Александра Долохова

      Дракон раскрыл пасть и направил струю пламени прямо на лежащую на дне лодки девушку.       Александра ожидала, что ее вот-вот расплавит, но ничего не почувствовала. Осмелившись поднять взгляд в небо, девушка увидела над головой сверкающий серебряный щит. Языки пламени не нанесли щиту никакого ущерба — он лишь загудел, точно гонг, и от этого звука у Александры поползли по коже мурашки.       Лодка внезапно двинулась с места, щит поплыл по воздуху следом. Дракон, поняв, что его жертва ускользает прямо из-под носа, с силой ударил хвостом по серебряной поверхности. Защита треснула, но устояла. Тем временем лодка начала приближаться к противоположному берегу, будто ее кто-то тянул за веревку. Долохова посмотрела вперед, но не увидела ничего, кроме густой чащи леса. Дракон продолжал буйствовать. Он взлетел выше, облетел озеро по периметру, а затем всем своим весом ударил лапами по щиту. Защита раскололась вдребезги, и существо приготовилось выдохнуть пламя снова.       Вдруг что-то громыхнуло, и шею дракона сковали золотые цепи. Животное издало жалобный рык и с грохотом свалилось в воду, вызвав огромную ударную волну. Лодку Александры мгновенно отнесло к берегу. Она выбралась на землю и поспешила скрыться за деревьями.       У девушки практически не было сил, глаза снова покрылись пеленой. Она совершенно не понимала, что происходит, поэтому, когда кто-то схватил ее сзади за плечи, даже не стала сопротивляться.       — Саша, — позвал чей-то знакомый голос.       Девушка что-то невнятно промычала, после чего этот кто-то крепко ее обнял. Долохова услышала аромат знакомых сигарет и одеколона.       — Этого не может быть, — еле слышно прошептала она, — я, наверное, умерла.       — Это я, Саша, — повторил голос.       Чьи-то руки крепко держали ее, не давая упасть. Александра проморгалась и, наконец, смогла взглянуть на зовущего ее странным именем человека.       — Сириус? — не веря своим глазам, спросила она.       — Это бинго, красотка, — улыбнулся парень.       — Как ты здесь…?       — Говорю же тебе, знавал я как-то одного русского…       Гриффиндорка всем телом прижалась к парню, словно утопающий к спасательному кругу. Она готова была расплакаться прямо на месте.       — Я тоже скучал, лепрекончик мой, — сказал Бродяга, — но надо торопиться.       Парень накинул на себя и на девушку какую-то струящуюся серебряную материю и осторожно повел ее в чащу леса.       — За нами, скорее всего, пошлют погоню. Надо затаиться, — сказал он.       Александра шла из последних сил, но не прошла и двадцати метров, как споткнулась. Блэк подхватил ее и удержал девушку на ногах.       — Кажется, все хуже, чем я думал, — сказал Бродяга серьезно и, окутав и себя, и девушку Согревающими чарами, усадил Долохову на корни какого-то дерева.       — Нас найдут, — слабо сказала Александра.       — Не найдут, на нас мантия-невидимка.       — Мантия… что? — не доходило до девушки.       Сириус коснулся своей широкой ладонью щеки Александры и, посмотрев ей в глаза, сказал:       — Все будет хорошо, девочка.       Вдруг Долоховой и правда показалось, что все будет хорошо, что по-другому просто быть не могло.       — Где Джеймс и Римус? И Питер? — спросила Александра, понимая, что в одиночку такое безумие затеять было нереально.       Бродяга показал на виднеющегося вдали за деревьями оленя:       — Джеймс и Питер там.       — А Ремус? — забеспокоилась Долохова, — сегодня же полнолуние!       — Не волнуйся, — кивнул парень, — Лунатик принял противоядие, но пока не трансформировался. Должен быть тоже недалеко, — парень начал оглядываться по сторонам в поисках Люпина.       Долоховой все происходящее казалось сном. Мантия-невидимка? Драконы? Мародеры каким-то чудом оказавшиеся в Дурмстранге?       — Вон он! — сказал Блэк и, вытащив руку из-под мантии, указал Люпину дорогу. Лунатик приблизился к друзьям и тоже залез под мантию. На лице парня появилось нескрываемое облегчение:       — Мерлин! Александра, я так рад тебя видеть!       — И я тебя, Ремус, — просияла девушка, — как ты себя…       — Миловаться будем позже, — перебил Блэк, — сюда идут.       Трое замолкли и почти перестали дышать. Под светом палочек в нескольких метрах от затаившихся под мантией прошел десяток Пожирателей смерти.       — Вот ублюдки! — сказал шепотом Сириус, когда фигуры в масках скрылись из виду.       — Я все еще ничего не понимаю, — покачала головой Александра, — зачем Цепешу драконы?       — Не Цепешу, — сказал Люпин, — Волан-де-Морту. Дракула создает для него армию драконов.       — Будто ему не хватает великанов, дементоров и инферналов, — стиснув зубы, добавил Блэк.       — Это многое объясняет, — отозвалась девушка, поняв, почему Люциусу и Нарциссе удалось сбежать, и откуда взялись все эти беспокойства о победе в Чемпионате.       — Пожиратели — фигня, главное — вырвать зубки вампиру, — сказал Сириус.       — Я займусь, — уверенно заявил Лунатик.       — Нет, Ремус, — запротестовала Долохова, — он легендарный вампир, ты ему не ровня!       — Я единственный, кого он не сможет превратить в себеподобного, — настаивал парень, — или ты здесь видишь еще каких-нибудь оборотней, выпивших противоядие?       — Ремус, нет! — отрезала девушка.       Люпин с взглянул на небо и взял Александру за руку:       — Это единственное, что я могу сделать, чтобы искупить вину за все, — парень вышел из-под укрытия мантии и исчез за деревьями.       — Ремус… — Долохова было ринулась за ним, но Блэк ее остановил.       — Не мешай герою, — сказал парень.       — Он твой друг! — воскликнула девушка.       — И поэтому я лучше всех понимаю его чувства, — сказал Бродяга.       Где-то вдали послышался треск, а затем вой. Родилось дитя луны.       Не какое-то время лесная чаща притихла. Александра расслабилась в объятиях Сириуса и даже начала засыпать, однако парень бдительности не терял. Он прислушивался к каждому треску веток.       Вскоре небо озарила вспышка света. Девушка прогнала дремоту и в следующий момент увидела на небе знак Пожирателей смерти — Черную метку.       — Это… — на какой-то момент Долохова лишилась дара речи, — нам надо вернуться! Там… Ремус!       — Ты останешься здесь, — ответил Сириус.       — Нет!       — Это не обсуждается, девочка, — сказал он серьезно и скинул мантию.       Долохова скинула мантию следом и схватила парня за рукав:       — Ремус — мой друг!       Бродяга внимательно посмотрел в ее глаза.       — Я не могу подвергать тебя опасности!       — Ты же знаешь, я в любом случае сделаю по-своему, — скрестила руки на груди девушка.       — Знаю, — невесело ухмыльнулся Блэк, — идем.       Двое проследовали обратно к озеру. К ним присоединились Джеймс и Питер в своих анимагических формах. Подойдя к берегу, пятеро увидели какую-то неистовую вакханалию: группа Мракоборцев вела ожесточённую борьбу с Пожирателями смерти. В нескольких метрах от боевых действий лежало тело оборотня.       — Ремус… — пораженно прошептала девушка.       — Ты останешься здесь, — твердо сказал Сириус и отдал девушке мантию-невидимку, — так мы доберемся быстрее. Хотя бы раз послушай меня, — взмолился он.       Девушка ничего не ответила, он пораженно смотрела на тушу зверя, лежащую на сырой земле.       Сириус перевоплотился в собаку, и вместе трое мародеров бегом бросились к противоположному берегу, оставив девушку в лесу.       Долохова обдумывала, куда ей идти, чем помочь. У нее не было ни палочки, ни сил, ни единой толковой мысли. Никогда еще Гриффиндорка не чувствовала себя такой беспомощной.       — А ты не так проста, Александра, — раздался за спиной девушки леденящий душу голос. Долоховой не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кому он принадлежал, — бедняжка оборотень бросился защищать своих друзей-людей. Как же это… жалко.       — Это ты жалок, Цепеш! — воскликнула Александра, обернувшись, — что ты с ним сделал?       — О-о, мы перешли на «ты», я польщен, — оскалился вампир.       — Отвечай, проклятый кровосос! — Долохова вдруг совершенно потеряла чувство страха.       — Немножко подрессировал волчонка, — ответил Цепеш и сделал шаг в сторону девушки.       — Зачем ты служишь Волан-де-Морту? Я читала в книгах о легендарном вампире, а не о пресмыкающемся лицемере!       — Это я служу ему? — расхохотался вампир, — он приехал ко мне Трансильванию, умоляя о помощи, и я, милосердный Граф Дракула, сжалился над парнишкой.       — Ты мерзкий! — выпалила девушка.       Вампир ухмыльнулся и подошел вплотную. Александра снова попала в капкан гипнотизирующего взгляда. Цепеш протянул свою бледную к шее девушки и оголил свои белоснежные зубы.       — Когда в твоих руках чья-то жизнь, это так повышает тонус, — сказал он.       — Смотри, как бы твою жизнь к рукам не прибрали! — воскликнул кто-то из-за деревьев.       — Я живу в долг, — тихо прошептал вампир и, отпустив девушку, молниеносно обернулся.       По четырем сторонам от вампира и девушки стояли Антонин Долохов, Игорь Каркаров, Люциус Малфой и Нарцисса Блэк. Каждый держал в руках по серебряной цепи.       — Александра, сюда! — крикнул девушке брат, и Долохова несмело подошла к нему. Вампир, на удивление, двигаться не собирался.       — Детки распоясались, — сказал Цепеш спокойно.       — Что вы хотите с ним сделать? — спросила Александра.       — Ему давно пора отправиться к чертям! — злобно бросил Каркаров.       — Ах, Игорь, — улыбнулся вампир, — как мамочка поживает?       — Ах ты мразь! — дернулся болгарин.       — Стой, Игорь! — крикнул Люциус, — он тебя провоцирует. Давайте, покончим с этим.       — Стойте! — неожиданно для самой себя воскликнула девушка.       — Он чуть не убил тебя, — сказала Нарцисса, — ты должна завершить это, — Блэк взглядом указала на серебряный кол, лежащий под деревом в нескольких метрах от Долоховой.       — Это парадокс жертвы. Следствие гипноза, — сказал Люциус, — ей жалко этого кровососа.       — Александра… — сказал спокойно Цепеш, — я согласен умереть, но… жалость… Не смей меня жалеть.       — Будь по-твоему! — крикнул Каркаров и дернул серебряную цепь на себя.       Люциус, Нарцисса и Антонин последовали его примеру. Из-под земли появилось серебряное кольцо и сомкнулось у ног вампира.       — Давай! — крикнули четверо Александре.       Девушка подбежала к дереву, взяла в руки серебряный кол и вернулась к Цепешу.       Хозяин ночи выл от боли, серебряное кольцо жгло его кожу.       — Не медли! — крикнул Малфой.       Однако Александра никак не могла решиться. Она стояла как вкопанная с серебряным колом в руках и думала о том, что Дракула убил и пытал тысячи людей, мог бы убить и ее друзей, чуть не убил Ремуса.       — Стоит послушать друзей, — тихо сказал вампир через боль, — второго шанса не будет.       Александра дрожала словно осиновый лист, но вдруг кто-то схватил ее за запястье и со всей силы направил кол в руках девушки прямо в сердце вампира.       Существо задрожало и в следующее мгновение превратилось в пыль.       — Покойся с миром, Влад Цепеш, — тихо сказала Александра, опустив голову.