Юношеское сердце

— Есть идеи? — У меня миллион идей. Но все они ведут к неменуемой гибели.

***

Наступает ночь. Ночью мир людей замирает, от чего один за другим гаснут окна в домах. Пустеют улицы, районы, дороги, город. Каждый одинокий фонарь освещает маленькие пространства. Город покрылся тьмой, а в ночном небе зажигаются яркие звезды, покрываясь росписью. С каждой секундой по-тихоньку появляется очертания луны, что с полным временем появляется во всей красе. Воздухе ощущается свежесть и прохлада, от чего проходится не большой поток мурашек по телу. Город покрывается голосами сверчков, что замолкнут только к рассвету. Тишина ночью, это когда издалека слышно лай неспокойных собак, голоса людей, звук проезжавших машин и пение сверчков. Чонгук стоит у понорамного окна и гадко улыбается, ожидая момента начала. Ничего не вечно, как и сегодняшний день, что обещает быть интересным. Он прикасается губами к хрустальной границы стакана, сразу чувствуя на кончике языка горький вкус коньяка, что обжигает горло. Прикрыв глаза, прислушивается к звукам и ощущением. Уши слышат лишь звук настенных часов, что разбавляют в доме эту глухую тишь. Чон переваривает весь смысл и план действий. Глубокий и тяжёлый вздох обволакивает тишину. Чон открывает глаза и промаргивается, сбрасывая с себя груз сна. Медленными шагами он отступает от пейзажа за окном и следует на выход из своей спальни. Один шаг, один маленький глоток коньяка. С таким успехом, он будет пьян до перестрелки. Чон спускается вниз, как вдруг громкий звук мобильника прерывает его мысли. — Слушаю — произносит Чон, облизывая губы и заходит на кухню, сразу замирая на месте. Чёрный силуэт в конце угла кухни, начинает разыгрывать фантазию в его голове. — Чонгук, за нами кто-то следил всю дорогу — произносит Мин, глубоко дыша — Мы смогли оторваться, но надолго ли? Эти псы уже начали действовать. Чон хмыкает и делает один шаг вперёд, глядя вперёд не моргая. Не думал он, что сегодня к нему придут в гости с красивым аксессуаром в руках. Чонгук не отрывает взгляда и смотрит на чужой черный силуэт в гостиной. Вялый и тусклый свет, что освещает с лампы не дает никакого удовольствия, чтобы рассмотреть чужой облик. Они играют в гляделке, дожидаясь момента. Кто первый успеет… — Ничего не предпринимать, Мин — хрипит Чон, глядя как мужчина крутит в руках нож — Не вы одни на слежке…я перезвоню. — Что? Чонг… — неуспевает договорить, как Чонгук сбрасывает вызов и убирает смартфон в корман брюк. — Какая прелесть — подаёт голос Чон и делает шага вперёд, оглядывая гостя — Ох, господин Хо решил сразу сделать первый шаг? Ну и кого он мне прислал на мою смерть? Должен же я знать, кто меня попытается убить — ухмыляется ядовито Чон и делайт ещё шаг ближе, крутя стакан с коньяком в руках. Мужчина кидает смешок и склоняет голову в бок, облизывая губу. Лица не видно из-за тёмного копюшона и приглушеного света. — Ваше смерть будет быстрой, господин Чон — раздаётся знакомый голос, от чего у Чонгука пульс замедляется, а усмешка пропадает с лица — Слишком я давно об этом мечтал. Только не убегайте — мужчина выходит из темноты и кидает снова смешок, видя лицо Чона что готово взорваться в секунду. Заметив знакомое лицо, Чонгук меняется в лице. Очень трудно понять хоть одну эмоцию. Но понятно одно, каждая доля секунды его эмоции меняется за другое. Раздражение, досада, гнев, ярость, ненависть. Чонгук чувствует, как агрессия у него постепно начинает наростать, глядя на человека напротив. Он мысленно уже точит ножи и представляет, как всадит в этого урода. Ещё чуть-чуть и он может дать волю эмоциям и тогда все полетит в клочья и весь мир будет разрушен. — Вы проглотили язык, господин Чон? — делает надменое лицо парень — Вы мне не рады? Я был рад, что вы избавились от меня — кидает он смешок — Зато, господин Хо, очень добродушный человек, принял меня сразу. Не бросил. Я не стал терять возможность, чтобы прикончить вас. Чонгук отмирает и сразу делает глоток коньяка, он делает ещё один шаг вперёд, пытаясь заглушить чертей в своей голове. — Сонво, какая приятная встреча! — воскликнул с широкой, но ядовитой улыбкой Чон, осматривая парня — Быстро же ты подлизал жопу господину Хо, ну и как? Понравилось? — улыбается Чон, а у самого сердце стучит бешено от злости — А как тебе господин Тяо? Должно быть он удовлетворён тобой. Зная его вкусовые предпочтения, ты в его вкусе… — злорадно кидает смешок Чонгук, подмигнув. Сонво сразу же разжигается как спичка от гнева и сжимает рукоять ножа. — Я убью вас — рычит он и дышит как бык. Чонгук убирает улыбку с лица и кивает головой. — Обязательно, Сонво — отвечает он — Но, не в этой жизни. Ты сделала себе только хуже. Ты поступил очень не правильно и за это поплатишься смертью. Господин Хо даже и не вспомнит про тебя, но не переживай я напомню ему про тебя — Чонгук скалиться и почти рычит — Я оторву твою голову и отправлю ему по почте. Если не получится руками, то плевать, пущу в дело зубы. Сонво глубоко дышит и резко срывается на Чонгука, нападая на него с ножом. Чон сразу реагирует, дёргает руку со стоканом в его лицо, брызгая ему коньяк, от чего тот сразу теряется в пространстве, закрывая руками лицо и издаёт скулеж. — Ты такой же слабак, Сонво — произносит с насмешкой Чон, глядя на парня, что пытается избавится от жжение в глазах — Ни на что не годишься. Чонгук отшвыривает в стену хрустальный стакан, что крошится вдребезги и сокращает расстояние с Сонво, выбиевая из его рук нож, а затем хватает за волоса и ударяет лицом об свое колено. — Не люблю драться, но умею — шипит Чонгук в лицо парня, у которого из носа пошла кровь — Жалко кухня тестная, не развернуться — гласит он, а затем без замедлений со всей силы пинает ногой в живот, от чего тот валится спиной на пол — Ты приписал себе смертный приговор, Сонво, перейдя мне черту и предав меня — рычит как зверь Чонгук, от чего грудная клетка вздымается. Сонво не растерявшись встал на дрожащих ногах и ладошкой вытер кровь с носа, размазывая по лицу. — Меньше болтовни, господин Чон — шипит в ответ он, готовясь к нападению — Скажу вам напоследок. Вы жалок. Вы никто, без своей банды, которая к сожалению сдохла, даже не успев начать войну — кидает он смешок, замечает как Чонгук меняется в лице. Парень не теряя времени срывается со своего места и кидается на Чона, хватая его руками за торс, сразу впечатывая его в стенку. Он заносит кулаком в ребро, на что Чон морщится, пытаясь сделать блок руками. — Это был последний твой день жизни! — рычит Чонгук Он не раздумывая бьёт коленом снова в живот, от чего Сонво скрючился и захрипел. — Сука! — рыкнул парень — Знаю, Сонво — хмыкает Чон, а затем хватает за шкирку его и толкает в сторону стола. Сонво заносит руку для удара, но Чонгук хватается за кулак и выворачивает её, от чего тот закричал. Чон не дожидаясь, врезал правым кулаком прямо в основание носа. Моментально снова брызнула кровь. Сонво схватился за лицо и завопил. — Ты хоть раз меня ударишь нормально или как? — надсмехается Чон, глядя на истекающего парня — Это ещё я жалок? Какой же ты придурок. Гук делает шаг и не раздумывая бьёт ногой по сгибу колена. Сонво сложился, падая грудью на стол, а затем заметил нож и сразу его схватил, разворачиваясь и задевая лезвием ножа руку Чона, что успел отскочить благодаря своей незабытой реакции. — Моя пролитая хоть капли крови, равняется тебе смертью — рычит Чонгук. Он дергает рукой, сбрасывая кровь с ладони, а затем хватает Сонво за волосы, ударяя его об столешницу и до хруста выворачивает его руку с ножом. — Сука! Убью! — рычит как бешеный зверь Сонво. — Ага, буду ждать.— яростно отвечает Гук и смотрит на руку, где кажется он сломал ему палец, выворачивая его кисть. Чонгук выхватывает нож и наклоняется над Сонво, хватая одной рукой за его волосы, а затем снова ударяет об столешницу. Он приподнимает его голову и рычит в самое ухо. — Я передам от тебя привет, господину Хо. Ты был славным временами парень. Но, такой ублюдок виде тебя, не стоит жизни. Твоя никчемная жизнь, попадает в хит-порад моей коллекции — договаривает он и в один момент, резким движением второй руки, сжимающую рукоять ножа, вонзает в шею парня холодное оружие, навсегда отнимая чужую жизнь. Сонво замирает с распахнутыми глазами, что наполнились слезами. С его губ сорвался первый хрип, а затем отвратительное бульканье с кровью, что стекала с его челюсть по подбородку. С шеи брызнула так же алая кровь, а затем его голова вольно падает на стол, где сразу появляется лужа крови. Сегодня Земля потеряла на одну живую душу больше. Чонгук кидает нож на стол и вытерает испачканую в крови руку об Сонво, а затем покидает кухню.

Лучшая месть — огромный успех. Фрэнк Синатра

***

— Господин Хо, — врывается помощник в кабинет — Господин Чон убил Сонво! — произносит он, а затем поварчивается к двери и машет пальцем, откуда выходит охраник и заносит небольшой сейф, ставя на пол — Это стояло у ворот и была записка. Дэвон поворачивается и тушит сигару об пепельницу. Он подходит к сейфу и заберает записку с рук помощника, сразу её разворчаивая.

Я был рад сюрпризу от вас в виде Сонво. Он передавал вам привет. Начнётся война, господин Хо. Ваша голова будет следующей. Ч.Ч

Дэвон сжимает зубы, а затем разрывает бумагу в клочья. Он поворачивается к сейфу и кивает головой охранику, который тут же подходит к сейфу и открывает его. — Что там? — произносит на нервах Хо. — Вроде бы пус… Не договаривает охраник, как Дэвон со всей силы пиная сейф, от чего от туда выкатывается голова Сонво. Все замирают, глядя на эту картину. В кабинете повисла тишина, а затем рвотный позыв помощника и кашель охранника. На лице господина Хо заиграли желвки. Глаз дёргается, а зубы крепко стиснуты. — Эффектно — шипит он и сжимает кулаки — Прикончить его пора.

***

Юнги разбирает ствол и раскладывает каждую запчасть друг за другом. Он берет тряпку и смазывает каждую запчасть. — Юнги? Я тебя ищу — раздаётся голос Чимина сзади. — Ты подготовил свою винтовку? — холодно произносит Мин Пак оглядывает спину парня и сжимает губу. — Да — отвечает он — Что с тобой? Ты какой-то отстраненый, Юнги — он подходит и кладёт плечо на парня — Поговори со мной. — Не сейчас. Нам не до этого, Чимин. Времени мало — проговаривает Юнги. — А когда это время будет? У нас его так много? — не выдерживает Чимин — Я устала от этой тишины и безразличия. Отец сам не в себе. Не хочет видеть и разговаривать вообще. Теперь ещё и ты… Сильный удар по поверхности разносится по дому, от чего Чимин дрогнул и замер. — Хватит — подаёт голос Мин — Когда всё закончится, тогда мы и поговорим. У нас мало времени. О каком разговоре идёт речь, когда мы в опасности? — Юнги встаёт из-за стола и подходит к Чимину — Поэтому, чтобы все встало на свои места и мы спали спокойно, нам нужно избавится от проблем. А потом, поговорим сколько душе угодно, но не сейчас. Мне тоже тяжело и я тоже устал, Мини — уже шепчет парень и затихает, отводя глаза в сторону — Но, нам нельзя сейчас показывать слабость перед врагами. Я тоже хочу сесть и спокойно поговорить, но сейчас это напряжения от всей ситуации и происходящего, — он кладёт ладошку на щеку Чимина — меня напрягает, малыш. Потому что, дай слабость и мы потерям контроль. А моя слабость, это ты. Мы живём не той жизнью, которую хочем. И не можем делать что хотим. — Я не хочу такой жизни — неожиданно выдаёт Пак, глядя куда-то сквозь Юнги — Не хочу такую проживать жизнь, в которой приследует смерть каждый день. Не хочу однажды проснуться и понять, что нет смысла жить дальше, когда могу потерять вас всех — шепчет Чимин и переводит взгляд на своего парня — Мне бы чуточку сил, потому-что я устал от этой жизни, Юнги. Может это вообще последняя возможность нам поговорить, потому-что завтра для нас может и не наступить — Пак убирает руку парня со своего лица и кинув пооследний раз взгляд, покидает кухню.

***

На улице уже темнеет, давно перепадая за полночь. Где-то заглухо слышно сову, что отзывается на вой природы и ночи. Чонгук стоит в пустом и разрушеном ангаре. Запах пепла и крови, до сих пор ощущается, но не как не отталкивает и не приносит чувство отвращения. Он стоит у железного стола, где расположено по всюду оружие, ножи, пули, автоматы, бомбы, взрывчатки. Всем чем богат. Даже в самом углу лежит катана. Чон берет в руки свой ствол и заполняет магазин полностью, пересчитывая для себя пули. Каждая подсчитаная пуля, галочка одной смерти его человека. Хотя пуль даже не хватит. — Чонгук? — чей-то голос вырывает Чона. Он резко оборачивается и направляет пистолет в сторону вошедшего. — Это я — поднимает руки тот. Чонгук опускает руку с пистолетом и хмыкает, отварачиваясь обратно, продолжая свое дело. — Чем-то обязан, господин Ли? — задаёт конкретный вопрос Чон — Извините, чай попить не сможешь. Много дел. Господин Ли убирает руки в корман брюк и оглядывает ангар, чувствуя ощущения печали. — Почему не сказал мне? — Не сказал, что? — Чонгук поварчивается и щёлкает предохранителем пистолета, а затем откладывает его в сторону. — Что, господин Хо натворил целый карнавал в твоём ангаре и с товими людьми? Чонгук смотрит на господина Ли и склоняет голову в бок. — Зачем? Не вижу обходимости. — Чонгук, мне очень жаль — подаёт голос мужчина, делая шаг вперёд — Я знаю, что для тебя это стало сильным ударом, но прошу давай обдумаем все логически и осторожно. — Не хочу — кидает спокойно Чон — Хочу веселья и крови — кидает смешок и подмигивает господину Ли. — Не будь таким глупым — голос становится тяжелее — Ты не он. Будь разумнее. Если ты вздумал мстить, то без проблем, я с тобой. Но, сначала подумай о своих людях, которые ещё с тобой. Ты рискуешь их жизньями, поступая так не аккуратно и опрометчиво. Чонгук замирает с ножом в руках, услышав слова господина Ли, а затем поднимает глаза и переводит их на мужчину. — Разумнее? — хрипит он, а затем скалиться — Думаете, в такой ситуации, я должно сесть на диван, попить чаю, спроектировать план нападения, продумывая каждый ход? — Чонгук откладывает нож на стол и подходит к мужчине — Если я буду думать и просчитывать, то быстрей умру и проиграю. Пока буду думать и планировать, я буду на два шага взаде, пока господин Хо будет уже держать ствол у моей головы и дышать мне в затылок. С таким человеком как он не стоит быть спокойным и быть в себе, потому-что это уже смертный приговор — Чон оглядывает мужчину и отворачивается от него, снова занимаясь подготовкой оружия — Это семейка больная на голову. — Вытоьа психа, Чонгук, но вас отличает одна единственная черта. — произносит мужчина, завлекая внимания Чонгука, что слушает внимательно. — Он поступает, импульсивно, сначала делает, а потом думает. А ты, — он замолкает, словно даёт время на обдумывания — разумнее и адекватней. Сначала думаешь, а потом делаешь. И поверь, в этой черте побеждаешь всегда ты. Но, знаешь что делает его слабым? Он боится смерти. Убегает от неё. А ты с ней дышишь рядом. Смотришь словно смерти в лицо, даже успеваешь надсмехаться. Ты всегда на два шага впереди него — мужчина замолкает, глядя в чужие глаза так пристально, пытаясь достучаться. — Этого мало, чтобы добраться до него. — отвечает Чон, пряча пистолет в пояс. — Это будет ошибкой…ты снова потеряешь людей… — Я иду туда, чтобы наконец прикончить последнего выродка этого семейства. Иду туда, чтобы спасти своих людей и свою семью. — рычит Чонгук. — Спасая одно, ты потеряешь другое. Будь умнее его. Господин Ли кидает короткий взгляд и разворачивается, покидая ангар. Чонгук смотрит в одну точку и переваривает слова мужчины, что дал пищу на размышления.

***

Всю ночь Тэхен думал и не мог уснуть, пытаясь выбросить из головы мысли, что мучили его. Все всегда твердили ему, что любить кого-то, это замечательно и сказачно, но почему-то никто не говорил, что будет больно. Всё и правду эпично. Жизнь, не сказка. Ни всегда будет счастливый конец. В жизни все сложнее и не так сладко. Пять так лет назад, Тэ думал, а что чувствует человек когда влюбляется? Ему было интересно, наблюдать за людьми, которые улыбаются друг другу, сжимают свои ладошки воедино. Делят мысли, проблемы и жизнь вместе. И вот, спустя пять лет, Тэхен может ответить себе сам честно, не у кого не спрашивать. Это одновременно прекрасно и одновременно больно. Это словно какое-то саморазрушение. Все частички тела, словно сжимаются, а потом взрываются в пустоту и ты по-тихоньку начинаешь погосать. При виде любимого человека, в животе скручивается узел, а сердце бьётся с такой скоростью, что возможно оно выпрыгнет. Кислород испаряется из лёгких, страшно сделать глубокий вздох. Такая эйфория происходит с твоим телом, что ты не можешь его контролировать. Всё ниточки твоих нервов, как струны, словно находятся в руках этого человек, который управляет ими. В голове происходит бордак, путаница, катастрофа. В голове бомба замедленного действия. Любимый запах, это запах любимого человека. Он по всюду. Под кожей, в крови, под каждой клеточкой тела. Сумашедствия. Тэхен останавливается и глубоко вздыхает прохладный воздух в лёгкие. Пытаясь переключить мысли в другое русло. Он переводит глаза на особняк и кусает губу. Он там. Это нужно быть идиотом, чтобы так рисковать своей жизнью, когда человек которого ты любишь, сейчас в не себе и может пустить пулю в лоб. Но, этого не будет. Он этого не сделает. Тэхен приближается к воротам, где снова стоят два амбала с пушками в руках. — Можете разворачиваться и уходить — стальной голой раздаётся первого охранника. Ким ухмыляется и скрещивает руки на груди. — Можешь заткнуться и молчать — ответил он и перевёл взгляд на второго — А ты продолжай молчать, тебе к лицу. А теперь, — он опускает руки и кидает на них тяжелый взгляд — впустите меня, это моё дело, что будет со мной. Я хочу с ним поговорить. — Мы повторяем… — Мне насрать, что ты повторяешь — шипит Ким — если ты сейчас же не пропустишь меня, то это будет твоя прямая дорога в ад. Я с собой что-нибудь сделаю и тогда, Чонгук отправит тебя в ад. Хочешь проверить? Охраники переглянулись и кивнули, пропуская парня. — Молодцы, парни — произнёс Ким и быстро побежал внутрь.

***

Тэхен тихо закрывает входную дверь и тихо дышит. Сердце колотится быстро, словно слышно его стукание во всем доме. Кругом тишина и темнота. Где-то из гостиной просвечивает тусклый свет. Он идёт медленно и маленькими шагами, глотая по чуть-чуть воздух. Атмосфера в доме теперь совершено другая. Она давит и подчиняет. Тэхен уже почти подходит к гостиной, когда слышит взаде не только скрип, но и тяжёлое чужое рычащее дыхания. Он сжимает пальцы, а руки внезапно потеют. На теле волоски встают дыбом от ощущения тепла взаде. Он глубоко дышит и бегает напугаными глазами. Губы начинают дрожать, но он пытается себя мысленно успокоить. — Совсем смерти не боишься — раздается тяжёлый и хриплый голос, от чего Тэ жмурится и вдрагивает. А затем лёгкие заполняет родной и любимый адеколон. Ким его вздыхает и раслабляется. — Я… — пытается сказать хоть слово Тэ — я скучал… — дрогнул голос — хотел увидеть тебя… За спиной пропадает тепло, как и дыхания, а затем перед лицом появляется он. Всё такой же красивый, скрытый, опасный, сексуальный. Чонгук склоняет голову в бок, рассматривая его лицо, а затем на лице появляется маленький оскал. Он протягивает свою руку и пальцем касается щеки Тэхена, на что парень прикрывает глаза и ластится. — Котенок скучал по ласке — шепчет Чон, поглаживая бархатную и нежную кожу парня — Котёнку не хватает внимания. Тэхен поднимает дрожащую руку и укладывает на большую руку Чона и глубоко выдыхает, ощущая наконец-то родные прикосновения. — Чонгук, — дрожащим голосом шепчет Тэ — пожалуйста, не надо…не отталкивай меня…прошу… — он открывает глаза и смотрит в пустые глаза напротив, а затем даёт волю слезам — Я…так скучал…я так хотел к тебе… — он плачет, пуская ручей слез по своим щекам — Мне не хватает тебя…вернись… — он отмирает и подходит к Чону, сразу утыкаясь в его грудь, обнимая за торс, а затем плачет ему — Я так скучал… Чонгук укладывает руку на макушку парня и медленно поглаживает, пытаясь в голове унять своих бесов, что советуем ему сделать. Он прикрывает глаза и медленно выдыхает воздух, пытаясь успокоиться. — Мой любимый — мурлычет Тэ, обтираясь щекой об чужую грудь — Мой родной — он пальцы сжимает на его рубашке — Я тебя очень сильно люблю, Чонгук — Тэ отрывается от его груди и поднимает глаза — Если, решишь меня убить, — он кивает головой — то, убей, но не прогоняй. Я не выдержу. Мужчина опускает свой мрачный взгляд на парня и слегка ухмыляется. — Убить? — шепчет он — Для меня это легче простого, малыш Тэ. Даже глазом не моргну — голос тяжелеет. Мужчина отстраняется от парня и идёт в сторону гостиной, а Тэхен сразу же за ним. — Чонгук, — голос дрожит, как и сердце — пожалуйста — он почти тянет к нему свои руки. — Уходи, пока ещё можешь — рычит почти Чон, глядя на камин, где пламянится огонь, что пропуждает его бесов — Уходи, Тэхен — уже рычит как зверь. Ким мотает головой и идёт к нему, тянув свои руки, а затем резко обнимает со спины. — Не уйду! Никогда! Слышишь? Я останусь с тобой! — плачет наздрыв Тэхен, сжимая крепче руки — Не уйду… Грудная клетка Чона вздымается, от тяжёлого дыхания. А бесы в голове ухмыляются, подкидывая Чону всякие кровавые варианты. Чонгук мотает головой, отбрасывая их в сторону. — Чонгук… — зовёт Ким — Пожалуйста… Давай… Убей… Ты хочешь этого… Чон жмурится, пытаясь сбросить лишний груз мыслей. — Чонгук… Убей… Он мешает нам… — Чонгук… я люблю тебя… Он для нас помеха… Убей… Чонгук открывает резко глаза и начинает рычать, зажимая своих демонов в угол. В голове наступает тишина… — Чонгук… Мужчина поворачивается к парню, что смотрит на него красными и мокрыми глазами. — Я люблю тебя — шепчет Ким и кладёт руку на щеку мужчины, нежно поглаживая. Чонгук прикрывает глаза и считает до десяти. Пульс уменьшается, как ритм биения сердца. Он открывает глаза и смотрит на Тэхена. А затем шепчет: — Убить, будет самым лёгким для меня выходом — Тэхен кусает губу, сдерживая всхлип. Чонгук выкидывает резкий рык и подрывается вперёд, хватая Тэ за лицо, сразу впиваясь в его губы, целует так словно голодал по его нежным губам. Он кусает верхнюю губу, выдыхая воздух, а затем рычит, снова продолжая терзать чужие губы. Тэхен скулит и отвечает яростно, обнимая мужчину за шею. Чонгук отстраняется и прикрывает глаза, дышит прямо в губы парня. Пытается собрать себя по крупицам. — Чонгук… — Замолчи! — шипит Чон. Чонгук поднимает веки и смотрит в глаза напротив, видя в них целую политру эмоций. — Я хочу пустить тебе пулю в лоб… Тэхен сжимается сразу, но взгляд не отводит. — Я все равно тебя люблю… — Я говорю, что хочу убить тебя, а ты говоришь что любишь — произносит Чон. — Твоя пулю для меня будет пустяком, по сравнению с моей любовью к тебе — шепчет Ким — любить тебя больнее, чем получить пуль в лоб. Чонгук ухмыляется его словам. — Любить меня больно? — спрашивает он — Давай убьём два зайца сразу? Закончим мучения. Я пущу пулю в лоб и тебе больше не будет больно, м? Ким мотает головой и сжимает плечи мужчины. — Чонгук…пожалуйста — скулит он. — Всё равно любишь? Даже после этих слов? Тэхен ничего не говорит, а лишь кивает головой. — А, если скажу что, — он замолкает на долю секунды — мне плевать на твою любовь. — Всё равно…люблю… Чонгук хмыкает и поднимает руку, убирая спадающую прядь волос за ухо парня. — Ты ненормальный, Ким Тэхен — шепчет Чон — Ты безсмертный. — Да, зато твой — надувает губы Ким — А ты, бешеный, опасный, сумасшедший. Видишь как мы друг другу подходим. Чонгук кидает смешок, а затем убирает руку за спину. А второй рукой, притягивает затылок Кима к своему лбу и вздыхает его аромат. — Любишь? — шепчет Чон. — Безумно — отвечает Ким. А затем к виску Тэхена, Чонгук подставляет дуло пистолета, на что парень даже не дёргается. — Боишься? — шепчет в ухо. — Нисколько — Ким лишь прижимается к нему больше — Даже с дулом пистолетом у виска я тебя люблю. Чонгук сжимает рукоять оружия сильней, а затем спускает предохранитель. И в гостиной слышится щелчок. — Совсем не боишься? — Я не боюсь умереть от твоей руки, Чонгук — шепчет Ким — я боюсь умереть от твоего безразличия ко мне. Чонгук смотрит в одну точку, а затем медленно опускает пистолет от виска парня. — Я проклинаю тот день, когда тебя впервые встретил и подпустил к нам! — шипит Чон, а затем хватает за подбородок Тэхена, заставляя смотреть на себя. — Хорошо, пусть будет так — кивает головой Ким — Это уже что-то… Чонгук резко подрывается и целует снова губы парня, а затем подхваыет его под коленями и подкидывает чуть верх, удобно удерживая. Он проходит пару шагов и впичатывает парня в стену, от чего тот начинает скулить. — Разлюби — рычит в губы Чон. — Никогда — шепчет в ответ и целует сам. — Значит помогу разлюбить. — Не сможешь — шепчет Ким — Не получится. Чонгук утыкается носом в шею парня и глубоко вздыхает его аромат. Он треться носом. Поглаживает бокам, переходя плавно к лицу. Проводит пальцами по щеке, затем губы. Облизывает свои, глядя на чужие. Останавливает соблазн и опускает на ноги Тэхена, что растерянно на него сиотрит. — Можешь идти — произносит Чон и оглядывает Тэхена — Выход знаешь где или выведу насильно — он разворачивается и покидает гостиную.

***

— Так и знал, что от него пользы будет мало — недовольно шипит Хо и следует к своей машине. За ним спешит его помощник, пытаясь догнать. — Господин, что будем делать дальше? Какой план наступления? — говорит он в торопя и садится в салон машины в след за боссом. Мужчина глядит в окно хмурым взглядом, перекатывая мятную жвачку на языке. Густые брови нахмурились, от чего образовалась складочка, явно думает много. — Пока не знаю — отвечает коротко и ясно — Поехали в офис. Работа ждать не будет. — Конечно — кивнул помощник и поверннулся к водителю, выгибая бровь — Ну? Поехали.

***

Чимин сидит на большой кровати и смотрит в одну точку. Он устал от этой жизни. В той, что страшно каждый день. Возможно завтра он встанет и пойдёт заниматься делами, как его пристрелят на месте. А, может он будет спать и его задушат? Или похитят и будут пытать мучительными способами, а затем безжалостно убьют. Вариантов много и от каждого проходится по телу холодок. Интересно, если бы мама была жива, что бы она сказала? Как бы утешила? Если она была бы рядом, то как сейчас протекала жизнь? Чимин печально усмехается и опускает взгляд на свои руки. Сколько воспоминаний хранится в руках у людей? Ведь если подумать, то наши руки хранят столько воспоминаний. Сколько всего мы ими прикосались. Если они хранят воспоминания, то почему не оставляют ощущения прикосновений когда-то тронуты нами? Он поднимает глаза и переводит их на часы. Время уже перетекло медленно за час ночи, а он не может уснуть. Ему хочется лечь, закрыть глаза и увидеть…её. Такую красивую и улыбчивую. Она поприветствует его во сне и протянет свои руки для крепких объятьев. Погладит по голове, поцелует в лоб, затем заглянит в глаза и будет ярко улыбаться. Возможно с её губ сорвётся: Как ты, сыночек? Его бы губы дрогнули, а глаза заслезились пеленой слез, спадая тяжёлой печалью. Наверное, он улыбнулся бы и ответил: Без тебя плохо. Чимин не стал сдерживаться и дал волю слезам, что брызнули из глаз. В горле застрял ком, от чего трудно сделать глубокий вдох. Ему кажется, что он задыхается и ещё чуть-чуть и он задохнется, не успев сделать глоток воздуха. Почему-то в голове прошептал нежный голос… Я горжусь тобой, мой мальчик Только…мальчику тяжело и больно…

***

Тэхен сидит на кухне, где приглушён свет. В руках уже давно остывший чай и одинокая печаль. Он наедине самим собой. Если бы людям давали шанс, что либо изменить, то он не упустил бы возможности использовать его. Он навсегда бы вычеркнул из своей жизни любовь к Чону, стирая его из своей жизни и выжигая из своего сердца. Кому он лжет? Самому себе… Делает только хуже… Почему боль, так же называют и разбитым сердцем? Такое ощущения, что сломаны кости, искалечена душа. Ему кажется, что с каждым разом чувствуя новую порцию боли, он словно падает с утеса вниз, разбиваясь на части, но снова находит силы и встаёт, чтобы опять упасть вниз. — Милый? — на кухню зашла мама, укутываясь в свой махровый халат — Почему ты не спишь? — она тянется рукой, чтобы включить свет. — Не включай — просит он и быстро вытирает слезы — Хочу посидеть в темноте. Госпожа Ким опускает руку и ступает к сыну, усаживаясь рядом на стул. Она привыкает к темноте и находит взглядом лицо сына. — Тэхен, ты плачешь? — удивлённо произносит она и протягивает руку, касаясь пальцами его мокрых щёк — Ох, милый — печально произносит она и вытирает своими нежными руками, его слезы. — Прости, не хотел чтобы ты меня таким видела — шепчет он и сжимает губы. — Каким таким? — спрашивает она. — Разбитым — он переводит взгляд на неё и выдавливает улыбку — Прости. Женщина опускает глаза и скрещивает руки в замок. — Это нормально, что ты плачешь — отвечает она тихо — Иногда человеку нужно побыть одному. Выплакать всю боль. От слов мамы, у Тэхена снова брызнули слезы, а губы задрожали. Кажется у него накатывается истерика, а боль изжигает его лёгкие. Мама подрывается с места и подходит к сыну, обнимая со спины, прижимая своё дитя, что содрогается от плача. — Мой сыночек, — с болью шепчет она и сжимает глаза — что же задело твою душу? Что твориться с ней, милый? — Мама, — он качается из стороны в сторону и успокаивает в себе дрожь — Я так хочу обратно в детство, — неожиданно произносит он — где разбиты коленки, но не тронута душа. Я так хочу иметь ледяное сердце, чтобы не чувствовать боль. Мама сильней сжимает сына в объятиях, пытаясь разделить с ним боль. Была бы возможность, она забрала её всю себе. — Всё будет хорошо — шепчет она и укачивает его в своих руках, как младенца — Всё наладиться. Наступят хорошие времена… Только когда…

***

Господин Хо сидит в своём коженом кресле и попивает виски, глядя в окно. Какая-то тяжёлая мысль сподвигла его подумать о племяниках. Бестолковых племяников. Если бы не их глупые действия, то сейчас он не чувствовал бы себя унизительным. Наверное, нужно отдать должное Чонгуку, такому кровожадному, сумасшедшему, что ради мести готов сжечь весь мир в пепел. Ради мести? Ради жены? Боже…как глупо. Мужчине хочется посмеяться, но ком в горле мешает. О чем это он? Его жену зарезали на глазах. Брата застрелили. А теперь ещё и племяников, последнюю плоть семьи. Словно с каждым разом, из него вырывают часть него, даже не давяться твари. Мужчина скрипит зубами, представляя лицо Чона. Этот дьявол, идёт медленно, не торопясь за его головой, которая наверняка, окажется в его коллекции. В дверь стучат и через пару секунд заходит помощник, закрывая за собой дверь. — Господин Хо, с вами хочется связаться господин Ли — произносит он. Мужчина допивает до дна виски, что обжигает горло и с громким стуком ставит стакан, поварачиваясь к нему. — Хорошо — он тянется рукой к телефону и нажимает кнопку, откуда доносится голос Ли. — Хо Дэвон! Ты что творишь? Из ума выжил? — кричит Ли, чуть не давясь воздухом. Мужчина усмехается и откидывает голову на спинку кресла и начинается качаться. — Разве? Нет, я не сошел с ума, Ли. — Прекрати это! Зачем ты это делаешь? Успокой свой нрав! — Эту войну развязал Чонгук, поэтому я не могу закончить вот так — разводит в стороны руки Хо — А с тобой что? Ты почему так злишься? — Ты ведёшь себя ужасно и отвратительно — произносит Ли и громко выдыхает — Давай встретимся? Поговорим. Дэвон усмехается и щурит глаза. — Почему бы и нет? — произносит он в ответ. — Отлично, тогда напишу тебе сообщения. До встречи, Хо — и сбрасывает вызов. Мужчина разворачивается к своему помощнику и гаденько улыбается, а затем заливисто смеётся, от чего вены вздуваются на его лице. — Прекрасно — выдыхает он и прикрывает глаза — Просто…замечательно.

***

Чонгук сидит на диване, свесив ногу на ногу, а руку кинул на спинку дивана. В другой руке держит коньяк и горящими глазами смотрит на комин, где острит пламя. Тело расслаблено. Сердцебиение в номере. Пульс в порядке. — Отец? — взаде раздаётся голос Чимина, что боится сделать лишний шаг — Мы приехали. Мы готовы. Чонгук слегка улыбается, делает последний глоток и ставит стакан на столик. Встаёт и разворачивается к сыну, глядя на него. Его глаза мигают и темнеют, замечая сына с винтовой на спине. — Тебе так идёт, Чимин — произносит Чон и перекидывает взгляд на Юнги — Тогда поехали? Раз готовы. Они оба кивают и пропускают Чонгука, что проходит мимо них, а они разоврачиваются и идут вслед за ним. Пора положить всему конец.

***

Неожиданно город покрыл тяжёлый сумрак. Луна светится как всегда в своём обличие. Звезды мигают по очереди в разных местах. Кругом лес, что окутан небольшим туманом. Где-то поблизости ухает сова. В центре леса, стоит большое заброшенное здание. Кирпичные стены частично разрушены, а в окнах выбиты стекла. Кругом свист, отвечающий ветру. С ветки на ветку перепрыгивают вороны и каркают между собой, словно чувствуют заранее запах крови. Чонгук сидит в машине, свесив руку в окно, а другой рукой постукивает пальцем по рулю. — Я на месте — раздаётся через наушник голос Чимина. — Отлично, сынок. Как только дам знак, то стреляй — выдаёт Чон и кидает взгляд на Юнги, что сидит рядом — А ты? Готов? Мин лишь сжимает губы и заряжает пистолет, кидая холодный взгляд на друга. — Как обычно — отвечает отстранёна. — Отлично. Сейчас мы зайдём внутрь и дождёмся Хо Дэвона, быстренько с ним расправимся и поедем домой спатки, ребетня — кидает смешок Чон и покидает салон машины, как следом за ним вылазит Мин — Мрачное место. Он достает пистолет и перепроверяет патроны, затем снимает с предохранителя и поднимает глаза вверх, глядя на ночное небо. Выдыхает клубок тяжёлого пара и опускает взгляд. — Вперёд — произносит он и идет внутрь.

***

Стены кругом разрушены, внутри ни одной живой души, словно время остановилось. Кругом пустынно и одиноко. Повсюду слышится свист ветра, словно призраки не ушедших людей шепчтут на ухо. Слишком тихо и мрачно. Гнетущая тишина. Чонгук идёт медленно, прислушиваясь к каждому шороху и звуку. Под нагами щелкают камни, что попадаются под обувь. От его шагов, вверх вздымается пыль, растворяясь воздухе. Он глазами бегает по зданию, ожидая чего-то опасного. Ему не страшно. Ему безумно хорошо. Он делает ещё один шаг, как вдалеке раздаётся шорох, а затем из-за угла выглядывает большая тень. Чонгук щурится, ожидая своего часа. — Я думал, ты не приедешь, Чон Чонгук — раздаётся голос Дэвона и наконец он выходит из-за угла, даже не боясь. Он выходит в середину и кидает смешок, чтобы потом развернуться и встань лицом к нему. Мужчина оглядывает его с верху до низу и хмыкает, потирая пальцем свой подбородок, а затем плавно убирая руки в корман брюк. Чонгук раздражен. Раздражен тем, что этот старый хрыч даже не боится его. Словно для него это простая задача, улыбаться смерти в лицо. Вышел так отважно. — Ты пришёл один? — наиграно удивляется Хо — Как так? — Разве? Ты видишь, что я один? — ухмыляется Чон и трёт висок дулом пистолета. Мужчина кидает взгляд на рядом стоящего Юнги и скучно переводит на Чона. — Он не считается — произносит он. — Не боишься совсем, Дэвон? — скалиться Чонгук и чуть ли не рычит. — А чего мне бояться, Чон? — разводит он руки в сторону и гадко ухмыляется — Ах, точно — машет он рукой — Ты про своего сына, что держит меня на макушке? Чонгук склоняет голову от услышеного. — Так мне нечего бояться, потому-что я умею делать свою работу до конца и я очень внимательный — ухмыляется он — Моя смерь равняется его жизни, Чонгук — смеётся он. Чонгук холодеет и дрожащий рукой дотрагивается до наушника. — Чимин? — произносит он. В наушника раздаётся шёпот и дрожащий голос. — Па, прости. Но, нас спалили и сейчас уже меня держат на макушке — дрожит голос Чимина, от чего сердце Чона сжимается до маленьких атомов. Он поднимает свои тёмные глаза на мужчину и начинает стискивать зубы. — Ты сделал это очень необдумано, Хо — шипит Чон. — Разве? Это ты поступаешь необдумано, Чонгук. Тебе нужно было думать разумнее, переходя мне черту. Быть осторожным — словно ядом произносит Дэвон. — Некоторые осторожничают, чтобы не проиграть. Играя осторожно, ты однозначно проиграешь, — Чонгук слегка ухмыляется — На что ставим твою смерть, Хо? Мужчина смотрит пару секунд, а затем смеётся, запрокидывая голову. — Ты хочешь со мной поспорить? Поспорить на мою же смерть? — он тычет на себя пальцем — Ты меня обижаешь, Чон — улыбается он. Чонгук облизывает передние зубы и на лице играет его опасный оскал. — Ничего личного, Хо, это бизнес — Чонгук склоняет голову. Хо кивает головой его словам и опускает взгляд, что-то обдумываю. — Уверен, что у тебя есть шансы против меня? — спрашивает Хо. — А ты сомневаешься? — злится Чон, глядя на эту бесячую морду. Мужчина оглядывает Чонгука и переводит глаза за стену, откуда он вышел. Он щёлкает пальцем и от туда выходит его охраник, держав за шею другого человека, на котором надет мешок на голову. Чонгук хмурит брови и по привычке склоняет голову, пытаясь понять этот цирк. — Ты слишком глуп, Чонгук — произносит Хо и подходит к человеку с мешком на голове — Очень, глуп — а затем сдирает мешок с головы и Чонгук замирает статуей. Только не это… Нет… Господин Ли… — Как дела, Ли? — хлопает его по плечу Дэвон и давит на плечи, заставляя сесть на колени — Ну? Как тебе, Чон? Наши силы равны? Твой сын под моим присмотром, одно моё слово и в его голове окажется дыра — хмыкает он — Прости, Юнги, тебе наверно больно это слышать, да? Мин что до этого стояла тише обычного, начинает громко дышать, глядя на Хо бешеными глазами. — Только тронь, я вырву твоё сердце — рычит Юнги, сжимая пистолет. Чонгук поварачивается и мотает головой, пытаясь его успокоить. — Ты ещё уверен, что у тебя есть шанс, Чон? Твой лучший помощник, — произносит Хо, сжимая плечо Ли, что глубоко дышит и смотрит на Чонгука — или отец твоей мёртвой жены? — гадко и ядовито улыбается он, коса смотря на Чона, что смотрит на него с блеском ярости, гнева, мести. Как в его глазах загорается сильное пламя, как просыпаются черти — Будет печально, если и он умрёт, тогда умрёт вся семья Ли — выдаливает каждое слово, как желчь. — Как и твоя, Хо — выплевывает Чон и сжимает рукоять пистолета — Я тебе это — гарантирую. Мужчина усмехается и хлопает в ладоши. — Конечно — отвечает Хо и достаёт пистолет из пояса своих брюк, — Я буду с тобой солидарен, Чон. Ты мне нравишься. Ты очень умен и безумен. Мне нравятся в тебе это. Как горят твои глаза, когда ты хочешь убить. Как ты смотришь на добычу, когда хочешь разоварть ей шею. Меня даже это иногда пугало, но — он замолкает и наводит пистолет на Ли, что сидит к нему спиной — …я не видел как погосают твои глаза, когда убивают твоих близких, Чон. Чонгук рычит, глядя на Ли и пистолет за его спиной. В нем взрываются бомбы. Черти и бесы рвутся наружу, молят на свободу. — Ты просто полный кусок дерьма — выплевывает Чонгук — Я раскрамсаю твоё тело до мельчайших кусочков. Ты попадёшь в Ад и будешь молить о пощаде самого Дьявола, но поверь — оскал зарождается на его лице — Я и есть твой личный Дьявол, Дэвон. Мужчина ухмыляется ему в ответ и глядя на него, он нажимает курок пистолета, от чего раздаётся громкий хлопок выстрела, отбивается эхом об стены здания. Выстрел словно в сердце Чонгука — на поражения. Перед глазами словно все замерло. Время — ничто. В ушах начинает звучать какой-то писк, оглушая его от реальности. Его ноги подкашиваются и он падает на колени, не отрывая взгляда. Он с ужасом смотрит на господина Ли, что с замер с широко раскрытыми глазами и с болью смотрит на Чона, с распахнутыми губами и веками. На его белоснежной рубашке, появляется красное пятнно в районе сердца. Мужчина промаргивается, от чего слезы спадают большой утратой на его щеки. С его губ срывается кашель с кровью и он закрывает глаза, падая вольной куклой на грязный асфальт, от чего пыль разлетается в сторону. По всему помещению раздаётся ужасающий крик Чонгука. В глазах застывают Крик боли. Это был крик души. От него оторвали кусочек важного, прямо на глазах. Сжигающая изнутри, рвущая сердце боль, такая острая, что хочется кричать, выть и плакать… Ему тяжело дышать…кислород выбивается из лёгких. Губы распахнуты и он пытается жадно схватиться за кислород, но всё тщетно. Чон словно теряется в пространстве, пытаясь сконцентрироваться на звуках, но кругом все плывёт. Он смотрит на Ли, что не двигается. Брюнет смотрит на тело Ли, что постепенно покидает его, как и жизнь Чонгука. Все покидают его жизнь постепенно… Он не слышит стрельбы, что происходит возле него. Не слышит голоса Юнги, что пытается его поднять, пока отстреливается. Кругом хаус. Пули словно пролетают мимо него, словно он воздух. Дыхание спирает. Судьба шепчет ему… Еще не твоё время умирать… Чонгук чувствует как его тащит Юнги, но его взгляд смотрит лишь на лежащего Ли, что удаляется с каждым шагом. Они скрываются за стеной, а затем его взгляд фокусируется на Юнги, который что-то кричит ему словно через ваккум. Он не может расслышать, что говорит ему Юнги. Глаза плывут, словно ему залили воду. Он потеряно бегает глазами, будто слепой котенок, что ищет помощи. — Чо… Звуки… — Слыши… Голос… Мин его трясёт и смотрит напугаными глазами, пытаясь привести младшего в чувства, но тот словно не здесь. Чонгук отстранено смотрит куда-то сквозь Мина, что тресет его и кричит ему в лицо, пытаясь его образумить. Господин Ли…нет…нет… Пожалуйста…отматайте время… Они не успели ещё столько всего…они ведь только узнали друг о друге. Они ведь семья… — Чонг… прош… Юнги хватает за лицо Чонгука, похлопывая по щекам, продолжая что-то кричать. …он его спасёт…защитит… — Про......слы.....надо идти… …прикроет своей спиной… Этот человек не должен был так умереть. Он не должен был умерать. Не должен. Чонгук обязан был его спасти. Чонгук обязан перед Лину. — Чон… Не сдаётся Юнги, у которого в глазах застыли слëзы. Он не справится без своего друга. Чон нужен ему. Он промаргивается и мотает головой, а затем переводит потерянный взгляд на друга, что с безумие смотрит на него. — Чон, я прошу…приди в себя — пищание в ушах резко пропадает и он слышит громкий крик Юнги, а затем громкие выстрелы — Смотри на меня! — бьет его по щекам Мин, замечая реакцию Чона — Ты нам нужен. Соберись, друг! Я умоляю тебя. Прошу… Чонгук заторможено кивает и делает глубокий вдох. Он опускает голову и дышит равномерно, прикрывая глаза. Каждая секунда, чья-то смерть. Чонгук открывает глаза и его лицо не выдаёт ни одну эмоцию. Он выпримляется и кидает взгляд в сторону, замечая своих людей, что остались. Переводит взгляд на Юнги и забирает с рук друга свой пистолет. — Я его уничтожу — хрипит Чон, а Юнги кивает — Чимин? — Он в порядке. — произносит Мин — Смог вырубить чувака. Чонгук разворачивается и резким выподом из-за угла, начинает целиться и расстреливать каждую душу на одном дыхание, что попадётся ему под руку. В его глазах безумие, адреналин, боль. Слëзы. Чонгук стреляет чётко и метко, даже не моргнув, потому-что боится этого сделать, когда перед глазами его родные, которых он потерял. Господин Ли, что хлопает его по плечу и улыбается. Я с тобой, Чонгук. Лину, что гордо смотрит на него и целует в щеку. Я люблю тебя и горжусь, Гуки. А затем перед глазами все те, кто ещё с ним. Те, за кого он должен бороться. Иначе смерть остальных была напрасной. Чимин, что смотрит с печатью. — Пап, я так тебя люблю. Я боюсь потерять и тебя. Юнги, что гордо смотрит на своего друга. — Я всегда рядом, мелкий. Тэхён, что ластится к нему и крепко обнимает. — Я так тебя люблю, Гуки. Без тебя никак. Брюнет идёт со стеклянным взглядом, стреляя куда попадёт. У него в руках родные жизни, которые он обязан защитить, потому-что больше никак иначе. Пули словно воздух, пролетают мимо него, разбивая его все иллюзии. А Дьявол идёт… Секунда — один выстрел. Один выстрел — рвущий изнутри крик. Один выстрел — чья-та смерть. Один за другими падают, не успев выстрельнуть. За Чоном словно тропа разложеных трупов. Один парень с пистолетом резко выпрыгивает из-за стены перед Чоном, но его это не пугает. Он резким движением ноги его пинает в живот и тот падает, не успев подняться ему в голову летит пуля. Пуля в лоб — подарок вам от Дьявола. Чонгук замирает на одном месте и опускает руку с пистолетом. Слышит звук…он оборачивается и видит парня, что надвигается на него с ножом, но не успевает он нажать на курок, как слышится выстрел и он падает вниз, как из-за его спиной стоит Чимин с винтовкой, тяжело и испугано дыша. — Где Дэвон? — спрашивает Пак, сжимая рукоять винтовки, а глаза падают на лежещаего Ли. Из-за угла выбегает Юнги, тяжело запыхавшись. — Я иду искать его — шепчет он и перезарежает магазин — А вы займитесь ими — произносит Чонгук и стреляет в забегающего парня, что резким выпадом падает вольно на бетон. Чимин с Юнги переглядываются и кивают. Чонгук не двигается, а затем поварачивается, глядя вдалеке на тело Ли. Он делает вперёд шаг, а затем прибавляет ходу, направляясь к нему. С каждым приближением, его шаги уменьшаются. Он останавливается и присидает рядом с ним, глядя на бледную кожу, закрытые глаза, кровь возле губ. — Я отнему его жизнь, — шепчет сквозь стиснутые зубы Чон, глядя на умиротвореное лицо господина Ли — я обещаю, господин Ли. Он умрёт. Он резко встаёт и разворачивается, уходя куда-то вдаль, и даёт волю эмоциям и слез, пока его ни видят. Юнги и Чимин остаются, глядя ему в спину. — Давай, — произносит Мин — готовься. Скоро будет добавка — заканчивает он и перезарежает пистолет.

***

Чонгук идёт по заброшеным коридором, свистя себе под нос мелодию. Перед глазами — глаза Лину и её смех, доброжелательная улыбка господина Ли. Перед глазами как сон, в длиною жизнь. Он останавливается и прислушивается к звукам. — Господин Хо, — подаёт голос Чон и делает медленные шаги — вы сделали огромную ошибку. Выходите. Или вы боитесь? — он хмыкает и оглядывает каждый камушек и каждую стенку — С вашими племяниками было весело, хоть и быстро. Неожиданно взаде раздаётся громкий топот и Чонгук разворачивается, падая вниз спиной на бетон, когда на него накидывается Хо. Он рычит ему в лицо. — Я тебя уничтожу — шипит Хо, направляя на него нож ближе к лицу — Я сотру тебя в порошок. Чонгук ядовито улыбается и хватается голой ладонью за лезвие ножа, отодвигая его в сторону. Из ладони сочится алая кровь, но физическая боль не сравнится с душевной. Секунда и он локтем отбивает в нос Хо, от чего тот валится и хватается за переносицу. Чонгук тут же встаёт и ногой пинает мужчину. Дэвон шипит как змея и встаёт на ноги, машет слепо ножом перед Чоном. — У вас был шанс, господин Хо — уварачивается Чон и бьёт под дых — Остаться живым — он хватает его со спины за шею, делая удушаюший приём, но мужчина не сдается, бьёт головой в нос Чонгука, от чего тот отшатывается назад. — Непреувиличивай, Чон — произносит Хо — Я ещё жив — и кидается на него, замахиваясь ножом, Чон уворачивается, но его успевают зацепить холодным оружием плечо — Я убью тебя. — рычит мужчина, взмахивая руками. Чонгук перехватывает руку Хо и заламывает, а затем коленом бьёт в нос снова, пока Дэвон вертит головой приходя в чувство, он кулоком бьёт в лицо. А после со всей силы толкает мужчину и тот падает на бетон, а сверху садится Чонгук и начинает бить в лицо. Физиономия мужчины чуть-ли не привращается в фарш. В каждый удар, он вкладывает в силу за причиненую боль его близких. За каждую пролитую кровь его семьи. За каждого потеряного бойца, что защищали Чона. За каждую убитую невиную душу. За всë. Брюнет встаёт и подходит к пистолету, который валялся в стороне. Он протирает ладонью по носу, растирая кровь и хмыкает, глядя на стонущего Хо. Чон снимает с предохранителя и делает шаг к нему, направляя ствол. — Встретимся в Аду, господин Хо — произносит Чонгук, тяжело дыша. По всему помещение произносится не выстрел, а хохот Дэвона, что смеётся кровавой улыбкой. — Боже — выдавливает он — Давай, покончи с этим. Нажми на курок и все закончится — он перестаёт улыбаться и смотрит на него — Как это сделал я, пристрелив господина Ли — на его лице зарождается ядовитый оскал — Он был глуп, думая что назначив мне встречу, что я пожму ему руку, но нет — мужчина снова засмеялся — я знал, что он ещё тот сволочь, знал что он на твоей стороне, а ещё… — он замолкает, от чего не надолго витает тишина — было не трудно узнать, что его дочь это твоя умершая жена. Чонгук сжимает пистолет, а самого начинает трести от переизбытка чувств, что переполняли его тело. Перед глазами словно волной пролетают моменты. Если бы не их семейка, то его жена была бы жива и господин Ли тоже. Если бы не они, то сейчас Чон не стоял нацелившись на него пистолетом. Это то, чего так хотел он. Чтобы все закончилось. Всего одна пуля и всему конец. Конец боли, мести, смертей. Все закончится сегодня. Всего одна пуля. — Поверить не могу — прерывает его Дэвон — Что это за взгляд, Чон? — он щурится — Ты боишься стрелять? Что это за неуверенность, а? — и снова хохот — Столько охотился за моими племянниками и мной, чтобы отомстить, а сейчас медлишь с выстрелом? Ты жалок, как и твоя жена вместе с её отцом — он грозно скалиться, явно дразня Чона. Чонгук рычит и резко порывается вперёд, нависая сверху. Он ударяет его кулаком. — Орёл не охотится за мухой — процедил Чон, глядя бешеными глазами на него, а затем схватил за шиворот и стал поднимать слабое тело Дэвона — Ты сдаёшься? Ты же говорил убьёшь меня? Вставай! Ну же! Мы ещё не закончили. Я убью тебя и разорву на части, слышишь? — рычит он ему в лицо и тычет пистолетом в висок. Мужчина слабо улыбается и слегка кивает головой. — Знаю — хрипит он, — Подохнем вместе — шепчет он и делает последний рывок рукой вперёд вместе с громким выстрелом. Глубокое эхо ударяется об стены здания. Чонгук замирает, глядя застывшими глазами на Дэвона, у которого по лицу течёт алая кровь. Его глаза застыли, словно стекло. Жизнь его медленно покидает. Руки ослабливают и пальцы разжимаются, выпуская Хо, который выпадает из его рук и громким падением валится на бетон. Задолгое время, кругом становится тихо. Здание поглотило спокойствие и затишье. Чон смотрит вперед, начиная часто моргать, открывает рот, пытаясь сделать глоток воздуха. Его кадык дёргается и тело словно проносит тысячу разрядов, а затем он чувствует как его пронзает боль. Он руками шарит по своему телу, пытаясь ощутить это место. Опускает потерянные глаза вниз, глядя на кровь, что пропитывает его рубашку в большое пятно. Чонгук глазами натыкается на нож, что торчит из его левого бока. Он дрожащий рукой касается рукояти. Его тоже время пришло? Он завершил свое задание и может уйти? Нет…он не может…не сейчас… Дай время, прошу… Чонгук что есть силы разворачивается и опираясь об стену идёт вперёд, куда глаза ведут. Тело пронзает боль, но он идёт шатаясь в разные стороны. Ноги поджимаются, заплетаются. Его жизнь тоже покидает, но он держится. А в голове пусто. Демоны покинули мысли и разум. Он начинает чувстовать. Чувствовать, как его охватывают эмоции.

***

Юнги стоит напротив Чимина и кладет свои ладони на его щеку. — Ты в порядке? — спрашивает он, на что Пак кивает головой — Отлично. — А ты не ранен? — подрывисто шепчет Чимин, глядя красными глазами на парня. — Со мной все хорошо — отвечает он спокойным голосом и притягивает Чимина к себе — Всё будет хорошо. Пак прикрывает глаза и кивает тихо головой. — Это конец? Все кончено? — Надеюсь, — Мин смотрит в одну точку — Надо найти Чонгука и ехать домой, да? — Пак кивает и снова прилипает к нему. Чимин прижимается, а затем застывает как статуя. Его сердце замирает, как и жизнь. Холодок пробирает тело до костей. Мир словно рушится… Пак отрывается от Юнги, на что тот смотрит на него. Чимин отходит он него и делает надломленый шаг вперёд и замирает, как и слезы в его глазах. Нет… Он не готов… Пожалуйста… Юнги переводит глаза и хочет остановить время… Чонгук… Чон чуть ли не ползёт к ним, весь в крови, бледный, с ножом в боку. Кажется это сон… Пак мотает заторможено головой, а ноги не слушаются, словно они приросли в землю, не пуская его. Его лицо сжимается от боли, а руки дрожат. Он боиться сделать хоть одного шага. Ему кажется, что жто всë иллюзия или сон. Чонгук останавливается в далеке от них и на губах появляется слабая улыбка. Всё живы. Конец. — Мы сделали…это — с выдохом шепчет он и кидает слабый смешок с перемешкой с болью. Чимин подрывается и бежит к отцу, когда с глаз спадают слезы. Время словно остановилось… Чимин бежит из-за всех сил, что у него есть. Пытается бежать быстрее, чтобы оказаться возле него. Кажется, что расстояние такое большое между ними, из-за чего Пак злиться. — Пааап… — раздаётся громкий и потерянный крик Пака, пока бежит к нему — Паааааааааап — снова крик, такой глубокий и раздирающий. Чимин подскальзывается и приземляется перед Чонгуком, что падает в его руки, теряя сознание. Пак шокировано смотрит на отца, а затем на его бок. Он поднимает свою руку, что дрожит и видит алую кровь. Парень переводит глаза на отца, что лежит в его руках с полуоткрытыми глазами. — П-прости… — кашель срывается с губ Чона, — п-прост-ти меня… — Пап, — плачет Чимин, склоняюсь над ним — молчи…тебе…тебе нельзя говорить. — Мне…жаль, сынок… — дрогнет улыбка, а затем тишина. Чимин ревёт и тресет его слабое тело. Кричит и просит. — Вставай…ну же…папа, прошу… — вопит он, продолжая его трести, а тот как вялая и не живая игрушка. Не шевелится. Не дышит. — Не засыпай! Папа, пожалуйста! Открой глаза, молю! Открой глаза… Всё словно вакууме. Словно весь кислород испаряется. Ничего ни имеет значение. — Паап, — надломлено шепчет Пак и утыкается в его грудь — Прошу, пожалуйста…не уходи…прошу… Юнги шоркает ногами, глядя на Чонгука. Его тело словно не слушается, приколачивает его к земле. Он обесилено падает рядом с Чимином и впервые не знает, что делать. Только не это… Не сейчас… Юнги слышит свое тяжёлое дыхания, как колотится собственное сердце, громкий плач Чимина и сирена скорой помощи. А из разбитого окна, сочится лучи рассвета…

***

Тэхен бежит что есть силы. Дыхания давит на лёгкие. Перед глазами пелена боли. Нет…нет…только не это. Он как безумный бежит через эти стены, что давят на него и словно припятствуют его пути. Словно коридоры уменьшаются, а кислорода становится меньше. Он врывается в операционное отделение и замирает. Юнги прижимает к себе Чимина и укачивает его. Он замечает его и они перекидываются взглядами. Тэхен делает маленькие шаги, боясь услышать правду. Чем ближе, тем больнее. Он ползёт к ним и хватается рукой об стену, что является для него опорой. — Скажи — шепчет Ким, кусая от боли губу, — Он… — Операция идёт — произносит Мин и сжимает губы — Ничего не известно, прости. Ким поварачивается спиной к стене, скатывается вниз, а затем обнимает руками свои колени, утыкаясь в них лицом и начинает рыдать. Одна минута становится — часом. Время тянется, как резина. В коридоре тишина и лишь витает запах медикаментов. Я буду молиться, пока ты там. Я буду здесь, пока ты там.

***

Юнги сидит на скамейки и запрокинув голову к стене, а глаза прикрыты. На его плече сопит Чимин, временем дергаясь. А на полу всё так же со стеклянными глазами сидит Тэхен. Он сбился во времени и не знает который сейчас час, да как-то и не хочется. Неожиданно в коридоре раздаётся звук открывающейся автоматической двери из операционной, от куда выходит врач. Юнги дёргается, от чего Чимин просыпается и мутным взглядом смотрит на врача, и когда в его глазах появляется ясность, он соскакивает и смотрит на мужчина с надеждой. Тэхен поднимается и подходит к ним, сжимает ладошки в замок, про себя тихо молясь. Мужчина тяжело выдыхает и оглядывает их. — Операция была сложная, — произносит он — но прошла успешна. Он потерял много крови, но мы сделали переливания — он замолкает и опускает глаза, а затем собравшись поднимает взгляд — мы сделали всё что в наше силах, но дальше он должен бороться сам. От него зависит его жизнь. В данный момент он впал в кому, дальнейшие результаты мы вам сообщим — он снимает шапку и слегка улыбается — Не переживайте, он сильный и обязательно выкарабкается. — Можно к нему? — дрожащим голосом произносит Пак, на что врач сжимает губы. — Вам пока туда нельзя. Смысла идти к нему нету. Езжайте домой и отдохните как следует, как только будут изменения мы вам позвоним — заканчивает он и слегка кланится — До свидания. Ребята переглядываются, Чимин смотрит на Тэхена и они начинают плакать, пока Юнги притягивает их и крепко обнимает. — Всё будет хорошо — шепчет он им — Чонгук сильный зараза, поэтому выкарабкается.

***

Две недели спустя Кажется время не летит, а тянется. Словно только вчера ты сидел в коридоре операционного отделения и слушал вердикт врача. Словно только вчера, ты молил Бога вернуть его и дать ему шанс на жизнь. Словно только вчера, ты разбился на маленькие осколки, когда чувствовал что теряешь человека. Боль, что давил на сердце камнем, становилось сильней, то слабее. Живот скручивался в тугой узел, как только звонил врач, оповещая о каких-либо результатах. Чёрт! Две недели. Уже прошло две недели, а Чонгук так и не открыл свои глаза, не дав нам облегчённо выдохнуть и наконец улыбнуться небу. Каждый день, Тэхен молил надеждами, верами, молитвами. День стал ночью, а ночь днем. Всё дни спутались между собой и не стали чем-то значемыми. Каждый звонок от врача к Чимину, становился для них важным. Он давал надежду, что вот именно этот звонок, даст нам облегчённо выдохнуть и опустить боль. Так они и думали, когда шла вторая неделя. Тэхен сидит в своей комнате и смотрит в окно. Кажется, жизнь координально поменялась. Он никогда не думал, что однажды его скучная жизнь, так резко нажмет на газ. Никогда не думал, что в его жизни появится тот, кто станет чем-то важным и дорогим. Таким стал Чимин. Но, затем и с ним появился Чонгук. Эти двое для него как огонёк в темноте. Без них жизнь не будет прежней. Это уже точно. Тэхен отрывается из мыслей и поварчивается назад, когда слышит как пеликает телефон. Он встаёт и идёт к тумбочке, забирая мобильник. Чимин. — Да, алло, Чимин — произносит он уставшим голосом и слышит подрывистый голос друга. — Тэ, он…он очнулся, Тэ — дрожащий голос раздаётся в голове Кима, — Приезжай…скорей в больницу, мы ждём — и завершает вызов. Тэхену хватает пару секунд, чтобы понять смысл слов Чимина, чтобы сорваться и бежать скорей в больницу.

***

Тэ чувствует как желудок скручивается в тугой узел, а в ушах звенит. Сердце колотится бешено, готово вырваться из груди. Он глубоко дышит и подходит к нужной палате. Руки начинают дрожать, совершено не слушаясь тело. Ким тяжело сглатывает и оглядывается, проверяя никто ли за ним не следит. Рукой хватается за ручку и давит на нее, открывая дверь в палату. Чимин оборачивается и замечает Тэхена, что замер как статуя в проходе. Глаза Пака красные и мокрые и такие…счастливые? — Тэ, — шепчет Чимин и встаёт со стула, подходя к друга — Тэ, — дрожащим голосом шепчет он и они смотрят друг на друга пристально. — Чимин, — шепчет в ответ он, а затем они подрываются и обнимают друг друга, разделяя вместе печаль, боль, грусть, облегчения и радость. Они отстраняются и дарят друг другу улыбку. А, затем, Пак отходит в сторону и пропускает Тэхена, что словно прирос к полу, боясь пошевелиться. Чонгук лежит на кровати, кругом разные оборудования, что показывают его ритм жизни. Капельница, что иглой впита в его руку. На лице кислородная маска. Глаза слегка приоткрыты и направлены на него. — Тэхен… — подаёт голос Чон и это то, что даёт Тэхену начать плакать. Его плечи сильно дрожат от плача, лицо скуксилось, от того как он сжимает глаза, от куда спадают слезы — Тэхен… — Ким слышит снова и рыдает ещё больше, прикрывает ладошками лицо — Мой милый… Тэхен… Пак прикрывает ладошкой губы и тоже плачет. Он понимает. Ему тоже нужно было лишь услышать голос отца, чтобы понимать, что все в порядке. Он здесь. Он с нами. Юнги стоявший возле окна, вяло улыбается и отварачивается к окну, чтобы никто не видел его слабые слезы. — Пожалуйста… — хрипит Чон, прикрывая глаза — Подойти… Ким сжимает ладошку и вертит головой, потому-что боится…боится, что он подойдёт, а он исчезнет из его рук. — Тэхен…пож…жалуйста — шечпет тише. Ким делает первый неувереный шаг, а затем смотрит на Чонгука, что пытается улыбнуться, а затем делает ещё один шаг, но более увереный. А потом и вовсе садится на стул и смотрит ошоломленым взглядом на Чона. Он бегает потереным взглядом по нему, пытаясь понять, настоящий? Тэхен протягивает руку и касается руки Чонгука, а затем вздрагивает, чувствует как его руку слегка сжимают. Плечи предательски начинают дёргаться снова и лицо искажается в плаче. — Чон…нгук, — надломено произносит Ким. Чон прикрывает глаза и уголки губ надламливаются. — Это то, — он замолкает и приоткрывает глаза — что…я хотел…услышать… — Чон глотает воздух — твой…голос. Ким кусает губу и наклоняется к Чонгука, утыкаясь в его грудь, прислушиваясь к лёгкому, но ещё к слабому стуку сердца. В палате тишина и лишь рыдания парней, что дали волю слезам и боле. Всё наладится.

***

Прошла ещё неделя, после того как Чонгук очнулся. Он уже дышит самостоятельно, говорит уже лучше, смеётся и даже сидит. Чимин заходит в палату и ярко улыбается отцу, что читает книгу. Чонгук отрывается от прочтения и дарит улыбку в ответ. — Привет, пап — произносит он и садится на стул рядом — Как самочувствия? — Словно заново родился — слегка улыбается Чон. — Да, ты словил большой джекпот, отец. Теперь у тебя два дня рождения — хмыкнул Чимин и достал из пакета мандарин, начиная его чистить. — Врач говорит, что ты уже протестуешь тут. Домой уже сам собирался сбежать. Чонгук цокает и закатывает глаза, опрокидывая голову назад на подушку. Чимин кидает смешок и протягивает дольку мандаринки, на что старшей радостно принимает, довольно жуя. — А сколько ещё можно тут торчать? Работа сама себя работать не будет, а деньги с небес падать не будут. Уже столько дел накопилось, да и я уже здоров, как бык. Что мне тут ещё торчать? — возмущается и жалуется Чон сыну, на что тот смеётся. — Да, ты прав, — кивает головой Чимин и закидывает себе мандаринку — но нужно до конца провести лечения, а затем будешь свободен. Ещё чуть-чуть, отец. Работа подождёт. Юнги пока справляется. Чонгук надулся и скрестил руки в замок, отворачиваясь от сына. — Ещё и мою работу отобрали. Что за семья — ворчит брюнет глядя в окно, а затем переводит обратно на сына — Хватит есть мандарины. Это вообще-то мои. Для меня чистишь. — Ой-ой, какие мы жадные. — хихикнул Чимин. — Как там на работе дела? Всë тихо? А база что там? — завалил вопросами старший, забирая с рук сына очищеный мандарин. — Всё спокойно и без проишествий. База почти готова. Она теперь, как новенькая. Юнги постарался между прочем — подмигнул Чимин, нахваливая своего парня. — Пф, незазнавайся. Выйду из этой тюрьмы и сам посмотрю, что он нам наделал. — Тебя уже всё ждут. Все спрашивают про тебя. Где наш босс? Как у него дела? Мы его ждём. И так далее. — выдыхает Чимин и слегка улыбается. — У тебя верные бойцы, отец. Чонгук грустно улыбается и опускает глаза на свой живот, где под рубахой спрятан шов от раны. — Самые лучшие бойцы — произносит Чон и сжимает губы — Их осталось единицы из всего того, что было. Я потерял многих. Я очень сильно перед ними виноват, как и перед их семьёй. — Ты не виноват, пап — удивился Чимин и схватил руку отца, крепко сжимая — Они боролись за тебя и только. Они защищали тебя, потому-что дали обещание — защищать. — Да, дали, но что я дал им в ответ? — спрашивает Чон, а затем печально хмыкает. — Ты обещал позаботиться о них. Теперь твоя обязанность позаботиться об их семьях. — Ты прав. Я жив, благодаря им и должен теперь помочь близким своих бойцов — задумчиво кивнул Чонгук, а в ответ тишина. — Я…думал потерял тебя — неожиданно выдаёт Пак, — как и маму. Я бы непережил этого. У меня до сих пор перед глазами твой вид…кровь…нож… Чонгук хмурится и подносит свою руку, обхватывая руку сына. — Сынок, я здесь. Прости меня, что заставил тебя это увидеть и прочувствовать — виновато шепчет Чон — Я тоже боялся тебя оставить. Пак стирает ладошкой появившиеся слезы и отводит глаза в сторону. — Я же, — он замолкает на долю секунды — сильный зараза, как любит говорить Юнги. Живучий падла. Чимин кидает короткий смешок и поднимает глаза на Чона. — Это точно. Пап, неужели конец? Мы теперь будем спать спокойно? Не будет крови, мести, стрельбы, погони? Чонгук хмыкает и упирается спиной в подушку. — Если никто снова не объявится и не скажет, что он отец или прадед этих ублюдок — усмехается он. Чимин кидает хмурый и недовольный взгляд. — Не шути так. Хватит с нас. Дай нам возможность, наконец-то жить спокойно — произносит Пак, отводя глаза. Чонгук улыбается, глядя на сына и кивает головой. — Конечно, пора бы. — Когда выписывают, ещё не сказали? Чон закатывает глаза и отворачивается на сына, начиная возмущено вздыхать. — И ты туда же? Прям Юнги — 2! — возмущается Чонгук и слышит смех Чимина — Вам без меня плохо живётся? Хочу почувствовать себя обычным человеком, который попал в больницу. — Ты и есть обычный человек, отец — выгибает бровь Пак, а затем щурит свои глаза — Не ты ли, хотел сбежать от сюда? Чонгук хмыкает на то, что сын его подловил, а затем затихает и смотрит в окно. Солнышко сегодня в хорошем настроение — Нет, Чимин — мотает он головой — уже нет. Я никогда не буду обычным человеком. Такова моя жизнь, потому — он замок и перевел взгляд на сына — убирай винтовку в дальний угол, сынок и иди в спокойную жизнь, под ручку с Юнги — заканчивает он и видит шокированное лицо сына — Я знаю, мне Мин сказал. Ты устал и не хочешь такой жизни, и я не позволю тебе в ней потануть. Это мне уже никуда не деться. Это моя жизнь, быть тем, кто я есть. Чимин сжимает губы и предательски моргает, пуская слезы. — Пап, я тебя люблю — бубнит Пак и Чон смеётся. — Я тоже, Чимин — отвечает Чонгук.

***

Спустя ещё одну неделю Чонгука выпустили наконец на свободу. Покинув стены больницы, он сразу вздохнул свежий воздух, невольно улыбаясь. В планах Чимина, был пикник на природе, что кстати, полезно для здоровья отца. Все сразу согласились и лишь Чон возмущался, и говорил, что это не обязательно. И вот они выбрались на природу. Свежий воздух, полянка, тёплый веторок, яркое солнце, что обжигало кожу. Безмятежное нежное небо. А рядом речка. Они устроились на просторной поляне, где кругом живёт природа. Взаде них лес, над ними плывёт не торопясь небо, а впереди речка, что журчит и отблескивает солнцем. Они поставили столик и стулья. Выложили еду и алкоголь. Кругом царит смех, шутки, веселья. Так уютно и хорошо, словно это все сон. Чонгук смотрит на небо и щурит глаза от ярко солнце, что слепит. Каждый раз, глядя на небо, у него в голове произносится лишь одна фраза: Спасибо. На плечо подает тяжёлая и жилистая рука Юнги, что кстати перекрасился в рыжий цвет, на что Чонгук над ним смеялся и говорил: Вот чёрт, рыжее бестие. — О чем думаешь? — спрашивает Мин и садится на соседний стул, держа в руках бутылку упиво. — Об всём — отвечает коротко он и Юнги улыбается — Хороший день. — Чимин умеет уговаривать — отвечает Мин — Чон, я рад, что ты здесь с нами и… — он замолкает и сжимает губы — я просто счастлив, что ты с нами. Чонгук улыбается и щурит глаза, глядя на друга. — Ты не представляешь, как я рад быть с вами — произносит Чон — Думал, что не проснусь. Я стал так ценить жизнь, Юнги, ты не представляешь. — Даже боюсь представить — они чокнулись бутылками и сделали глоток — Главное, что теперь всё хорошо и ты здесь с нами. Живой. — Ты что сейчас за плачешь? — хохочет Чон и получает пинок в ногу от Юнги. — Пошел к черту! Вот же. — Юнги встаёт и даёт подзатыльник Чонгука — Я сам тебя подстрелю! Живучий падла. Чон смеётся и поварчивается к уходящему Юнги. — Юнги, ты такой милашка — произносит он и машет пальцами нахмуреному Юнги, а затем тот показывает средний палец и идёт к Чимину. Чонгук провожает его и смеётся, а потом невольно переводит взгляд на спину Тэхену, что стоит у речки, глядя куда-то вдаль. Улыбка не сползает с лица, а глаза сияют. Он встаёт с места и ставит бутылку на стол, сразу следуя к парню. Они так нормально и не поговорили друг с другом. Ничего так и не обсудили и не решили. Между ними ещё стоит вопрос, а что дальше? Чонгук убирает руки в корман чёрных джинс и подходит к Тэхену, что обнимает себя руками. — Привет, — подаёт голос Чон и смотрит вдаль. Тэхен смотрит на Чонгука и слегка улыбается. — Привет, — Ким смотрит на профиль мужчины и не может отвести взгляд — Как дела? Чон кривит губы в улыбке и пожимает плечами. — Вроде, хорошо — он поварачивается к нему и щурит глаза — Почему здесь стоишь? Любуешься природой? Ким кивает головой, а затем затихает. Улыбка пропадает с губ и он разворачивается к Чону. — Чонгук, что дальше? — спрашивает Ким и ожидающе смотрит. — Понятие не имею, Тэхен — отвечает Чон и дарит взгляд ему, а затем и вовсе поварачивается к нему — А как ты хочешь? Тэхен кусает губу и смотрит на него, не моргая. Глаза начинают щипать. — Хочу просто и взаимно — тихо произносит он и делает коротки шаг к брюнету — Хочу тихо и спокойно. Хочу за ручку и с поцелуем в губы — Чонгук слегка улыбается, не сводя глаза с парня и слушает его — Хочу с любовью и с счастьем. Просто хочу — Ким замолкает и не отводит взгляда — Чонгук, прошу, хватит избегать и отталкивать, потому-что я не уйду. Прими тот факт, что я люблю тебя и хочу быть с тобой — он уже почти шепчет и замирает, поднимая руку, и касается его щеки — Разреши мне быть с тобой и разреши самому любить. Мне плохо. Чонгук отводит глаза в сторону и хмурит брови. В голове каша и путаница. — Ты уверен, что так это хочешь, Тэхен? — спрашивает Чон и смотрит уже в глаза парня — Со мной не место. Со мной опасно. — Без тебя опасно, Чонгук — спокойно проговаривает Ким и укладывает обе ладошки на его сжимающие скулы — Без тебя плохо. С тобой не страшно. — Ты всегда будешь в опасности, Ким — сжимает губы он — Пойми уже. — Понять? А, почему ты меня не понимаешь? — бегает глазами по его лицу — Я все понимаю, Чонгук. Он хмурит свои густые брови и отводит взгляд в сторону, внутри борясь с собой. — Я боюсь, Тэхен — произносит Чон — боюсь, что сейчас поддамся, то впереди будет больно и тяжело. Боюсь, что тебе причинят боль, ибо это буду я. Я боюсь, что в какой-то момент, твои чувства остынут и ты уйдёшь от меня. Боюсь, что твоя только юная жизнь завертется и у несёт в рутину, где ты будешь встречать новых людей, знакомых, найдёшь новые интересы и ты начнёшь исчезать из моей жизни, даже этого не замечать. Боюсь, что тебе просто станет не интересно. Встретишь человека и полюбишь, а я останусь один. Я просто боюсь, Тэхен. Я взрослый мужчина, который многое прожил. Многое повидал и почувствовал. Я сначала обдумываю и все хорошо решаю, думая о том, что у меня есть своя голова на плечах. А ты ещё молод и импульсивен. Твоя жизнь только начинается, а ты хочешь быть со мной? Ты ребенок по сравнению со мной. Ты делаешь, а я думаю, чувствуешь разницу? Чонгук замолкает и сжимает губы в тонкую линию. — Бояться, это нормально, Чонгук — произносит Ким — я тоже боюсь многого, поэтому рискую. Я не настолько глупый, чтобы не отвечать за свои слова и чувства к тебе. Я отношусь к жизни адекватно и серьёзно. Я может ещё и молод, но разве я не могу кого-то любить? Да, я молод и импульсивен, но я серьёзен по отношению к тебе. У меня тоже есть своя голова на плечах. Плечи Тэхена опускаются и он с вздохом вяло улыбается, тянув руки к Чону. — Чонгук, перестань бояться. Я обещаю, что не допущу твоим страхам сбыться. Я до безумия тебя люблю, такого властного, взрослого, злого, ворчливого мужчину. И мне все равно на нашу разницу возрасте. Меня ничто не волнует и я не боюсь, что будут говорить за спиной, просто это не сравнится с тем, что случалось с нами, да? Мы столько все вместе прошли, что это просто ерунда. Черты лица Чонгука смягчаются и он переводит взгляд на Тэхена. — Тэхен… — шёпотом произносит он — Чёрт… — он складывает руки на боках и опускает голову вниз, словно обдумывая — Свалился на мою голову — ругается он себе под нос — Я взрослый мужчина и должен думать рационально и серьёзно. Это не в куколки поиграть, понимаешь? — он шипит и пинает камень ногой, и поварачиваясь корпусом к речке. Тэхен слегка улыбается и подходит к Чону, он встает к нему плечо к плечу и тоже поварачивается к речке. Он протягивает слегка руку и берет большую ладонь Чонгука, а затем переплетает пальцы и сжимает в замок. Между ними витает тишина. Природа поёт свою песню. — Но мы справимся — призносит Ким — Всегда справлялись, да? Чонгук грустно хмыкает и кивает головой, сжимая в ответ руку Тэхена. — Конечно — отвечает он тихо и поварачивается к парню, даря ему улыбку — Я… — Чон замолкает и глотает ком в горле, борясь с мыслями, на голос сразу отзывается Ким — никогда не говорил тебе…о чувствах, да? — он вяло улыбается и замечает потерянные глаза Тэхена, что ожидает продолжения — но, ты знаешь о них, правда? Мне тяжело говорить…о таком. Интимно, я бы сказал. Прости, за боль, которую причиняю тебе. Прости, что любишь меня такого. — Чонгук, — надломлено шепчет Ким, а глаза уже слезятся. Чон поварачивается и протягивает свою руку к щеке парня, поглаживая большим пальцем и нежно улыбаясь. — Ты мне дорог, Тэхен — произносит Чон и сердце Кима отдаёт удар — Я буду говорить редко тебе, но ты знай…чёртов, Ким Тэхен — он глядит в глаза напротив и вспоминает о первой встречи — Что, я тоже…тоже тебя люблю — Чон усмехается печально и смотрит на слезы парня. Тэхен подрывается к мужчине и обнимает шею руками, прижимаясь щекой к его груди. Он всхлипывает и тает в руках Чона. — Эй, Тэхен — бодрит его брюнет, отстраняя от себя, а затем берет в свои ладони лицо Кима — Не грусти и не плакай, а то у меня от переживания давления поднимется, я же уже старый — Тэхен смеётся через слезы. — Не буду — отвечает тихо он. — Вот и хорошо — кивает головой Чонгук и облизывет губу — Иди сюда, бунтарь — и притягивает к себе лицо Тэ, впиваясь в его губы своими, впитывая в них чувства — Не думал, что я взрослый мужчина буду любить ребёнка — сквозь поцелую шепчет Чон. — Ещё посмотрим, какой я ребёнок — шепчет в унисон Ким и целует старшего. Чимин и Юнги стоят вдалеке и смотрят на них. Чимин втягивает сок через трубочку и заворожено следит за отцом с другом. Мин держит бутылку пива и смотрит с отвращеным лицо. — Бог ты мой, — произносит Юнги — Твой отец такой лапочка, а мне ещё говорит, что я милашка — возмущается он и махнув рукой, уходит к столику. Пак отрывается от картины и поварачивается к уходящему Юнги, а затем лукаво улыбается. — Юн~и, но ты и правда милашка — кидает он фразу и Мин сразу поварачивается к нему, глядя убийственно — Горячий милашка — Пак играет бровями, заигрывая с ним. — Мы расстаёмся — кидает Мин и уходит с гордо поднятой головой. Чимин вылупил глаза и тут же бросился бежать за своими парнем. — Я пошутил, Юн~и — пищит Пак, догоняя парня — Ты просто горячий, без всяких милашка — подмазывается он и кидается на спину Юнги — Ты бомба — и наклонился, целует в щеку. — Дома поговорим — сурово произносит парень и шлепает по заднице Чимина. — Наши разговоры обычно заканчиваются сек… — Пак Чимин, лучше захлопнись! — рычит Мин и несёт свою ношу.

***

Город покрыл мрачный холод, а затем пошёл дождь. Громкое эхо от грома, разносится по всюду. Листва на деревьях буйствует от сильного ветра. Чонгук стоит с зонтом в руках. На нем чёрное пальто, чёрная рубашка с двумя растегнутыми пуговицами и такие же чёрные брюки. Он стоит с нахмуреным лицом и перекатывает зубачистку языком, с одной стороны в другую. Рядом стоит Юнги и делает затяжку сигареты и выпускает дым. Чимин стоит рядом с отцом, так же с чёрным зонтом и смотрит безразлично. Кладбище. Пришли навестить знакомых. — Ну, что? Поехали уже — подаёт голос Мин и недовольно смотрит — Сильный ветер и дождь начинается. Чонгук отводит взгляд от могил и переводит на Юнги. — Ты прав, почтили память, а теперь домой — произносит Чон и кивает своим словам головой, а затем поварачивается к Паку — Идите, я вас догоню. Чимин кивает и уходит с Юнги к машине, покидая территорию кладбища. Чонгук их провожает взглядом и возвращает свое вниманте к трём могилам. — Как мило, — хмыкает Чон и переводит взгляд от одной могилы к другим трём — Замечательная картина. Вся семья взборе. Мне было не в тягу, вас собрать вместе. — он замолкает и делает глубокий выдох — Слабые должны всегда спуститься в могилу первыми — лукавит Чонгук — Хороших вам аттракционов в Аду. — он сверкает улыбкой — Встретимся там — и уходит, покидая территорию. А три могилы одиноко стоят друг за другом. На каждом мармите светится чье-то лицо. И под каждой выгравировано чья-то личность. Пак Сохек Пак Рэй Хо Дэвон. Спите спокойно, мерзкие ублюдки.

***