Мамы с каким-то особым наслаждением охали.

Кто теперь их спасет?