Больная влюбленность

      Нет не чего хуже, чем то ко гда тебя сравнивают с твоим страшим братом, который когда-то убил заключённого. А погода сегодня была хорошая, даже отличной. Гоку шел по пятому корпусу и осматривал камеры, чисто и хорошо.       — Как, обычно… — облегчённо вздохнул Самон, хотя знал, что хорошему сегодня точно не быть.       Он точно помнит, что нужно идти в тринадцатый блок. Нету человека противней, чем Хаджиме для Гоку, но так же и дороже. От осознания, что ты влюбился в своего врага, у него появлялся румянец и настроения ухудшалось. Самон так и шел с румяными щёчками по коридорам, игнорируя взгляды. Не кто не решался у него задать вопрос, хотя нет, к нему уже шел Мицуба, надзиратель третьего корпуса.       — Что то случилось или ты начал использовать румяна? — подходя к Гоку спросил Киджи, на что Гоку сильнее покраснел.       — Н-нечего подобного, чтобы я пользовался косметикой! — резко взбесился Самон, Мицуба сразу же понял, что кто-то влюбился.       — Ты куда идёшь, может нам в одну сторону?       — Нет, мне нужно в т-тринадцатый блок, так что я пошел. — он опустил голову и удалился.       Киджи подметил, что в скором времени появится новая пара. Он ахнул, и даже немного всплакнул, что Гоку так быстро растет. Немного смотря Самону в след он направляется в комнату отдыха, а там уже рассказывает о своих догадках «псу» начальницы. Тот лишь хихикнул, но сказал, что Хаджиме холоден как лёд и вряд-ли получится к нему подойти. Мицуба даёт слабую пощечину и говорит, что верит в силы Самона. Хотя где-то в глубине себя боится за него, а что поделать, если он влюбился в эту «гориллу»?       Тем временем Гоку уже дошел до комнаты охраны тринадцатого корпуса, у него сбилось дыхание и он не мог не чего с собой поделать. Что же Хаджиме делает с ним, а может…       — Эй, а что тут делает «обезьяна»? — послышался голос одной из камер, Самон обернулся и заметил, что это камера тринадцать.       — П-по делам, а ч-что мне еще тут делать! — Голос предательски дрожал и заставил покраснеть еще сильнее. — А что тебе нужно, н-номер одиннадцать?       — Да так, нечего, только вот сзади… — Уно показал куда-то сзади Гоку, когда он обернулся, то увидел как в проёме стоял Хаджиме. — Приветик, Хаджиме!        Он дал подзатыльник Уно и сказал пройти в кабинет. Они немного порычали на друг друга, а после же Гоку ушел, он не хотел больше оставаться. А когда за ним закрылась дверь, Самон выдохнул и почувствовал что в уголках глаз начинает накапливаться влага, поэтому удалился в свой корпус.       За всей красивой картиной наблюдала камера тринадцать и они заметили капельки слез на глазах надзирателя другого корпуса. Они хотели бы спросить что случилось, но он уже ушел. Нико мысленно его жалел, Рок на пару с Уно не понимали и только Джуго сделал вывод, что потряс всех в камере.       — Ты сейчас серьезно?! Да такого же быть не может! — тихо завопил Уно махая руками.       — Это всего лишь моя теория, а у вас какие варианты почему после лёгкой ссоры он ушел со слезами на глазах? — спросил Джуго, они разговаривали очень тихо, чтобы Хаджиме не услышал.       — Ну может он сказал, что то обидное? — предположил Нико.       — Ага, а еще пристыдил его. — Фыркнул номер пятнадцать, — это на сколько нужно сказать обидную вещь, чтобы потом уйти со слезами и красным лицом?       Дальше они переключились на другие темы, но то что сказал Джуго заставило их самих смутиться. Но это не их дело, Рок все же предложил пойти на тренировки с Ямато, а там все и разузнать.

На следующие день в тревоночном блоке

      Номер шестьдесят девять бегал на пару с Ляном и немного его расспросил о Гоку. Тот был крайне удивлен когда узнал, что надзиратель плакал, но больше всего он удивился с теорией Джуго. Но он все же сказал, что Самон часто краснел, когда упоминалось об их корпусе, в особенности если упоминался Хаджиме.       Их теория подтвердилась, но пока они еще этого не понимают. Да Гоку по уши влюбился в Сугороку, но даже не знает как ему это сказать. А что еще он может сказать, они давние соперники, как после этого они могут полюбить друг друга, но один все-таки смог. Самон сидит в своем закрытой комнате для охраны и тихо стонет от боли в груди. Он просто устал с того, что любит.       — Почему именно он, почему не та же начальница? Зачем мне вообще нужно внимание этой тупой «гариллы»?! Пусть заслужит, если хочет! — подумал Гоку, встал и направился на работу.

***

      Хаджиме тащит пятнадцатого обратно в камеру, тот держался как мог, но вскоре не сдержался.       — Хаджиме, а тебе кто-нибудь нравится? — как бы просто так спросил Джуго.       — Тебе какое дело, что если и так? — прорычал Сугороку.       — Ты хотя бы замечал, что надзиратель из 5 корпуса на тебя заглядывается и краснеет?       — Что?! Ты что несёшь?!       — Да влюбился он в тебя, тупица! Даже мы это поняли, а ты на работе все зациклился! — прокричал на Хаджиме Джуго, а после же самолично зашёл в камеру. Хаджиме ещё долго думал над его словами, но так ничего еще не принял…       В надежде, что тот нешутит, он пошел к «обезьяне» спросить на прямую. Подходя к комнате охраны пятого корпуса, он услышал всхлипы и чей-то знакомый голос. Он быстро ворвался в комнату и то что он увидел, чуть его не сломила. Инори нагло лез к Гоку, а тот не мог пошевелиться, но вскоре он замечает Хаджиме и жалобно смотрит на него. Сугороку подходит и не успел Хаккай что либо сказать, как получил удар, а после же Хаджиме подхватил Самона на руки и унес. Он похныкивал, ему было до жути стыдно, что им чуть ли не воспользовались.       Когда он проходил мимо камер, его спалила наша любимая, тринадцатая. Те были в полном шоке, увидев как надзиратель третьего корпуса плачет и держится за шею Сугороку.       — Вот те на, я же только сказал про «влюбленность», а он уже его в замуж берет… — нечаянно сказал Джуго.       — ТЫ ЧТО, СКОТИНА, ВСЕ РАССКАЗАЛ?! — тут же воскликнул одиннадцатый тряся его за плечи.       Пока те ругались, Хаджиме посадил мартышку на стол и пытался обработать раны, которые нанес Инори во время сопротивления. Сугороку будто специально добить беднягу, решил спросить влюблён ли тот в него.       — Ч-что… — Самон не понимал почему жизнь так его подставила, что если сейчас он спас его только ради того чтобы использовать? — Я…       — Не отвечай, если не хочешь, а что более важно. — он сделал паузу, а потом уткнулся в живот Гоку. — Я тоже… Т-ты чего?       — Х-Хаджиме… — в уголках глаз опять скопились слезы и спокойно скатывались по его щеке. Он спрыгнул со стола на колени к надзирателю тринадцатого корпуса и обнял того за шею. — Я…я люблю, люблю тебя! Тварь, скотина, чертов… — кричал Самон на Него, бил даже иногда по спине, а тот терпел и принимал удары.       Хаджиме убрал пару прядей с лица и поцеловал его в макушку. Он погладил его по спине, но после услышал всхлип и когда Гоку поднял взгляд, оба обернулись на дверь. Там стояли беглецы, Рок и Джуго просто охуевали, а Нико с Уно роняли слёзы. Сугороку посадил Гоку опять на стол и подошёл к двери, четверо сразу пустились в бега, а Хаджиме за ними. На эту картину Самон усмехнулся и спустился и сел на диван, а что если…?       Придя обратно, его попросили закрыть дверь, Хаджиме лишь обернулся на голос и понял, что сейчас или потом, они все равно когда-нибудь это попробуют. Но можно же сейчас, поэтому он закрывает дверь и идет к Гоку, когда Хаджиме подошёл его тут же толкнули на диван и уселись сверху, а после жадно впились в губы. Сначала он нечего не делал, но после начал отвечать, попутно ложа руки на бедра мартышки. Сейчас Самон кажется таким миниатюрным в руках Хаджиме. Язык Хаджиме нагло пробрался в ротик Гоку и хозяйничал там, на эти действия он постанывал и тёрся об пах Сугороку. Звуковая изоляция была хорошей, так что некто бы не услышал переговоры надзирателей, но сейчас она используется по другому случаю. Самон самолично расстёгивает рубашку и отваривает голову, чтобы Хаджиме мог спокойно метить его. Один, второй, третий засос расцветали на шеи Гоку и на эти действия он охал и ахал. Но тут же дверь со всей дури открывается и в нее входит…       — Энки?! — воскликнул Самон отталкивая от себя Сугороку. Тот резко встал и приготовился атаковать, как вдруг его кто-то ударил сзади. — Ч-что ты делаешь, зачем ты выбрался?!       — Почему ты с ним, а почему я выбрался это уже другое. — Энки застегнул рубашку младшего брата, а потом отрубил и его тоже. Он злостно посмотрел на Хаджиме и подняв младшего брата ушел, оставив Сугороку лежать на полу.

***

(P.S давайте предположим, что Рок был в медпункте из-за боли в животе. И события будут чем то похожи на события из аниме, именно второй части, но я просто не буду описывать драки. Простите: <) {Автор}       Через час Хаджиме обнаружил Сейтаро, когда Хаджиме очнулся он вспомнил про Энки и рассказал про нападения. Естественно все не много не поверили, но все же нужно было проверить. Так что надзиратели из третьего и тринадцатого корпуса направились в пятый, за ними шли заключённые. Пятнадцатый, Двадцать пятый и одиннадцатый из одного, восемьдесят второй и третий из другого. Но когда они пришли, их тут же схватили, естественно рассадили их по разным камерам. И что самое главное, Хаджиме был напротив Самона. Он хотел было поговорить с ним, но ему пригрозили, что конечно напрягло Сугороку. Ему коротко и ясно дали понять, что если Самон и будет с парнем, этим парнем окажется именно Инори. Что конечно бесило обоих, но они смогут выбираться отсюда и если нет, то хотя бы они умрут вместе       Так они просидели до ночи, но в скором времени к ним пришли какие-то парни, что были им неизвестны. Они прошли к Гоку младшему и начали его раздевать, Хаджиме пришлось опять ударить, чтобы тот не мешался. Ему пришлось видеть до боль страшную картину, как его любимому человеку что-то вкалывали. Все было как в тумане, но все что он понял было: «точно сработает?.. Если нет, то я… Вскоре у него появится матка…». На последние он охренел, что, матка? То есть, та штука у женщин, которая помогает выносить потомство? Да быть такого не может! После же эти парни вместе с Энки ушли, как этот придурок может так обращается с младшим братом?

***

      Через пару мгновений, они слышат шаги, а точнее бег. Это бежал Джуго, он подошёл к решетке Хаджиме и открыл ее, а после же снял наручники. После же он помог Самону Гоку, тот никак на это не реагировал. Хаджиме просто поднял его на руки и понес из подземных камер вместе с Джуго. По дороге он узнал, что на Энки набросились все надзиратели и в какой-то степени победили, поэтому сейчас его ведут на смертную казнь. Джуго как то осмыслил свои слова и извинился перед Гоку, тот даже и бровью не повел.       Инори поймали и тоже посадили, за предательство и помощь зеку. Но это не волновало Хаджиме, его волнует больше вопрос про тот препарат. К нем прибежал один из заключённых, Ци, он разбирался больше всех в ядах, видно что тот плакал. Как оказалось это он сделал это вещество, ему не сказали на ком будет использоваться это, поэтому он сделал фальшивку. Но эта скотина проверила на ком-то из людей, поэтому ему пришлось сделать настоящий препарат. Тот очень часто извинялся, но Гоку не злился на него, хотя понимал что нечего не исправить. Когда же того увели и двое надзирателей остались одни, то Самон смотрел с жалостью на глазах.       — Ты как себя чувствуешь, все же будет в порядке? — нежно погладил по волосам Хаджиме, прижимая к себе.       — Хорошо, но все же есть обида… — Гоку облокотился на плечо Хаджиме. — ты же понимаешь, что из-за этой чертовой матки, тебе нужно будет использовать презервативы?       — Дурак, — усмехнулся Сугороку и поцеловал его в лоб. Эта картина была очень милой, но как обычно им не дали насладиться компанией. За ширмой стояли номер пятьдесят восемь, номер два и номер семьдесят один.       — Да, я так и думал что Хаджиме актив! — радостно воскликнул Уно предвкушая пиздец, но и это его не остановило. На его слова Самон дико покраснел, а лицо Хаджиме не предвещает ничего хорошего. — А еще к то самый умный, тот уже убегает!       — А ну стоять, козлы! — Хаджиме опять гоняется за камерой, а Гоку вместо обычных возмущений, мило хихикал. А потом резко зажал рот рукой, он вспомнил что рядом стоят заключённые.       — Все в порядке, — сказал Лян и они ушли, но прежде они пожелали выздоровления.

***

      Когда Хаджиме посадил их обратно в камеру, ему нужно было заглянуть в комнату охраны. Но когда он вошёл, там сидел Самон болтая ногами, а когда тот заметил присутствие Сугороку, он мило улыбнулся. На этот раз Хаджиме перекинул его на свое плечо и понес домой.

Добрались они домой довольно быстро, с чем им еще повезло, что Хитоши придет очень поздно.

      Хаджиме прижал к стене Самона, тот же хватался за его шею и снова появилось то чувство. Чувство возбуждение, но было еще какое-то ощущение, оно называется чувство защиты. Сугороку начал целовать шею и оставлять засосы, а после же прикусил ключицы. Он подхватил его за бедра и понес в спальню, в это же время Гоку обнимал шею, теперь уже своего парня. А после же идеально ровные простыни стали смяты, а рука перешла на сосок и немного сжала его. Второй же Хаджиме вобрал в рот, что приносило возбуждение ещё больше, только теперь уже обоим. Когда он оторвался, то начал быстро снимать одежду с Самона и с себя в том числе. После же Сугороку посадил его на себя, на что тот поцеловал его, мокро, пошло и страстно. Нижние белье уже давно было не нужным и валялось на полу вместе с одеждой. Пальцы входят медленно и с лёгкой болью, но не кто не говорил, что это не доставляет удовольствие Гоку. После же входит ещё один и еще, а вот это уже приносит дискомфорт. Он утыкается в шею и хнычет, а Хаджиме другой рукой гладит по спине, будто успокаивая. Но после же добавил еще один палец, он двигал уже тремя пальцами и вскоре попал по простате. Самон выгнулся и простонал довольно громко, что по любому удивило всех соседей, но сейчас это их не волновало. Когда пальцы покинули аппетитный зад, Гоку лег на живот и посмотрел через плечо. Хаджиме положил руки на этот же зад и притянул к себе, тот лишь охнул и когда почувствовал горячею головку у входа, то мгновенно сжался.       — Расслабься, а то будет больно. — прошептал на ухо Самона Хаджиме, а после укусил мочку.       Самон опять повернулся и Сугороку поцеловал его, медленно входя на половину. Его руки сжали простыни и он оторвался и упал головой в низ, это больно, но так же и очень приятно. Хаджиме начал двигаться, а после пары движений попал по простате, на что Гоку опять очень громко простонал. За тем толчком пошли другие, и не кто не говорил, что темп будет медленным. Сугороку не мог уже сдержать, он вбивался в податливое тело и тихо постонывал. Еще пару толчков и оба почти синхронно кончили, а после же Хаджиме лег рядом притягивая к себе Самона. Так те двое и засыпают, зная что есть шанс на появление ребенка.

Пару лет спустя

      Сейчас Норе уже 3 годика, в корпусе отца она и убегает вместе с пятнадцатым. За такие побеги, Хаджиме больше ругал Джуго, а дочь отправлял к матери.       Что было на счёт корпуса Самона, там было как всегда тихо и ещё девочке нравилось общаться с Ци, она считала его хорошим. А Лян всегда следил за ней, говоря " Она дочь надзирателей, так что мы должны следить за Норой "       — А ещё она милашка, так что я не чего не знаю, — гордо отвечал Лян передавая ее обратно надзирателю.       Нора была маленькой девочкой, со светлой кожей и рыжими волосами, что были очень гладкими. Ее глаза были карие, а характер озорной. Она была рада всему, а инцидент пришлось говорить перед начальством. Конечно она отстранила Гоку на годик и была жутко расстроена, но все же порадовалась золотому кольцу на безымянном пальце левой руки.