пять раз, когда Сарават случайно коснулся груди Тайна, и один раз, когда он сделал это специально

5. Технически Сарават не верит в любовь с первого взгляда. Это иррационально и глупо, да и что в этом хорошего? Влюбиться в кого-то, когда вы только впервые встретились, довольно жутко, потому что вы увидели лицо, и вдруг вы полюбили его? Абсолютно абсурдно. Вот почему он не понимает, как другие музыканты пишут об этом так ... так свободно. Как будто на самом деле круто влюбиться в кого-то, когда вы впервые встретились с ним. Сарават не понимает, как они превращают свои настоящие или несуществующие чувства в песню. Раньше он пытался, но... слова были поверхностными, и правильное чувство не приходило к нему. Другие, иногда даже его собственные друзья, описывают эту любовь как нечто прекрасное. Что-то, что может заставить вас улыбнуться, как идиота, даже если нет причин улыбаться. Однажды он даже сам был тому свидетелем. Девушка споткнулась о камни, и какой-то парень подхватил ее. Он видел, как они оба долго смотрели друг на друга, а потом улыбнулись, как будто у них была общая тайна, о которой он не знал. С тех пор они были и остаются вместе. — Как же так? Как, черт возьми, кто-то может любить другого человека так сильно? — Он просто не понимает этого, — как же так?! Тогда он считал любовь невозможной. Но как же глупо, что он верил, что не влюбится так же. Когда он впервые увидел Тайна, они были старшеклассниками на концерте Scrubb. Парень случайно натолкнулся на него и извинился, прежде чем снова с широкой улыбкой вернуться к прыжкам. Это было похоже на... щелчок. Он старался не показать как был затронут этим небольшим, не таким долгим столкновением с ним. Они даже не говорили... пока что. И все же Сарават уже тогда почувствовал связь. Какое-то притяжение, которое никуда не делось. Поэтому он пытался найти его повсюду. Он пытался расспросить в школе, ходить в разные классы, спрашивал нескольких учителей, даже его внешний вид описывал другим школьникам просто для того, чтобы найти таинственного, радостного парня, с которым он встретился буквально на пять секунд на этом концерте. Но это было бесполезно; все его усилия были напрасны. Он больше не встречал этого милого парня снова. Притяжение не оставило его даже после того, как он закончил школу. Это было ужасно. Ему было грустно, он чувствовал себя безнадежно, потому что не смог узнать его имя до окончания школы. Он грустил несколько месяцев, и его друзья не могли заставить его даже улыбнуться. Это была судьба Саравата. Следующие несколько дней его были наполнены симпатичным парнем - Тайном, он узнал его имя, - который следил за ним, отправлял ему электронное письмо и присоединился к TeamSarawatWives (Сарават сначала только подозревал, но, поскольку Тайн подтвердил это сам, он понял, что был прав), а затем притворялся, что сам играет на гитаре, чтобы остаться с ним в клубе ... это то, что заставило Саравата почувствовать себя особенным. Конечно, он не хотел легко соглашаться на его просьбу. Сарават потратил месяцы, пытаясь найти его. Он гнался за своей влюбленностью со старших классов, мечтал найти незнакомца, и после всех тех усилий, которые Сарават предпринял, чтобы найти его, бонусом оказалась просьба того милого парня стать его фальшивым парнем. Сарават прекрасно понимал, что если свяжется с ним... еще пожалеет об этом. Он знает, что с ним что-то случится, если он продолжит тусоваться с этим мистером Шиком, как он так гордо называет себя. Вместо того, чтобы прислушаться к голосу разума, он доверился своему внутреннему голосу, который подсказывал ему согласиться стать фальшивым парнем Тайна. И посмотрите как все закончилось. Сарават влюбился еще сильнее, чем в первый раз, когда встретил его. - О чем ты так глубоко задумался? - Тайн толкнул его плечом, привлекая к себе внимание. - Ну что? - Сарават по-совиному моргнул. - Серьезно? Ты пригласил меня заниматься, но даже не слушаешь. - Тайн устало вздохнул. - Я просто отвлекся, - сказал Сарават, почесывая затылок и недовольно глядя на свою неоткрытую книгу. - На что отвлекся? - спросил Тайн, усердно делая свое домашнее задание. А Сарават просто смотрел на него, восхищаясь его чертами и серьезным выражением лица. Его брови аккуратно сдвинуты, язык изящно высунут, челка спадает на лоб, привлекательные скулы, острая линия челюсти, которая может порезать, его глаза, которые явно наполнены скукой, но при этом сияют, как и всегда. У него такое лицо... очаровательное, и Сарават не мог не смотреть на него – его черты настолько идеальны, что он не может не влюбляться все больше и больше с каждым разом, когда смотрит в его глаза. - На тебя. - Просто ответил он. Тайн внезапно перестал писать, вероятно, обрабатывая слова, которые сказал Сарават. Сарават наклонил голову на бок, гадая, произвели ли эти слова на него хоть какое-то впечатление. Ну ведь должны! Когда Сарават смотрел мыльную оперу (он никому никогда не признается об этом вслух), он видел, как девушка покраснела, когда парень сказал ей это! Поэтому он решил сказать это Тайну, чтобы заставить его волноваться так же, как он заставляет чувствовать себя Саравата. - Заткнись. - Пробормотал он, продолжая решать задание. Сарават нахмурился. Это... это не та реакция, на которую он надеялся. - Я заставил твое сердце дрогнуть? - Спросил он, и Тайн удивленно хмыкнул. - С чего бы это? - Пробормотал Тайн, глядя на него с шокированным выражением лица. Сарават еще больше нахмурился и покачал головой. Тайн застонал и провел рукой по волосам. - Ты действительно очень странный, ты это понимаешь? - Вообще-то нет. - Да, - настаивал Тайн, приподняв одну бровь. - Ты не учился играть на гитаре, а просто следовал своим инстинктам, и это делает тебя каким-то образом круче, ты очень умный, очень спортивный, ты стал моим фальшивым парнем...нет, подожди, я попросил тебя, но тебе не обязательно было соглашаться, потому что ты мне ничего не должен. И еще ты одержим сиськами. - Тайн скрестил руки на груди, - а именно моими. Сарават посмотрел вниз и почесал голову. Виновен по всем пунктам обвинения. Это не его вина, что его буквально заводит тело Тайна. Его мускулистая, но худая фигура, его длинные ноги, его круглая задница и его сиськи, которые каждый раз цепляют взгляд Саварата. Он не знает почему его так тянет к нему - с другими людьми он совсем не такой. Он оценивает фигуры других девушек и парней по всем параметрам, но только телом Тайна он восхищается. - Мне скучно. Давай сделаем что-нибудь веселое. - Тайн отодвигает свою домашнюю работу. - А как же твое задание? - Я закончу его позже. - Тайн отмахнулся. Затем он поднялся на ноги. - У тебя тут есть настольные игры? - Нет. Тайн, напевая песню, подошел к своей сумке, которая стояла у окна, и что-то стал искать внутри. Сарават нахмурил брови и встал следом, подойдя вплотную к Тайну. - Подожди, у меня тут есть несколько карточных игр, - он заметил парня у себя за спиной. Сарават прищурился и посмотрел в окно, уверенный, что там кто-то есть. Его глаза расширились, когда он понял, что это была одна из жен Саравата, также скептически смотрящая внутрь. - Эй, ребята! Разве это не... Сарават!? Дерьмо. - Тайн, Тайн! - Сарават впал в панику, когда стали появляться все новые девушки, приближающиеся к его дому. - Ну что? - Небрежно спросил Тайн, - хватит быть таким нетерпеливым. Я знаю, это где-то здесь. Сарават выругался, схватил Тайна за руку и толкнул его в угол, где девушки не могли их видеть. - Что за?! - Удивленно воскликнул Тайн. - Заткнись. - Прошипел Сарават. - Сарават, отпусти, - Тайн попытался оттолкнуть его. Сарават уверен, что сейчас девушки, вероятно, подошли ближе, и если они увидят их, его дом будет открыт, и они будут отправлять свои подарки сюда, а не в музыкальную комнату. Он не может этого допустить, и ему нужно, чтобы Тайн заткнулся. - Заткнись, Тайн. - Резко прошептал Сарават. - Какого черта? Сарават, что такое- Сарават услышал голоса девушек. Наверное, они уже заглядывают внутрь. Если они услышат Тайна, он будет в заднице. Сарават сделал то, что никогда бы не сделал трезвым. Он выдохнул и прижался губами к губам Тайна. Тайн был явно шокирован, его вопросы глухо прозвучали из уст Саравата. - Вы уверены, что видели здесь Саравата? - Ну да! Я уверена! Он был с кем-то еще! Сарават их уже не слушал. Его голова была чиста, а сердце быстро билось, поскольку их губы все еще оставались в неподвижном состоянии. Сарават поднял голову и увидел широко раскрытые от изумления глаза Тайна. Он был явно смущен, судя по его поднятым бровям и красным щекам, но все же... Он не оттолкнул его. Ха. Сарават закрыл глаза и начал медленно двигать губами, надеясь, что все делает правильно. У него раньше не было никаких отношений, поэтому у него вообще нет никакого опыта. Флирт постепенно становится лучше, но это- Но целоваться? Нет, блять, никаких идей. Сарават начал чувствовать страх где-то в животе, в то время как Тайн все еще стоял неподвижно. Его тело застыло, как и его губы. Если... если он этого не хочет, то почему не отталкивает Саравата? Сарават уже собирался отодвинуться, но Тайн потянулся за его губами. Удивленный Сарават открыл глаза. Тайн посмотрел на его губы, облизывая свои. Он почувствовал, как его сердце по-летнему забилось, когда Тайн закрыл глаза и наклонился к губам Саравата, слегка надавливая на них. Сарават просто смотрел на него в полном недоумении. Губы Тайна тоже двигались...с чувством и эмоциями - и это было мягко и покалывало, и заставляло Саравата хотеть большего. Руки Тайна медленно опустились, посылая озноб по всему телу Саравата. Его руки сжали бедра, губы стали все более... более напористыми и удовлетворительными. Сарават почти уверен, что его лицо было ярко-алое. Он не ожидал, что его маленькая попытка заткнуть Тайна будет иметь полностью обратный эффект на него, и на этот раз он сам заткнется. Не то чтобы это был плохой ответный удар. Еще через несколько мгновений губы Тайна снова начали медленно двигаться, мягко прижимаясь к губам Саравата, а потом он отстранился. Сарават безнадежно потянулся за его губами, желая продолжить, но Тайн поднял палец к губам. - Прежде чем ты объяснишь мне, какого черта ты это сделал, - спокойно сказал Тайн, что еще больше удивило Саравата. Когда Сарават флиртовал с ним или даже прямо говорил что-то, что ему так нравится, Тайн всегда краснел и что-то парировал или просто молчал и игнорировал слова Саравата. - Я просто хочу сказать, что причина, по которой я хотел, чтобы ты отпустил меня, в том, что ты извращенец. - А? - Сарават мгновенно смутился. - Твои руки на моих сиськах. - Тупо констатировал Тайн. Глаза Саравата расширились, и он опустил взгляд на свои собственные руки. Он прав. Его руки лежали на груди Тайна. Он отскочил назад, быстро отдернув руки, будто обжегся. Тайн удивленно поднял брови. - Я слышал, что говорили девушки. Ты мог бы просто сказать мне. Я бы тебя понял. Сарават молчал. - А кто сейчас все молчит, а? - Тайн усмехнулся. - Я иду перекусить. - Сарават отвернулся. Он быстро открыл дверь и вышел, не обращая внимания на удивленные протесты и легкий смех Тайна. Он не мог показать ему румянец, растекающийся по щекам. 4. Сарават зевнул, наблюдая, как профессор один за другим раздает тесты. Тест был довольно трудным даже для него, но он знает, что все равно решил его. Он улыбнулся, когда увидел свой балл. Девяносто семь. Неплохо. Прозвенел звонок, и Сарават запихнул свой тест в сумку. Это было время обеда, и он хотел увидеть Тайна как можно скорее. Они были очень заняты в последние дни. Сарават музыкой и футбольной практикой, а Тайн танцевальной и музыкальной репетицией. Их расписание не совпадало, и Сарават теперь редко видел улыбку Тайна. В последний раз они были вместе чуть больше двух минут, когда Сарават пригласил Тайна в свою комнату для занятий (что привело к... чему-то кроме занятий). Это единственный шанс Саравата снова потусоваться с ним, и он был чертовски уверен, что не собирался тратить его впустую. Он спешил по коридору и улыбнулся, когда увидел Тайна. Но когда он заметил с кем тот говорит, его улыбка быстро сменилась на хмурое выражение лица. Он разговаривал с Пэр. Они оба улыбались. Пэр стояла и застенчиво разговаривала с Тайном, а Тайн сидел, одарив ее своей глупой улыбкой. Пэр смеялась, а Тайн мягко улыбался, глядя на нее. Чем дольше Сарават на них смотрел, тем больше он ломался. Тайн отвел от нее взгляд, и его глаза на долю секунды расширились, когда он увидел Саравата. Затем он улыбнулся и помахал рукой ему. Сарават сглотнул обжигающий комок в горле, быстро повернулся и вышел из комнаты. Он не должен плакать сейчас. После обеда все еще есть занятия, и он не мог пойти туда со своим сердцем, которое в беспорядке от... от одного маленького взаимодействия, что он только что увидел. Но он не мог просто притвориться, что ничего не чувствует. Чем дольше он остается с ним, тем больше это влечение накапливается внутри него для Тайна, для парня, который прям как столб. Для того, кто никогда не увидит его таким, потому что ему нравятся только девушки. Любовь — это жестокая вещь, которая причиняет боль. Он сгорал и крутился так, как не думал, что вообще возможно. Это сокрушает его надежды и ожидания... это что-то большее, чем платоническое, одностороннее; большее, чем просто друг. Сарават чувствует эту любовь, это проклятие, которое он охотно принял в себе, сокрушая свою душу и сердце ради чего-то, что не должно иметь большого значения. Но это было. Для него. - Ват? - Он услышал смущенный голос Тайна. - Эй, Ват! Что случилось? Он начал идти быстрее, и шаги позади него тоже ускорились. Студенты бросали на них странные взгляды, вероятно, задаваясь вопросом, почему Сарават убегает от своего так называемого "парня". Фальшивого парня. Эти слова эхом отдавались в его голове, напоминая ему, что он не более чем фальшивка. Ничего больше. И на что же он, блядь, надеялся? - Ват, да ладно тебе! - Он услышал, как Тайн снова закричал. - Что случилось? Он начал паниковать, когда его шаги приблизились, поэтому он решил зайти в учительскую комнату. Теперь он понял, что это была глупая идея, потому что он буквально загнал себя в угол. - Эй, Ват, что случилось? - Он чертыхнулся, когда Тайн вошел в комнату, закрывая за собой дверь. Он ничего не ответил ему. - Эй. - Он услышал беспокойство в голосе Тайна, и он почти поддался этому голосу, но сдержался. Он не хотел говорить. - Это из-за меня и Пэр? - Он не мог удержаться от напряжения, и это заставило Тайна глубоко вздохнуть. - Ты же знаешь, что она лесбиянка, да? После этих слов, Сарават быстро повернул голову. Его глаза были широко раскрыты, как блюдца, а слова повторялись в его голове снова и снова. Ты же знаешь, что она лесбиянка, да? Ты же знаешь, что она лесбиянка, да? Ты же знаешь, что она лесбиянка, да? - Что? - Почти недоверчиво прошептал он. Конечно, он не поверил так быстро. Он сказал, что девушка, которая была почти всегда рядом, лесбиянка?! Девушка, которая заставила глаза Тайна превратиться в буквальные сердца в тот момент, когда она вошла в комнату и представилась как новый член клуба?! Девушка, для которой Тайн сделал бы все что угодно, была лесбиянкой все это чертово время?! Как, черт возьми, он не замечал этого?! - Похоже, ты будешь в бешенстве. - Тайн почесал затылок. - Ты, наверное, не знал. - Но... как же так? - Сарават умудрился споткнуться, на его лице ясно читалось замешательство. - Я...но может ли она действительно быть такой... возможно ли это вообще... - Да, это так, Ват. - Тайн засмеялся. - Я даже не знаю, почему ты иногда так злишься на нее. Мы же просто друзья. Сарават тяжело сглотнул. Все это время. Он мог признаться Тайну прямо сейчас. Ему не придется делать тонких намеков, что он ему нравится или что он ревнует. Он мог бы просто так сказать... признаться, что ему очень, очень нравится Тайн. Это... судьба? Неужели это судьба наконец-то подталкивает Саравата к признанию, к тому, чтобы он сказал то, что он действительно чувствует? Неужели это тот самый шанс, который так долго ждал Сарават? Может быть, любовь не так уж и плоха. Он открыл рот, не зная, что сказать, но тишина убивала его, и он действительно хотел что-то сказать– - О, Та-айн! Я знаю, что ты там! Я видел, как ты вошел сюда! - Дерьмо. Грин. - Глаза Тайна расширились от страха. Сарават тоже выругался, потому что этот парень серьезно разрушает шанс признаться. Сарават схватил Тайна за руку и затащил его внутрь шкафчика. Все было так же, как и раньше: когда Тайн поймал его в шкафчике, но все закончилось тем, что запер он и себя тоже. Однако на этот раз Сарават был тем, кто начал прятаться. Ну и ладно. И Тайн, и Сарават избегали смотреть друг на друга. Они были пойманы в ловушку в очень тесном пространстве, их тела друг напротив друга, нет пространства, чтобы двигаться комфортно. Сарават задался вопросом, может ли Тайн услышать сильное и быстрое биение его сердца, когда губы Тайна нависают над его собственными, а дыхание сопит на губах, так близко. Если бы Сарават пошевелился, хотя бы на дюйм, их губы соприкоснулись бы. Горячий. Было очень жарко. Резкое дыхание Тайна, его мускулистое, подтянутое тело, его всегда такие мягкие губы... Саравату нужно выбираться отсюда. Ему... ему нужно выбраться отсюда, прежде чем он снова сделает что-то опрометчивое. - Тайн~! Где ты? Ты что, прячешься? - Он слышал, как Грин кричит своим странным, радостным голосом. - Ват. - Прошептал Тайн, и сердце Саравата перешло в гипердвигатель, когда их губы соприкоснулись, но только на мгновение. Тайн, похоже, даже не заметил какое впечатление он произвел на него, продолжая свой путь. - Ват... не мог бы ты, пожалуйста– - Заткнись, или Грин услышит нас. - Прошептал в ответ Сарават. Тайн сглотнул и со стоном поднял глаза. Его щеки ярко-красные, и все, что Сарават мог видеть - это его открытая шея. Он старался не смотреть слишком пристально, но что еще он мог сделать? Эта кремовая кожа, которую Сарават хотел потрогать... или поцеловать. Блять. Сарават не знал, как долго он еще смог бы контролировать себя, прежде чем он опустился бы вниз к его шее, прижался бы губами к шелковистой коже, дотронулся бы до бархатных волос Тайна, притянул бы его еще ближе, чем он уже есть. Он действительно хотел это сделать. - Са... Ра... Ват...” Только когда Тайн со стоном произнес его имя, он понял, что уже делал это. - Эй! Тебе туда нельзя заходить! - Я искал Тайна. Вы его не видели? - Это не повод заходить в комнаты по своему усмотрению! - Простите меня! Я ухожу прямо сейчас!” Тайн тяжело вздохнул, его глаза были закрыты, тонкие ресницы скользили по коже. Его брови были нахмурены, и он вспотел. Сарават продолжил целовать его шею, моля Бога, чтобы он все делал правильно. Он хотел сделать все правильно. Он не хотел ничего, кроме удовольствия для Тайна, для этого единственного парня, который держит все его сердце и даже не знает об этом. - Сарават. - Тайн задыхался, когда Сарават укусил его кожу, оставляя на шее явный след, который невозможно скрыть под рубашкой. Сарават облизал отметину, наслаждаясь тем, как Тайн дрожал от его языка. Он посмотрел на него. Тайн выглядел невероятно взволнованным; капли пота покрывали его лицо, волосы были взъерошены, губы приоткрыты от тяжелого дыхания, из-за чего казалось, будто он пробежал марафон вокруг кампуса пять раз. - Ты... - пробормотал Тайн. - Твой.. - вполне восхитительно мог бы добавить Сарават. - Я... - Сарават прислушался. Это оно? Собирается ли Тайн признаться в том же, что и он? Это, наконец, то, на что Сарават надеялся все эти месяцы, пока длились их фальшивые отношения? - Твоя рука на моей груди. - Быстро сказал Тайн, отчего его щеки стали еще краснее. Сарават посмотрел вниз, и у него отвисла челюсть, когда он увидел, что его правая рука упиралась в грудь Тайна. Сарават мгновенно отступил назад, что привело к тому, что дверь шкафчика открылась, и он выпал наружу. Тайн сразу попытался поймать его. - Сарават- В слабой попытке поймать его Тайн протянул руку, за которую Сарават попытался ухватиться, но промахнулся, и оба они упали на пол. - Ох. - Простонал Сарават. Он открыл глаза и тут же занервничал, увидев склонившееся над ним лицо Тайна, сморщенное от досады. Сарават поспешно отполз назад и встал, рассеивая то, что было бы неловкой ситуацией, если бы Тайн открыл глаза. - Это было неудобно. - Прокряхтел Тайн, когда встал, отряхивая пыль с брюк и униформы. - Да. - Сухо ответил Сарават. В комнате воцарилась мертвая тишина. Возможно, из-за того, что только что произошло. Сарават мысленно проклинал себя, потому что почему, черт возьми, он сделал это, теперь им неловко и как, блядь, он мог признаться Тайну сейчас– - Нам нужно поговорить об... этом. - Тайн замолк, почти нервно пожимая плечами. Сарават нахмурился, его сердце разрывалось от такого тона. Ему... ему это не понравилось? Неужели он думает, что это ошибка? Неужели он забьет гвоздь в крышку гроба и скажет ему, что он честен, и всегда был честен с самого начала? - Я понимаю. - Уныло ответил Сарават. Ему больше не нужно ничего говорить. Уже слишком больно находиться в одной комнате с ним – он не должен ни в чем признаваться, все признаки итак довольно ясны. - Ты... понимаешь? - Спросил Тайн, искренне озадаченный. Он прочистил горло и расправил плечи, почти неловко раскидывая руки и нервно улыбаясь. - Ну тогда... что... что ты думаешь обо мне? Чертовски красивый. - Что еще тогда? Ты тот, кто ты есть, а я не такой, как ты. Тайн нахмурил брови с выражением, к которому Сарават не привык. Раздражение на лице Тайна вполне естественно. Чего он не знает, так это гнева на красивом лице Тайна. - И что это значит? - Прошептал Тайн, почти угрожающе. Это значит, что я никогда тебе не понравлюсь, потому что ты гетеросексуал. - Это значит, что я недостаточно хорош, чтобы изменить твое мнение. - Признался Сарават, и его сердце разрывалось при каждом слове. Он смеялся, не обращая внимания на боль, которая накатывает на его грудь подобно гребаному цунами. - Почему я вообще думал, что у меня есть шанс? Как бы мне это ни было противно, ты - это ты. Я не могу это изменить. - Я - это я, потому что сам так решил, Ват. - Прорычал Тайн, и каждое его слово было словно удар в сердце Саравата. - Понять, кто я такой, чертовски трудно, понимаешь? Ты просто не можешь... ты же не мог просто сказать, что хотел это изменить! - Разве не ты ли не замечал намеков!? - Сарават закричал от отчаяния. Больно, как Тайн допекает его, называет прямым, и да, Сарават с болью осознает этот факт, но он действительно ничего не чувствовал? За все это время, что они провели вместе... воспоминания... поцелуй, черт возьми! Что-нибудь из этого значило для него так же, как для Саравата?! - Я так старался... Я так чертовски старался заставить тебя измениться, потому что я- - Почему ты так хочешь, чтобы я изменился? - Тайн оборвал его, и в конце у него сорвался голос. Глаза Саравата расширились, когда он увидел, что глаза Тайна наполнились слезами. Что... что происходит? - Когда я впервые это понял, то не смог... Я ненавидел себя так сильно, потому что считал себя чертовски странным. ... Что? Сарават потерялся. Что... о чем, черт возьми, говорит Тайн? - Я так себя ненавидел. - Грубо сказал Тайн, и по его прекрасному лицу покатилась слеза. - Но ты же... ты заставил меня чувствовать себя таким любимым, и... Я думал, что из всех людей ты поймешь меня. Ты... ты сказал бы мне, что все в порядке, и мне не нужно было меняться. - Ч-что? - Заикался Сарават, совершенно не понимая, что говорит Тайн. Тайн резко вытер слезы. - Я не ожидал, что человек, которого я люблю... – он замолчал в нерешительности, но его лицо посуровело, и нерешительность исчезла. - Любимый был тем, кто пытался изменить меня все время. - Он бросил на него последний взгляд, полный гнева и ненависти, прежде чем покинуть комнату. Сарават ничего не понял. Что... и что же это было? Может быть, они говорили о двух разных вещах? Если так, то что же Тайн пытался заставить его понять? Сарават не мог сосредоточиться, не мог ясно мыслить, потому что все, что занимало его голову - это выражение полного отвращения на лице Тайна, прежде чем он вышел из комнаты. Сарават сел на пол, его сердце разлетелось на миллион осколков. Если раньше он думал, что у него нет ни единого шанса, то теперь уж точно не было. Любовь - это жестокая вещь, и она полностью, совершенно разрушает его. 3. Сарават никогда бы не подумал, что он будет пить после того случая с Тайном. Ну а что еще ему оставалось делать? Ничего, вот, блядь. Он уничтожил – нет, абсолютно уничтожил! Уничтожил все шансы, которые возможно были у него с Тайном. То, что у них есть – было - теперь его нет, и Сарават ничего не может сделать, чтобы это изменить. Сарават лежал на кровати, тупо уставившись в потолок. Он сделал большой глоток из бутылки, которую купил тридцать или, может быть, сорок? - несколько минут назад. Он безнадежен. Это было слишком для него, чтобы справиться с этим; потерял своего лучшего друга, и своего фальшивого парня, и свою влюбленность - все в один дерьмовый день. Он заставил себя просидеть весь следующий урок, но на музыкальную практику не пошел. Он... Как он мог? Как он мог осмелиться показать свое лицо Тайну, ведь он был слишком глуп, чтобы остановиться и просто... просто послушать все, что он должен был сказать, прежде чем уйти в свои чувства и обидеть Тайна в этом процессе? У него нет на это права. У него вообще нет никаких прав. В течение недели была просто студенческая ярмарка. Так что технически он никому не был нужен. Сарават всю неделю сидел дома, пил, дулся и горевал о любви, которую потерял; о любви, которую, как он думал, сможет обрести... навсегда. Сарават крепко зажмурился, чувствуя, как его охватывает жгучее чувство. Он сожалел о том дне. Он... он гадал, что бы случилось, если бы он позволил Тайну сказать, а не предположил, что он собирался сказать. Если бы все сложилось именно так, изменился бы результат? Будут ли... будут ли они действительно вместе, если Сарават просто поймет, о чем он говорил? Будут ли они целоваться; закончат ли они свои фальшивые отношения взамен... настоящих? Был бы сейчас Сарават на студенческой ярмарке, держа Тайна за руку, оглядывая прилавки с едой и киоски с разной дичью, смеясь и улыбаясь вместе с ним, а не жил бы в этой жестокой реальности, где он пьет, потому что слишком больно думать о том, что будет, если? А если... а если бы это случилось? Он хотел этого, тосковал по той реальности, где все счастливы. Где он мог взять Тайна за руку и уверенно сказать ему, что любит его. Там, где он не погружался еще глубже в эту ненависть к самому себе, которую он чувствовал с того самого дня, того жестокого дня, который заставил его потерять все: его отношения, дружбу и единственную связь с Тайном. Это... это такая совершенная реальность, что больно думать, что это никогда не сбудется. Сарават почувствовал, как его рука потянулась к щеке, мокрой от слез. Он открыл глаза, глядя на мокрые пальцы, и мысль о том, что он плачет, медленно щелкает у него в голове. - Ха. - Сарават вздохнул и закрыл глаза, позволяя еще одной слезе упасть. - Вот это... это очень больно. Люди говорили, что плач - это катарсис; эмоциональное освобождение, которое облегчает плечи и успокоит душу. Многие люди говорят, что плакать не должно быть стыдно – это терапевтическое и катарсическое средство, которое полезно для психического здоровья и особенно для сердца. Плакать должно быть хорошо - это заставит тебя чувствовать себя лучше. Но... Но почему Сарават чувствовал себя ужасно? Почему каждая слеза делала бремя в его сердце еще тяжелее? Почему плач только заставляет его сердце болезненно сжиматься, в такой резкой манере, что кажется, будто его выдавливают? Почему это очищение мучает его тело, изнуряя его и не принося ему ничего, кроме мучений? Почему этот единственный способ, который может помочь ему чувствовать себя лучше... в конечном итоге, заставляет его чувствовать себя гораздо хуже? Почему он не может просто быть счастлив? Сарават почувствовал, как чья-то рука вытирает ему слезы. Он слишком пьяный, поэтому подумал, что это его собственная. - Ват... просыпайся. Сарават, должно быть, спит. Даже во сне он мучает себя голосом Тайна, потому что это единственное, что дает ему любовь, но также и то, что причиняет ему боль . - Сарават, пошли. Сарават медленно открыл глаза, привыкая к свету, и некоторое время пытался сосредоточиться на том, кто стоит перед ним. От неожиданности он издал тихий звук, выражающий неверие. Тайн. Тайн навис над ним во всем своем великолепии; мягкие нахмуренные губы и сверкающие обеспокоенные глаза, которые Сарават хорошо узнал даже с его расплывчатым зрением. Его глаза спустились к шее, видя засос, который он оставил на ней несколько дней назад. Сейчас он был уже не таким свежим, но все равно довольно заметным. Он даже не был спрятан – на самом деле, рубашка Тайна была расстегнута на две пуговицы, будто он показывал засос всему миру. Сарават не знал, что еще более странно: Тайн здесь прямо в его комнате или Тайн, демонстрирующий засос, который Сарават оставил на нем. - Тайн? - Недоверчиво пробормотал Сарават. Уголки губ Тайна приподнялись в улыбке. Сарават не знал, должен ли он показать, что счастлив, потому что если он должен, то Тайн уже терпит неудачу. Его легкая улыбка сдерживала грусть, которую Сарават мог легко распознать, настолько легко, что это единственное, на что он обратил внимание. Не то, что он был в его комнате, не то, что он улыбался ему, или не то, что он вытирал его слезы так нежно, что его сердце начинало трепетать. Он не сказал ничего из того, что он чувствует, но при этом заметил небольшой оттенок грусти в улыбке Тайна. - Почему... почему ты грустишь? Глаза Тайна расширились, но тут же смягчились. - Ты становишься очень проницательным, Ват. - Он усмехнулся, кладя руку на щеку. Сарават почувствовал, как его тело начинает гореть от его прикосновения, он чувствовал это каждой клеточкой своего существа. Это все из-за тебя. - Я учился. - Отвечает он, наклоняясь к руке Тайна. Мягкая. Такая мягкая. - Прости, Ват. За все, что я сказал раньше. - Сказал Тайн низким и нежным голосом, пока его рука гладила его щеку... с любовью? Сарават сосредоточился на его лице, борясь со всем туманом, который окружал его зрение, игнорируя мурашки, которые он чувствовал с каждым прикосновением руки Тайна; Сарават сосредоточился только на Тайне, и только на нем. - Я... Я не должен был кричать на тебя. Я не должен был выставлять тебя плохим парнем, ведь ты им не был. - Но... Я... - Слабо пробормотал Сарават, изо всех сил стараясь не потеряться в глазах Тайна. - Я тебя не понял. Я был таким придурком и... - Все в порядке, Ват. - Прошептал Тайн. Он улыбался, и, черт возьми, Сарават мог только беспомощно наблюдать, как Тайн поднимал его на ноги. Наблюдать, как Тайн взял бутылку пива из его руки, заменяя ее своей рукой. Он мог только наблюдать, как Тайн поднес их совместные руки к своим губам, легонько поцеловав тыльную сторону ладони Саравата. Он мог только смотреть, как Тайн смотрел на него с той глупой усмешкой, по которой он так чертовски скучал, сияя вместе с его глазами. - Я учусь на твоих уловках, не так ли? Обычно, только ты будешь делать что-то настолько дрянное. Сарават не смог сдержать смех, который сорвался с его губ, потому что он прав. Тайн - это тот, кто проявляет близость в своих отношениях, в то время как Сарават проявляет привязанность, потому что как он может не любить? Как он может не хотеть держать его за руку, целовать губы, говорить слова, глубоко идущие из его сердца, и любить его так же всецело, как он сам? Как у него вообще может быть шанс, когда речь заходит о Тайне? - Ты меня поймал. - Сказал Сарават и улыбнулся, вслед за усмешкой Тайна. Черт возьми, он скучал по нему. - Пошли, - прошептал Тайн, сжимая чужую руку. - Прими душ, и пойдем на ярмарку. Эти шесть слов, эта простая фраза, о которой Сарават даже не задумывался, глубоко поразили его. Неделя, которую он провел в страданиях, внезапно исчезла. Те ночи, которые он провел, думая о том, как бы извиниться перед Тайном, исчезли из его головы. Многочисленные, бесчисленные стратегии или подходы, которые Сарават был готов воплотить только ради прощения Тайна, больше не имели значения. Он знал это и был уверен, что Тайн тоже знает. Больше ничего не нужно говорить, слова Тайна - это доказательство того, что независимо от того, что происходит между ними, он всегда будет хотеть его так же, как и Сарават. И этого ему вполне достаточно. - Да, давай так и сделаем. - Сарават мягко улыбнулся. Он сделал шаг вперед, и, конечно же, после этого осознал, что он просто неуклюжий идиот. Сарават наступил на бутылку и споткнулся, бутылка быстро соскользнула с его ноги, и он потерял чувство равновесия. Глаза Тайна выпучились, когда Сарават повалился на него. Он крепко обхватил Саравата руками, и оба они упали на пол, испытывая сильную боль. - Ай. - С тобой все в порядке? - Да, а ты как? - Я в полном порядке. - Пробормотал Сарават. Они... в интересном положении сейчас. Как раньше, когда они меняли простыни на его кровати, Сарават навис над Тайном. Знакомое чувство снова зашевелилось внутри него. Это была не болезненная любовь, нет. Это была чистая, нежная любовь, которую он почувствовал, когда впервые осознал свои чувства к нему. Никаких сложностей, никаких глубоких смыслов, намеков или сильного восхищения – только любовь. Просто чистое украшение и искренняя влюбленность в этого парня, которого он никогда не представлял себе не частью своей жизни. - Ух. - Тайн замолк, прочищая горло. - Эм, Сарават? - Ну что? - Пробормотал Сарават, надеясь, что его дыхание и одежда не слишком сильно пахнут алкоголем. О боже, так вот что он собирается сказать? Что он пахнет, и он вторгается в его личное пространство, и ему не комфортно с ним быть слишком близко– - Ты... трогаешь мою грудь. - Тихо пробормотал Тайн. Сарават по-совиному моргнул и посмотрел вниз. Его пальцы буквально раскинулись на груди Тина, тепло прижимаясь к ней. Серьезно, как он все время оказывается в такой ситуации?! Сарават тут же встал, придерживая руки при себе. Он чувствовал странное послевкусие груди Тайна на своей руке, тепло, которое Сарават попытался стряхнуть. Как часто Сарават шутил (ну иногда это серьезно) о желании потрогать грудь Тайна, но он всегда сначала просил согласия. Но эти случаи, когда он продолжал случайно касаться его груди, тоже странны для него, он не мог сильно наслаждаться этим чувством. Сарават потер ладонь о рубашку, изо всех сил стараясь избавиться от этого ощущения. Он почувствовал, как горят его щеки, когда Тайн покачал головой и поднялся, отряхивая пыль с брюк. - Я... Я приведу себя в порядок, а ты прими душ. От тебя воняет. - Проклятие. - Сарават вполголоса выругался. Значит, он все же почувствовал. Сарават быстро пошел в ванную, чтобы принять душ, а не потому, что он наконец-то осознал неловкость испускания отвратительного запаха перед Тайном. Он даже не успел заметить, как Тайн прижал руку к груди, и его щеки слегка порозовели, а на губах заиграла легкая понимающая улыбка. 2. Следующие несколько дней были такими же... ну, действительно потрясающими. Сарават рад, что теперь они оба снова в хороших отношениях, потому что эта ссора только сделала их отношения еще... сильнее - это правильное слово. В отличие от того, что было раньше, теперь они больше общаются. До учебы, во время и после нее. Сарават либо спит у Тайна, либо Тайн остается у Саравата. Сарават даже очистил один ящик, чтобы он мог положить туда часть одежды Тайна, на всякий случай, если она ему понадобится. Всякий раз, когда обед, Сарават искал Тайна. А теперь именно Тайн ищет его и просит присоединиться к нему за едой. Все это слишком ново и..... знакомо, что сердце Саравата всегда замирает, когда он видит, как Тайн улыбается ему, и его глаза искренно щурятся вместе с губами. Когда Тайн таскает его по школе или сидит рядом с ним на обеде, или просит его научить другому аккорду на практике - это делает чудеса для бедного сердца Саравата, и любовь, которую он чувствует к этому парнишке, переполняется его от его глаз и его улыбки, которую он, кажется, не может стереть, когда время с ним. Улыбки, которыми Тайн расплачивается с ним за помощь, - это слишком много для Саравата, просто слишком много. Чем больше он влюбляется в его улыбку, тем больше он хочет, чтобы эта улыбка была сфотографирована, чтобы он мог держать эту фотографию возле своего сердца навсегда. (Он не преувеличивает.) После школы они всегда гуляли вместе, случайно заводя разговоры о любви, обсуждая красоту песен Scrubb (в основном только Тайн) и их отношения. - Так... что же теперь будет? Грин больше тебя не беспокоит. - Да, я знаю. Благодаря тебе. - Без разницы. - Чтобы ответить на твой вопрос... давай просто посмотрим, куда дует ветер, хорошо? ... все было не в порядке. Каждый раз, когда они встречались, Сарават намекал, как он очень хотел бы настоящих отношений с Тайном. Но Тайн не понимал этого, потому что он чертовски забывчив, и Сарават любил и ненавидел это в нем. Однажды Сарават оставил свой телефон и бумажник у Тайна. Когда Сарават понял это, он немедленно побежал обратно домой к Тайну и пришел как раз тогда, когда Тайн увидел его обои. Это была полароидная фотография его и Тайна во всевозможных реквизитах. Сарават хотел бы сделать еще одну фотографию, настоящую, но он всегда забывал сказать ему. Он был слишком занят, теряясь в глазах и разговорах Тайна; всякий раз, когда Тайн уходил, Сарават понимал как сильно он хотел бы сфотографироваться. Миллион мыслей пронеслись в голове Саравата, когда Тайн медленно поднял на него глаза от телефонных обоев, возвращая ему телефон и бумажник. - Ты оставил это здесь. Сарават кивнул и взял телефон, ожидая, что он что-нибудь скажет. Хоть что-нибудь. А теперь он это понимает? Знает ли он теперь, как сильно Сарават любит его? Он сложил все кусочки головоломки, которая с гордостью заявляет, что он ему нравится? С минуту они стояли молча, потом Тайн сказал: - Тебе нечего стыдиться. У меня на обоях тоже фотография моих друзей. Сарават почти умер в этот момент. С одной стороны, он рад, потому что он действительно пока не хотел, чтобы он узнал об этом. Но с другой стороны, каким же может быть невнимательным один человек?! Эти знаки прямо здесь! Белые доски, плакаты, рекламные щиты буквально пихают ему в лицо слова “Ты мне нравишься” и все же, он до сих пор не осознает этого. Почему он не понимает, что все подсказки и намеки, которые Сарават оставляет для него, это все его слова о том, как сильно он хотел бы встречаться с ним на самом деле? Сарават вздохнул и покачал головой. Что он собирался делать с невнимательностью Тайна? Сарават провел рукой по волосам, глядя на небо. На это бесконечное темно-синее небо, простирающееся все дальше и дальше, пока тысячи звезд усеивали его. Каждая звезда сияла ярко в окружавшей ее неизмеримой черноте. Полная бледная луна мягко светила, разгоняя безмятежную темноту, исходящую от поразительного света небесного тела. Это было прекрасно. - Эй. - Он улыбнулся, когда услышал этот голос. Ему даже не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кому он принадлежит. Тайн сел рядом с ним и протянул ему банку. - А вот и твой напиток. - Спасибо. - Сарават кивнул, открыл его и сделал глоток. Тайн тихонько ахнул, полный изумления, когда его глаза осмотрели небо над ними. - Вау. Ну и вид. - Так и есть. - Сарават согласился. Они оставались в таком положении еще несколько мгновений; в тишине, позволяя звукам ночного ветра наполнять воздух. Сарават глубоко вздохнул, широко раскинув руки. Он устал от футбольной тренировки, но Тайн рядом с ним заставляет его чувствовать себя лучше. Сарават мимолетно бросил взгляд на него, прежде чем остановиться и более ясно посмотреть на Тайна. Под ярким лунным светом Тайн выглядел еще более ярким и сияющим, чем обычно. Его рубашка свободно висела на теле, осторожно раздуваемая резким ветерком вокруг них. Его острый подбородок и высокие скулы были еще более заметны в сверкающем свете отраженного света, который падал на него сверху. Его губы, такие нежные, были растянуты в соблазнительной и очаровательной улыбке. Его губы, которые Сарават хотел снова поцеловать, выглядели так соблазнительно, привлекательно, заманчиво. Они были еще более пленительными в этой темноте. Глаза Саравата медленно изучали лицо Тайна: каждую деталь, каждый дюйм, каждую черту, которая делает его таким, какой он есть. Его. Он впитывал эти аспекты и запоминал их, тщательно изучая бледную кожу, которая воспламеняла его сердце, к которой он хотел прикоснуться пальцами. Наконец он посмотрел ему в глаза и сказал: Черт возьми, они просто великолепны. Его глаза отражали звезды, делая их более поразительными и ошеломляющими, чем обычно. Его глаза мерцали и искрились, сверкали. Сарават не знал, что эти глаза, те самые глаза, которыми он полностью очарован, заставят его влюбиться в него еще больше. Красивый. - Подумал он, с тоской глядя на него. Сарават хотел отвернуться, черт возьми, он так сильно хотел отвернуться. Но он... Не мог. Есть что-то завораживающее в Тайне, что-то такое, от чего Сарават просто не может оторвать глаз. Каждое движение, несовершенство, запутанность в нем - это то, что приближает Саравата все ближе и ближе, затягивая его так глубоко в эту пустоту любви, что он не может выбраться. И... может быть, он и не хочет. Тайн наконец заметил, что Сарават пристально смотрит на него, и улыбнулся. - Что такое? - Ничего. - Сарават моргнул, прежде чем отвернуться. Тайн хмуро смотрел на него, потом покачал головой и снова повернулся к небу. - Знаешь, мы никогда по-настоящему не говорили о том, что произошло в учительской. Сарават напрягся. Он говорит о том, что Сарават сделал с ним в шкафчике? - Я знаю, что мы разошлись во мнениях. Может быть, именно поэтому мне было так больно от того, что ты говорил, ведь мы говорили о разных вещах. - Усмехнулся Тайн. Сарават, слава богу, расслабился. Он думал, что они собираются поговорить о том, что произошло внутри шкафчика. (Он действительно не знал, как объяснить Тайну, что заставило его сделать это.) - Да. - Сарават пожал плечами. - Прости. - Тебе не за что извиняться. - Тайн раздраженно простонал. - Я был тем, кто неправильно тебя понял– - А я был тем, кто не слушал. - Возразил Сарават, после чего они оба замолчали. Сарават снова посмотрел на него и с удивлением заметил, что Тайн тоже смотрит на него. Они оба пристально смотрели друг на друга, не произнося ни слова, в то время как ветер все еще дул вокруг них. Тайн сделал глубокий вдох. - Я би. Что. - Что? - По-совиному спросил Сарават, так как слова не укладывались у него в голове. - Я бисексуал, Ват. Вот что я собирался тебе тогда сказать. - Тайн сглотнул и нервно заерзал. Тайн... Он... Он правда би? - Я давно хотел тебе сказать, просто не знал как. Парень, которого он встретил по воле судьбы на концерте Scrubb. - Я спрашивал об этом своих друзей, и, конечно, как и ожидалось, они идиоты. Парень, который украл его сердце, когда попросил стать его фальшивым парнем. - Я исследовал, что это было за чувство, и вот что вышло. Но... есть так много людей, которые не поддерживают бисексуалов, так много... Парень, который сделал все, чтобы быть в том же клубе, что и он, и даже признался, что каждый раз думал о нем. - Вот почему я не мог принять эту часть себя. Трудно, когда так много людей ненавидят это в других. Парень, о котором он очень заботился: пьян ли он, устал или голоден, Сарават готов сделать для него все, что угодно. Он защитит его любой ценой. - Но... но я узнал, что есть большое количество людей, которые принимают всех, даже таких, как я. Парень, которого он полюбил так сильно, что всякий раз, когда он видит его с кем-то еще, ревность вспыхивает в нем и горит, как пламя, которое не гаснет. - Их комментарии и мнения дали мне почувствовать себя оправданным. Вот почему... даже с таким числом ненавистных людей, я все еще принимаю эту часть себя. Я признаю, что я бисексуал. Парень... кто такой Тайн? - И... что ж... ты также причина, по которой я принимаю себя таким, какой я есть. Я... Тайн... бисексуал. - Ват, это я... Я... э-э... хм. Тайн бисексуал. - Скажи что-нибудь, Сарават. Я... Мне нужно знать, согласен ли ты с этим, прежде чем я признаюсь тебе кое в чем. Тайн бисексуал. - Ват, пожалуйста, ответь. Сарават положил руку на щеку Тайна и поцеловал его. Искры вспыхнули на дне желудка Саравата, когда их губы соприкоснулись. Плечи Тайна расслабились, его руки потянулись к шее Саравата, притягивая его ближе. Их губы двигались гармонично; они оба упали на траву - Сарават сверху. Сарават почувствовал, как его сердце дико стучит в груди, когда их губы двигались синхронно, такое новое, но также и такое ностальгическое чувство, ведь они делали это уже много раз. Нервы Саравата онемели, и он не мог поверить, что его губы так сильно покалывает прямо сейчас. Его колени дрожат, и так как это единственное, что удерживает его в вертикальном положении, он старается не сильно фокусироваться на Тайне и том, как безумно поцелуй заставляет его чувствовать себя. Но с Тайном у него никогда не получалось иначе. Губы Тайна глубоко слились с его губами. Он чувствовал намек на улыбку на лице Тайна и целовал его, нежно прижимаясь губами к приподнятым уголкам рта. Улыбка Тайна стала еще шире, и Сарават не мог поверить, что он на самом деле целует эту улыбку, а не просто смотрит на нее. Что он сделал, что ему так повезло? Тайн захихикал сквозь поцелуй, и сердце Саравата было переполнено любовью, которую он питает к этому парню, лежащему под ним. Сарават отстранился, и, зараженный улыбкой Тайна, не смог сдержать улыбку, растянувшуюся на его губах. Тайн посмотрел на него теплым, нежным взглядом, и Сарават почувствовал, как он весь горит только от одного взгляда Тайна. Его быстрое сердцебиение замедлилось, так как теперь он мог контролировать его. - Ват. - Пробормотал Тайн, дыша так тихо, что по спине Саравата пробежала дрожь. - Я... Я не знаю, как тебе это сказать. - Я все понимаю. - Прошептал в ответ Сарават. - И я принимаю тебя, Тайн. Я принимаю тебя всем сердцем и никогда не перестану принимать то, кем ты являешься. Сарават замолчал. Распухшие губы Тайна приоткрылись от удивления, а глаза засветились, когда он посмотрел на него с нежностью и любовью, которые Сарават не привык видеть во взгляде Тайна, и черт возьми, это заставило его сердце таять в липком, сочном, мягком беспорядке. - Я...- Сарават заколебался, подумав, стоит ли ему продолжать. В конце концов, он же... хотел сказать эти три слова с тех пор, как впервые увидел его на том концерте. Он хотел сказать это всякий раз, когда был с ним; улыбаться и смеяться, и быть его настоящим парнем. Много раз, в бесчисленных ситуациях, Сарават просто хотел, чтобы Тайн знал, как он относится к нему. Он хочет, чтобы он знал, что он - зеница его ока, любовь, которую он испытывал со времен старшей школы, единственный хранитель ключа к его сердцу. Он... Тайн. - Я люблю тебя. Глаза Тайна расширились от удивления, будто он совсем этого не ожидал. Как будто каждый раз, когда Сарават смотрел на него более чем просто дружелюбным взглядом - это не было очевидно. Как будто все те разы, когда Сарават делал для него так много вещей не только потому, что он друг - это не было очевидно. Как будто каждый раз, когда Сарават делал намеки и даже просто говорил ему прямо, что он ему нравится - это не было очевидно. Как будто все намеки друзей Тайна, друзей Саравата, или даже самого Саравата ему не были очевидны. Как будто чувства Саравата к нему были недостаточно очевидны. - Я... Я тоже люблю тебя, но это было не то, что я собирался сказать. Сарават чуть не получил удар от того, как просто Тайн сказал эти слова в ответ. Это заставило его сердце снова биться быстрее, покалывание поползло по его рукам. - Тогда... тогда что? - Ты держишь меня за грудь. - Тайн застенчиво улыбнулся. Сарават посмотрел на свою руку и снова был потрясен, что она снова оказалась на груди Тайна. Он мгновенно слез и откатился от него, заставляя Тайна смеяться над его выходками. - Заткнись. - О, я точно не заткнусь, - ухмыльнулся ему Тайн. Сарават надул губы и отвернулся, снова глядя на ночное небо. - Так... - Тайн остановился. - Что это теперь значит для нас? Сарават не ответил. Миллионы мыслей и слов проносились в его голове, но он не знал, что сказать. Затем он положил руку на траву между ними, заставляя Тайна посмотреть вниз, а потом снова на него. - А ты? Хм... Он даже не успел закончить фразу, как рука Тайна переплелась с его собственной, тепло растеклось по его холодной ладони, делая ночной ветер немного более терпимым. Сарават смотрел на него и видел легкую улыбку, улыбку, которую он любит, улыбку, которую он не думал, что получит в свой адрес. - Я бы с удовольствием. Сарават улыбнулся ему в ответ, и выдохнул, даже не подозревая, что задержал дыхание. Они оба снова смотрят на небо, их руки сжимают друг друга с нежелания отпускать, и им спокойно в окружающей их тишине. 1. - Ты пытался связаться с ним? - Спросил Мэн с беспокойством в голосе. Сарават и Мэн были снаружи горящего здания, сразу за барьерами, которые установили полиция и пожарные. Это плохо. Действительно плохо. Когда Сарават резко проснулся, он знал, что день будет плохим. Он чувствовал это всем своим нутром и никак не мог отдышаться. Он чувствовал себя безнадежно и не мог даже вспомнить, о чем был его сон. - Ват? Что случилось? - Тайн, пораженный внезапным движением Саравата, потер глаза и сел на кровати, смущенно моргая. Сарават не мог ему ответить. Он не знал почему его вдруг захлестнуло чувство, что он хочет защитить его, не выпускать из поля зрения. Сарават обернулся и обнял Тайна, обнял так крепко, как только мог; его дыхание стало прерывным и дрожащим, когда он вдохнул его запах, зная этот запах как свои пять пальцев. Глаза Тайна расширились, он полностью проснулся от удивления, и обнял его в ответ. - Дурной сон приснился? - Прошептал Тайн, успокаивающе гладя спину. Сарават вздохнул и прижался к его плечу. - Полагаю, что это да. - Я... - Сарават прерывисто вздохнул. Тайн терпеливо ждал, пока Сарават продолжит. - Детали расплывчаты, но я помню чувство, что потерял тебя и мне так больно. Тайн молчал, продолжая поглаживать спину, чтобы успокоить напряженные нервы. - Я... Я только что обрел тебя и не могу потерять, Тайн. - Сказал Сарават, и его голос сорвался на последних словах. Он крепче сжал рубашку Тайна, чувствуя его спину, его кожу, его тепло, его. Он должен быть уверенным, что это не сон, что это все реально, что Тайн реальный, и он здесь с ним. - Ты не потеряешь меня, Ват. - Тайн засмеялся, пытаясь разрядить обстановку. - Я сильный. Я могу справиться со всем, что жизнь подкинет мне! Так что... не волнуйся, ладно? - А ты уверен? - Сарават отстранился, вцепившись в руки Тайна изо всех сил. - Да. - Тайн улыбнулся и уверенно кивнул. Сарават посмотрел в его глаза, пытаясь найти хоть какую-то ложь или неуверенность, но все, что он в них нашел - это утешение и искренность, то, что как Сарават знает, Тайн не может подделать. Сарават почувствовал, как его охватывает покой и утешение, которые может дать ему только Тайн. Тайн положил руку на щеку Саравата и поцеловал его в губы. Это было быстро, всего десять секунд, но этого хватило Саравату, чтобы он наконец расслабил свои напряженные плечи. - Ничего не случится, хорошо? Не волнуйся. - Тайн отстранился и одарил его своей фирменной улыбкой. Как всегда Сарават слушал его, как влюблённый мальчик, которым он, собственно, и был. Но сейчас, в такой ситуации, он жалеет о том, что иначе не может. - Я пробовал уже несколько раз. - Говорит Сарават, стараясь скрыть свою панику, но это только сильнее заставляет его паниковать. - Я... я не могу до него дозвониться. Сарават не мог ясно мыслить, когда все его мысли занимал парень, который находится внутри здания, которое горит, и он не знает, жив он или мертв. Сарават помнил, как до этого они гуляли по кампусу, держась за руки, прежде, чем Тайн сказал, что встретится с другом в том здании. Сарават настаивал на том, чтобы пойти с ним, но Тайн не разрешил, сказав, что его друг очень застенчивый. Сарават помнил, как он махал рукой и улыбался, прежде чем войти внутрь здания, а солнце заходило за горизонт, и луна медленно поднималась на свое место. И тут случилось немыслимое. Сарават помнил - память врезалась в его разум - взрыв в здании, как поднялся дым, пламя свирепо распространилось по всей площади. Сарават ничего не мог поделать, он только безнадежно пялился, падая на колени, в его глазах отражалось пламя огня. Люди вокруг кампуса кричали и показывали пальцами; потребовалось пять минут, чтобы прибыла полиция и пожарные. Мэн просто прогуливался, когда почувствовал запах дыма и, следуя за ним, он пришел к горящему зданию. Он увидел Саравата и оттащил его в сторону. Он пытался успокоить его, но не мог. Как Сарават может успокоиться, когда парень, которого он любит, внутри этого гребаного здания, которое горит?! Он знал, что произойдет что-то плохое, ужасное, и все же отпустил Тайна одного! Если бы только он не послушал и последовал за ним, то, возможно, они бы успели выбраться. Может быть, Сарават бы вместе с Тайном отыскал выход сквозь дым и пламя. Если только... - Перестань так много думать. - Мэн старался вытряхнуть его из своих мыслей. - Как же так? - Истерически воскликнул Сарават, отталкивая чужую руку. - Тайн может быть уже мертв, я знал! Я... знал, что что-то должно было случиться, но он не послушал меня. Это все моя вина. - Сарават, ты слишком много болтаешь. - Мэн перебил его. Сарават закрыл рот, сразу же чувствуя, что задыхается. Его речь была бессвязной. И это так не похоже на него, но что он может сделать в этой ситуации? Он... он просто обрел его, и он действительно не хочет потерять его. Он... он готов отдать все, что у него есть, только верните ему Тайна. - Где бы он ни был, он выберется. - Уверял его Мэн рядом. Сарават хотел бы иметь ту же уверенность и решительность, он хотел бы быть сильным для Тайна, но он не мог. Сама мысль о том, что Тайн ранен, убивает его так, что он не знает как будет существовать, если он умрет... Это будет невыносимо. Он будет сломленным. Они оба оставались там в течении нескольких минут, наблюдая, как пожарные помогают студентам выйти из здания. Некоторые были испачканы пеплом, у некоторых была пожжена одежда, а некоторые даже пострадали от ожогов и травм. Почти пятьдесят студентов покинуло горящее здание. Но Тайна среди них не было. Сарават потерял надежду увидеть его когда-нибудь снова. Слезы навернулись у него из глаз, он отвернулся и побежал. Он слышал голос, зовущий его, но проигнорировал, продолжая бежать, бежать, бежать и... бежать. Холодный ветер обжигал его лицо, когда он бежал. Слезы лились из его глаз, когда ноги несли его вниз по улице, через тротуар, прочь от горящего здания. Его ноги громко стучали по тротуару, резко и быстро, как и его дыхание. Концерт. Сарават вполуха его слушал, пока в его грудь не ткнулся симпатичный парнишка. Он обернулся извиниться, привлекая внимание и сердце Саравата. Он вернулся к своим друзьям, снова начал улыбаться и прыгать. Сарават чувствовал, что его влечение к этому парню растет. Сарават бежал, чувствуя, как выступает пот на его виске. Просто гулял со своими друзьями. Он увидел, как перед ним появился запыхавшийся Тайн, изо всех сил старающийся сдержать свою улыбку. Он почувствовал радость, но стараясь скрыть её, сказал ему: "Если продолжишь так смотреть на меня, я зацелую тебя до смерти." Сарават почувствовал, как слезы обжигают его лицо, поэтому резко вытер их. Концерт. Тайн сказал, что сделает для него все, что угодно. Сарават решил нарядить Тайна. Затем, немного подумав, он решил присоединиться к этой картине. Пока фотограф читал до трех, Сарават не смог удержаться и посмотрел на Тайна, и улыбка появилась на его лице, когда он увидел, как тот нелепо выглядит. Но все равно он был красивым. Он чувствовал как быстро бьется его сердце, скручивается и болит, когда он думает, что никогда больше не сможет увидеть улыбку Тайна. Он остановился, чувствуя тяжесть потери Тайна на своих плечах. Ночь на балконе. Сарават практически признался ему в песне о любви. Тайн спросил его, какой типаж ему нравится. Сарават был так близок к тому, чтобы признаться, но тут Фонг выскочил наружу, собираясь пописать с балкона, прежде чем Тайн остановил его. Сарават был прерван, но он все еще надеялся когда-нибудь признаться. Сарават упал на колени, ему больно. Он вспоминает все моменты, которые он провел с ним, все улыбки, как он ходил вокруг да около, прежде чем в конце концов признаться - он думал обо всем этом, и это еще больше ранило его сердце . Сарават сжал свою грудь, желая просто вырвать свое сердце и выбросить его, лишь бы эта боль прекратилась. Он ненавидит это, он так сильно ненавидит это. - Гм, простите? Сарават услышал рядом с собой голос, который заставил его обернуться и посмотреть, кто это был. Это были девушка и парень, на их лицах было беспокойство. Они выглядели немного знакомыми. Однажды он даже сам был тому свидетелем. Девушка споткнулась о камни, и какой-то парень подхватил ее. Он видел, как они оба долго смотрели друг на друга, а потом улыбнулись, как будто у них была общая тайна, о которой он не знал. С тех пор они были и остаются вместе. Глаза Саравата на долю секунды расширились. Ах. Это та пара, которую он видел влюбленной с первого взгляда. Он посмотрел вниз и да, они держатся за руки. Должно быть, они все еще вместе. - С тобой все в порядке? - Спросила девушка с милой улыбкой на лице. Он не мог заставить себя ответить. Он не знал, что хуже: лгать, чтобы почувствовать себя лучше, или принять правду, которая причинит ему еще большую боль? ... и то и другое - ужасный выбор. - Почему бы тебе не присесть? - Парень жестом указал на скамейку позади себя. Он помог Саравату встать, который слегка пошатывался, и подвел его к скамье. Сарават опустился, чувствуя тяжесть всего своего тела. Он весь вспотел и ему хотелось пить. Он посмотрел на свои руки, думая о том, что сейчас он мог бы держать Тайна. Сейчас... он не знает, сможет ли когда-нибудь снова почувствовать тепло рук Тайна. - Ты, наверное, хочешь пить. - Сказала девушка и достала из сумки бутылку с водой, протягивая ему. - Держи. Сарават благодарно кивнул ей и взял бутылку из ее рук. Он открыл крышку и выпил ее, быстро утолив жажду. Он выдохнул, закрывая крышку. - Спасибо. - Когда бежишь, - внезапно говорит парень, принуждая Саравата посмотреть на него. На его лице играла легкая уверенная улыбка, и он почувствовал, как его плечи расслабляются от напряжения, которое он и не подозревал, что держит. - Это прекрасно - смотреть вперед, но не забывай время от времени оглядываться назад, потому что ты не знаешь, когда можешь что-то забыть. Сарават нахмурился, смотря на парня, который кому-то вдали жестикулировал. Сарават проследил за его взглядом, и его глаза расширились. Он встал, слезы снова хлынули из его глаз, громкий шум негатива, который занимал его разум, внезапно исчез. Он почувствовал, как что-то накатывает на него, может быть это облегчение? Что-то приятное и комфортное? Любовь - это жестокая вещь; она дает ему неожиданные, сюрпризы и боль, едва давая ему время быть удовлетворенным, прежде чем случится другое происшествие. Это причиняет ему боль, мучает его самым ужасным образом, но прежде чем он впадает в отчаяние, это удивляет и шокирует его по-другому, как он не думал, что будет возможно. Тайн. Тайн был там, тяжело дышал и истекал потом на середине тропинки. Он был там, пепел был на его рубашке и коже, один из его рукавов был сожжен до локтя, ужасный ожог на его руке, порез на его щеке, который кровоточил, но, несмотря на все это, он был жив. Живой. Тайн жив. Сарават даже не заметил, как парочка отошла, вероятно, чтобы дать им побыть наедине. Тайн сделал осторожные шаги в его сторону. Сарават хотел идти, бежать к нему, но он не мог. Его ноги были словно приклеены к земле, и его глаза следили за каждым движением Тайна, когда он подходил к нему. - Ват. - Тайн устало улыбнулся, выглядя вымученно из-за блеска слез, мерцающих в его глазах. Он открыл свои объятия, чтобы обнять его, прежде чем упасть. Сарават сразу же поймал его, защищая руками его ослабшее тело. Сарават почувствовал исходящий от него запах дыма, но ему было все равно. Он жив, и он в его объятиях. Вот и все, что имеет значение. - Черт возьми, ты был прав. Должно было случиться что-то плохое. - Тайн издал болезненный звук, который Сарават больше не хочет слышать; он обнял его за шею. Сарават не ответил. Он чувствовал, как слезы щиплют его глаза, пока он крепко обнимает Тайна. - Но теперь все кончено, да? - Тайн изо всех сил старался убедить его, но Саравату кажется, что он делал это только для себя. Он успокаивал себя, потому что, судя по тому, как он дрожит в руках Саравата, он также боялся за свою жизнь. - Все...все закончилось. Все в порядке. Сарават почувствовал, как его плечо становится влажным. Тайн судорожно вдыхает и выдыхает, его тело неудержимо дрожит. Сарават держит его. Даже несмотря на то, что он тоже устал, он заставляет себя быть сильным для Тайна, который, вероятно, также был напуган, находясь внутри этого здания. Он держит его, потому что знает: когда он отпустит, Тайн развалится на части. - Я ... - Тайн заикался, его голос прервался. Сарават сдерживал слезы. Сильным. Ему нужно быть сильным. - Я так испугался . Это... я... там было темно, и единственным источником света был огонь. Пылающий, горячий огонь. Сарават представил себе испуганное лицо Тайна, когда огонь начал распространяться по зданию. - Там были студенты младше меня, Ват. Я... Я должен был спасти их. Сарават представил себе, как Тайн пытался успокоить перепуганных студентов, придумывая возможный выход. - Мы были слишком высоко, чтобы выпрыгнуть из окна, поэтому у нас не было выбора, кроме как спуститься по лестнице. Это было ужасно. Стены горели, раздавались крики, и было так много крови. Сарават крепко зажмурил глаза, потому что слушая Тайна, он сам теряет самообладание от того, насколько близко к смерти был Тайн, что если бы он допустил всего одну ошибку, он не был бы здесь прямо сейчас. - Пожарным потребовалось некоторое время, чтобы найти нас, и нам повезло, что они это сделали вовремя: потолок начал рушиться. Мне... Мне пришлось вести учеников к пожарным. В какой-то момент я понял, что меня могут оставить позади. Сарават вцепился в его рубашку, его сердце болезненно разрывалось, потому что Тайн не заслужил этого. Он не заслужил ничего из этого. - Они все были в безопасности, пока я был на другой стороне. Я... я очень сильно хотел выбраться оттуда. Я попытался пробежать через огонь, он обжег мою рубашку и дал мне ожог второй степени. Я... Я был так жалок, Ват. Сарават задыхался, слезы текли из его глаз. Они оба осели на землю. Сарават не мог оставаться сильным, особенно когда это касалось его любимого человека. Он не мог заставить себя – эмоции, которые бушевали внутри него, слишком сильны и полностью подавляют его, оставляя его в полном беспорядке перед Тайном. - Я хотел увидеть тебя, Ват. Я не хотел оставаться позади, потому что мне все еще нужно было к тебе вернуться. Я не хотел сдаваться, чувствовал, что это был мой единственный выбор. Сарават притянул его ближе, благодаря небеса, что он все еще жив. Благодаря богов за то, что они оставили его в живых. - Но... но меня спасли. Я случайно споткнулся и получил этот порез, но меня спасли. Когда я вышел, первым, кого я увидел, был Мэн. Он сказал мне, что ты убежал, и я немедленно последовал за тобой, даже не лечась. Сарават отстранился, осторожно кладя руки на подбородок Тайна. Его глаза блестели от слез, в них все еще был виден страх. Он заставил себя улыбнуться – чтобы успокоить Саравата, а может и самого себя. Сарават не знал, что сказать. Он не очень хорошо справляется с подобными ситуациями. Нет песни, чтобы запеть, когда ваш любимый человек вырвался из лап смерти, нет флирта, чтобы флиртовать, когда травма поселилась в его сердце. Он не знает, что сказать – вот почему он решил действовать. Сарават нежно прижался к его губам своими, боясь сделать ему слишком больно, пытаясь передать ему все эмоции, что он чувствует, так как он не может сказать, что рад, что он жив. Конечно, Тайн его понял. Тайн отчаянно целовал его в ответ, от чего у Саравата закружилась голова. Их губы прижались сильнее, делая поцелуй более интенсивным, более страстным. Тайн ощупывал его спину, все его тело, затем положил свою левую руку ему на голову, хватая за волосы. Сарават безумно целовал его, убеждаясь, что он здесь, он реален, и он жив. Он хотел убедиться, что это не сон, что это не какая-то жестокая фантазия, которую он выдумал. Он целовал Тайна. Он целовал Тайна и не хотел больше расставаться с ним ни на минуту. - Твоя рука на моей груди. - Сказал Тайн между поцелуями. Ах. Любовь. - Оу. - Сарават немедленно убрал руку. Он снова принялся его целовать. - Прости. Ну, любовь - это жестокая вещь, причиняющая боль и Саравату, и Тайну своей жестокостью. Она заставляет Саравата волноваться и заставляет Тайна страдать. Но они найдут способы исцелиться вместе. +1 Это был прекрасный день. Сарават и Тайн лежали на земле и смотрели на облака. Сарават удовлетворенно вздыхал, улыбаясь небу над головой. Синее небо предвещало безмятежность: хлопкообразные облака двигались без спешки, солнце излучало свой обычный свет, а яркая, необычная синева занимала большую часть пространства вокруг него. - Эй. - Позвал Тайн. Сарават повернул голову, чтобы посмотреть на него, изучая усмешку, от которой его сердце начинает биться быстрее. - О чем ты так глубоко задумался? - Ни о чем. - Сарават покачал головой, прижимаясь ближе к нему. Любовь... ну, это не такая уж и жестокая вещь. Она на самом деле великолепна. Мысль о том, что любовь может быть ужасной вещью, является такой неправильной, потому что любовь не предназначена для того, чтобы причинить кому-либо боль, она предназначена, чтобы можно было чувствовать смысл того, что значит жить без нее. Сарават не доверял любви - во всяком случае, поначалу. Вся эта концепция казалась ему такой чуждой, такой незнакомой и странной. Если бы не судьба, он и сейчас испытывал бы то же самое по отношению к любви. Встреча с Тайном - это судьба. Он знал, что у него в жизни что-то пошло не так, ведь он не мог забыть о Тайне в течение нескольких месяцев после единственной встречи с ним. Кто бы мог подумать, что это будет любовь? Кто бы мог подумать, что после всех его поисков и ожиданий, он сможет испытать нечто подобное? Что любовь станет частью его жизни, как бы пессимистично он к ней ни относился? Из всех клише в мире Сарават больше всего ненавидел любовь с первого взгляда. Конечно, он был поражен этим клише, и он ни о чем не сожалеет. Он знает, во что ввязался, когда пытался найти того симпатичного парня, он знал, что его ждет, когда он согласится стать фальшивым парнем Тайна. Он знал, что существует бесчисленное множество возможностей, которые могут произойти. И из всех этих возможностей, он рад, что это является результатом. Он рад, что теперь может быть с Тайном в настоящих отношениях, в любви, какой у него не было раньше. Но это не значит, что его жизнь была идеальной. Они все еще ссорились, Сарават все еще ревнует, и они ругаются без остановки. В их отношениях были стороны, которые вообще не были идеальными, и это делает их еще более совершенными для него. Как каждый изъян и трещина в их отношениях делает его еще более сильным, заставляет Сарават принять его еще больше. Сарават снова счастливо вздыхает и кладет руку на левую грудь Тина. - Серьезно. - Тайн хихикает, мелодия, которую Сарават получает каждый день. - Твоя одержимость моими сиськами очень странная, Ват. Сарават не совсем понимает, что такое любовь. - Я не собираюсь трогать твою грудь. Все сопровождается драками, слезами и болью. Это большой пакет, с которым приходится иметь дело всем парам. Они рискуют быть влюбленными, рискуют шансом, потому что это может быть единственной вещью, которая делает их счастливыми, или вещью, которая полностью разрушает. Это риск, прыжок, который нужно совершить ради совместного будущего. На самом деле, все может случиться. Любовь находится в руках судьбы и воли случая; опасная комбинация, если вы спросите Саравата. - И что теперь? - Тайн приподнимает бровь, глядя на него. Сарават смотрит на него снизу вверх и улыбается. - Я чувствую твое сердцебиение. Но с Тайном, он готов пройти через эту опасность. Он готов прыгнуть, если это означает, что у них будет совместное будущее. Сарават - не первый человек, которого любил Тайн, но он надеется, что станет последним. - Какой же ты дрянной. - Тайн краснеет и от души смеется. Сарават готов пойти на этот риск вместе с Тайном, если они пойдут по этому пути рука об руку с любовью в сердцах. Сарават готов пройти через это путешествие, если это значит, что Тайн будет вместе с ним.