Злая игра: Игрок в аду

"Эй, это мой личный ад пожалуйста, не лезьте в моё личное пространство" Неосознанное путешествие Смерть была предрешена, мертвецу, который вышел на солнце, ему ли было не знать о пустынной засушливаой жаре, когда тебя жарят словно на сковордке? Удивительные вещи он видел, и путь из странного города, с мегалитическими постройками, иные из них циклопического характера намного больше тех, что способны выдержать нормальный вес собственной крыши, некоторые были настолько изогнуты, что казалось, вот-вот обвалятся. Кто-то говорил, что прошли тысячелетия с их устройства здесь, что они, обваляться только через ещё одно тысячелетие, математически выверенные, словно вымеряли не постройки а само время, и хозяева этих построек были в курсе всего, что сейчас происходит с ними. Душа с вечно неспадающей улыбкой безумия, летела сквозь всё время и пространство, и если у неё и был разум, то, тот кто был её хозяином, определённо, имел волю, и держал себя в каких-то известных только ему рамках. Кои падут, под влиянием этого мира, Ад не прощает тех, кто забылся на мгновение, тела умирают, а душа нет, душа бессмертна. Это и ощущала та что пролетает, душа. Одна пустыня вокруг, в городах почти нет земли, более того, здесь повсюду песок. А небо будто и не голубое, а какое-то тёмно-бордовое, переходящее в бежево-тёмное, такие сочетания цветов пугали. Но солнце, это отдельная тема, их тут больше двух, сложно сосчитать, хотя, посмотреть на них и сменить тело всегда можно было, наверное. Душа плыла по всему пространству а не по Аду, вдруг рядом появилось что-то не похожее на материальное, скорее состоящее из звуковых колебаний, какое-то слово. Оно звучало как, "эллмаайз" и душа Лоттера, вдруг поняла его значение. Она поняла, кто это говорил, она знала источник этого, сам глава Ада, или какой-то большой адской структуры. Он повторил это несколько раз, это было то ли шёпот, то ли песня, так или иначе, это очертило путь душе Лоттера, и она, повинуясь законам вселенной отправилась по этому пути, прямо в тело мертвеца. Уже не живое, мёртвое тело, снова было очерченным для него путём, но он знал, что это далеко не конец. Мёртвоживой малец В доме, построенном из камня, песка и дерева, находились двое - огромная кошка, что внешне была похожа массивного голема, состоявшего из камня, на самом деле, это были её мышцы, которые она тренировала в страхе, что когда-нибудь останется одна. И до сих пор, они держатся, затвердевшие и окаменевшие от древности. Лей-Лунь, чья красота была сравнима только со скалой на фоне Сакуры, когда-то, её любили все мужчины, и все женщины, но она была непокорна никому. Вопросом было то, что при жизни заставило такую прекрасную деву, стать монашкой, вера в Будду, что преобладала в их семье, тогда ещё была не самой сильной верой в Китае. Она была невероятно зла, в основном, потому что не смогла осчастливить своего мужа, ну как не смогла, то, чем она хотела это сделать, невозможно было в Аду чисто физически. Такое, не приснилось бы не одному прихвостню или попавшему сюда существу даже в страшном сне. А вот, Демиурги, в какой-то момент позволившие её мужу иметь детей, должны были сделать то, что обещали, но обещания Демиургов... Это обещания даже не хозяина рабу, а самого Великого и человеческого раба, обещание, которое раб придумал себе сам чтобы его рабство не было таким ужасным в его глазах, обещание, которого просто нет. Демиурги пообещали её мужу ребёнка, кто же знал, что он будет мертворождённым? Она не молилась никаким Богам, Богам нет места в этом мире, просто, они покинули его и не возвращаются отныне никогда. Однако, Демиургам, эта земля пришлась по вкусу. Это даже не земля, сколько странствий и сил было потраченно, чтобы обуздать всё расстояние этой земли, а оно не поддавалось. Многие тысячелетия странствий, и ничего, она до сих пор ничего не видела, то ли дело её муж, возможно, он знает гораздо больше, чем говорит. Но... Остаться одна, она боялась, и поэтому, сделала себе эту древнюю скорлупу, защищающую её тело от адского воздействия, от пространства и времени. Хекс, так звали её мужа, тоже не был счастлив, он связался с тем, о ком лучше не говорить, так или иначе, говорящие или даже как-то узнавшие о нём в опасности, и на них охотятся охотники компании Собесбат, вольные убивать где угодно и когда угодно, и даже кого угодно, они просто не могут убить никого вышестоящего чисто физически, а их, могут, только тела охотников одноразовые, за второе нужно платить душой и заряженным на тринадцать пунктов золотом. Для этого нужно иметь невероятно большую душу, маленькие души, превращаются либо в деньги для нужд более сильных душ мира сего, либо в еду, для работников компании. - "Я выполнил свою часть сделки, Хекс, теперь, выполни свою" - голос Диевлиена звучал в голове Хекса странным звоном, угрожающим разорвать мозг, но и утвердительным тоном, говорящим, о серьёзности намерений. - "Всё выполню, если душа для моего сына окажется сильной, я зплачу вам гораздо больше" Звук улыбки младшего Демиурга, по народному Деми, подобен ужасному рыку самой глубокой твари в пещере, это сложно передать словами, как будто всё в одночасье может разрушиться. Именно это ощутил в себе Хекс, когда услышал улыбку этого существа. Хекс, открыв глаза, вышел из транса и направился к жене, лицо... Или морда которой представляла из себя морду земного ягуара, только Хекс, сделал для неё больше функционала. Просто это лицо как ничто ей симпатизировало, Хекс, как большинство пришельцев с Симметрии 13, предпочитал душу, как главный объект обожания. Что представляла из себя душа, какой это объект обоэания у жителей Симметрии 13, земляне бы не поняли, ведь это было всё сразу, начиная от характера, до мимики и движений, при том буквально с лабораторной точностью жители Симметрии 13 знали что и как им нужно, поэтому, большинство уходило в монахи, потом, связи всё же шли, но более монотонно. - Мой муж, я недостойна тебя, да? - Не говори так, мой ангел, тело уже готово, мы вновь искупали его в крови, провели ритуал, сейчас, нужно только ждать. Он сказал, что душа ворвётся в него, но ты же знаешь, не так-то просто найти свободную душу, собесбатовцы всё уже себе забрали и охотников за душами от них развелось много, успевай считать. Возможно, нам достанется уже не совсем ребёнок, он будет знать многое, но подумай, мы станем первыми за несколько тысяч лет, кто дал жизнь здесь, в этом мёртвом мире. - Вся жизнь, наша с тобой, любимый, будет прекрасна. Иди ко мне, обними и успокой меня. Хекс лёг к Лей-Лунь, обнял и прижал к себе, слёзы текли с её глаз а лицо уже потускнело, глаза становились всё серее. Она отдала много сил, Хекс менял ей тело по её желанию, в конце-то концов, без этого Ад бы не был Адом. Хекс не знал, как называть это место, он знал лишь, что Демиурги раз в тысячелетие забирают сюда одного или двух живых существ с Симметрии 13. Так ему хотелось думать, тот случай, когда забрали его близкого друга навсегда отпечатался в его сердце, тогда, он и начал убивать, и узнал, что всех заключённых из тюрем тоже забрали, и любое отклонение от нормы, и того порядка, что создали для его планеты Демиурги, ведёт к тому, что тебя забирают. Это не разглашается, но, всё происходит так: приходит дева, которая берёт тебя силой или нет, это дева до смерти изнасилует и ты попадёшь сюда, в Ад. Так и случилось с ним, похоже, в тюрьме был праздник, когда она пришла. Сейчас он гладил свою жену, прижимал её плачущее лицо к себе, её мех такой приятный. Не то, что его, жёсткий, совсем не пушистый мех. Хексу было важно, чтобы она успокоилась и не плакала, всё же, он любил её, и в его закромах в месте его работы было достаточно денег, чтобы в течении недели справиться со всем долгом, что повис над ним. Душа влетела в тело, Лоттер какое-то время видел тьму, тьму и своё имя в ней. Оно пульсировало, это выглядело, будто он умер, ибо видил все свои деяния в человеческом теле. И это ему было более близко, он был готов терпеть адские муки, чтобы не забыть, это прекрасное время, море насилия и страха, убийства и денег, воровство и взлом. Он побывал везде, обычные люди, никогда не смогли бы сделать всё это, даже за всю жизнть. лоттер гордился собой, и не хотел это забывать. - "А, где я? Где я, чёрт побери, отродья тьмы! Что за твари, пойдите прочь!" - только сдавленный детский крик и море крови вырвались из рта Лоттера, или, того, чьё тело он сейчас представлял. За время присутвтвие инородного духа, образовались уже нейронные связи, поэтому, придётся быть таким же, как и он. Хекс, услышав, сразу сказал жене вставать. И быстро направился к ребёнку. - Вставай, мамочка, у нас малыш ожил! - Я хочу ещё объятий... - Подождёшь, давай приветствовать плод нашей любви, - Хекс мгновенно побежал к малышу, который откашлявшись от крови пронзительно закричал. Тут же выдавив из себя всю воду, которая у него накопилась. - Эй, маленький, я смотрю, ты пришёл во-время, - малыш что-то бормотал, и выплёвывал кровь, а затем, открыл глаза, они не видели нормально, размыто, но намётанный взгляд Лоттера уже узнал примерный вид комнаты, и того, кто взял его на руки, вытерев до этого чем-то влажным. Какой-то ватой, наверное, ощущения были таковыми. - "Отродье мерзкое, я тебе не малыш, чтобы так со мной обращаться. Опусти меня вниз, я..." - мышцы его полностью не слушались, на лице выступила улыбка, пришлось учиться всему самому, Лоттер что-то промычал и закричал, чувствуя своё бессилие, перед всем Адом. Но, тут же ощутив несколько другое ощущение, нежели то, когда он был ребёнком, он понял, что может пускать когти. Как таковое... Что это за тело? - Ох, ты мой хороший, Лей-Лунь, посмотри, он пытается со мной говорить. Смотри, малыш, это твоя мамочка, разве не прекрасна? Она само совершенство, Лей-Лунь, ну подойди же. Лей-Лунь не очень хотела вставать, поскольку лишилась достаточно большого количества сил, и поднималась достаточно лениво, на что, Хекс вообще не обращал внимания. Ибо понимал, что рождение такого плода, просто невозможно в Аду, Демиурги изменили её тело, подарив буквально возможность иметь детей, только, они не подарили возможность давать жизнь. Мёртворождённые дети, наверное, в Аду не редкость, поэтому, здесь так много маньяков-педофилов и тех, кому нравится быть в роли детей, в таком акте. Только, скорее всего, какие-то из сумашедших учёных создающих тела, создают детей и вселяют в них души, ради веселья. А затем, отправляют в детский бордельный комплекс компании Собесбат, где над ними потешаются работяги, а те, вынуждены работать, удовлетворять их снова и снова. Те же, кто уже далеко не дети, а такие там появляются каждый, из-за течения времени в Аду, увлекшись чем-то, получаешь ускорение времени, и стареешь на глазах. А затем, душа отлетает, чтобы этого не происходило, старых всегда меняют. Даже психи учёные не могут сделать самовосстанавливающуюся модель, чтобы сохраняла молодость и силу вечно. Порой, у работяг такие мелочные проститутки тут же умирали, и рассыпались порой. Так что, таких филиалов осталось крайне мало, Собесбат, будучи неспособным терять всё время души, из-за слишком любвеобильных педофилов-рабочих, поэтому их сокращение, быстро приводящее к их онищанию и превращению в ширпотреб, совсем не редкость. - Думаешь, он меня не видел, я должна была отпечататься в его памяти, в его душе, - с какой-то странной улыбкой, Лей-Лунь прикоснулась своей горячей рукой к пузику младенца. тут Лоттер увидел её лицо, и его ручки, которые, он, мгновенно приняв уже, что у него нет больших и мускулистых рук сейчас, смирился, но только для того, чтобы быть с этим грудастым чудом, и почувствовать животиком её мягкие груди. А они по размеру заметно уступали грудям с земли, у девушек таких не могло просто быть, это нарушало все законы физики. Да и к тому же, имея такие большие размеры, можно иметь проблемы со спиной, если она не развита настолько, как у этого, чудо-гиганта. - Он к тебе не равнодушен, это сокровище, правда, любовь моя. - Это наше сокровище, мой муж, теперь, мы родители, такого не случалось давно, - поцелуй, настолько страстный, что слюни капают. Самому Лоттеру было не приятно, но, он понимал это, он тоже когда-то любил, давно, в глубоком детстве. Вдруг заплакав, Лоттер уселся на грудь Лей-Лунь и стал мацать, из-за чего рука держащая его дрогнула, но удержала маленького Лоттера. Хекс этого не заметил, - Как же мы назовём тебя. маленький дикарь? - Посмотрела на него Лей-Лунь, поцелуй, видимо, закончился её доминацией над Хексом. - Л... О...Т... - Лот? - Т... Е... Р... - Может, лучше Вернон, мне нравится. Лоттер посмотрел на Хекса, и едва заметно промычал. А затем, посмотрел на маму, и улыбнулся. И та, видимо, растаяв, не смогла отказать. - Решено, теперь, ты мой маленький Лоттер, - прижала она его к щеке и улыбнулась. Наблюдавший за всем этим Хекс, тут же всех обнял, и они рассмеялись, кроме Лоттера, Лоттеру это не понравилось, но он понял, что уже от судьбы не уйти и решил просто помолчать. Когда же это закончилось, Лоттер так увлёкся, и не заметил, будто вырос, мышцы, правда, неправильно стали расти. Вызвано это было тем, что он всё это время, был у мамы в объятьях, и прижимался к большой и мягкой груди, даже пару раз порывался сосать молоко. Но в объятьях это не слишком-то удавалось, Хекс же, вдруг поняв причину роста, отстранился и ушёл в свою лабораторию. Тогда, Лоттер с Лей-Лунь остались одни и так как речевые мышцы Лоттера заметно окрепли, он смог не просто говорить, немного потренировавшись, он мог бы и петь. Только в этом особенно не было сейчас нужды. - Мама! - О, сынок, ты сказал мама? - Дай сиську. - Держи, - заткнула она сиськой Лоттеру всю ротовую полость. Лоттер, будучи полностью в процессе, едва смог пошевелить рукой, чтобы взять вторую и помять в руках. - Да, похоже, Хекс был прав на счёт того, что ты будешь не чистым листом, с чистой душой, а уже устоявшимся маньяком. Ну и кем ты станешь, если мы тебя перевоспитаем? Ты этого не знаешь, а я знаю, прилежным, умным и красивым дьяволом, это твоя судьба, судя по всему. Но кто я такая, чтобы так думать, я ведь недавно родила, а ты вот как вымахал. Всё же, влияние Ада велико, кстати, а как ты называешь это место? - Лоттер не говорил, будучи увлечённым процессом высасывания молока, из двух молочек сразу, но освободил рот, чтобы поддержать разговор с новоиспечённой сексуальной маман. - Адом, я стал куклой, когда сюда попал, ты знаешь, что такое быть куклой в Аду? Это означает, быть рабом, навсегда попрощаться со свободой, угнетаться каждый день, от какого-то разваливающегося трупа, который должен уже сдохнуть, и дать тебе шанс уйти, ты этого ждёшь, ждёшь, а он всё не умирает. Мне было страшно, и не из-за моего внутреннего состояние, моё тело мне приказало бояться и я испытывал страх, только потому, что так было нужно мертвецу, и вечно угнетение, которое нормальный человек вряд ли выдержит. И я тоже не выдержал, только одно меня спасло, воля, она ещё была, пряталась у меня в душе. А знаешь, что самое страшное? Невозможность себя убить, тело отказывается, предпочитая жить, и поэтому испытываешь адскую боль когда тебя убивают, и мертвец так и делал, делал это каждый день, с каждым из нас, и для большинства было избавлением когда кого-то продавали. Они считали, что их забирают в рай, наверное, это было единственное возможное избавление, здесь, в Аду, ну а я, я сам стал мертвецом и убил того. Я не знаю, что за кристалл в нём был, но когда я умирал, лёжа на горячем песке, на палящем солнце при этом будучи мертвецом, я испытал ужас бытия, его душа исезла, и моя тоже, а потом, я услышал голос. Какой-то голос, исходящий от... Я не знаю, наверное, это был сон, а потом я родился здесь, и... Не помню, что было, но я здесь. - Очень хорошо, история твоей прошлой жизни вдохновляет, теперь, всё позади. Я буду о тебе заботиться, мы с Хексом, сделаем из тебя самого лучшего человека в этих землях. - А Хекс, он... - Я вернулся, с сюрпризом, - он достал из-за спины шприц с каким-то красным веществом. Напоминающем кровь с водой, а затем, вколол Лоттеру в спину, тот, сначала почувствовал боль, а потом, всё стало на свои места. - Хекс, это было обязатель, если он умрёт, у нас будет долгий разговор, молодой человек. - Что это было, я будто, перестал вечно изменяться. - Не беспокойся, Лей-Лунь, он не умер, просто это значительно замедлит его рост, чтобы мы могли поиграться с ним пока он маленький. В Аду всё растёт слишком быстро, а потом умирает, много багов со временем и прочее. Лей-Лунь улыбалась, будучи счастливой, она подбросила Лоттера, тот был с её грудями во рту, поэтому капля молока упала. Но сосал он довольно интенсивно, Лей-Лунь нравилось, затем, поцелуй с Хексом и они разошлись по своим комнатам. Лей-Лунь же, спала с Лоттером, на случай, если малыш захочет есть. Самое безумное в этом то, что Лоттеру это стало нравиться, он почувствовал тепло тела, и любовь и заботу которых у него никогда просто не было. Однако, он понимал, что это всего лишь миг, то, кто он, это не исправит, не изменит его. Он всегда будет маньяком, желать крови, когда-то, когда он станет достаточно сильным и сможет побороть отца и мать, он их убьёт, медленно, выпивая с вином ненависти примесь любви без остатка.