Ее Величество Дьявол

      - Что? – на лице Сатаны зависла гримаса непонимания.       - Я могу казнить Вас прямо сейчас просто выкинув на растерзание народу, однако мне пока незачем создавать себе образ жестокой королевы. Давайте Вы просто без лишних слов отдадите мне все без исключения свои бумаги, сами подпишите отказ от короны и уйдете в какое-нибудь свое поместье. – фигура присела перед демоном, придерживая капюшон. - Конечно, при таком раскладе я смогу пообещать Вам безопасность. В ином случае… Вы сами понимаете, что Вас ждет.       Эрик понимал, что, по сути выбора у него не было. Сменяемость власти в Геенне происходила чаще, чем в других королевствах. Каждые 150 лет отец передавал бразды правление в руки своему сыну. Рину осталось подождать всего 8 лет до коронации. Теперь этому не случится.       Девчонка пришла забрать то, что ее по кровному праву, не имея при этом совершенно ничего за спиной. Ничего помимо этой троицы. Казалось, стоит Сатане хоть повернуть ладонь в ее сторону, как его саморучно казнит рыжий демон. Тот, кто служил верой и правдой еще его деду. Ни разу не давал повод усомниться в нем…       - Хорошо. А что станет с моим сыном?       - Рин останется здесь в роли моей правой руки.       - Юкине, давно ты…       - Уже два года, - юноша не дал договорить своему прежнему королю, понимая, какие слова последуют далее. – Я бы и дальше служил тебе, Эрик, да только мы не просто так чтим кровное право.       Мужчина усмехнулся, поднимаясь. Он знал, что наследник есть еще в начале своего правления. Тайна, что передавалась вместе с троном. Поэтому изначально и появилось это правило про 150 лет. Никому не хотелось встретиться с настоящим королем при своем правлении. Наверное, если бы Вэймин Хонай знал, что силы Марса проснутся в бабе, то и сейчас бы правил максимум его сын. С другой стороны, эта баба смогла вскружить голову самым приближенным к короне людям.       - Все бумаги из замка Вы достанете сами, я теперь не имею представления о их нахождении. То, что находится в моих поместьях будет у Вас до конца месяца.       - Дневники в том числе.       - Это личное.       - Вот именно. Это личное для короны. Заведете себе новый, а все то, что писали до данного момента оставите здесь. Юкине, поставишь ему в наблюдатели Йорема Тола, ему можно доверить данную работу.       - Мелкому стражнику? – рыжий изогнул бровь, перекрестив руки.       - То, что я знаю его имя и фамилию уже говорит о том, что это не просто мелкий стражник.       - Ладно, Ваше Темнейшество.       - Эрик, не до конца месяца, а в течении двух недель. Если я почувствую хоть малейшие следы магии на бумаге, Вы отправитесь доживать свои годы в темнице. Скай, будь добр, освободи заключенных за мятежи и вместе с Рином отправьте нуждающихся в госпитали. Если мест не хватит, северо-западная башня в вашем распоряжении.       Теперь дворец был не просто постройкой, он был частью Джесс. Она знала каждый его коридор, каждую коморку, каждое окошечко. Теперь это не какой-то рассыпающийся куб с несколькими башнями, а нечто черное, похожее на перевёрнутую кучу сталактитов. Тонкие башни были похожи только в одном: казалось, что об их верхушки можно уколоться. Самые высокие практические шкрябали по своду мира своими заостренными верхами. Все это несколько навивало ужас, как будто кто-то шептал: «Не приближайся, здесь опасно».       В одно мгновение все флаги вспыхнули алым пламенем, сменившись теми, что были еще при Марсе. Теперь каждый на улице знал, что Эрик свергнут. Мало кто ожидал, что все разрешится так быстро. Даже сама Джесс думала, что ее план хоть где-то даст сбой, заставив ее месяцами выкуривать Хонайя из Геенны. Получилось даже минимизировать гибели.       Небо за окном потемнело, по нему постепенно начинали разбегаться звезды. Эрика увели по ходам в Фельт. Скай и Рин отправились разбираться с переполненными темницами.       Стоило последнему свидетелю покинуть зал, как Джесс, схватившись за сердце упала на колени. За грудью невыносимо жгло, в горле стоял ком, не позволяя нормально вдохнуть. По щекам потекли горячие слезы. Тишина. Как давно девушка ее не слышала? Сейчас весь мир вокруг наконец замер.       - Ну вот и все, - сзади плюхнулся Юки, прижав дрожащую девушку к себе. На нем уже не было брони. – Я никому не расскажу, что ты ревела после первой победы. Лучше выплесни все, что накопилось за сегодня, - он снял с нее капюшон, погладив по голове. - Ты молодец.       - Так страшно… - голос предательски дрожал, прерываясь, - я не знаю, что дальше…       - Дальше Ад. Но сейчас об этом лучше не думать, - юноша аккуратно перенес ревущую взахлеб девчушку к себе на колени. – Давай вспомним об этом только утром, ладно?       Ответом была лишь легонько качнувшаяся голова, которая тут же носом уткнулась к нему куда-то под мышку. Давно они так не сидели… Последний раз было с полтора года назад, когда Джесс уже перестала выдерживать без дома, без своей семьи. Она тогда долго плакала, прижавшись к нему. Ребенок, сказать больше нечего. Сколько бы не прошла, сколько бы не притворялась взрослой и самостоятельной, все-таки она маленькая девочка, лишенная защиты в виде отца и братьев.       Она ведь могла только догадываться, что ее ищут. Демон не рассказал ей о том разговоре с Гастом. Он и сам не знал почему. Может боялся, что она тогда бросит все, и вернется в отчий дом. Бросит его? Или не прости за то, что тот отогнал от нее старшего брата после того, как забрал ее.       С улицы отдаленно доносились радостные крики: заключенные выходили навстречу своим семьям.       Комната погрузилась в темноту, только с открытого окна бил свет от набравших силу звезд. Юкине вспоминал, как Джесс так же распереживалась после добычи книги. Сейчас волновался и он. Раньше кардинально менялась лишь ее жизнь, теперь же изменения потерпела и его. Что он будет делать, если Элизиум все же объявит войну? Конечно, он будет биться за нее, но если с ней что-то случится? Эта сорвиголова явно ринется в бой в первых рядах… Геенне не привыкать к смене правителя, но сможет ли он пережить ее на этот раз? Не сможет, он слишком сильно привязался к этой дурехе.       В груди противно защемило. Он ведь клялся, что больше не допустит подобных чувств. Еще раз он не хотел испытывать подобного. Может сейчас Сущее дает ему шанс на новую жизнь? Может все же, и он может просто жить, как и другие?