White coma

Проспал я до вечера следующего дня. Хорошо, что миссис Браун смилостивилась и дала мне один выходной. Заварив себе кофе и сделав пару бутербродов, я начал размышлять над тем, чем мне теперь маяться ночью, так как я точно не усну. Ничего, кроме как посмотреть телевизор, в голову не приходило. Пощёлкав по каналам, я остановил свой выбор на каком - то развлекательном шоу. Ну, а что? Я и так не помню, когда в последний раз смеялся. Но, к сожалению, после 10 минут просмотра этого бреда с тупыми шутками, я отчаялся найти что - то стоящее в этом ящике для идиотов. Так моя мама всегда называла телевизор. Мама... Почему же ты не звонишь? Неужели тебе действительно всё равно, как я тут? Один, совсем один. Мне даже поговорить не с кем. Некому рассказать, что у меня на душе, никто даже не спросит как у меня дела. Хотя, я бы всё равно ответил "нормально".Кому какое дело до моих проблем да и на меня? У каждого своя жизнь и мне нет места. Проведя в своих печальных мыслях достаточно времени, я решил пойти погулять. Да, ночью. Людей нет, тихо, спокойно. То, что нужно для меня. Выйдя из дома и пройдя несколько метров, меня осенило: я забыл наушники. Чёрт, придётся идти в полной тишине, ибо возвращаться плохая примета, да и лень. Не спеша я направлялся в парк, там также было безлюдно, а тусклые фонари внушали некий страх. Кажется, будто они вот-вот потухнут, и территория погрузится во мрак. А я, вообще-то, боялся темноты, так что пару картинок, на которых меня разрывают на куски монстры из мрака, моё воображение тут же нарисовало. Поёжившись, я пошёл дальше, не смотря на дрожь в теле. Лето только началось, и по ночам всё ещё было прохладно, а я был одет в футболку. Однако, что-то мне подсказывало, что дрожь в теле вызвана отнюдь не лёгким летним ветерком. Мои подозрения подтвердились, когда я стал подходить к лавочке, и какого же было моё удивление, когда на ней я увидел парня. Неужели, ему настолько холодно, что он напялил толстовку, ещё и капюшон нацепил? Парень сидел, опустив голову и засунув руки в карманы. Я всё ещё стоял позади него, в нескольких метрах. Ну что ж, значит, не одному мне приспичило прогуляться по ночному Гемпширу. Удивление тут же сменилось иным чувством. Страх. Сам не знаю почему, но я испугался. На первый взгляд парень казался таким беззащитным, беспомощным, но а вдруг он какой-нибудь маньяк, поджидающий очередную жертву? Я потихоньку начал пятиться назад, лишь бы он не услышал, но моя неуклюжесть не дала мне благополучно ретироваться. Я споткнулся обо что - то и упал на спину, тут же переворачиваясь и отползая в кусты. Сердце бешено колотилось, и уже через кусты я посмотрел на парня, тот повернулся, должно быть, я наделал много шума, и всматривался туда, где я прятался. Лица я его не рассмотрел, был слишком напуган тем, что он сейчас достанет нож, и моё жалкое существование будет прервано. Парень же, видимо, размышлял совсем по-другому, нежели я, и встав с лавочки, скрылся в неизвестном направлении. Я поспешил домой, бросившись на всех парах из этого парка и мысленно поклявшись никогда больше не гулять по ночам. Прибежав домой и заперев дверь, я пытался отдышаться, адреналина выработанного надпочечниками вполне хватит надолго. И да, у меня пять по биологии. Это я так, к сведению. Выхлебав два стакана воды я, наконец, успокоился. Кто же это был? Обычный парень или убийца? Для обычного парня он показался мне странным, хотя судить человека по тому, что он надел летом толстовку, глупо. Ну, мало ли, может, он болеет. Да и вообще, чего я о нём думаю? Что было, то было. В конце концов, уже три часа ночи, мне на работу к 8,а сна ни в одном глазу. Что ж, придётся пялиться в телевизор, может, под него и усну, во всяком случае, так частенько бывает. Включив телевизор и скинув с себя джинсы с футболкой, я лёг на диван и стал пялиться в потолок под звуки, доносящиеся из телевизора. Так мне не страшно спать, поэтому я часто ложусь спать именно в гостиной и засыпаю под телевизор. Говоря о моей квартире, мне с ней повезло. Плата небольшая, спальня, гостиная и кухня. То, что нужно одиночке. Чёрт, мне 16, а я одиночка, поверить не могу. Хотя нет, могу. Единственным моим гостем была мама, которая приходила, отчитывала меня за беспорядок и уходила. В любом случае, она развевала моё одиночество, но теперь и она не приходит. Так что, ругать меня некому, и я по-прежнему не убираюсь. А зачем? Мне и так хорошо. Да и особого беспорядка у меня нет. Разве что, бардак в шкафу с одеждой и многослойная пыль. Посуду я мою, от неё уж никуда не деться, и мне этого достаточно. И готовлю я, кстати, сам. Идеальный будущий муж. Так меня раньше называла мама. Я же только смеялся над этими словами. Ну, какой из меня муж? Я так привык к одиночеству, что, пожалуй, даже если и появится девушка, которая захочет связать свою жизнь со мной, я просто сбегу. Или же наоборот, вцеплюсь в неё всеми силами, а она испугается и убежит. Что за мысли вообще? Какая ещё девушка? Да на меня в жизни ни одна девушка не смотрела в этом плане. Да и вряд ли посмотрит. Да, я пессимист и, кажется, отчаялся найти хотя бы друга. Неужели, я не заслужил рядом человека, который бы выслушал меня и помог в трудную минуту? Что я такого сделал, что Бог наказывает меня? По-другому это никак не назовёшь. Согласен, ничего хорошего я в своей жизни пока не сделал. Но и плохого тоже. Неужели мне нельзя быть хоть чуточку счастливее? Как обычно не заметил, как уснул. Так же не заметил, как проспал. 8:40,через 20 минут открывается кафе, а я ещё на работе не был. Со всех ног я бросился в туалет, почистил зубы и кое - как нацепив джинсы с футболкой, бегом бросился на работу. Ворвавшись в кафе, я застал на своём рабочем месте, то есть за стойкой, Кейси. -Привет, - Поздоровался я. -Привет, Гарри. Миссис Браун спрашивала, почему ты опаздываешь, я сказала, что тебе стало плохо. -Спасибо, я просто проспал. -Ну, я так и подумала. - Улыбнулась она мне. - Подростки, что с вас взять. Кейси было 20, и она считала себя взрослой. Ну, возможно так оно и есть, на работу она ходила вовремя, работала хорошо, не отлынивала, как это делали многие. Почти каждую неделю здесь появлялись новые работники, пришедшие на замену прогульщикам и тунеядцам. В большинстве случаев, они ничем не отличались друг от друга, почти все подростки, лет до 20, видимо, бросившие школу и не получившие нормального образования. За неделю, что я работаю здесь, нормальными работниками являлись я, Кейси и повар, 27-летняя Мэриэл. Про неё я ничего не знал, но мне было достаточно того, что она держится за место и хорошо готовила. Клиенты не жалуются, по крайней мере, да и я не прочь иногда отведать пирожное её приготовления. Кейси же не воспринимала меня всерьёз, как и сейчас, её фраза, на которую я ничего не ответил. Она, должно быть, думает раз мне 16,то я постоянно зависаю в клубах, однако она даже не догадывается, что уснул я в раздумьях о своей никчёмной жизни. Да и не нужно ей этого знать. Отметившись у миссис Браун, и попросив прощения за то, что опоздал, я принялся за работу, а именно за мытьё полов, а позже за посуду, так как какая-то новенькая посудомойщица не пришла. Глубоко вздохнув, я подбодрил себя тем, что у некоторых жизнь и вовсе дерьмо, а у меня ещё более менее терпимо. Я вспомнил про того парня. Кто же это был?