Я больна тобой

Держа в одной руке белую кружку с ярко-красными узорами, похожими на сердечки, я не спеша, дабы не разлить горячий напиток на пол и на свою чувствительную кожу, подошла к бледно-серой дверке, ведущей в твою комнату. Я испустила тяжёлый вздох, прикрыв светло-серые глаза, а после, открыв их вновь, протянула свободную руку к дверной ручке, медленно и тихо отворив врата в твою обитель. Я открывала дверь медленно и, как мне показалось, ну совсем бесшумно, а когда проход был мне открыт, я сделала аккуратный шаг в помещение, мрачное и по-своему жуткое. Почему? Потому что здесь не было света, да и атмосфера не из лучших. Пару недель назад я специально закрыла большое и единственное в этой комнате окно плотным материалом, который почти не пропускал солнечного света, так что комнату могли освещать лишь огоньки гирлянд, что были расположены как раз над твоей пастелью. Возле твоей небольшой кровати стояла табуретка, слегка поцарапанная сверху, а на ней лежало большое количество лекарств и марлевых полотенчиков. К слову, как только я вошла в комнату, то в нос тут же ударил запах этих различных медикаментов, к которым я успела уже привыкнуть. Но этот аромат всегда меня настораживал и заставлял по-новому испытывать едва заметную тревожность. Личная комната подростка не должна пахнуть, как палата в больничном заведении. Я настолько погрузилась в свои мысли, что на мгновение забыла, что стою возле входа в комнату с чашкой лечебного чая. Не поворачиваясь, я неслышно закрыла за собой дверь, переведя взгляд на место, где ты спала, как бы удостовериться в том, что ты не ушла. Хотя куда ты уйдёшь? Ты лежала спиной к стене, так что я смогла в этом мраке разглядеть твоё личико, которое оставалось очаровательным, несмотря на твоё плохое самочувствие. По любимой привычке ты положила свою голову на ладошку, как это делают большинство младенцев на фотографиях каких-то книг-помощников для молодых мамочек. Но ты это делала как-то по-своему, мило, уткнувшись маленьким носиком в другую руку, тем самым прикрывая часть лица и свои нежно-розовые губы, что часто расплывались в улыбке, это несомненно поднимало мне настроение, да и я думаю, многим. Ещё меня всегда поражали твои кучерявые светло-русые волосы, что всегда завивались по-разному. Даже сейчас они как-то забавно прикрывали не только твои уши, но и щёки и шею, делая тебя похожим на маленького спящего домовёнка. Эта мысль меня слегка рассмешила, из-за чего на моём лице заиграла приятная улыбка. Я развернулась, поняв, что уже долго любуюсь тобой, и аккуратно прошла в противоположную от двери сторону, к рабочему столу. Твой стол можно было назвать ещё небольшой личной мастерской, ведь тут можно было найти всё для создания чего-либо. Помню, как год назад, сидя за этим столом (ну или же на нём, подробностей я не запомнила), мы делали браслеты дружбы. В тот день мы, если не ошибаюсь, пересмотрели какой-то мультик, что был завязан на дружбе, любви и симпатии. Я не очень любила все эти сопливые драмы в мультиках, уж не говоря о том, что меня всегда раздражало, что они всегда заканчивались хорошей концовкой, ведь это было чересчур банально. Но ты любила их, так что я не могла отказать тебе в предложении глянуть один их твоих любимых мультфильмов. Собственно, я была не против полежать на диване с тобой, обнимая подушки и кушая хлопья с шоколадными шариками, которые мы всегда брали с собой, если что-то смотрели: будь то фильм или сериал. В том мультике что-то было про браслеты дружбы, так что ты взяла инициативу в свои руки и тут же принялась воодушевлённо рассказывать о своих планах в создании чего-то подобного. Ты была очень творческой натурой, да и сейчас такой являешься, так что все свои идеи ты воплощала в реальность, где я была твоим верным помощником. Но в этот раз ты сказала, что я сама буду руководить созданием украшения, что сначала меня слегка взволновало, так как я была далеко от творческого человека, уж не говорю о том, какая я неаккуратная в плане рукоделия. Ты пообещала мне помочь, если что-то пойдёт не так, и эти слова стали моим успокоением. Ты откопала где-то коробку, где лежали бусины разных форм и размеров, мелкие деревяшки, леска, шнурки, подвески и прочие безделушки, которые в конечном итоге могли бы стать частью браслета. У нас было много материалов для создания украшений, но главной идеей было — парный браслет, напоминающий нас, нашу крепкую дружбу. Мы провели весь вечер в твоей комнате, продумывая лучший вариант браслетов, а после собирали по кусочкам, чтобы это выглядело ещё и гармонично, красиво. Пока мы делали украшения, мы делились какими-то историями, секретами, сплетнями… Мы смеялись над глупыми шутками и весело проводили время. В конце дня мы закончили наши браслеты. Я поставила на стол чашку с горячим чаем, где были имбирь, лимон, мята и шиповник, одним словом — витамины. Мой взгляд тут же упал на руку, в которой я держала чашку, и где был тот самый браслет, над которым мы провозились, можно сказать, весь день. Ох да… Я и по сей день ношу это украшение. На шнурке были красивые бусины красного и чёрного цветов, а посередине — деревянный кружочек, который мы лично оформили, а после выжгли специальным прибором (для выжигания по дереву) начальные буквы наших имён. На моём браслете была буква «Н» — твоя первая буква имени, а на твоём браслете, что отличался, разве что цветом, (твой браслет состоял из белых и красных бусин) — буква «К». — Кейт? Я вздрогнула от неожиданности, услышав своё имя, а после не спеша повернула голову на источник довольно хриплого голоса. Хах, да. Это была ты. — Я… я тебя разбудила? — слегка замешкавшись сначала, спросила я, понимая, что могла по своей неуклюжести издать лишние звуки, тем самым разбудив тебя. Я посмотрела на тебя, а ты уже смотрела в мою сторону, улыбаясь той самой тёплой и очаровательной улыбкой, которая в последнее время могла вызвать у меня табун мурашек, если бы не осознание твоего недуга. — Если я скажу, что да, то ты будешь винить себя, не так ли? — хриплым, но приятным для меня голосом прошептала ты. Да, даже твой шёпот казался мне достаточно громким в этой тихой и мрачной комнате. — Своим пристальным взглядом ты скоро дырку во мне протрёшь, — пошутила ты, прикрыв рукой рот. Ты тихо засмеялась, а после зашлась лающим кашлем, от которого мне становилось не по себе. — Лучше бы ты сказала, что я разбудила тебя шумом, — виновато пробубнила я, повернувшись к тебе спиной. Я взяла чашку с приготовленным чаем для тебя, а после развернулась и медленно подошла к твоей кровати, поставив чашку на ту табуретку, где лежали все необходимые лекарства. Я села к тебе на кровать, подогнув одну ногу под себя, а после посмотрела в твои глаза, где я тут же заметила огонёк искренней благодарности. — Какая ж ты у меня заботливая, — сохраняя улыбку на лице, проговорила ты, вытащив из-под одеяла другую руку и положив её на мою. Я хмыкнула, кивком согласившись с её словами. — Увы, но я не со всеми такая, — не вдаваясь в подробности, я тут же решила сменить тему, потянувшись за твоими лекарствами. — Давай я помогу с ними. — У меня просто грипп, а не дцп, — ты с наигранным недовольством посмотрела на меня, а я еле сдержалась, чтобы не улыбнуться во весь рот. — Ой да брось, тебе нравится, когда о тебе так заботятся. Ты ничего не ответила на мои слова, но по выражению лица было ясно, что я полностью права. Я взяла нужные пилюли и сироп, которые ты принимала, а после протянула тебе, не забыв подать чай, что я специально приготовила для тебя. К слову, я ещё долго сидела у тебя в комнате, поддерживая разговор. Я рассказывала необычные истории, что произошли со мною за неделю, а ты с интересом ловила каждое моё слово, вставляя иногда свои забавные фразы. Иногда ты смеялась над моими рассказами, но зловещий кашель всегда прерывал твою радость. Но знаешь... я была счастлива, находясь рядом с тобой, даже в такое время. Ведь я чувствовала себя нужной, и ты давала мне полную уверенность в этом. И пока ты болела гриппом, я продолжала болеть тобой. Правда, не уверена, что моя болезнь излечима.