Конец мира оказался только началом

"Где ты шлялась?". Эти слова до сих пор звенели в моих ушах. Голосок у моей мамы явно не от Светлого Бога. Не знаю кто признал мою матушку светлой жрицей, а только, как по мне, она была истинно черной ведьмой. Иной раз как посмотрит, аж мурашки по коже. Мы живем в небольшом поселке, где все друг друга знают. Так что моя мама всегда стремилась стать идеальной для окружающих. В погоне за обманчивым идеалом, она совсем забыла о самом главном - о том, что каждый проживает свою жизнь сам. Я всегда стремилась к тому, чтобы не прогибаться под чужим мнением. Так что быстро прослыла странной. И вот теперь я, командир подразделения карательного отряда нейтральной стороны, страх и ужас преступного мира, Катариэлль Багряна, стою и сверлю взглядом пол. А все потому, что боюсь я свою мать. Люблю, но жутко боюсь. Мало кто знает, но я всегда была сплошным разочарованием для своей матери. Она то верховная светлая жрица в нашем поселке, а я... Официально я ведьма при конторе Нейтрала. Так что каждое утро я садилась на метлу и летела в город. А как выходила в патруль, раскрывала крылья и, под покровом смерти, облетала местность в паре с Миреной или кем-нибудь еще из подразделения. Покров смерти - это вуаль, которая не позволяла рассмотреть нашего лица или расслышать голоса. Это было для того, чтобы не подвергать опасности своих близких. Нам то что? мы бессмертны. А вот наши родные... В общем, мама не знала кем я являюсь на самом деле. И вечно ворчала на меня, что я такая неудавшаяся. Впрочем, когда кто-то пытался меня оскорбить, жрица быстро ставила на место. Этой ночью, у командира подразделения соседнего города был день рождения. Ну, я за метлу и гулять в окно. Думала вернуться к утру, но на всякий случай взяла предмет маскировки. Кто ж знал, что мне она пригодится? И вот стою я и выслушиваю про свою безответственность, безголовость, безсовестность и все в этом духе. И вот плакать мне или смеяться? Спасением стал звонок в двери. Один из жителей зашел к Верховной за помощью, а я быстренько свинтила в контору. Нависаю над столом, клюю носом, а Мирена ходит и посмеивается. Погуляли мы знатно. И сейчас душу грела мысль о том, что в соседнем крупном городе в таком же состоянии сидит еще одна такая же сонная и вымотанная псевдоведьма. Но как-то уж слишком широко улыбался мой секретарь. - Чего тебе? - недовольно проворчала я, укладываясь поудобнее на столешнице. - Погуляли? - Угу. - Всю ночь гуляли? - Угу. - Верховная отчитала? И тут я проснулась. Подняла голову и с подозрением посмотрела на ухмыляющуюся русалку. - Откуда знаешь? - спросила я, прищурившись и ожидая худшего. Мирена отвечать не стала. Черкнула что-то в блокноте. Потом подхватила чашу с водой и подошла ко мне. Сосуд поставила напротив, провела руками над жидкостью. Вода подернулась дымкой, а когда та растаяла, на поверхности была картинка. - Ну, ты представляешь? - жаловалась моя мать своей лучшей подруге. - Ей на работу, а она сбежала на всю ночь. Вот с кем ее носило? Это все тот демон. Больше чем уверенна. Ну, ничего. Я ей устрою. Картинка исчезла, вода испарилась, а чашу унесла Мирена. Стол секретаря стоял напротив моего. Русалка уселась на свое место и посмотрела на меня. А я чувствовала как дергается правый глаз. Темная на то и темная. Даже из вежливости она не стала молчать. Рассмеялась во весь голос. Аж стекла в кабинете задрожали. А я бессильно опустила голову на стол и тяжело вздохнула. - Ведьма. - выдохнула я, русалка рассмеялась еще громче.