Непросвещенный нефилим

*** 23 февраля 1989 год Уильямс, Аризона Афанасия шла по городу, её медленные шаги оскорбляли всех спешащих людей в городе. Многие мужчины оборачивались и присвистывали ей вслед, из-за чего мимо проходящие женщины в вульгарных нарядах начинали более вызывающе вытягивать спину, зачем-то пытаясь доказать незнакомке в мужском пальто, что хоть у неё и милая мордашка, но с ними она не сравниться. Только увидев отстранённое выражение лица у девушки, красотки успокаивались и продолжали свой путь, на котором они, бедные, еле идут, с их-то каблуками и, что неудивительно, постоянными домогательствами. Если чему-то Афанасия и рада, то это, — определённо, — моде, теперь даже девушки могут спокойно носить штаны. Девушка не замечала ни презрительно-завистливых взглядов, ни вызывающих, она игнорировала даже тех, кто подошел к ней вплотную, чтобы познакомиться. До глубины души обиженные мужики неприятной наружности пытались доказать свою крутость перед друзьями и непредусмотрительно пытались взять черноволосую за руку или за талию, или за более вульгарное место, но не успели они и пальцем её коснуться, как их кости оказались сломанными. Неудачливые ухажёры падали на землю от боли, а когда его друзья вытаскивают оружие из всех щелей и начинают ей угрожать, Афи смиряется с участью и начинает угрожать в ответ. Девушка наступила ботинком с железным носком на горло лежачего. Отчего парень издаёт совсем не мужественный вскрик, он не ожидал, что такая слабая на вид девчонка на самом деле окажется воякой. А ведь стоило подумать перед тем, как подкатывать к красотке, у которой вкус в одежде такой же, как у их отцов. «Лежачих не бьют, их добивают». — не гнушается Афи и надавливает сильнее, пока мужчина не начинает испуганно хрипеть. Пистолеты разных видов на любой вкус оказываются перед ней, как на рынке, вот только все заряжены и направлены на неё. — Убери ногу или мы тебя пристрелим. — говоривший не похож на главного, уж больно часто Афи таких встречала, видимо главарь стонет у неё под ногами. — Хотите проверить, кто кого застрелит первым? — Афи направила непримечательный, но от этого не менее опасный, пистолет в голову лежащего, у него от не радужной перспективы слёзы выступили на глазах. Пистолет небольшой, такой, что незаметно умещается в карман куртки, но его, судя по пороху, давненько не чистили, а значит из него не так давно стреляли. Обычно если девушки и носят пистолет, то в их руках он не опаснее водяной пимпочки, потому что те не могут из него выстрелить, но у этой сумасшедшей, судя по глазам, пистолет в руках равняется оружию массового поражения. И его парни сейчас на мушке. — Отбой парни, она не промах. — промямлил главарь, но судя по его поведению, больше он не главарь в их глазах. Афи ногой отшвырнула пистолет, а после вслед за своим оружием парень улетел сам, он ей больше не нужен. Афанасия окружена, но не боялась этого. Эти люди слишком трусливы, хоть и не показывают этого внешне. Когда она встречается с кем-то настолько испуганным, то совесть начинает капризничать. Не видя ни капли страха в её глазах, только пугающую пустоту, мужики и правда начинали опасаться её, это человеческий инстинкт, заложенный с молоком матери. Поэтому когда нервы одного сдали и он умчался вдаль, остальные понемногу начали догонять его. Разумеется они все забыли выключить утюги дома, кто она такая, чтобы осуждать чью-то безалаберность. Афи фыркнула, а свидетели этой небольшой потасовки похвалили себя за то, что не стали нарываться. Всё-таки тот бедняга, которому она сломала кости и выкинула в сторону, всё ещё скулил в переулке и не мог толком пошевелиться, его «друзья» забыли его здесь. Девушка продолжила свой путь и остановилась у какого-то мотеля. Его обстановка, мягко говоря, не впечатляла, но Афанасия не жаловалась, она уже долго бродила по пустоши без сна и иногда ей просто хотелось отдохнуть. Но перед тем, как лечь спать, Афи сняла неизменную парку, которая почти не изнашивалась из-за насыщения благодатью. Оставшись в майке, девушка уставилась на неземную красотку в зеркале, сама себя не похвалишь… как говориться. Побледневшие шрамы на прежних местах, грубые ладони и кислая мина не добавляет ей привлекательности, но в остальном она слишком идеальна. Акцент на «слишком». Она недавно видела газету, в ней указано, что сейчас идет 1989 год, это значит, что ей почти 36 лет, Афи видела, как у людей за тридцать начинают проявляться морщины, а с её хмурым лицом, она должна выглядеть как минимум на сорок. Почему же люди продолжают к ней подкатывать? Возможно, ответ заключался в том, что сейчас Афи пытается разгладить и так гладкое лицо, которое выглядит на 25 лет. Внезапно Афи подумала, а вдруг она бессмертная с этим дурацким проклятием? И теперь не будет стареть? Сейчас девушка действительно испугалась, у неё хорошее воображение, стоит представить… 3290 год, и вот, она гуляет и даже не может вспомнить, когда родилась. Афанасия действительно боялась забыть себя, ведь нет никого, кто мог напомнить ей о себе. Девушка схватила куртку, надевая её на бегу и отправилась в ближайший тату-салон, которой могла найти. Она даже сама не знала толком, что хотела набить, но терять ей всё равно нечего. Кому нужна женщина-старуха со шрамами и неизлечимой психикой? Точно, только конченному психу. Татуировкой больше, татуировкой меньше, какая разница. Когда Афи остановилась возле двери не самого свежего салона, её крест, кажется, на секунду нагрелся сильнее, чем обычно, но быстро погас. — Что хотите? — салон не прельщал красотой, в нём отдавал современный стиль рока, но Афи было всё равно, если парень и удивился странной посетительнице, то ничего не сказал, бизнес-то нужно вести. — Набейте мне цифры… 07.12.1952. — разумеется художник понял, что это — дата, но разумно не стал интересоваться их значением. Девушка протянула руку и велела написать так, чтобы она могла читать их посмотрев на себя. Боль была слишком незначительной, она замедлила собственную регенерацию, чтобы чернила успели впитаться под кожей. Седьмое декабря, пусть эта проклятая дата никогда не забудется, пусть находиться на ней и напоминает ей тех людях, которых она любила. Только когда последняя чёрточка оказалась на ней, а парень небрежно завязал бинт и велел не беспокоить несколько дней, Афи смогла выдохнуть, кинув ему деньги с неплохими чаевыми, она снова пошла в своё временное жилище. Афанасия сидела на кровати и стабилизировала внутри себя энергию, стараясь сделать так, чтобы благодать не только не стёрла отпечаток, но и поддерживала его. Через несколько часов она всё-таки смогла это сделать и, тяжело выдохнув, откинулась на кровать. Было бы гораздо проще, если бы кто-нибудь подсказал ей, но с того дня, папа больше никогда не откликался. И снова она одинока. Девушка свернулась калачиком на кровати, забыв снять куртку, но она мягкая и всё время рядом, с ней уснуть проще. Её тело расслабилось, как у мертвеца, но её глаза были открыты и бездумно смотрели вперёд. Дилемма, она хотела спать, но боялась кошмаров, как ребёнок, и ничего не могла с собой поделать. Афи лежала так три дня, пока её организм наконец не истощился и она не отрубилась почти без сновидений. *** 6 марта 1997 года Афанасия не знала, где она. Просто сидя без дела, она вдруг просто пошла вперёд от скуки. Решила посмотреть на все тонкости пешей дороги, ведь всё равно усталость она не так часто ощущает, ну так она думала. На самом деле, это было ещё скучнее, чем просто просиживать штаны в номере, там хотя бы телевизор есть. Монотонные шаги девушки давили ей же на слух, ей так надоело идти, что упала была готова упасть в пропасть от накатившей хандры. Но тут и таковой нет. Длинная дорога, без единого упоминания человеческой деятельности всё не кончалась, когда вдруг Афи увидела рай среди ада, настоящий оазис. Бар, который кто-то, определённо бог или его приспешники, построили возле дороги для таких отчаявшихся путников, как она. Радости не было предела, Афи подбежала к бару, как к последнему глотку воды в пустыне и вдруг заметила неприметный охотничий знак. Кажется, небеса благосклонны, подумала девушка и толкнула дверь. Бедненький бар, но с учётом обстоятельств Афи была готова считать его чуть ли не лучшим. Внутри было немного человек, но зоркий взгляд Афанасии мог просто определить, что все они охотники. Они тут же обернулись, осматривая прибывшую подозрительным взглядом. — Чего хмуритесь? Заметила среди мусора знакомый символ, решила, послушаю парочку историй, да выпью с добрыми людьми. — Афи как никто другой понимала психологию охотников, эти люди подозрительны до мозга костей, но как только видят другого охотника, то сразу опускают свои барьеры. Обычным людям не похвастаешься, а другой охотник может завалить своими заслугами, а если приходит кто-нибудь, кто хочет послушать, у них переключается переключатель и они становятся словно котята. — Наша! — посмеялся кто-то, его поддержали остальные подзывая к себе. Афи уже предвкушала интересный вечер, когда заметила, как на неё пялится барменша, невежливо окидывая взглядом с головы до ног, Афи из принципа уставилась в ответ. — Как тебя зовут-то, цыпочка? — отвлёк её один из охотников, из-за чего девушке пришлось отвести от женщины взгляд. — Зовите меня Афи. — как только она привычно проговорила приевшуюся фразу, глаза женщины расширились и она лихо перепрыгнула через барную стойку с дробовиком в руках. Афи от неожиданности подняла руки в знак примирения, чем она её успела обидеть? — Эй-эй! Спокойно! — охотники растеряли прежнее доверие, так как женщине они верили больше, и настороженно взяли в руки оружие. — Что случилось, милая? — Афи уж точно не хотела разводить конфликт. — Афи? — недоверчиво переспросила она. Девушке пришлось кивнуть и судорожно начать вспоминать, где она могла видеть эту бой-бабу, её руки всё ещё были подняты, но ноги приняли стойку для быстрого побега. — Это невозможно, монстр, Афи должно быть уже далеко за сорок, если она жива. — от слова «монстр» её разразил гнев, так что руки сжались в кулаки. — Что значит далеко за сорок? Я не такая уж и старая! — неожиданно повысила голос Афи, хотя пыталась успокоиться, она аж надулать от возмущения. Женщина посмотрел на неё с ещё большей подозрительностью. — А ты вообще кт… — Эллен, ты её знаешь? — сказал кто-то и Афи застыла прервал фразу, широко выпучив от страха глаза. Она непроизвольно опустила руки ниже, из-за чего Эллен более воинственно схватилась за дробовик. — Эллен? — неуверенно спросила Афанасия, она будто только что её увидела, начала с жадностью рассматривать. Точно, если присмотреться, то её черты лишь немного изменились, она повзрослела. Девушка внезапно сильно испугалась, она сжала зубы и кулаки, но глаза ни разу не моргнули. — Ты действительно Афи? Но почему ты ничуть не изменилась? — если она хочет убить её, подумала Афи, непрерывно, но обреченно смотря на ствол, то имеет на это полное право. Может так даже будет лучше, и Афи освободиться от жизни, и Эллен отомстит за Дэв… отца. Всем без неё всё равно будет лучше. Афи совсем опустила руки и прикрыла глаза ожидая смерти. Но время шло, а пуля нет и Афи впала в недоумение. Она открыла один глаз, Эллен, подняв бровь смотрела на неё также недоуменно. — Почему ты не стреляешь? — первой сдалась Афанасия, уже полностью открыв глаза, если бы она ослабила свою защиту на время, то пуля бы убила её, наверное, она как-то не пробовала делать это раньше. — А почему ты не убегаешь? — задала встречный вопрос женщина, что, впрочем, не вежливо. — А ну сядь. — Эллен внезапно подошла, схватила девушку за плечо и посадила на стул. — А теперь объясняй. — она сильно изменилась, стала жёстче и хмурее, впрочем, она тоже, не ей жаловаться. Афи повесила голову, задумавшись. — Что тут объяснять? Как я тут оказалась? Да, просто гуляла, чистая случайность. Почему выгляжу как будто выпила зелье вечной молодости? Ты права, я монстр. Почему не убегаю? Потому что я заслужила, а теперь давай уже, стреляй! — Афи снова зажмурилась ожидая выстрела, но его всё ещё не последовало, вместо этого Эллен схватила её за плечи и принялась сильно трясти на месте. — Нет же, дура! Я спрашиваю, какого чёрта ты не вернулась тогда домой! — теперь она немного больше напоминала ту маленькую девочку, которая всегда ходила в милых платьях, но Афи ожидала любого вопроса кроме этого, поэтому удивлённо захлопала ресницами. — Что? — Афи нахмурилась, но так и не смогла понять, зачем ей это знать, это же очевидно, может, хотела убедиться. — Потому что я виновата в смерти Дэвида! Как я могла вернуться? А? — Девушка внезапно получила пощечину и схватилась на своё лицо рукой. — Почему ты меня ударила? — Как это почему? Потому что ты дура! Кто обвинил тебя? Кто сказал тебе, что тебе нельзя было вернуться? Я ждала тебя! Мы с Элси ждали, но ты не пришла! — Афи впала в ступор, она не думала, что её хотя бы в теории могли простить. — Думаешь, я не перерыла всё по тому делу? Не искала ответы? Я не знаю, что точно там случилось, но ты знаешь! А я знаю, что ты не убивала отца, верно? — Афи сконфуженно кивнула, а потом, очнувшись, покачала головой. — Я виновата! — Эллен чуть ли не рычала на девушку, она всё ещё держала дробовик, как укрепление к её довыдам, а окружающие охотники поняли, что у них просто семейные разборки, но от этого не перестали прислушиваться. Любопытство сгубило кошку. — Кто убил его? Кто нанёс ему травмы? — Эллен дёрнула былую подругу за плечо. — Скажи мне! — Вампир! Не знаю, как его величали, он всё равно мёртв. — женщина перестала трясти её, а только окинула усталым взглядом. — Рассказывай. — Эллен села на соседний стул и облокотилась об дробовик, что придавало ей опасности. И Афи сдалась, она не хотела что-то придумывать, поэтому, подтянув к груди ноги, в попытке защититься так же, как помнила Эллен с детства, и начала свой рассказ. Единственное, что она упустила, это собственного отца, не хотелось его приплетать, но в остальном она выложила всю свою душу. -…а потом, я очнулась посреди кровавой комнаты, в которой никого не было, только тело Дэвида осталось невредимым, а вокруг один хаос. Я, помниться, похоронила его и пошла куда-то, там и позвонила вам. Вот скажи, как я могла вернуться к вам? После того, что я сделала? — давно слёзы не текли у неё по щекам, Афи сильнее сжала свои колени, чтобы их не увидели, но малышка всё равно заметила это и обняла её. Раньше она и правда сильно злилась, обвиняла Афи, а потом всё утихло и она начала расследование. А потом просто хотела увидеть ту дурочку ещё хотя бы разочек, но она думала, что Афанасия умерла где-нибудь на охоте, не в первый раз терять близкого человека, который охотиться. Эллен повзрослела, время изменило её, женщина посмотрела на плаксу у неё в объятиях, но время ничуть не изменило Афи, она так и осталась той наивной глупой девочкой, которая вечно хотела охотиться. Если Эллен время даёт успокоение, но Афи, напротив, лишь больше страданий. — Тихо-тихо, ты всё сделала правильно, тут нет твоей вины. — женщина утешал её так же, как и свою малолетнюю дочурку и это сработало. Афи подняла на неё красные глаза, но сжалась ещё сильнее. — Ты же не демон, правда? — уточнила она. Афи покачала головой, кто-то сбоку вылил на неё святой воды, для подстраховки, так сказать. — Ты же не убиваешь людей ради пропитания или удовольствия? — снова уточнила она. — Я вообще не убиваю людей, хорошо? — кстати, про заложников, неизвестно как почивших, она тоже не упомянула, так как сама не помнила про них. Мир им, да покой. Эллен расслабилась, хлопая её по голове. — Ну, значит, всё не так страшно. — охотники прониклись глубокой и грустной историей Афи, некоторые, самые эмоциональные, даже расплакались, как девчонки. Некоторые всё-таки провели серебряным ножиком ей по руке, отчего девушка вскрикнула, и только тогда успокоились, но поворачиваться к ней спиной не стали. — Мама, что происходит? — осторожно выглянула белокурая девочка лет 12-ти. Афи застыла и в шоке повернулась к Эллен. — Ничего, милая, познакомься. Это Афи, твоя тётя. — когда её так назвали, у девушки чуть снова слёзы не потекли, её ведь всё ещё сличают семьёй. — Афи, это моя дочка, Джо. — Привет, красавица. — мягко подмигнула ей Афи, отчего девочка смутилась и, кивнув, побежала к себе в комнате. — Она милая. — вдруг посмеялась Афи. — Эй, стой, а твой муж или любовник? — осторожно спросила она. — Муж. Мне не везёт с семьёй, как видишь. Мама, папа, Элси, и, вот, муж, Уильям. — погрустнела Эллен, ей как-то казалось, что она проклята, но даже гадалка сказала, что это просто судьба, а не проклятие. Афи окаменела. — Элси…? — женщина вспомнила, что так и не сказала про сестру. — Что с ней…? — Афи снова поджала под себя ноги, судьба отвратительная вещь, гораздо хуже проклятия, потому что проклятие можно снять, а судьбу никак не изменишь. — Это был демон, завалился в её бар. В общем… — повисло напряжённое молчание, никто не смел издать какой-либо звук. — Нальёшь мне, милая? — Эллен вскинула брови. — Ты же не пьёшь? — Афи усмехнулась, пожав плечами. — Ну, что-то же должно меняться? — Эллен вздохнула и, налив им обоим, подняла бокал. — За погибших! — сказала быстрый тост она и выпила рюмку залпом. — За погибших! — хором прокричали охотники в баре, отчего уши заложило, но не отставать же ей, до того, как все успели выпить первую рюмку, она уже наливала вторую. — Алкоголичка… — тихо проворчала Эллен, за что получила по голове. — Ай! ***