Эпизоды

      Рома подготовился основательно: у него в багажнике оказались палатка, спальник, пледы, котелок и прочая «походные» принадлежности. Даже сумка-холодильник, появление которого все встретили с восторженным ором.       - А девчонок у тебя там в багажнике не завалялось случаем?       - Идите нафиг! Вы тогда по кустам разбежитесь все. А мою редкостную красоту и невообразимый ум никто не оценит, и я буду скучать в одиночестве. – Роман пригладил свои кудри. Он был полным, рыжим, на щеках вечный румянец. Парень добрейший (и хозяйственный как оказалось), но девчонки обходили его стороной…

***

      Накупались от души! Стас с Маратом больше у костра налегали на пиво. Потом к ним подсел с посиневшими губами Сева. Он самый тощий – тепло в нём не задерживается. Он грелся у костра стуча зубами и завернувшись в плед. Потом и остальные подтянулись, когда Рома объявил о готовности… как назвать это варево из картошки, тушенки и огромного количества зелени – не знаю.       За посиделками и разговорами незаметно подкрался вечер. Сева спохватился:       - А-а-а-а! Мы с ночёвкой что ли?       - А ты как хотел?       - Мне надо предупредить… - он стал звонить домой, - Мам, меня не жди, мы с ночёвкой.       Севкина маман такая громогласная, что из трубки ее голос был слышен всем: «Севочка. А вы с девочками?»       - Нет мам!       - Жаль. Запомни, Сева, для меня невестка лучше, чем зять.       Сева с рычанием бросил трубку. А мы принялись стебаться над этой фразой, сватали Севу за Романа. Рома, оттопырив мизинец от горлышка бутылки произнёс: «Я такой ох..ный, так что как зять подойду любому!»

***

      Было уже часа два ночи, когда я спрятался от комаров в палатке и незаметно для себя уснул. Проснулся от того, что за ухо равномерно «вбивался» поток воздуха. Щекотно… Спину греет приличная такая «грелка», которая обхватила меня лапищами и сопит себе. По тёмно-зеленому плетеному браслету понял – Илья. Сердце разогналось и стучит гулко…Илья, чёрт, я тебе подушка что ли?       Пока я прислушивался к собственным ощущениям и размышлял: предпринять что-либо или нет, снова уснул. А что? Тепло, комфортно…       Второй раз я проснулся от вспышки и песенки: «Спят усталые игрушки, книжки спят…» Голос Славки. Илья заворочался во сне поудобнее, еще и ногу на меня закинул. Славка скрылся. Побежал, наверное, другим фотки показывать.       Как освободиться? Попытался снять с себя руку. Тёплые сухие пальцы схватили моё запястье, а другая ладонь мягко огладила грудь. Сиськи ищешь что ли? Илья сжал мою грудную мышцу. Не больно, но… так странно. Чего я жду? Между тем рука по-хозяйски прошлась по животу вниз. От спазма всех мышц у меня воздух из лёгких выскочил. Одна ладонь отпустила мою руку и легла на грудь (та самая рука, на которой я так удобненько спал до сих пор), а вторая – на пах и принялась гладить… там… Это было неожиданно! Я оцепенел. Забыл как дышать! Илья легонько сжал мой откликнувшийся на ласку член и одновременно с этим поцеловал в шею. Это было последней каплей! Молча (но с внутренним криком) я вырвался из объятий и выскочил из палатки.       У костра сидели Роман с Севой спорили про «линуксы» и прочую компьютерную хрень. Спину стало холодить (до этого она нагрелась об Илью и теперь предрассветный холод ощущался сильнее). Я подобрал плед, закутался в него и сидел тупо глядя на догорающий костёр.       В третий раз я проснулся, когда стало уже совсем светло. Рома побрасывал в костёр веток и приноравливал сосиски на палочках, чтобы не упали в огонь. Стас шумно плескался в воде и орал: «А-а-а! Здорово! Айда сюда!» Марат чесал искусанные ноги. Славка перебирал бутылки из-под пива в поисках остатков. Мотоцикла не было!