Юношеское сердце

***

Правда иной раз гнется, но никогда не ломается и всплывает поверх лжи, как масло — поверх воды. Сервантес, Мигель де

Юнги сидит на диване, глядя в одну точку непрерывно. В доме гробовая тишина и только слышится постукивания пальцев об деревянные столик. Настенные часы тикают от стрелок, от чего его ещё больше это напрягает. Время словно тянется все дольше и дольше, не давая Юнги спокойно выдохнуть. В квартиру заходит Чонгук, а затем появляется в поле зрения Юнги, на что тот кидает на него взгляд. — Что-то случилось? — Мин вскакивает и взволновано смотрит на друга — Что за срочность? Чонгук лишь выдавливает улыбку и подходит поближе к Юнги, кладя руку на плечо. Мин хмурит брови и не понимает его. — Я много время думал — произносит тихо Чон — Переваривал информацию и не мог ни как поднять тему или найти подходящий момент. Чонгук обходит друга и медленно подходит к окну, разглядывая пустую улицу. Он убирает руки в корманы брюк и смотрит тупым взглядом вперёд, не зная как начать. — Я не понимаю — подаёт голос Мин, поварачиваясь корпусом в спину брюнета. Чонгук кидает смешок и опускает взгляд в пол, а затем просто заторможенно кивает. — И я о том же, Юнги — кидает Чон, не смея поварачиваться к другу. Пока не может — Когда такое было, что бы мы друг друга не понимали? В том то и дело — продолжил он — что никогда. Мы с тобой не скрывали секретов. Всегда разговаривали и не пытались, что либо утомить. Юнги кажется теряется, не понимая что вообще происходит. — Ты мне объяснишь нормально, что происходит? Я не понимаю тебя, черт побери — голосит Мин, сверля глазами спину брюнета. — Это я не понимаю, Мин Юнги! — рыкнул Чон, наконец одаривая друга злым взглядом — Это я жду объяснения! Это я хочу услышать от тебя, что мать твою произошло? — Чонгук подходит на шаг ближе, не отводя взгляда — Когда мы так успели отдалиться друг от друга? Скрывать всё? Мин уже сжимает руки в кулак, от накипающей атмосферы в квартире. — Что ты несёшь? — Юнги тоже делает шаг вперёд — Что на тебя нашло? Чонгук смотрит на друга и выдавливает слабую улыбку. — Тебе нечего мне сказать, да? — спрашивает в упор Чон. Юнги остывает и глубоко выдыхает ком воздуха, что так давит на грудную клетку. — Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать — выпаливает Мин, смягчая взгляд. Чонгук опускает глаза и коротко кивнул. Чувствует как друг прожигает его глазами, но не поднимает своих. Он лишь сжимает пальцами переносицу и просто проходит мимо друга, задевая плечом, а затем покидает гостиную. Юнги стоит по среди комнаты и пытается не рыкнуть от злости. Он запрокидывает голову назад, прикрывая веки. Пытается успокоится волнующее чувство. Что происходит с ними? После всего случившегося, Чон словно стал отдаляться от него. Стал каким-то другим человеком. Мин соврет, если не скажет что стал замечать тяжёлый взгляд на себе. Юнги вообще ничерта не понимает, что произошла за эти чёртовы пять дней. Что вообще нашло на Чонгука. Он чувствует как между ними начинает разростаться пропасть. Пропасть между их крепкой дружбой.

***

Чонгук сидит за барной стойкой и попивает коньяк, чувствую жгучий привкус на языке. Он ставит стакан на деревянную поверхность и закрывается ладонями в свой загривок смоляных волос, сжимая в пальцах. Голова раскалывается. — Всё хорошо? — подал голос бармен, глядя на мужчину — Вы плохо себе чувствуйте? Чон лишь поднимает тяжёлый взгляд на парня и хмыкает, а затем валится на спинку стула, раслабляя тело. — Всё нормально — произносит он, а затем подталкивает пальцем стакан к бармену — Подлей ещё. Тот лишь кивает и хватает рукой бутылку с коньяком. Подносит руку и налевает в стакан крепкий алкоголь, пододвигая к брюнету. Чонгук смотрит на парня, а затем пододвигается и свешивает руки с барной стойки. — У тебя есть друг? — произносит Чон. Тот лишь кивает и надламывет бровь от недоумевания вопроса. — Лушчий друг? Тот, с которым у тебя самая крепкая дружба — проговаривает Чонгук, ополаскивая горло крепким коньяком — С тем, с которым шёл плечом к плечу, который всегда прикрывает твою спину, а ты его? Есть такой друг, который поймает за тебя пулю? С тем, с которым у тебя нет не одной тайны? Бармен теряется от вопроса и отводит задумчевый взгляд в сторону, жуя губу. — Был — подаёт голос он, на что Чонгук смотрит на него — У меня был такой друг, который мог словить пуля за меня, прикрывая своей спиной. Чон удовлетворённо кивает, услышав парня. — Почему был? — издаёт хриплый голос брюнет, замечая грустный взгляд барамена. — Погиб — подаёт голос он, на что Чон переваривает информацию — Когда принял удар на себя, спасая мою жизнь — брюнет смотрит на него и хмурится. Чонгук опускает взгляд, задумываясь над словами парня. — Вот как — выдаёт он, не зная что сказать. — Машина сбила — снова начал тот, протирая стакан — Он просто отолкнул меня и сам принял удар на себя — бармен поднимает тяжёлый взгляд на Гука — Чувствую себя до сих пор поршиво и тошно он самого себя. Чонгук протирает ладонями лицо, пытаясь думать. — А самое ужасное, что мы поругались перед случившемся — произнёс парень — Я наговорил ему лишнего и теперь жалею — он смотрит на него и выдавливает улыбку — Вы сидите здесь и пьёте коньяк — упирается руками о стол — Вопрос который вы задали, связан с этим? Чонгук поднимает взгляд и коротко кивает, думая о Юнги. — Тогда, не стоит откладывать проблему на следующей день — он затих — Если вы поругались или повздорили с другом, то — он слегка нахмурил брови — Стоит не откладывать, потому-что следующего раза может и не стать — кивнул парень. Он повернулся к ассортименту алкоголя и взял бутылку крепкого коньяка. Поставил перед носом Чонгука — Возьмите и идите, разговор ждать не будет, как и время. Брюнет смотрит на парня и достаёт из кошелька большую копюра, пододвигая к нему. Берет за горлышко бутылку и встаёт. — Сдачи не надо — тихо проговорил Чон — Спасибо — дёргает бутылкой бармену. А затем медленно покидает бар, раздумывая о словах парня, из-за чего сжимается сердце.

***

Юнги сидит на кухне, за столом. За окном мрачная ночь. На часах уже давно за полночь. Он не может уснуть из-за разговора с другом. Прокручивает несколько раз их последнюю встречу, пару часами ранее. Прокручивая как плёнку и пытается понять, а о чем шла речь? Что от него хотели услышать? Где он облажался? У них никогда не было недопонимания. Не был скрытых тайн, которые они мгновенно расскрывали друг другу. Делились мыслями, идеями или всегда разговаривали на различные темы, за кружкой пива. У них была крепкая связь. У них была крепкая дружба, потому-что они вместе прошли через многое. Сколько они там уже дружат? 20 лет? Голова сейчас вообще не соображает и не хочет думать. В голове только крутятся отрывками их разговоры, которые они никогда не откладывали, лишь бы поскорей по делится друг с другом. Юнги прикрывает глаза, затылком упираясь о стену. — У тебя всё хорошо? — спрашивает младший, глядя на Юнги, что курит уже пятую сигарету за 15 минут. — Не знаю — Юнги сжимает губы. Чон подошёл ближе, кладя руку на плечо друга. — Что случилось? — взволновано спросил Чонгук. Страший выкидывает бычок сигареты, упираясь руками об ограждения. Он смотрит вниз с пятого этажа балкона. — Проблема в семье — произнёс Мин. Чонгук не давит на друга и ждёт, сжимая его плечо. Старший выдыхает — Отец пьяный пришёл сегодня домой. Как всегда вообщем. Крики, ссоры, маты и слова отца — он хмурит брови от воспоминаний пьяных слов папы. — Что он сказал? — произнёс Чон, глядя на друга. — Представляешь — начала Юнги — Оказывается мой отец грязный кусок дерьма — Чонгук хмурится, как и старший, поварачиваться и смотрит вперёд — Он сегодня впервые поднял руку на мать. Я его отолкнул от неё, а он в порыве злости выкрикнул, что мы ему не нужны. — Юнги — подал голос Чон, как его прервал короткий смешок друга. — Оказывается батя ходил налево, за маминой спиной — выдал Мин — Трахал какую-то суку, пока мама ждала его до поздна. Отдала всю себя, а этот ублюдок плевал на неё. Чон хлопает по спине друга, молчит и не смеет прервать его, давая ему высказаться. — На меня плевать, похуй — продолжил он, сжимая руки в кулак — Но не на маму. Она этого не заслужила — старший пускает слезу от обиды, сразу её стирая. Чонгук крепко обнимает друга, хлопая по плечу, отдавая ему свою поддержку. — Все будет хорошо — выдал брюнет — Этот ублюдок поплатиться. Юнги скрипит зубами и кивает головой. Мин открывает глаза и тут же сжимая руку в кулак. Он встаёт и подходит к окну, разглядывая ночное небо. Он слегка улыбается. Ведь тогда они и правду научили его отца манерам. У отца Юнги, тогда была важная конференция. Мин не мог не воспользоваться этой ситуацией, чтобы отомстить за маму. Отец грязно высказался о ней и наговорил всякого дерьма, делая ей больно. А Юнги оплатит той же монетой. Они с Чонгуком находятся в кабинете отца. Пока Чонгук стоит на шухере, Юнги меняет флэшки. Он забирает флешку отца, а потдельную кладёт на тоже место. На одной видео-доклад для конференции, над которой он пыхтел ночами напролет, а на другой собственно ручная работа Юнги. Чон оборачивается и смотрит на друга. — Пора валить, Юнги — гласит брюнет. Тот улыбается и встаёт с места. Последний раз оглядывает кабинета и покидает его с Чоном. Они сидят на диване, пока там за дверью идёт конференция. Юнги прожигает дверь взглядом, ожидая момента пика. Чонгук рядом сжимает подготовленую камеру. Через какое-то мгновье слышится громкие голоса за дверью и крики. Юнги удовлетворённо скалиться и смотрит на друга, который ему ухмыляется. Секунда и дверь распахивается, от куда выходят злые, возмущенные и даже шокированные люди. Парни встают и заходят в кабинет, замечая очень интересную картинку. По всему кабинету издаются грязные звуки. На весь прожектор виднеется такое же грязное видео, где вместо видео-презентации, показывается видео отца с голой задницей. На весь прожектор и кабинет раздаются вздохи и стоны двух людей на видео. Там, где отец трахает какую-то шлюху. О, да. Мин установил камеру в его кабинете дома. Отец лишь стоит возле прожектора и смотрит растеряным и пустым взглядом, а затем падает в кресла. А теперь представьте, эмоции людей, очень важных людей, которые увидели это. Люди, которые пришли подписывать договор с его отцом, который показал такое скромное видео из своей жизни. — Ну как тебе? — раздался голос Юнги, на что отец переводит тяжёлый взгляд на сына и сжимает руки в кулак — Кажется получилось великолепно. — Ах, ты сукин сын — шипет отец, подрываясь с кресла — Что ты сделал, ублюдок? Юнги смеётся и удовлетворено улыбается, глядя на злого отца. — Сделал твою жизнь краше, отец — произносит Мин, а затем улыбка пропадает. Он подходит к отцу и подпрвляет галстук. Поднимает взгляд и хлопает его по щеке. — Ты молодец сегодня — выдал Мин — Настоящий директор, который смог впечатлить этих людей — отец сжимает губы в тонкую линию — Умеешь же ты, удивлять людей, отец. Юнги разворачивается и идёт к выходу, где у двери стоит Чон и снимает на камеру. Мин останавливается и поварачиваться к отцу. — Забыл сказать — Мин гадко улыбается — Теперь ты самый необычный директор, с спецефичским вкусом привлечения людей. Тебя чуть ли не на всех каналах показывают — показал пальцем на плазменный телевизор и покидает кабинет. Они с Чонгуком пьют пиво и смеются, глядя в телевизор. Позор отца, показывают почти на всех каналах в новостях. — Чувствую себя лучше — произносит Юнги. — Я рад, дружище — хлопает по плечу Чон, замечая маленькую улыбку друга — Славно повеселились. — Это точно, спасибо тебе. — Всё для тебя, друг мой — они оба смеются. Мин кидает смешок, вспоминая этот момент из жизни. Сколько им тогда было? По 19 лет? Совсем ещё молодые. Столько времени прошло. С того момента, Юнги не виделся с отцом, но знает одно, теперь его папаня самый лучший порно-артист. Его убрали с поста директора и сейчас он где-то наверное работает в магазине 24 часа. Мин глубоко выдыхает, слегка улыбается. — Сука! — шипит Чон, пиная стол, из-за чего тот падает на пол — Блядина! Юнги сидит на диване и смотрит на злого друга. — Успокойся. Забей на неё хуй — подал голос Мин. — Я оторву ей грязный язык, а её уебку отрежу хуй, наматывая ему на шею как трофей — рычит Чонгук. Мин смеётся, глядя на бешеного Чонгука. — А там есть, что отрезать? — выдал Юнги, на что Чон усмехнулся. — Ненавижу её — проговорил брюнет, падая на диван рядом с другом — Впервые чувствую себя дерьмово. — Разве было не видно, что она тобой пользуеться? — спросил старший, делая глоток пива — Ей от тебя только деньги и нужны были. — Она нравилась мне, что я даже этого не замечал — произнёс Чон, кусая губу — Мне тошно теперь от себя. — Эй, — Юнги пихает его в плечо — Пошла она нахуй, этот отгрызок общества. Эта любительница пососать не достойна тебя вообще. Когда-нибудь подвернется девушка получше. Чонгук кидает на него и щурится. — Ого, что это с тобой, хён — смеётся Чон — Это слова поддержки? Юнги садится и кидает в него подушкой. — Теперь ты пошёл нахуй, говнюк — зашипел Мин, на что Чонгук засмеялся. — Прости, но мне стало легче от твоих слов — улыбнул брюнет — Ты такой милашка, Юнги. — Всё — он встаёт с дивана, как Чон тут же вскакивает — Крути пидали, пока тебе пизды не дали, ушлепок. Юнги смеётся и проводит по волосам рукой. А пиздюлины малой, тогда все равно получил. От таких воспоминаний тепло на душе. И их очень много, устанешь вспоминать. Они всегда друг друга поддерживали. Всегда протягивали крепкую дружескую руку. Друг за другом горой. А что сейчас? Они словно становятся чужими и это очень хуевенько. Раздается звук, открывающей двери, на что Юнги поварачивает голову, тут же замечая Чонгука, который держит в руках коньяк. Младший заходит на кухню и с громким стуком ставит бутыль, глядя на старшего. — Выпьем? — выдал Чон. — Выпьем — кивнул Мин.

***

Чон сидит напротив Юнги и сверлит свой стакан. Старший смотрит на друга, который о чем-то думает. Тишина давно давит на них, но никто не нарушает её. — Для нас не было никогда проблемы поговорить и высказать всё друг другу — начал Гук — Не было напряжения или какой-то недосказонасти. Мы всегда поддерживали друг друга, не зависимо от проблемы или случившееся ситуации. Юнги внимательно слушает и смотрит на младшего, который даже не глядит в ответ. Он просто тычется взглядом в одну точку. — Юнги — в голосе слышалось какое-то напряжения, от чего Мин сам нахмурился. Время тянется и они оба уже не знает который сейчас час. У них кажется не вяжется ни как разговор. — Если тебе нечего мне скзать и ты правду не понимаешь о чем я, то — Чон поднял на него тяжёлый взгляд — то я спрошу и тогда ты поймёшь, что я имею виду. — Надо было сразу начать с этого — выдал Юнги, замечая искаженую улыбку — А не допытывать меня, когда я не понимал что т… — Что между тобой и моим сыном? — резко послышался вопрос младшего, от чего Юнги замер. Он чувствует как Чонгук без стестения смотрит на него. Старший кажется забыл как дышать. Чёрт! Мин переводит медленно свой взгляд и натыкается на не читаемые глаза друга. Мин издаёт смешок, а Чон хмурит брови. Старший упирается локтями в свои колени и запускает ладони волосы, сжимая их. — Блять — выдал Мин. Чонгук сидел и все так же продолжал прожигать его взглядом. Он развалился на стуле, ноги раздвинуты в сторону, а руки лежат на ногах. Он расслбален. Не один мускул на его теле не напряжен. Гук чувствует напряжения только от своего друга. — Что именно хочешь услышать? — подал голос Мин, не смея поднять глаз на младшего. — Я уже задал вопрос — ответил Чонгук — Смотри мне в глаза. Юнги облизывает губы и хмыкает, а затем смотрит на друга. Пришло время этому разговору. — Мы… — Мин не знал как начать — Мы встречаемся. Старший заметил, как глаза Чона потемнели. — Сколько — задал следующей вопрос Чон, а голос твёрдый как сталь. Юнги сжимает руку в кулак. — Два года точно — без раздумий ответил старший. Чонгук кивнул и наконец-то опустил взгляд. Он снова смотрел в одну точку. — Дурил меня за моей спиной — произнёс тихо брюнет и кривая своим словам, а с губ спал смешок, на что Юнги напрягся — Охмурил моего сына и даже не нашёл смеласти признаться. Мин сжимает губы в тонкую линию, чувствую в голосе Чонгука обиду. Он сейчас и сам чувствует себя поршиво. — Чон… — Впервые — перебил Гук — ты что-то от меня скрывал. Скрывал и врал, как и собственный сын. Вы самые дорогие люди в моей жизни. Никогда ничего от меня не таили. Я доверял и всегда готов был выслушать и поддержать. Обидно, Юнги — закончил Гук, допивая до дна коньяк — Два года — Чонгук слегка посмеялся — Почему не нашёл смелости рассказать мне, что…чёрт…даже не знаю как сказать это слово в сторону своего сына — Чон прикрыл глаза — Это мой сын, Юнги. Мин чувствует, словно между ними начинает расти стена не доверия. — Прости — начал старший — Я не знаю как так получилось. Я понимаю, что облажался скрывая от тебя такое, когда это связано с твоим сыном, но Чимин боялся тебе говорить и я тоже — выдохнул Мин — боялся все испортить. — А сейчас ты что делаешь? — начал Чон. — Чонгук, я люблю Чимина — выпалил Мин, сжимая кулаки сильнее. — Почему ты не смотришь мне в глаза, когда заявляешь мне такое? — чуть ли не рычит брюнет, затем рукой ударяет об стол — Почему ты говоришь это сейчас, а не два года назад? — повышает голос Чонгук, бегая глазами по другу. — Мне стыдно и паршиво от самого себя — резко поднимает свой взгляд на брюнета — Мне пиздец как сейчас тошно от себя, что я скрыл такую большую тайну от лучшего друга — он сжимает челюсть — Я ненавижу себя теперь, что сделала тебе больно. Что впервые что-то скрыл от тебя, когда это и задевает тема твоего сына. Я не рассказывал тебе ничего, потому-что в тот момент я думал о Чимине, который так боялся, что ты узнаешь обо всем — Юнги уже шипит от злости — Я всегда думал впервую очередь о нем, как только он появился. Старший глубоко дышит, а затем переводит взгляд в сторону. Встаёт резко со стола и подходит к окну, пытаясь успокоится. Для них всегда в дружбе была главное — правда и честность. Никакой лжи и тайн. Чонгук встаёт со стула и берет в руки пиджак. Он смотрит в спину друга. — Чимин и ты всегда были открыты со мной — шепчет Чон — Скрывать было от меня глупо с вашей стороны. Он мой единственный сын, а ты единственный лучший друг. Я вами дорожу — Чонгук кивает своим словам — Я не посмел бы и сказать, что-то против ваших отношений, сказав вы хотя-бы мне об этом — Чон сжимает пиджак — Я не злюсь на вас, а просто обидно — Юнги поварачивается к другу и смотрит ему в глаза — Просто не думал, что у нас в семье есть тайны друг от друга — Гук хмыкает безэмоционально — Кажется доверие у нас пошатнулась в семье, да? Не стоило скрывать что-то от близкого человека. Спасибо хоть сейчас за правду — брюнет оглянул друга послдений раз взглядом и махнув рукой, покинул кухню, затем и квартиру. Юнги смотрит пустым взглядом, где стоял Чонгук. И правду, доверие в их семье пошатнулась. — Юн, если у тебя есть что мне сказать, то прошу тебя — он положил руку на плечо блондина — говори мне обо всём, делись со мной, я всегда тебя поддержу.

***

Юнги и не знает сколько прошло время с последнего разговора. Они не виделись и не созванивались больше. Чонгук словно пропал. Неделя точно уже прошла, если смотреть на дату в телефоне, но ему кажется словно прошло больше. Старшему всегда было трудно без друга. Без его мелкого дружище, хоть глядя на них можно было подумать, что старше явно Чон. Их дружбу трудно описать, потому-что трудно подобрать правильных слов. Чонгук всегда был его опорой и поддержкой. Всегда мог выслушать и даже дать совет. Всегда был рядом, когда происходила какая-то чертовщина. И речь о том, что есть ли такой друг, который сможет словить пулю за своего товарища. Да, есть такой. Этот мелкий говнюк им и является. Когда они только вязались в грязное дело, попали в банду, то тогда и началась всякая чертовщина. Они столько прошли сквозь множество пуль и ранений, что можно сбиться с счёту. Чонгук не раз получал пулю. Одна из которых принадлежала старшему. Но и со стороны Юнги тоже есть пулевые ранения. Тоже когда-то прикрыл спину друга. Они друг за другом горой. У них очень сильная и крепкая дружеская связь, что её даже смертью не разлучишь. Даже после смерти, они встретятся в аду и там наведут суматоху. Когда они только попали в банду, то их — Босс, который неимоверчиски напрягал Юнги, а мелкий не замечал никогда сильное напряжения между другом и Боссом. Лидер банды был эгоистичен и неприятным мудаком. Всегда ставил себя выше других, топтал в грязь других. Из которых был Юнги и Чонгук. Затем случилась перепалка между двумя бандами. Своих звали — Тигры. Ох, Юнги смеялся. Он до сих пор помнит ту битву, когда их собратья подали мёртвым телом на землю. Их становилась меньше, как в тот момент их так называем Лидер просто сбежал. Оставил их и предал. Они тогда просто не знали что делать. Они рвали и метали все на своём пути от злости. Никто не знал, что делать. Без лидера, банды нет. Как в один момент, Чонгук просто взял все в свои руки, чтобы спасти своих. Старший смотрел на него хмурым взглядом, а младший лишь улыбнулся и сказал нужные слова, из-за которых появилась опасная группировка — Моартэ, что означал смерть. Старший помнит, когда Чонгук взял на себя ответственность за банду. Помнит, когда все смотрели на него на равных. Все хмурили брови и что-то пытались разъяснить. Помнит разговор. — Посмотрите на своих товарищей — голос Чона был тихим, но серьёзным — Вы сейчас здесь и у каждого своя была причина попасть в эту банду. У каждого своя история и я не буду из каждого вас её выдергивать. Мы тоже попали сюда, не просто чтобы поболтать. Если сейчас мы здесь все, то нужно решить в последний раз — Чонгук оглядел всех взглядом — Как видете, нас кинули и предали. Человек, который называл себя боссом, просто струсил. Он понял, что мы не справляемся и испугавшись за свою жизнь, уебал в закат — все слушают внимательно, не отрывая взгляда — Это эгоистично и мерзко. То, как он поступил, даже смешно выглядит. Маленькая девочка и то смелее будет — раздались маленькие смешки — Мы с вами давно здесь. Мы знаем друг друга от А до Я. Знаем каждого слабые места. Больше мы не можешь разрешать обтирать об нас ноги и плювать в лицо — он облокачивается руками об стол, глядя на всех из-под век — Сегодня мы упали на дно — все начали сильнее хмурить брови — Это значит лишь одно — Чонгук перевёл взгляд на друга, который стоял в конце комнаты — Мы начнём забираться заново и покажем, что мы тоже умеем таптать чужое мнения и обтирать об них ноги — Юнги ухмыльнулся словам друга — Мы начнём самого дна подниматься каждый раз выше — Чон улыбается слегка — По их головам — некоторые парни переглянулись между собой, а затем начали кивать головой. — Тогда с чего начнём, Чон? — подал голос один из банды — У тебя есть план? Чонгук повернул голос по направлению к нему и хмыкнул. — Если я тут стою, как ты думаешь, Тони — парень довольно кивнул — Для начала мы сотрем все старое, что оставил после себя наш предатель. — И что же именно? — задал вопрос уже другой парень, у которого на лице кросовался шрам. — Начнём размножаться — выдавил Чон — Мы потеряли многих. Будем искать сильных бойцов. Найдём нового лидера и наконец-то возрадим свою банду с чистого листа, о которой будут все знать на слуху и бояться спать по ночам Именно тогда, Юнги увидел нового друга. Он взял все в свои руки. Он помогал своим товарищем. Спасал каждого и думал о каждом. Не был лицимером и эгоистом. Все его стали уважать со временем. И тогда наступил тот момент, когда жизнь их поменялась кординально. Всё парни сидели за столом и общались. Радостно кричали, попивая пиво. Играла громко музыка. Всё веселились и этому была причина. Они победили. Они подмяли в кровь людей, которые вытерали об них ноги. С этой бандой у них постоянно были стычки. И сегодня они положили конец им. Чонгук заходит в большое помещения, где все товарищи веселятся от вкусной победы. Он обводит их взглядами, затем улыбается легко. Юнги подходит к нему и хлопает по плечу. — Ты мололец, горжусь тобой — Чон обнял его за плечи. — И ты тоже сегодня себя показал — произнёс Чон. — Ты больше, чем я — Чонгук лишь улыбнулся. В помещении словно все затихло, кроме громкой музыки. Парень с красными волосами выключил её и встал рядом с парнями, глядя на двух людей что смотрели на них в ответ. Чонгук нахмурил брови. — Что за атмосфера? — произнёс Чон — Что-то случилось? Один парень выходит из толпы. — Ты спас мне сегодня жизнь, Чон — произнёс он — Спасибо — он отступил назад к банде. Затем вышел другой парень, у которого шрам на лице. — Спасибо, что не кинул меня сегодня на перестрелке — хриплым голосом произнёс он — Я у тебя в долгу. — Благодаря тебе, мы показали сегодня чего мы стоим — подал голос один и все заголтели. Чонгук сделал шаг вперёд. — Потому-что мы стоим намного больше и это ещё не конец — произнёс Чон, оглядывая толпу — Мы тоже умеем плюваться ядом и сегодня это показали. Мы все молодцы и не нужно выделять меня одного. И почему вы все затихли? Включайте музыку и веселитесь, сегодня ваш день — проговорил он. Юнги, который стоял рядом, начал идти к толпе, а затем поварачиваясь к нему лицом вместе с ребятами. Чонгук ничего не понимала что происходит. — Что за чертовщина с вами происходит? — выдал брюнет, хмуря брови. Вся толпа перегляделась между собой и все кивнули, возвращая взгляд Чону. Они подняли правую руку вверх, сжав кулак и по всему помещению пошёл гул. — Чон! Чон! Чон! Чон! Чон! — все кричали его имя, а он шокирован смотрел на них. Юнги стоял с ними и так же кричал его имя. Всё резко опустили головы вниз и атмосфера затихла. Словно приклоняясь перед своим королём. Чонгук хотел уже сделать шаг вперёд, как парни подняли головы и улыбнулись. Мин сделал шаг вперёд и протянул руку вперёд, показывая пальцем на Чонгука. — С этой минуты — раздался голос Юнги — Это наш новый лидер — все начали кричать и хлопать. Брюнет стоит и не знает что сказать, а затем вся толпа ринулась на него, окружая со всех сторон. Они подняли его и начали подкидывать верх, выкрикивая лишь одно. Они нашли своего лидера. Они признали его. — Чон! Чон! Чон! Юнги надолго запомнит этот момент, когда вся банда признала в нем лидера. Они не жалели об этом. Чон тогда просто упал в осадок от происходящего. Он не думал, чтобы взять на себя ответственность лидера. А банда решила сама, выбрать своего главаря. И они выбрали, когда Чон доказал им что они не кучка отбросов. Тогда Чонгук поднял их банду к самому верху. Они стали сильнее, могущественей, страшнее и опасней. Их стали бояться. Конкуренция падала все ниже и ниже. Потому-что поднялись они. Банда — Моартэ, что означала смерть.

***

Чонгук сидит в кабинете и думает о накопившимся за все это время проблем. Стук дверь и Чонгук сразу отвлекается от бумаг. В кабинет зашёл мужчина. — Ну что там? У них все хорошо? — спросил Чон, протираю переносицу. — Да. Всё хорошо — произнёс парень — Что делать дальше, Босс? — Ничего — Чонгук посмотрел на него — Отдыхайте. Тот кивнул и поклонился, покидая кабинет. Брюнет перевёл взгляд на стол, где стояла красивая рамочка с фотографией. Чимин. Он ярко улыбается в камеру, от чего глаза стали виде полумесяца. — Все наладиться — прошептал он, улыбаясь фотографии. Он облакотился спиной об кресло спинки, прикрывая глаза. Всё так сложно. Обида до сих скрежит сердце. Такое чувство, словно предали, но это не так и он это знает. Просто о того, что от него скрывали тайну близкие люди, где-то колит в сердце. На мобильном телефоне высвечивается сообщения и он обращает внимания. От кого: Хён Давай поговорим? Я так не могу больше. Гласит сообщения. Чонгук глубоко вздыхает и сжимает телефон. Кому: Хён Хорошо. Ты дома? Увидев краткое да, он тут же встаёт и покидает кабинет. Пора уже с этим покончить.

***

Чонгук заходит в квартиру и кладёт ключи на тумбочку. Он по привычке заходит в гостиную, которая покрыта темнотой и лишь свет ночи открывается из окна. — Пришёл — раздаётся голос Юнги. Чон заходит и включает цвет, от чего старший морщтся и прикрывает рукой глаза. — Чёрт — шипит Мин. Брюнет подходит к нему и замечает в его руках почти пустую бутылку виски. Глаза потерянные из-за алкоголя. Движения заторможенные. Пьяные в стельку. — Зачем позвал поговорить, если ты сейчас в стельку пьяный — нахмурил брови Чон, глядя на друга. — Мне нужно было это — поднимает рук с алкоголем — Много думал, а на трезвую голову не получается. Чонгук садится в кресло и закидывант ногу на ногу, вкладывая руки на подлокотники. — Я сегодня походу сильно распечалился — хрипит Юнги — Думал о тебе и Чимини. Не хочу с тобой ругаться. — Я пришёл не для того, чтобы с тобой ругаться — произнёс Чон — А впервую очередь все обговорить и разрушить между нами эту стену не доверяя — он упёрся руками в колени. — Не хочу слышать ничего про доверие — Мин смотрит на друга, хмуря брови — Я доверяю тебе и доверял всегда, а ты доверяешь? Чонгук кидает смешок, отпускает взгляд в пол. — Ты спрашиваешь сейчас у меня об этом? — скидывает бровью брюнет — Может спросим у тебя? — Чонгук, я понимаю ты злишься на меня — Чон отрицательно мотает головой. — Я не злюсь и я уже говорил об этом. Просто мне обидно. — Тогда прости меня, Гук — шепчет старший — Не могу ни о чем думать. Не могу взяться за работу, пока между нами стоит напряжение. Это проблема давит на меня. — Ты же знаешь, что я не люблю когда просят прощения — выдаёт Гук, сверля глазами друга, пока тот закатывает глаза. — Да плевать мне, мелкий — шипит Мин — Пока между нами происходит вся это поебота по моей вине, то я буду просить прощения до тех пор, пока мы не помириимся и не пожмешь руку. — Прекрати — Чон встает и выхватывает бутылку из рук старшего. — Дружище — Шепчет Мин — Мне так плохо. Чонгук застывает на месте. — Прости, что я обложался. Меня волновали чувства твоего сына — Юнги упирается ладошками в лицо — Я так его люблю и дорожу. Вы два моих родных человека и мне так поршиво. Рядом нет Чимина, а затем с тобой поругались и ты пропал. Я словно один. Я люблю его — тихо говорит старший. Чонгук отводит взгляд в сторону, а сердце сжимается. Он садится на корточки перед другом и смотрит в глаза. — Хён — произнёс брюнет, на что Мин смотрит в ответ — Тебе нужно поспать. Юнги мотает головой. — Не могу. Думаю много. Чонгук трёт переносицу и глубоко выдыхает. Он протягивает руку и сжимает плечо друга. — Я больше не держу на тебя обиду, Хён — начал Гук — Всё таки мы с тобой друзья и прошли через многое. Проблемы были и похуже — хмыкает брюнет — Я не могу долго обижаться на тебя, главное что ты здоров и жив. Юнги слегка улыбается и издаёт смешок. — Тоже мне, мафиози — Чон слегка улыбается и пихает друга в плечо — Я рад тебя видеть улыбающемся. Юнги вырубается, а Чон заботливо укрывает одеялом своего хёна. Покидает квартиру. Он стоит у своей машины, доставая мобильник. Уже 1:22 ночи. Набирает нужный номер и прикладывет телефон к уху. — Алло, привези его завтра ко мне на работу — произносит Чон — До завтра. Он поднимает взгляд в ночное небо, где красиво блестят звёзды и украдко улыбается. Всё наладилось?

***

Юнги просыпается и сразу жмурится от боли в висках. Словно молотком бьют по бошке. Он сжимает рукой волосы и начинает выть. — Ебать — шипит он, ищя рукой телефон — Вот это я поспать. Он замечает сообщения от Чонгука. От кого: Мелкий Приезжай ко мне на работу Кому: Мелкий Скоро буду Он встаёт с крихтением и ползёт в душ. Денёк сегодня будет тяжёлым.

***

Юнги заходит внутрь здания и оглядвает всех парней. Те, заметив его начинаются кланяться. Друг босса. Мин подходит к кабинету и заходит внутрь, сразу фокусируя взгляд. Чонгук сидит за столом, за стопкой бумаг. Он поднимает глаза и слегка улыбается. — Привет, Хён — здоровается брюнет — Быстро приехал. Юнги садится на диван и прикрывает глаза. — Я чуть не умер, как только открыл глаза — произносит он. — Прекрасное утро, да? — Чон улыбается, глядя на друга. Мин стреляет в него взглядом. — Зачем позвал? — спрашивает старший. Чонгук молчит и отрывается от бумаг. Он встаёт и подходит к дивану. — Подожди здесь — произносит Чон — Я сейчас приду — он разворачивается и идёт к выходу. — Хорошо — кидает в спину младшего Мин. В кабинете глубокая тишина. Он прикрывает глаза, чувствуя как пульсирует голова. Крошится на кусочки от похмелья. Выпил так выпил вчера. Через какое-то время дверь в кабинет открывается, но Юнги даже не пытается открыть глаз. — Мелкий, есть таблетки от башки — хриплым голосом спрашивает Мин — Кажется я сильно перебрал, плохое было идеей пить э… — его слова обрывается, когда он открывает глаза. Сердце с большим грузом падает, почти разбиваясь. Он смотрит и не может понять. Голлюцинации? Сошёл с ума? Юнги слегка приподнимается, а глаза начинают щипать. Он встаёт на дрожащими ноги, давно забывая про боль и какое-то там похмелья. Сейчас это уже не важно. Важно… — Юн~и — Мин не может сделать шаг вперёд. Это сон? Если да, то он не хочет просыпаться. Он хочется остаться здесь с… — Мини — Шепчет он дрожащими губами, а затем чувствует как на него налетают с объятиями, крепко прижимаясь — Что… Чимин плачет в плечо парня, сжимая рукой футболку Юнги. — Юн~и — хнычет Пак — Я так скучал. Старший наконец-то приходит себя. Он отстраняет Чимин и хвает ладошками лицо любимого, пытаясь разглядеть полностью. Ищет какой-то подвох. Ждёт, пока тот раствориться в его руках, но…ничего не происходит. — Малыш — Шепчет Юнги, глядя в заплаканые и такие родные глаза — Это ты… Чимин лишь кивает и утыкается в грудь старшего. — Боже — как в бреду произносит он, и укладыает одну руку на затылок, а другую на спину — Чимин. Он жмурит глаза и выпускает слезы. Он так скучал по своему мальчику. Так давно его не видел. Не чувствовал его в своих руках. Сходил с ума от того, что хочет его увидеть. — Я… — он поднимает лицо младшего — Мне так не хватало тебя, я так скучал — говорит Мин — Я сходил с ума, Мин~и. — Юнги, я тоже скучал — Шепчет Пак, обнимая его за шею — Я так тебя люблю — он прижимается своими губами к Юнги. Мин чувствует как сердце начинает заново рождаться. Как по новому начинает стучать от чувств. Словно, он родился заново.

***

Чонгук выходит из здания, направляясь к своей машине. Он открывает дверцу и садиться в салон. — Всё хорошо? — раздаётся голос рядом. Чонгук лишь переводит взгляд вправо и слегка улыбается. — Всё отлично — произносит Чон, глядя в карамельные глаза. На лице парня расцветает квадратная улыбка. — Ты молодец, Чонгук-хён — произносит он — Ты сделал правильно. Чонгук глядит на него и берет его руку в свою. — Спасибо, Тэхен — шепчет он — Мне легче. Ким улыбается и смотрит вперёд. — Куда поедем? — спрашивает брюнет, заводя машину. — А мы их оставим что-ли? — удивлённо проговаривает Тэхен, глядя на старшего. Чонгук ухмыляется и переводит глаза на парня. — Им сейчас нужно побыть наедине — проговаривает он — Им не до нас. — Тогда, поехали покушаем? — радостно щебечит Ким — А то у меня в животе война идёт. — Хорошо — смеётся брюнет — Тогда поедим тебя кормить, а то щечки твои пропали. Будет откармливать. — Тогда вперёд в Макдональдс — выдаёт он, а глаза сияют. — Нет — хмурит густые брови Чон. — Почему? — дует губки Ким, глядя на старшего. — Там вредная пища — произносит Чон. — Это не пища вредная, а ты хён — возмущается Тэхен. — Я всё сказал — Ким скрещивает руки на груди и сверлит взглядом старшего — Не поможет, можешь не дуть свои губки. — Я пожалуюсь Чимину — вопит младший. — Чимину сейчас не до тебя — смеётся Чон, следя за дорогой — А мы поедем кушать полезную пищу, а не всякую гадость. — Будешь правильным папочкой для Чимина — щебечит Тэхен — А мы поедем кушать, как ты сказал гадость. — Окей, а для тебя я буду тогда — Чон кидает хитрый взгляд на младшего — Плохим папочкой? На щечках Тэхена резко вспыхивает румянец, он слегка ударяет по плечу старшего. — Боже, Хён — пищит он — Что ты такое говоришь. По всему салону разносится хохот Чонгука и возмущения младшего. А на мобильнике Чона высвечивается короткое сообщения, но большой смысл. От кого: Хён Спасибо, дружище. Да, всё налаживается. The end?

***