Третий не лишний, третий запасной. Или нет?

- Булка, не смей выключаться и пей свой допинг! – в панике начинает трясти парня Тэ. У Чимина же в глазах всё плывёт, а все чувства обострились просто до боли, но голос друга заставляет хоть как-то держаться в сознании. Практически ничего не соображая, он открывает рот, чтоб проглотить блокатора и запить его водой. Тэ придерживает парня, чтоб он не распластался на плитке коридора. Спустя несколько минут таблетки начали действовать и с поддержкой Чимин медленно доковылял до диванчика в коридоре. - Фуух, ну и напугал ты меня, - вздыхает облегчённо Тэхён, - что это было? Ещё и не впервые тебя так скручивает. - Есть у меня догадка, но ой как я не хочу её подтверждения, - бубнит Чимин. Мало ему проблем с одним предполагаемым истинным, так на горизонте маячит второй. «НИ-ФИ-ГА, живым не дамся, только не сейчас», - размышляет омега. И впрямь, куда ему проблемы, если всё только начало налаживаться, это всё стресс, точно он. – Вставай, Вишня, хряпнем по стаканчику «бубы» и всё будет топчик. Тэ в ответ скептически промолчал, но, будучи знакомым с тараканами в голове друга, решил промолчать. «Вот когда я учую истинного, то не буду вести себя как идиот, а сразу завалю» - дал себе обещание омега, вставая с диванчика и покорно следуя за другом. *** Следующие недели можно было назвать напряжёнными, ладно вру, это было испытание, очень напряжённое испытание на прочность. Если Чимин раньше был уверен, что раз он всю жизнь посвятил стремлению к мечте, значит уже достаточно закалённый, но, увы, всё оказалось несколько иначе. Такое чувство, что Вселенная решила его отодрать по всем направлениям сразу. Ожидаемо, что в колледже их нагибали, как могли – выпускники, как-никак, так же можно было предположить, что и в компании будет непросто, хотя ложа руку на сердце Чимин думал, что поначалу будет легко, но вот то, что и дома будет пиздец, он предположить не мог. Начиналось всё вроде цивильно: поглощённый новой обстановкой и впечатлениями Чимин только и делал, что практиковался сутками на волне вдохновения. Домой он приползал только поспать и привести себя в порядок. Скорее именно поэтому он и не заметил что с Джином что-то не то – виделись то редко. У старшего график тоже был забит ничуть не меньше: репетиции, практики, мастер-классы по актёрскому мастерству. Поэтому братья практически не виделись. Но в один далеко не прекрасный вечер Чимин пришел домой раньше… FLASHBACK Тихонько зайдя в квартиру и увидев пару ботинок, Чимин понял что Джин так же дома: - Хён, я вернулся, - радостно воскликнул омега, на лету раздеваясь, чтоб поскорее увидеть брата, по которому жутко соскучился за эти дни. В ответ никакой реакции, и не найдя брата ни в гостиной, ни на кухне, Чимин решил постучать в спальню. Дверь ему так же никто не открыл, но подёргав ручку, парень понял, что дверь не заперта. Тихонько открыв дверь, потому что мало ли, а вдруг брат спит, Чимин зашёл. Но к его удивлению Джин не спал – он сидел на кровати, обняв колени руками и бездумно пялился в одну точку. Присев возле брата, Минни увидел ещё и что тот слегка подрагивал. - Что произошло, - с болью в глазах аккуратно обнял старшего, - расскажи мне, хён. Вместо слов, Чимин почувствовал ответные крепкие объятия, даже не так - тиски. Спустя какое-то время Джин начал обмякать и наконец-то ответил на вопрос брата: - Не волнуйся, я просто немного вымотался, - вымученная улыбка. - Ты должен больше отдыхать, давай я закажу пиццу, и мы посмотрим кино. Не пугай меня, - ничуть не поверив, что всё в порядке, однако успешно притворившись, Чимин решил пока оставить старшего в покое, пока не придумает, как узнать подробности и помочь. В тот вечер парни так больше и не говорили о состоянии Джина. Они провели весьма напряжённый вечер с кино и пиццей, ведь хоть на «публику» оба были расслаблены, но внутри каждого бушевал вихрь из эмоций. END OF FLASHBACK Ничего пока не придумав, Чимин решил разгрузить старшего хотя бы дома и, как бы это ни было трудно, выполнял всю работу по дому. Но, увы, он видел, что хоть Джин и улыбался, но с каждым днём огонёк в его глазах тускнел. Тогда парень решил, что в ход должна идти уже тяжёлая артиллерия и позвонил папе. Что же касается Джина, то его действительно ломало и пидорасило во всех эмоциональных направлениях. Сначала всё было хорошо: практиковаться с наставником Хёнбином было очень комфортно, всё получалось, а если какие-то моменты были непонятны, то парень с огромным усердием практиковался и буквально выгрызал результаты. Но вот пришло время того, чего в глубине души омега очень боялся: так как актёру из многих качеств очень нужна уверенность, они начали бороться с комплексами. Точнее боролся Джин, а другие не понимали, что с ним происходит. Дело в том, что омега сам по себе был очень скромен и скрытен: Сокджин никогда не любит тяготить окружающих своими проблемами и за лёгкой и тёплой улыбкой скрывал всю свою боль, которая словно шипами исколола его душу. Забавно, ведь его природный запах это как раз таки роза – благородный и величественный цветок, что может быть и очень жестоким или все её шипы лишь защищают мягкую натуру? Всю жизнь парень старался не давать слабину, ведь он пример, он должен быть идеальным старшим братом, который всегда придёт на помощь, а сам никогда не попросит. Именно поэтому родителям он никогда не плакал об обидах, о детской ревности. Именно поэтому он и взял полную опеку над Чимином, когда они переехали. Но всему есть начало и всему есть конец. Когда наставник дал ему новое задание, то парень понял что это фаталити. Дело в том, что зная некоторые истории из жизни омеги, Хёнбин решил, что клин клином вышибают. Именно поэтому он решил, что надо парня вывести «в люди» когда на глаза подвернулся контракт о рекламе. Конечно, никто ноунейма просто так не взял бы, но тут уже помогли связи – без них ничего просто не бывает, благо авторитет компании рулит. Когда парень узнал эту новость, то, ком подошёл к горлу. Как же «повезло». Его накрыла паника и огромное чувство вины. Он не ощущал, что достоин и что главное готов. Да, агентство обязуется заботиться о нём и предоставлять возможности, но как без честной конкуренции можно его выбирать? У скольких же талантливых людей он может отобрать шанс сейчас и в будущем? И никакие уговоры, ни наставника, ни самого себя, не помогали. А ещё теперь, проходя по коридору, после такой новости Джину казалось, что все вокруг его обсуждают как же и за какие «заслуги» омега мало того что отдельно от всех, так ещё и первый контракт получил. Вот в таком состоянии комка нервов, который нормально не отдыхать, не работать не может он и явился в день Х на съёмочную площадку. Сначала было всё не так уж плохо. Наставник представил его продюсеру и съёмочной команде. В целом все с лёгким интересом разглядывали новое «лицо» в их индустрии, ведь ясное дело, что раньше никто из стаффа не встречал омегу, но Джину казалось, что все присутствующие прямо уничтожают его чуть ти не лазерами вместо глаз. Но деваться некуда и словно в слайд шоу его уже ведут к визажисту и стилисту, а вот он уже стоит перед продюсером, который объясняет концепт будущей рекламы. - Так как сегодня мы снимаем рекламу газировки, для привлечения большего охвата аудитории делаем концепт на лёгкость и юность. Сегодня отснимем промо фото в студии, а ещё будут выездные съёмки на природе, - с серьёзным выражением лица начал продюсер, смотря цепко прямо в глаза Джину. – Как видишь, ничего особо сложного от тебя не требуется, но и халтуры я не потерплю, не важно, из какого ты агентства. Конечно, спокойствия парню это не добавляло, и он ещё больше боялся запороть работу. Хоть и его начало слегка потряхивать, но Джин понимал, что не должен отступать, ибо поздно, да и если его накроет, то позже это может сказаться на дальнейшем продвижении, ведь кому нужна безымянная истеричка? Поэтому, сжав булки, по крайней мере, попытавшись это сделать, парень пытался вникнуть в процесс. Подготовка к съёмке шла полным ходом: настраивался свет, проверялась техника, обговаривались ракурсы. Джина ещё раз подозвали к визажисту, чтоб подправить макияж и наконец-то выпустили на площадку. Как только Джин вышел под свет софтбокса, то ощутил, будто в разы уменьшился. К счастью, фотограф решил его отвлечь, давая свои пояснения и тем самым отвлекая парня: - Фотосессия это тоже актёрское мастерство, но в отличие от сцен в кино, ты должен передать эмоцию, застывшую в моменте. Давай сделаем несколько пробных кадров без реквизита, чтоб посмотреть, как ты выглядишь через призму камеры. Ну что сказать: вот как вы думаете, насколько хорошие могут получиться кадры с человеком, который чуть ли не ловит паническую атаку? Правильно, зажатые и совершенно не соответствующие заявленной лёгкости и непринуждённости, которые требовались для рекламы. На площадке только и слышались: - Расслабься. Нет, давай ещё раз. Попробуй другое выражение лица! В конце концов, продюсер решил, что им нужен перерыв в 15 минут и, подойдя к Джину, всё так же строго сказал прийти в себя. Парня же окончательно накрыло и он со слезами в глазах, быстро поклонившись и выкрикнув «извините», выбежал со студии. Не разбирая особо дороги, он оказался на улице и, присев на ближайшую лавочку, затрясся в уже истерике, попутно мысленно уничтожая себя: «Какой же ты, Пак Сокджин, не годный ни на что, просто бесполезный. Ничтожный и слабый как человек, недоактёр. Надо было всю жизнь кофе продавать и не лезть никуда. Так и проживёшь в одиночестве и с разбитыми надеждами. Ещё и истеричка», - вот так мысленно гнобил себя парень, ненавидя себя и свою натуру всей душой. - Извините, - резко выдернули Джина из истерики слова и лёгкое прикосновение к плечу, - вы в порядке? - Да, разве вы не видите перед собой эталон счастья, - всё еще, будучи не в самом адекватном состоянии решил съязвить Джин, пока не поднял голову и не увидел знакомые тёплые карие глаза, которые смотрели на него с беспокойством. – Ой… Извините…