мёртвые тигры.

юнги напоминает себе троечное мв. когда все продолжают пялиться на джурину-сакуру, а ты стоишь в центре и не тянешь не то что на ебучий центр, но и на первую линию. люди не скажут этого прямо, но суть-то одна. кому ты нахуй нужен. он сидит с вебкой напротив настольных игр. двухсторонняя доска. с одной стороны шахматы, как в школе. он всегда почти всухую делал тэхёна, который тупил и залипал вечно. на другой нарды. как в тюрьме. в его случае, в гостях у сокджина. и джексон через экран /допросное стекло/орёт ему, чтобы он переставил шашки. но юнги похуй. похуй на игру. похуй на джексона. переворачивает вверх дном и переставляет на разные стороны поля. красного много. квадраты и мастера игры в го. нужна сакура. или джурина. но он неуверенно улыбающаяся огури. и он в первой линии. глазами жрут не его, и это, пожалуй, единственный плюс из всего этого. минус в том, что его рвут зубами. сияй. но всё у них чудесно. юнги неплохо вписывается в мв, но хуёво смотрится в лайвах. ему бы в пикселях и улыбку пошире. может и прокатило бы. сокджин, правда, не тупой. и не идеалист. поэтому не прокатывает. юнги переворачивает шашки обратно и становится опять нормальным. без дерьма в голове. и школьной формы. школьницы в таких обычно весёлые и яркие. юнги тоже так хочет. но он просто очередной не очень юный транс, который осознаёт своё уродство. и слушает песенки, в которых всё так правильно. так правильно, что хочется рыдать. или заедать весь этот пиздец чокопаем. по телеку школьница с косичками увлечённо тискает котика. котик чёрный и не слишком рад. мяучит жалобно только. и певичка таким трогательно-тоненьким голоском выводит на фоне ядерно-голубого неба про массовый геноцид под бодренький электронный бит. джексон просит включить ребилд евангилиона ради саундтрека. юнги просто ищёт саму песню. 1971 год akai tori. чистым голосом так правильно. звучит торжественно, как гимн. この大空に 翼をひろげ 飛んで行きたいよ в этом огромном небе я хочу расправить крылья и взлететь. // 子供の時 夢見たこと 今も同じ 夢に見ている я всё ещё мечтаю о тех же вещах, о которых мечталось в детстве. правильный гимн правильного века. вот только юнги не помнит, о чём мечтал в детстве. а джексон ловит его на тупой невнимательности и забирает восемь его шашек за раз. юнги ставит на повторをください. и думает, что уже не мечтается. и мечтаться не будет. но джексон обещал ему хайлайтер. сиять он может начать хоть сегодня. ура.