Счастье в прошлом

*** Наступила ночь, когда Ремус Люпин вернулся в спальню. Друзья, как ни странно уже давно спали, а Джо все ещё не появился. Бродя по стенам Хогвартса, скрываясь от каждого шедшего в его сторону волшебника, оборотень ждал наступления ночи, когда он сможет спокойно вернуться в комнату, не отвечая на вопросы друзей о его настроении. Новая информация, которой с ним поделились путешественники, повергла в шок. Люпин не хотел принимать тот факт, что буквально через четыре года, его друзья могут погибнуть. Он не мог поверить в то, что, казалось бы, безобидный Питер может подставить и предать своих лучших друзей. Друзей, которые защищали и принимали его таким, какой он есть. Печаль сменилась злостью. Оглянувшись на кровать Петтигрю, Ремус почувствовал непередаваемые ощущения брезгливости и неожиданно появившееся желание разобраться с ним в этой же комнате. От нахлынувших эмоций рассудок парня слегка помутился. Однако внимание Люпина привлекала карта, лежавшая на тумбочке Джеймса. Помощь, о которой так сильно просила Гермиона, освежила мысли и, тяжело выдохнув, оборотень взял школьный путеводитель. Завесив шторы, Лунатик прошептал заглушающие чары и начал работать над картой. Его задача заключалась в том, чтобы изменить имена новых знакомых. Зная своих лучших друзей, в скором времени они поймут, что рядом с ними ходят не те люди, за которых себя выдают новенькие. Будет много вопросов и это может помешать плану Гермионы и Джо. Закончив свои махинации, Ремус как можно тише положил карту на место. Ему все ещё не давал покоя факт нахождения предателя в их спальне. Он считал его опасным для него и друзей, но Гарсоны настояли на том, что сейчас он не представляет никакой угрозы и возможно ещё понадобится им. Продолжая размышлять о будущем, Люпин лёг спать. Этот день был так далёк, но так пугал. Оборотень боялся потерять единственных в его жизни людей, которые приняли парня в свою компанию с этим главным и пугающим изъяном. Ради него Мародеры даже стали анимагами. *** Каждое утро Джеймс просыпался с неохотой, и разбудить его могло, разве что, ведро с холодной водой, которой его окатит Сириус. Но сегодня парень проснулся сам, что очень сильно удивило его. Часы показывали шесть утра, и дальше спать он не видел смысла. Тихо встав со своей постели Поттер направился в ванную приводить себя в порядок. Но что-то заставило его обернуться. Шторы кровати Ремуса были плотно завешаны. Это очень не похоже на друга, но будить его он пока не стал, чтобы накинуться с расспросами. Уверен, за него это сделает Бродяга. Приведя себя в порядок, парень вернулся к своей кровати, дабы немного полежать и подумать о своей жизни. Но решил, что слежка за кем-нибудь намного интереснее. Открыв карту, Поттер заприметил Гермиону Гарсон сидящую в гостиной Гриффиндора. Удивило, что она встала в такую рань, так же как и он. Собравшись с мыслями, парень спустился вниз и подсел к новой подруге.  — Привет, — улыбнулся ей своей обворожительной улыбкой.  — Привет, — немного удивившись, ответила девушка, вглядываясь в глаза парня. — Ты чего так рано встал?  — Честно? Не знаю. Я сам в шоке от того, что проснулся в такое время.  — Скорее всего, выспался, — улыбнулась Гермиона.  — Ага, — бодро закивал Джеймс. — А ты почему сидишь тут?  — Решила повторить материал, — ответила Грейнджер, показывая книгу по «Астрономии».  — Выбрала эту чепуху? Она же в жизни тебе никогда не пригодится.  — Нет, Гарри, пригодится. Разве ты не помнишь… — осеклась Гриффиндорка и напугано взглянула на собеседника.  — Кто такой Гарри? — удивлённо произнёс Поттер.  — Это один из самых удивительных людей, которых я когда-либо встречала, — печально улыбнулась Гермиона. — Вы с ним сильно похожи. Отчасти путешественница говорила правду. Гарри и Джеймс были копией друг друга. Что в характере, что во внешности. Разве что глаза у первого были зеленого цвета.  — Да? И чем же? — Поттера это очень заинтересовало, и он живо принялся расспрашивать об этом Гарри. — Он твой парень?  — Нет, — нервно проговорила Грейнджер. — Он был моим лучшим другом. Он был моим братом. Он всегда был добр и чуток ко мне, — девушка погрузилась в воспоминания о мальчике, который выжил. — Гарри никогда не осуждал меня и даже поддерживал в моих безумных решениях. Он был первым, кто протянул мне руку и принял меня в свой круг. *** Сентябрьское солнце грело своим теплом, что позволяло спокойно, не боясь замерзнуть, сидеть на берегу озера. Пятеро парней примостились в тенёчек под деревом, радуясь концу учебных дней. Впереди их ожидали два выходных дня. Разрешение на вылазку в Хогсмид директор школы ещё не давал, а бестолку просидеть в стенах Хогвартса Гриффиндорцам совершенно не хотелось.  — Так чем займёмся? — решил спросить первым Сириус.  — Не знаю, — пожимая плечами, ответил Люпин.  — Может, подшутим над нашим «любимым» Нюниусом? — предложил первый.  — Да! — восторженно пропищал Питер, отчего Джо и Ремус одновременно дернулись. Нахождения Петтигрю в их компании оставлял какой-то противный осадок.  — Нет! — в один голов с ним ответил Уизли.  — Почему это? — удивился Поттер.  — Ну как это почему? — рыжеволосый непонимающе уставился на новых друзей. — Помнится, пару дней назад, вы мне рассказывали о том, что ваше основное веселие состоит из шуточек над Нюниусом, — последнее слово парень непонятно выплюнул. Уж очень ему не нравилось прозвище, как оказалось хорошего преподавателя в будущем, Северуса Снейпа. — Не надоело?  — Да нет, — пожал плечами Блэк. — Это прикольно. Злить его и наблюдать за его попытками победить нас.  — Ого, — удивился Гарсон. — Неужто у «Великих Мародеров» нет других вариантов для хорошего времяпрепровождения? Он с вызовом, не скрывая задора, взглянул на новых друзей.  — Пока мы ещё над этим не думали, — отозвался Ремус. — У тебя есть какие-то предложения?  — Да, — кивнул Джордж. — Мы можем сегодня после отбоя сбежать в Хогсмид в Кабанью Голову или же к Мадам Розмерте. Говорят, что там подают отличное сливочное пиво.  — Да, — мечтательно протянул Петтигрю. — Там не только пиво отличное, но и сама Розмерта шикарна.  — Ну, так что? — сделав вид, будто не услышал слов Питера, спросил Джо. — Идём?  — А давайте, — согласился Джеймс. — Мне срочно нужно расслабиться. Эта неделя была для меня необычайно странной. И это было правдой. Ссора с Лили не пошла капитану команды по квиддичу на пользу. Весь вчерашний день парень винил себя за то, что поругался с девушкой своей мечты. Но в то же время он понимал, что нельзя давать унижать и вытирать об себя ноги. И это давало, какое-никакое спокойствие, но осуждение никуда не делось.  — Может все-таки подшутим над гадким Слизеринцем? — подал голос Питер. Он всегда был парнем не из храбрых, и неожиданная вылазка слегка пугала его.  — Ну, мы же уже решили, Хвост, — произносит, несмотря на него Ремус.  — Но вы меня не спросили.  — Хвост, если ты не хочешь идти, то можешь остаться в комнате. Тебя никто не заставляет идти с нами, — поставил точку Люпин. — Мне нужно в библиотеку, — парень поднялся и быстро пошёл в сторону замка.  — Ого, чего это с ним, — удивились Мародеры, и только Джо понял, в чем причина. Ремус начал презирать этого маленького крысёныша, узнав что он может в страхе сделать. Предательство для Люпина было сильным ударом. И парень старался как можно реже находиться с ним в одном месте. Предложение, которое Оборотень бросил бывшему другу, разозлило Питера. Он начал возмущаться, мол это не мародерски, на что ребята приняли сторону Ремуса. И это разозлило Хвоста ещё сильнее, а Джо очень даже позабавило. Уизли с победной улыбкой пошёл к зданию школы. *** Очередной день Слизеринца не задался с самого утра. Прошло два года с момента ссоры с Лили, а он все так же безуспешно пытается с ней помириться. И все его попытки, очевидно, были тщетны. И сегодня не стало исключением. Она лишь оглядела его презренным взглядом, которым раньше одаривала мерзкого Поттера. Невыносимо больно было наблюдать, как иногда девушка улыбалась своему однокурснику той самой прекрасной улыбкой, что когда-то адресовалась самому Северусу. Но Снейп научился бороться с этим. Ну, почти. Время от времени он натыкался на напыщенных Мародеров. Его удивляла их дружба, и иногда он даже завидовал ей. Северус не понимал, как Джеймс Поттер и Сириус Блэк, представители чистокровного рода, могли вести дружбу с такими как Ремус Люпин и Питер Петтигрю. Первый был оборотнем и это уже как минимум должно было оттолкнуть парней от общения с ним, а второй… Снейпу порой казалось, что остальные члены Мародерского клуба попросту не обращали внимания на то какой же мерзкий у них друг. Питер труслив и он всегда прячется за спинами своих сильных однокурсников. Слизеринец верил, что Петтигрю рано или поздно предаст своих друзей и из этого ничего хорошего не выйдет. Очередной подслушанный разговор подтвердил это. Уж больно Петтигрю трусил сбегать ночью на прогулки, пусть даже со своими друзьями. А вот поведение Ремуса и новенького гриффиндорца его искренне удивило. Этот Гарсон решил вступиться за незнакомого парня перед новыми друзьями: такой поступок требует невероятной смелости и стойкости. Внутри Снейпа зародилось чувство признательности, но вместе с тем пришла и настороженность. Почему Гарсон так поступил? Заметив Джо, направляющегося к школе, Снейп пошёл за ним.  — Гарсон, — крикнул Слизеринец. Тот обернулся, непонимающе смотря на парня.  — Да?  — Почему ты заступился за меня? — этот вопрос немного смутил Уизли.  — Хватит с тебя пока, — улыбнулся рыжий, подмигивая ему. Северус слегка нахмурил свои брови. Гарсон был высоким, спортивным, уверенным в себе парнем. И внешне и своей манерой поведения он прекрасно подходил Мародерам. В сотни раз лучше, нежели Петтигрю.  — Спасибо, конечно, но я не просил тебя об этом, — угрюмо ответил Снейп. Его лицо слегка покраснело, понимая, каким неловким вышел разговор. Собственная глупость злила слизеринца.  — А я не просил тебя благодарить меня, — в своей манере ответил Джо. И еще раз окинув брюнета заинтересованным взглядом, направился к главному входу. *** Время перевалило за полночь. Гермиона и Лили сидели на кровати первой и обсуждали Зельеварение. Грейнджер хоть и была самой умной в своей время, но иногда все же не понимала этот предмет. Лили, как лучшая ученица, прекрасно знающая эту дисциплину, с удовольствием согласилась помочь новой подруге. Марлин сидела на подоконнике и читала один из маггловских комиксов, которые ей сегодня прислали родители.  — Что делаете, девочки? — в спальню влетела взбудораженная Алиса. Она с улыбкой смотрела на каждую из подруг.  — Подтягиваем знания, — ответила Эванс.  — Комиксы читаю, — произнесла МакКиннон. — Чего это с тобой?  — Бросайте свои дурацкие книжки! Сегодня мы будем, как раньше, пить сливочное пиво. Неужто вы забыли, что каждый год на первые выходные мы пьём пиво?  — И вправду, — хмыкнула Марлин, присаживаясь на пол.  — Я совсем забыла, — краснея, прошептала Лили, но книги убрала в сторону и, последовав примеру брюнетки, села на пол, утянув за собой Грейнджер. Гриффиндорки сели в круг. Алиса достала несколько бутылочек сливочного пива и поставила их в центр. Она с улыбкой глядела на каждую, но остановила свой взор на старосте.  — Лили, — протянула Вуд. — Как у тебя идут дела с Джеймсом? Так же его ненавидишь?  — Что? — смутилась рыжая. — Нет, я его не ненавижу, — призналась, стесняясь этого разговора. — Он мне нравится и даже очень… но походу я уже не нравлюсь ему. Мы поругались с ним недавно. Я не знаю что делать… — слезы невольно потекли по щекам девушки.  — Не переживай так сильно, — произнесла Алиса, утешительно обнимая старосту. — Все образуется.  — Да, — согласилась Гарсон. — Но, если честно, и его понять можно.  — Понять? — шмыгнув носом, переспросила Эванс.  — Да, — кивнула подруга. — Насколько мне известно он бегает за тобой со второго курса, а ты каждый раз давала ему отворот-поворот и даже обижала некоторыми своими высказываниями, но он терпел все это, потому что любит тебя. И тут, когда он уже сдался и перестал как-то привлекать твоё внимание, тебя это задело…  — Гермиона, — осторожно произнесла МакКиннон.  — Да что? Это правда и вы сами знаете это. Вы просто боитесь расстроить ее, — почему-то в этот момент Грейнджер стали бесить новые подружки. — Возможно, если бы вы сказали ей правду раньше, открыли глаза на все это, они бы уже были давно вместе и были счастливы. Прости, Лили, — печально протянула Гарсон. — Но настоящие друзья не поступают вот так. Бросив последние слова, путешественница вышла из комнаты. Ей было сложно говорить эти слова новой подруге. Матери ее лучшего друга Гарри Поттера. Но это была абсолютная правда. Нельзя было все так оставить. Нужно было действовать.