Третий не лишний, третий запасной. Или нет?

- А сейчас на сцену выходит последний участник, - голос ведущего приковывает внимание публики. Зал замирает в ожидании. На сцену выходит невысокая фигура, но не успевает публика его рассмотреть, как резко гаснет весь свет. Секунда, казавшаяся вечностью, и тишину разрывают первые пассажи струнных инструментов. Приглушенный синий свет показывает хрупкий силуэт танцора. И, не успев сделать даже одного движения, парень будто марионетка, которой обрезали верёвки, падает на пол. Обескураженные и неуклюжие движения чередуются попытками встать. Словно прекрасная птица, которой обломали крылья, ангел, который уже не сможет взлететь и вернуться на небеса. Он двигается в бесконечной агонии. Такие грациозные и выразительные движения. И вот, кажется что настолько прекрасное создание свободно, но невидимые цепи сковывают его и он, перестав метаться падает. Агония завершена, но рука безвольно тянется к небесам, что его отвергли… Каждый, кто сидел в этом зале, нашёл что-то своё в этой истории, показанной на прекрасном языке искусства. Кто-то просто восхитился талантом танцора, кого-то поразила история, а кто-то понял весь контекст под этой прекрасной ширмой. Джин, смотря на танец брата, видел те годы непосильного труда, все мечты и надежды, которые могут так и не воплотиться в жизнь Чимина, но о которых тот страстно думает. И, чёрт возьми, он поклялся, что несмотря ни на что поможет их достичь. Музыка стихла, номер закончился, но зал всё так же в кромешной тишине. Разрывают же её страстные аплодисменты Джина. Он, даже не заметив, что начал плакать, очень яростно поддерживает брата, а через мгновенье уже весь зал так же яростно подхватывает овации. Чимин же, немного отдышавшись, с помощью ведущего встаёт и кланяется в благодарности публике. Когда же парень ушёл за кулисы, ведущий обратился в зал: - Ну что ж, это был наш последний участник отбора. Уже совсем скоро мы узнаем новых трейни, у который появиться шанс в будущем дебютировать в качестве айдолов. А пока прошу всех подождать в холле. Так все, кроме судей, стали продвигаться к выходу, чтобы не мешать дискуссии. Джин решил, что нет смысла в такой толпе искать парней, ведь наверняка они пошли в гримёрки переодеваться. Лучше вместо этого, купить им напитки в кафетерии, заодно и себе что-то взять. Поэтому, не теряя времени, он направился вместо главного выхода, куда шло большинство людей, к боковому. Уже практически возле дверей он резко обернулся, ведь чувствовал затылком чужой взгляд, который его провожал весь короткий маршрут. Но, просканировав помещение взглядом, он пришёл к выводу, что это был глюк: « Хватит, себе придумывать, Джин, кому ты сдался? Да конечно, все ж на тебя смотрят и люди, спешащие выйти, чтобы поддержать своих друзей и горячие альфы, которые судят отбор. Ты прям нарасхват», - с иронией подумал парень, так и не поняв, что за ним действительно следили одни конкретные глаза… Выйдя в коридор, омега направился в кафетерий. Это достаточно просторное и светлое помещение и французскими окнами на всю боковую стену, вид которых выходил на внутренний дворик компании. В помещении, как и во дворике, было много уютных столиков на две и четыре персоны. Джин направился к барной стойке, за которой стояло две приятных девушки в фартуках с эмблемой компании. Улыбнувшись им, парень сделал заказ: - Здравствуйте, два бабл ти и одно латте, с собой, пожалуйста, - и протянул карточку. - Спасибо за ваш заказ, он будет готов в течении пяти минут. Подождите, пожалуйста, - профессионально улыбнувшись, работница вернула карту вместе с чеком. Улыбнувшись и благодарно кивнув, Джин отходит немного в сторону, чтобы не мешать остальным и в ожидании заказа залипает в телефон. Быстро пролистав ленту и видя, что вышла новая глава любимой новеллы он улыбается. - Ваш заказ, - окликает парня бариста и, протягивая напитки, добавляет, - улыбайтесь чаще, вам очень идёт. - Спасибо, - слегка смущённо омега забирает напитки и возвращается в холл, чтобы друзья его не потеряли, однако в такой огромной толпе знакомых макушек не наблюдается. Чтобы не мешать другим людям, поддерживающих своих друзей/родственников, он решил приткнуться к стене с афишами будущих проектов компании. Тем временем Чимин и Тэ, раскрасневшиеся от нервов и всё ещё взбудораженные от пережитого выступления, пытались успокоиться, потому что трясущиеся руки вообще не способствуют переодеванию. Но, собственно, куда им спешить, ведь до огласки результатов отбора надо ждать в холле и фиг знает, сколько это продлится. Немного успокоившись, парни решают-таки переодеться, чтобы Джин не изнывал от скуки один. - Но, всё же, я волнуюсь. А вдруг я лоханулся со своим выступлением и не пройду. Как думаешь, булочка? - Если ты не перестанешь мне мешать собраться до конца, то у тебя есть все шансы пройти в травматологию, а не в трейни компании, - Чимину уже порядком надоело накручивание друга, потому что и его уверенность давала сбой. – Да не парься ты так. Ошибок в выступлении я не заметил, так что тут уже всё зависит от вкуса жюри. В любом случае, - хитро подмигивает, - после первого тура и того порно что там показывал у них нет шансов отказать тебе. Альфы, что с них взять, - немного пренебрежительно закончил парень. И да, пусть может показаться, что Чим не нервничал, то это совершенно не так. Он, наверное, сейчас бы даже на нервной почве начал нести ещё больше фигни, но только силой воли сдерживался. У многих же такое бывает, когда перед неизвестностью, неважно, сколько было приложено труда, колотит нервной дрожью, особенно, когда от тебя уже ничего не зависит. Знал бы Минни ещё, что это только даже не цветочки, а только почки и до ягодок ещё нескоро, то уже бы паковал чемоданы за северный круг, но это желание появится много позже. Сейчас же, сжав булки он, наконец-то собрался и вместе с Тэ вышли в холл искать Джина и ждать своего приговора. Время тянулось очень медленно. Казалось, каких-то полчаса, а будто вечность. В один из моментов Чимину казалось, что он уже никогда не дождётся « приговора» и попросту грохнется в обморок от нервов. Впрочем, остальные 98 участников отбора его понимали. Вокруг была настолько сильная атмосфера нервозности, что даже особо разговоров не было. Все застыли в ожидании. И вот, двери в зал открылись и всех пригласили внутрь. - Сначала мы хотим всех вас поблагодарить за ваше участие в нашем отборе. Вы проделали хорошую работу, показывая свои способности, - начал со сцены Ким Чунмён. – Прошу всех участников по своей очередности выстроиться на сцене, и мы начнём финальную часть. Нестройной толпой все кое-как, таки разместились на сцене в несколько рядов. Начали понятное дело с актёрского отделения: - Не люблю долгих речей, - поднялся Мин Юнги. – Все вы прекрасно знаете, зачем вы сюда пришли и как может быть жестока наша индустрия. Для того чтоб пройти вам надо было выделиться, покорить нас своим талантом и запомниться. Также вы знаете, что мест у вас на одно меньше, поэтому конкуренция была ещё жёстче. Итак, на стажировку в нашу компанию проходят номера: 5, 8, 15, 17, 23, 36, 39, 43, 49. По мере того, как он говорил, одни участники сдерживали слёзы, другие же радовались. Равнодушных не было. - Поздравляю тех, кто прошёл, - это уже Чон Чонгук, - но это не означает, что вы можете расслабиться. Я согласен с Юнги-щи, наш мир жесток, а вы только в начале пути. В любом случае удачи, - лёгкая улыбка напоследок. После некоторой организационной минутки, на сцене остались только 50 конкурентов на место в айдолы. - Ну что ж, давайте начинать наш заключительный этап, - улыбнувшись и явив миру прекрасные ямочки, начал Намджун. – Вы все крутые ребята, и даже если не получилось в этот раз – не унывайте. Итак, после дискуссий с Хосок-щи по поводу некоторых участников, я готов перестать вас мучить и сказать результат. Возможность получить стажировку сегодня получают номера: 3, 11, 14, 21, 27, 30, 34, 41, 49 и 50. - Поздравляю всех и жду возможности поработать вместе, - с милеёшей улыбкой в виде сердечка сказал последний из жури Чон Хосок. Чимину же, казалось, что время остановилось. Он хоть и верил в себя, но был в таком шоке от того что получилось пройти что застыл с выпученными глазами. - Минни, не стой памятником самому себе, мы прошли!!! - с диким рёвом кинулся обнимать друга Тэ. - А, ага, - только и смог он сказать, и в осознании слёзы неконтролируемо потекли из глаз. - Ну, тише, тише, - похлопал легко его по спине, - всё теперь будет хорошо. - Да, ты прав, Вишня, теперь всё будет хорошо, - улыбка озарила его прекрасное лицо, и он умиротворённо прикрыл глаза… И парням, в своём порыве, было абсолютно плевать на то, что окружающие откровенно пялятся на них. А так же куда им заметить несколько пар глаз, которые неотрывно с разными эмоциями особенно пристально наблюдали со стороны…