Непросвещенный нефилим

*** 27 января 1968 года Афанасия, схватив Дэвида за руку вместе с Элли, тянула его к выходу. Мужчина сопротивлялся, как мог, но если с обнаглевшей девчонкой он бы смог что-нибудь сделать, несмотря на её, ненормальную для девочки-подростка, силу, то против силы умиления его семилетней дочери он проигрывал без шансов. Они пытались уговорить (унести) его в магазин одежды. — Я же уже покупал вам одежду! Обеим! — громко возмутился несчастный отец, играюче вырываясь. Но обе девочки удивительно синхронно изобразили недовольные лица. — Это было больше года назад! Мы из неё уже почти выросли, знаешь, как быстро девочки растут? Вообще-то быстрее, чем мальчики. — Афи немного преувеличивала, но лишь только для того, чтобы придать своим словам большую силу. Эллен и правда немного выросла, а вот Афанасия удивительно долго росла, но ей так хотелось новую одежду. Эй, в конце концов ей уже шестнадцать лет, она должна быть красивой, кому нужны мужеподобные охотницы, которые ходят в одежде годовой давности. — Ладно! Хорошо! — охотник на удивление быстро сдался, Афи даже не успела наиграться. — Дай только деньги возьму. Вы меня разорите, шопоголики. — пробурчал Дэвид, но это не убавило радости девочек. Афи подхватила Эллен и принялась весело кружить по бару с радостными криками. Дэвид непроизвольно тепло улыбнулся, но быстро скрыл свои чувства, не хватало ещё, чтобы дети привыкли так себя вести. И вот так череда событий привела Афи к её судьбе. Да, никак иначе ЭТО описать было нельзя. Афанасия влюбилась с первого взгляда и буквально приклеилась лицом к витрине. Дэвиду пришлось остановиться, чтобы не упустить её из виду. Эллен тем временем не понимала, почему её подруга остановилась и уставилась на простую куртку. Афи медленно подняла к охотнику сияющие глаза, весь её вид говорил. «Купи это или я расплачусь» — У тебя уже есть куртка. — коротко сказал Дэвид и чуть было не пошел дальше, чем бы точно разбил все мечты юной особы, но Афи отчаянно окликнула его. — Это не куртка, это парка! — сказала она так, как будто это должно было переменить мнение охотника. — Ты не понимаешь! Я видела такую в модном журнале, это сейчас писк моды! — Дэвид всё ещё не выглядел убежденным. — Я больше ничего не попрошу, обещаю! Пожалуйста, ну купи, ну пожалуйста! — отец Эллен знал, что, несмотря на свой нрав, Афанасия всегда выполняла свои обещания. Он тяжело вздохнул и и пошел в этот магазин, вызвав у подростка счастливый визг. — Ты больше ничего не попросишь. — серьёзно уточнил он, и только когда он увидел её кивок, много радостных кивков, он пошел и купил эту несчастную куртку. — Парку! — поправила она его на кассе, чем вызвала смешок у кассира, но не заметила его. *** Поздно вечером того же дня, когда Дэвид проходил мимо комнаты Афи с приоткрытой дверью, он из любопытства заглянул туда и весело усмехнулся, закрывая дверь. Девочка спала на кровати в этой самой куртке, парке, которая вообще-то великовата, с абсолютно довольным жизнью лицом и прижимала её к себе ближе. Похоже, эта любовь затянется надолго. *** Афи, проснувшись утром, привычно пошла в ванную, она заснула вчера в парке, хоть она и не чувствовала сильного дискомфорта. Странно, она даже не вспотела. Шестое чувство говорило, что так быть не должно. Но девочка не стала слишком думать над этим, пожав плечами, с возрастом ей всё проще было жить, в плане потребностей, она решила, что так и должно быть, поэтому взрослые такие надоедливые, просто их не мучает, ранее раздражавшее девочку ощущение пота и неловкости. Постояв пару секунд перед дверью в ванную, Афи всё же решила снять парку и повесить, нет, она побежала назад в комнату, чтобы положить её на кровать, а то вдруг украдут. Неизвестно, кто может что-то украсть в доме охотника, но мысли подростка, как говорится, неисповедимы. Так же говорят? Афи уже успела ополоснуться под душем и выйти к зеркалу. Она недовольно смотрела в своё отражение, нахмурив брови. Она попыталась сделать абсолютно беспристрастное лицо, а потом радостное, в общем, кто не кривляется перед зеркалом? Но через минуту усиленного изучения своего отражения Афи с ужасом отпрянула, а лицо обрело грустное выражение. Лицо у неё, конечно, симпатичное, подумала девочка, и вообще-то фигура не плохая, охота, как активный вид спорта неплохо держит в узде, но как на неё можно смотреть без отвращения, когда она такая уродливая. Вернее уродливые шрамы, которые остались и после ножа от просвещенного, и после когтей оборотня. После тринадцатого дня рождения от её ран чудесным образом не оставалось шрамов, но те, что были нанесены до этого, никак не исчезали. Элси успокаивала её, что с годами они побелеют и не будут так видны, но подростку не верилось. Она сильно расстроилась, быстро и плотно одеваясь, содрогаясь от отвращения. «Никто меня не полюбит такой» — Афанасия часто видела красивых мальчиков и в журналах, и иногда в жизни, и не могла представить себе хоть одного парня, которому будет плевать на это уродство. Она чуть не расплакалась, когда вернулась в комнату и торопливо надела парку, будто она могла оградить её от проблем. Она упала на кровать и на секунду ей показалось, что она что-то слышит, как будто голос. Но внезапно, в дверь, без стука, влетела Элли, красуясь новым нарядом. — Пойдём кушать, Афи. Элси приготовила бекон! — возбуждённо прыгала по комнате малышка, хватая подругу за руку и потащив к двери. «И Дэвид жалуется на мою силу?» подумала Афи, у этой малышки их в разы больше. Ну, если насчет сил можно было ещё поспорить, то энергии в ней было точно в несколько раз больше. Афанасия сжала маленькую ладошку Эллен и снова впала в депрессию. Она потянула малышку за руку, когда они уже сели за стол и внимательно на неё посмотрела. Элли недоуменно рассматривала её в ответ. Со стороны это казалось немного странным и Дэвид подозрительно окинул девочек взглядом, но Афанасия просто критично сравнивала собственные ладони с мягкими ладошками девочки. Её ладони были в мозолях и больших шрамах. Афи сжала губы и отпустила Эллен, вместе с тем опустив голову на стол. Куда там до нежных ладошек, её руки никогда не станут такими. Дэвид цокнул языком. — Ну что там у тебя? — спросил охотник, пока Элси клала на стол еду и садилась сама. Элси хорошая, она на семь лет старше, но никогда не задавала неудобные вопросы. — Ничего. — ковыряясь вилкой в еде, она была вдвойне расстроена, ведь она не могла носить открытые платья, как остальные девочки, ей приходилось носить рубашки (она как-то не учитывала, что и до всей этой истории тоже обычно носила рубашки) и юбки, только такие, чтобы не мешались при охоте. Эх, как просто быть парнем, надел штаны и не беспокоишься. — Рассказывай. — Дэвид всегда не отличался тактом. — Ничего хорошего. — пробурчала девочка, указывая на собственные руки. И сейчас, совершенно не вовремя, она вспомнила, что Дэвид предупреждал её как-то. Теперь она чувствовала себя ещё и глупо, отчего почти расплакалась. Охотник, мелькнув взглядом, всё понял, и, на удивление, не стал упрекать её или указывать на ошибки прошлого. Он просто обнял её и подмигнул дочери и племяннице, те приняли знак и тоже обняли подростка, даже если Эллен не совсем понимала, что происходит. Пока Афи всё же поддалась слезам и просто позволила себя обнять, Дэвид думал, что, видимо, судьба у него такая, заботиться о, падающих на его голову, малявках. *** После семейных обнимашек, Афанасии стало немного лучше, но это не стёрло её убеждение в собственной неполноценности. На этот раз без парки, девочка легла под одеяло и уснула с невесёлыми мыслями. Но почему-то она быстро открыла глаза, когда стало очень светло. Эта светлая обстановка что-то ей напомнила, такой не может быть дома, это просто невозможно. И, как следовало хорошему охотнику, она должна была бы напрячься, но ощущение было настолько уютным и хорошим, что она непроизвольно расслабилась. — «Афанасия» — девочка услышала очень знакомый голос, она, с бешено колотящимся сердцем, смотрела во все стороны, но так и не смогла найти источник приятного звука. Вдруг спиной она почувствовала мягкое прикосновение и мгновенно обернулась, встречаясь взглядом с мужчиной, которого, вспомнила она, зовут Аарин и который является её отцом. В голове скоро начали появляться мысли по типу. «Почему ты не появлялся так долго?», но вместо того, чтобы задать вопрос, она просто не смогла удержаться и крепко обняла его. «Это сон» — поняла Афанасия. Она должна его ненавидеть, он ведь бросил её, дважды. Но Афи не могла позволить себе такой роскоши. Вместо этого, она горько заплакала, потому что он единственный, на кого она может полностью положится. Аарин не подвёл, также крепко обнял её в ответ. Неизвестно, сколько они так простояли, но это, видимо долго, поэтому, как только Афи более-менее успокоилась, она отстранилась и завалила отца вопросами, пока он не исчез. — Где ты был? — вычленила она самый главный вопрос, на который хотела узнать ответ незамедлительно. — «Здесь, я всегда нахожусь в глубине твоей души» — его голос буквально очаровывал и на секунду Афи не к месту подумала, почему же у неё нет такого голоса, как у отца. Тогда бы все просто падали перед ней в восхищении. Но она быстро вернулась к реальности, если можно так сказать. — Но почему ты не говорил со мной, как раньше? — обиженно, как в детстве, надулась Афи. Аарин утешающе улыбнулся и снова обнял её, на этот раз не так крепко. — «Всё просто, у тебя переходный возраст и эмоциональный стресс, поэтому ты неосознанно меня подавляла, но теперь что-то произошло и ты снова открылась для меня.» — как-то это не «всё просто» Афе пришлось подумать над его словами ещё пару минут, прежде чем понятливо кивнуть головой. — То есть, теперь ты всегда будешь со мной? — неуверенно спросила Афи. Аарин кивнул, но добавил. — «Если ты не будешь закрывать меня, то да.» — Афи так сильно обрадовалась, что не могла усидеть на месте, хотя это и сон. Вдруг, она поняла, что это место — единственное, где она может обнять своего папу, поэтому незамедлительно воспользовалась этим. Она просто повисла на нём, когда продолжала задавать дурацкие вопросы, хотя могла бы спросить что-нибудь о маме или о нем самом. Аарин не жаловался. Но в один момент он прервал её. — «Афанасия, ты сейчас очень уязвима, тебе необходима защита.» — девочка склонила голову к плечу, не понимая. — Меня защищает охотник, Дэвид. — сказала она, бросив наугад и промахнулась. Аарин покачал головой. — «Защита от оккультных сил.» — Афи непонимающе посмотрела на отца. — От демонов? — наконец, догадалась она. И попала, её папа кивнул. Он протянул к ней руку, не то, чтобы она стояла далеко, наоборот, она буквально прилипла к родственнику всеми конечностями, и коснулся пальцами её лба. Секунду ничего не происходило, но потом голову начали наполнять непонятные знаки и языки. Она вскрикнула от удивления и попыталась инстинктивно отстраниться, но Аарин удержал её. — Что это было? — прошептала девочка, не в силах кричать, потому что голова начала болеть, она схватилась за неё. — «Прости, это было необходимо, потерпи немного.» — мужчина тоже не говорил громко, вероятно, знал, что ей сейчас не до криков. — «Это мои знания, с ними ты сможешь обезопасить себя, когда ты проснёшься, я расскажу как. Хорошо?» — Афи кивнула и подумала, можно ли потерять сознание во сне? Наверное можно, ведь её собственное медленно куда-то уплывало. — «Поспи» — она хотела сказать, что она уже и так спит, но после его слов она просто отключилась. *** Афи проснулась на удивление отдохнувшей, она всегда легко засыпала и мало спала, выспавшись. Но после вчерашнего она думала, что ей будет тяжело встать рано. Но время, как всегда, слишком раннее для пробуждения остальных жителей этого дома. Около трёх ночи. Но это не волновало её до этого и не будет волновать сейчас. Раньше она просто ждала или бродила в ожидании пробуждения остальных, он не понимала, как можно так много спать. Иногда она вообще могла обходиться без сна, не то, чтобы спать по восемь, спаси их господи, часов. — «Афанасия» — внезапно услышала она в ночной тишине. Точно, это папа, тепло подумала она, непроизвольно улыбнувшись. — Да? — она почти почувствовала, как папа улыбнулся, из-за чего она улыбнулась ещё шире. Да, подросток, который в кромешной тьме улыбается самой себе, это совсем не жутко. — «Чтобы обезопасить тебя, для начала, тебе нужно найти основу.» — Афи пыталась казаться умной, поэтому решила для себя, что не будет переспрашивать, но после первого же предложения, она была готова сдаться. — Какая основа? — непонимающе спросила она, безуспешно подумав ещё некоторое время. — «То, на что ты нанесёшь защитные руны и что ты будешь всегда носить с собой, поэтому выбирай с умом.» — наконец, она поняла и начала судорожно думать, ей не хотелось разочаровать единственного человека, у которого она хотела признания. Но, как назло, ничего в голову не лезло, смущённая, она спросила. — А ты можешь.. ну.. посоветовать что-нибудь? Я не могу придумать. — теперь они начали думать вдвоём, и просто от осознания, что они с отцом занимаются одним делом, Афи стала намного счастливее. — «Разве у тебя нет чего-то, что ты носишь постоянно?» — Афи задумалась и покачала головой. Единственное, с чем она не расстаётся долгие годы — это шрамы, но она не хочет шрамировать себя ещё больше. Вообще-то от этой мысли у неё пробежали мурашки. — «Лично я всегда носил с собой крест.» — почему-то неуверенно сказал Аарин. — «Его можно повесить на шею и он не спадёт.» — его идея всё больше начала казаться удачной и Афанасия кивнула. Ей, непонятно почему, очень нравилась вера. Дэвид всегда говорит, что это бесполезное занятие, потому что на небе никого нет, но Афи хотелось верить, она с детства верила, пусть и без крестика. — Я хочу крестик. — Аарин казался неуверенным ещё пару мгновений, но потом прежним спокойным голосом сказал. — «Только нужно найти достаточно большой, чтобы ты смогла на нём писать и желательно серебряный». — Афи кивнула, первой мыслью была пойти в магазин, но она её откинула, вряд ли на рынке можно найти нечто подобное, можно пойти в церковь, но она сейчас, вероятно закрыта, единственный возможный вариант — поискать в подсобке бара. Девочка очень тихо прошла мимо комнаты Дэвида, ведь он мог проснуться из-за любого шороха и также осторожно прошла на первый этаж, где можно было двигаться уже свободнее, она вспомнила, где находится подсобка и быстро спустилась на подземный этаж. Вообще-то она никогда не была здесь, пусть ей и не запрещали, она включила свет. На полках лежало оружие, соль и многое другое. Афи обречённо вздохнула и принялась искать, она целый час перебирала ненужные вещи в коробке, когда увидела старомодный крест с крепкой серебряной цепью. Папа в её голове издал утвердительный звук и она поняла, это то самое. Афи лишь понадеялась, что Дэвид не будет против, прежде чем взять широкий кельтский крест. Она предпочла не думать о том, почему у Дэвида в подсобке лежит крест, тут много разных вещей. Она подержала его в руках, повертела, посмотрела, хотела было облизнуть, но она не уверена в его чистоте. — И что дальше? — спросила она, но её взгляд автоматически приковался к выжигателю. Станок еле работал, но попытаться стоило. *** Дэвид резко проснулся от шума, его беззаботных девочек это вряд ли разбудило, но недаром он охотник. Дэвид схватил нож, лежащий под подушкой и помчался вниз, ближе к источнику звука. Вскоре он понял, что шум исходит из подвала и напоминает его выжигательный станок. Может кто-то решил таким тупым образом их взорвать, он бросил взгляд на часы. Пол пятого утра, его чувство опасности сильно засомневалось, когда он вспомнил, как ловил гулящую по бару Афи, которой стало скучно рано утром. Охотник уже спокойнее спустился в подвал и, как ожидалось, увидел увлечённого чем-то подростка. Тихо подобравшись ближе, он увидел, как она что-то жжёт на старом кресте его жены. Афи почувствовала его присутствие и, отложив свою работу, виновато посмотрела на него. Но Дэвид смотрел на крест отсутствующим взглядом и Афи поняла, что, возможно, он много значит для Дэвида. Между ними повисло напряжённое молчание. Афи всё пыталась что-то сказать, открывая рот как рыба, но ни звука от её неё не донеслось. — Это было важно для тебя? — наконец, тихо-тихо спросила Афи, низко опуская голову. Но Дэвид покачал головой. — Сара носила его, но он не помог, как видишь, мне всё равно, делай с ним, что хочешь. — сухо бросил он и ушел наверх. Она хотела броситься следом, но папа остановил её. — «Кажется, ему нужно побыть одному, закончи защиту, а извиниться лучше позднее, когда его боль уляжется.» — папа всегда даёт только хорошие советы, Афи не знала, что делать, поэтому, решила слепо довериться его словам. К слову, защита получалась замечательной, для начала сам крест был серебряный, что позволит не подпускать к себе множество тварей, боящихся серебра. Первым делом она нанесла печать от одержимости демонами и отталкивающую духов, раньше она её не знала, поэтому сильно удивилась, когда нашла такую в своей голове. Но в целом это единственные печати, суть которых она понимала, в её голове были эти печати и она вроде понимала, что эти для изгнания, а те для защиты, чтобы не подпускать, но что-то ускользало от неё, она не понимала от кого они защищают. На обратной стороне креста Афи как раз заканчивала некую «Печать Еноха» она, вроде как, должна скрыть ее от оккультных сил. Эта печать была самой большой. Но только она порадовалась законченной работе, как папа посоветовал ещё и использовать какую-то печать на цепи. Не противясь, Афи провела буквально ювелирную работу и, наконец, закончила. Обрадованная успехом, девочка поспешила испробовать его. Надеть его оказалось очень просто, но как только замок защёлкнулся, он бесследно пропал. Афи застыла на месте, пытаясь переварить информацию. Через секунду она попыталась снять его через голову, но длины цепи не хватало, чтобы так просто его снять. — «Теперь он часть тебя. Так ты его никогда не потеряешь.» — поспешил объяснить Аарин и Афи немного успокоилась. Делать ей в подвале больше нечего и она вышла наружу. Она бросила взгляд на часы, которые показывали шесть часов утра. Вспомнив про Дэвида, Афи обеспокоенно поднялась в его комнату. Приоткрыв дверь, она осторожно посмотрела внутрь. Дэвид сидел в кресле, а в его руке бутылка виски, но он сидел в сознании, просто смотрел вперёд. Когда он заметил девочку, она уже полностью вошла в комнату и пыталась отобрать у мужчины бутылку. Что, на удивление, легко получилось. — Что ты делаешь? — устало спросил охотник. Афи боролась со смешанными чувствами, пока убирала бутылку и пыталась положить мужчину на кровать. Тяжелое чувство вины сдавило её душу и она поджала губы в попытке передать всё глазами, но Дэвид, видимо, был не в состоянии реагировать на мелкие знаки, поэтому ей пришлось сказать. — Прости. — рвано сказала она, прежде чем зарыдать, она хотела разразиться целой речью, но в итоге её хватило только на одно слово. — Прости. — Дэвид вздохнул. — Я же сказал, всё в порядке. — отмахнулся охотник, но дало ли это результаты? — Прости. — Афи сжала его рубашку и всё пыталась сказать что-нибудь кроме одного слова. Дэвид посмотрел на неё и, наконец, заметил крест. — Зачем ты его надела? — его тон не менялся, он всё также оставался уставшим. Но девочка крупно вздрогнула, снова извиняясь. — Я не злюсь. — тихо сказал он, но это не помогло. Охотник вздохнул. — Этот крест моей жены Сары. — начал он и Афи замерла в ожидании. — Она умерла пять лет назад. Демон. — рваными словами говорил мужчина, что указывало на его боль. — Этот крест, он бесполезен, Афи. Если тебе он так нравится, то бери, но никогда не надейся на него, хорошо? — он был несколько пьяным, но рассказывал по делу. — Надейся только на себя, не на бога или защитников, хорошо? — Афи кивнула, слёзы больше не текли по щекам. Она не стала говорить, что улучшила крест, просто укрыла охотника одеялом и села рядом, пока Дэвид медленно засыпал. Она так хотела помочь ему, но не знала чем. — «Докоснись до него и направь свою силу» — внезапно сказал папа. Она так и сделала, отчего мужчина мгновенно уснул без сновидений. Афи испуганно отдёрнула руку. — «Всё хорошо, он будет в порядке». — папа даёт только хорошие советы, вспоминает она, Афи стала безоговорочно верить ему. Она вытерла кулаком оставшиеся слёзы и решила заняться делом. А конкретно, убраться в баре. Может позже ей кто-нибудь скажет, что убираться в шесть утра — это действительно плохая идея? ***