Отцы и дети

Маша улыбнулась самой себе в зеркало и взяла со столика расческу. Девушка была очень вымотана переездом, но новый дом ей очень понравился, хотя она и не принимала участия в его выборе. Удивительно, однако, ее комната была очень похожа на прежнюю, даже по строению. Девушка слегка покосилась на большую кровать, прикрытую балдахином. Князев объяснил это тем, что Алина почти всегда спит с Машей, но Вершинина прекрасно понимала, что это лишь попытка позаботиться о ней, лишь капля той заботы, которой он не смог дать ей в детстве. И потом его можно было в любой момент снять, но Маша не хотела этого. Она положила расческу на тумбочку и, поправив волосы рукой, напрямую посмотрела в сторону кровати. Девушка прислушалась. Из-за прикрытого балдахина доносились тихие всхлипы. Маша приоткрыла его и забралась с ногами на кровать. Алина лежала спиной к ней и тихо плакала. - Малыш, что с тобой? Девушка переложила голову девочки в себе на колени. Алина отрицательно покачала головой и лишь сильнее вцепилась пальчиками в руку мачехи. - Солнышко мое, - прошептала Маша, - ну, расскажи мне, что случилось? Девочка привстала и обняла девушку за шею. - Маш, почему папа так быстро уехал? – Сквозь слезы прошептала она. Маша пожала плечами. - Работа. Не волнуйся, он скоро приедет. Он обещал. Алина заплакала еще сильнее. - Я не хочу возвращаться туда. - Тебе и не придется! – Воскликнула Маша, отчаянно пытаясь успокоить малышку. – Они больше никогда не смогут добраться до тебя. Алина кивнула и сильнее прижалась к мачехе. Ей тоже очень хотелось бы в это верить. - Алин, я хотела бы, чтобы кое с кем познакомилась. – Аккуратно начала Маша, поглаживая девочку по голове. Алина вздрогнула. - С кем? - Это твой сводный брат. – Ответила девушка и прикусила губу. Она еще не знала, как Алина отреагирует на это. Девочка, молча, задумчиво смотрела перед собой. Ей было очень страшно. С одной стороны бояться было нечего, если он сын Маши, значит, не причинит ей вреда, но с другой, она очень боялась знакомств с новыми людьми, никогда не знаешь чего ждать от них. В этот момент раздался звонок в дверь. Алина буквально подскочила на месте и задрожала. - Ну, не бойся, - Маша встала с кровати и, слегка нагнувшись, протянула малышке руку, - идем. Девочка доверчиво посмотрела на нее и, неуверенно взяла ее за руку. Маша улыбнулась. Они вместе пошли вниз. Девушке было непривычно идти рядом с девочкой, обычно она всегда несла ее на руках, а тут такое кардинальное изменение. Маша с ужасом подумала о том, что скоро Алина, и спать будет отдельно от нее, но тут, же отогнала дурные мысли. Это было бы уже слишком для нее. Они спустились вниз. Девушка подошла к двери и открыла ее, впуская Максима внутрь. Она обняла сына, по которому уже успела изрядно соскучиться и оглянулась в поисках Алины. Девочка тихо стояла позади, надеясь, что если она спрячется за длинной юбкой Маши, то ее не заметят. Девушка полностью повернулась и взяла ее за руку, подводя ближе к сыну. - Алин, ну, ты чего. – Она присела на корточки рядом со стесняющейся падчерицей. – Это Максим. Алина растерянно смотрела на парня, который последовал примеру матери тоже присел на корточки. Он с улыбкой помахал ей рукой, точно так же, как тогда, в лесу, когда отец унес ее на руках. - Привет. – Произнес Максим, по-прежнему, улыбаясь. Девочка слабо улыбнулась. - Вы что знакомы? – Удивленно сказала Маша, видя, что, похоже, дети знают друг друга. - Да, - тихо засмеялся парень, - мы вместе по лесу гуляли. Алина тоже засмеялась, переставая жаться к Маше. Он уже не был для нее чужим. Володя выключил огонь на плите и оперся руками о стол, однако, долго так простоять ему не удалось. За последние несколько дней он слишком перенапряг пострадавшие руки. Они безумно болели и никак не хотели заживать. Мужчина внимательно посмотрел на перебинтованные запястья, осторожно прощупывая их. - Что не заживают? – Спросил Кирилл, зашедший на кухню. - Нет. - Не удивительно, тебе бы отлежаться пару дней. - Я в полном порядке. – Отмахнулся Володя, вновь возвращаясь к работе. – Как там Вера? - Намного лучше, чем ты. Кирилл достал с верхней полки чашку и, поставив ее на стол, потянулся к чайнику, но визг Веры, доносящийся из далека, заставил обоих мужчин бросить все и кинуться к ней.