Минуты счастья

«Hello, welcome home».

Солнечные лучи пробивались сквозь плотные бордовые шторы, закрытые не до конца. Тони невольно поморщился, рукой прикрывая глаза, однако это не то чтобы помогло. Рядом кто-то зашевелился, отнимая у Тони одеяло и перекатываясь на другой бок. Тони улыбнулся и открыл глаза, чтобы посмотреть, как назойливое солнце ласкает тело Питера, путается в его кудрявых мягких волосах и нежно целует в скулы, отчего юноша сильнее укрывается, прячась в белом огромном коконе. И Старк, конечно, засматривается на то, как Питер недовольно хмурится, что-то неразборчиво бурчит и прижимается к его, Тони, руке, доверчиво льнет, ластится. Дыхание перехватывает от такой теплоты и сонного, домашнего Питера, который пытается бороться за свой сон, но у него ничего не выходит. Он приоткрывает глаза, мягко улыбается, поднимая руку и проводя по чужой колючей щеке. Тони придвигает ближе руку Питера, целует костяшки, сам довольно отвечает взаимностью, а юноша краснеет, будто в первый раз. Небольшой румянец укрывает его щёки, делая невинным, от чего у мужчины где-то внутри зарождается неприятное чувство вины и неправильности, но тот отгоняет его куда-то на задворки сознания, улыбается, придвигаясь ближе. — Только не говори, что хочешь целовать меня до того, как почистишь зубы, — хриплым ото сна голосом говорит Питер и, в противовес своим же словам, привстаёт на руках, наклоняясь над Старком. Тот в ответ смеётся, кладя широкие ладони на юношескую талию, чуть сжимая, чувствуя мягкость кожи и теплоту. — Не буду. И целует. Немного грубо касается своими губами сухих губ Питера, который отвечает ему с охотой, облизывается и немного кусается, запускает пальцы в волосы Тони, оттягивая те. Внутри лавиной поднимается неразбавленное счастье, возбуждение и что-то такое, что нельзя описать словом из шести букв. Что-то, что заставляет Тони подчиняться, идти против системы, поддаваться этому неправильному чувству. Но ему хорошо, так безумно хорошо, что мысли в голове рассеиваются с касаниями Питера сильных плеч, ребёр и торса. Конечно, Старк не может не думать о разнице в возрасте, о том, что он может легко надоесть Питеру. Он боится, как боится и сам Питер того, что не достоин человека, однажды спасшего весь мир. Но зачем тому весь мир, в котором так одиноко и холодно, в котором нет самого близкого ему человека? Зачем отказываться от своей… Внезапно дверь открывается, но никто из них не обращает должного внимания, пока рядом не раздаётся громкая музыка и последующее пение Рианны. Честно, Тони не представляет, почему именно эта песня стоит на будильнике, но она ему порядком уже надоела. Питер немного неуклюже слазит с бёдер Тони, садится рядом и отключает Дубину, которого сам и настроил на то, чтобы тот исполнял функцию будильника. Он хмурится, смотря, как робот уезжает, даже ни разу не задев стены, что Старк считает небывалым успехом, а потом поворачивается к нему, улыбаясь и говоря: — Доброе утро. И Тони ещё раз наклоняется к юноше, срывая с губ лёгкий поцелуй, а после сам тянет: — Доброе, — привставая уже над Питером. Тот хмурится, явно желая продолжить, но кое-что не даёт ему это сделать. — Ставлю на то, что Дубина опять сжёг завтрак и сейчас к нам забежит Харли, недовольный… Его резко прерывает вошедший в комнату ещё один юноша: высокий, светловолосый, с широкой улыбкой. Он бодро восклицает: — Доброе утро, голубки, — и запрыгивает на кровать, вальяжно разложившись. — Потрахаться успеете после, у нас тяжёлый день сегодня! И Питер бьёт его подушкой в лицо, на что Харли заливисто хохочет. А Тони… Тони просто наслаждается ещё одним прекрасным утром. И вспоминает.

***

Всё началось с того, что Питер загорелся идеей починить Дубину и сделать его мультифункциональным помощником. Ему хватало Пятницы, конечно же, но, находясь в башне Мстителей почти всё своё свободное время, у Питера руки чесались сделать что-то невероятное. Куча лабораторий, техника, которая облегчила бы создание этого механизма, и гениальный инженер под рукой, всегда приходящий на любой зов о помощи. Так Питер начал перекраивать плату, изменять программу, дополнять и улучшать то, что уже сотворил Старк. Тот изначально посмеивался, наблюдая за юношей, где-то в подсознании отмечая, как тот похож на него в молодости. Такой же уверенный, целеустремлённый и умный. Питер был гением, но никогда не пытался похвастаться этим, чаще скрывая свои способности. Мир до сих пор не знает, кто надевает красно-синий костюм, стреляет паутиной в воришек и иногда ловит контрабандистов, предотвращает терракты в людных местах. Человеку-Пауку создают фан-клубы, рисуют в скетчбуках и пишут слова благодарности на страницах в соцсетях. Питер, конечно же, всегда читает их, улыбается так солнечно и счастливо, прижимается к сильному старковскому плечу и никогда ни на что не отвечает. В первую очередь он боится разочаровать всех этих людей тем, что он обычный юноша из Квинса, любящий Лего, свою тётю Мэй и Тони Старка. Тони на это лишь обнимает крепче, молчит, давая волю эмоциям, вырывающимся наружу. И они так и сидят — два переплетённых клубка из чувств, которые навеки связаны крепким узлом. Питер, точно по подобию Тони, носит просторную белую майку, спортивные штаны и очки, приближая чертежи и исправляя мелкие недочёты. И мужчина сам втягивается в этот процесс, приносит гамбургеры с кофе (карамельный латте, малыш), помогает Питеру, сам заряжается энергией, которой так благодушно делится Паркер. За ними переодически следит Харли. Он не появляется неожиданно, нет. Тони умудрялся общаться с ним всё это время, даже несмотря на занятость и геройские дела. Харли умный мальчик, который заслуживает намного большего, чем имел. Потому Тони оформляет над ним опеку, селит в башне мстителей, даёт лабораторию и отправляет в хорошую старшую школу с уклоном в математику и физику. Харли в восторге. Он готовит для Тони панкейки с джемом, смешно фыркает на шутки Старка и однажды, совсем неожиданно для Тони, называет его папой. И в этом коротком слове намного больше смысла, чем могло быть. Он тогда прижимает к себе подростка, успокаивающе гладит по спине и чуть ли не рыдает от того, как на него смотрит Харли. Преданно, доверчиво, любяще. Харли действительно становится ему родным. И потому, когда в его жизнь резко врывается Питер Паркер, с его гиперактивностью, большими глазами и покорностью в перемешку с восхищением, Кинер теряется и смотрит пристально, разглядывает. Им хватило двух недель взаимного игнорирования, а потом они вместе умудрились разгромить одну лабораторию, неплохо так огрести от злющего Тони Старка и подружиться. Удивительно, но Тони не говорил мальчику ничего об его отношениях с Питером. Просто на одном семейном ужине, устраиваемых Харли каждую субботу, тот отложил столовые приборы и важно сказал: — Я всё знаю. Конечно, они тогда растерялись и ничего не поняли. Юноша в ответ долго смеялся над их лицами, но признался, что сделал так специально. Да, возможно, он ещё немного ревновал, но знал, что Тони и правда его любит. Просто мужчина, ставший ему практически отцом, счастлив не только с ним, и Харли готов с этим мириться.

***

Дубина не пересолил омлет, не пережарил бекон и даже смог порезать, а не покромсать помидоры. Это было невероятным успехом. Видя на столе аппетитно пахнущий завтрак, Питер счастливо дал Тони пять, восклицая, что-то типа: «Это чертовски классно!» Прежде чем сесть завтракать, Питер насыпал в миску кошачий корм и налил рядом в специальную ёмкость воды. Мистер Снейп, ещё один постоянный житель башни, вальяжно прошёл в столовую, виляя пушистым хвостом и мяукая. Харли погладил кота по спине, на что тот почти не отреагировал, приступая к своему завтраку. Это было ещё одной идеей Паркера. Он почему-то подумал, что Тони может быть скучно в башне, когда юношей нет, потому приволок с улицы серого кота, истощённого и грязного. Кота отмыли, покормили, привили и долго не знали, как назвать. Победил, к удивлению, Харли, предложивший имя любимого персонажа из Гарри Поттера. Питер согласился быстро, а Тони было искренне всё равно, потому что он точно знал, что не привяжется к коту. Стоит ли говорить, что все планы Тони Старка рушились? Теперь Мистер Снейп жил с ними, смотрел на них огромными голубыми глазами, имел длинную шёрстку и немного ворчливый характер, но это было неважно. Тони чувствовал, что у него есть семья.

***

Весь день они провели в подготовке к вечеру. Вернее, Питер и Харли командовали, куда поставить бутылки с алкоголем и столы с закусками, а Тони всячески отнекивался от очередных интервью и бумажной волокиты. Пеппер в ответ сжимала документы сильнее, доступно объясняя Тони, что от него требуется. В конце концов, мужчина сдался, подписал пару десятков бумажек, дал несколько новых распоряжений и договорился о трёх походах на светские вечеринки. Такие вечеринки юноши всей душой ненавидели, чувствуя себя максимально некомфортно, а потому никогда не горели желанием туда идти. Пеппер ушла около пяти вечера, звонко стуча тонкими каблуками и поговаривая о делах. Она всё ещё любила Тони, но уже как данность, старую привычку, делая абсолютно всё для SI и для Старка. Она была замечательной, неудивительно, что она та единственная, которая смогла остаться надолго с таким человеком, как Тони Старк. Но Питер не ревновал. Прошлое остаётся в прошлом, так что всё хорошо. Мистер Снейп мешался под ногами, потревоженный количеством новых людей, но в целом вёл себя довольно спокойно. К семи часам приехали Стив Роджерс и Баки Барнс. Второй был немногословен и задумчив, чувствовалось, как ему некомфортно находиться в одной комнате с человеком, чьих родителей он убил, но Тони ничего не говорил. Конечно, он его не простил. Просто вместо острой боли пришла тупая, проходящая. Тони смирился. Баки никогда не извинялся словами, но всегда помогал вместе со Стивом, когда нужно было посветить лицом перед репортёрами или защитить Старка. И они... терпели друг друга. Пока так. Со Стивом было сложно наладить отношения. Они не общались около двух лет, пока, напившись, Тони не позвонил ему. После этого он, конечно, долго отнекивался и корил себя за такой опрометчивый поступок, но Стив смог прорваться через броню Тони. Ведь Тони Старк, на самом деле, просто человек из плоти и крови, совершивший миллион ошибок. Он не железный. После пришли Нат и Клинт. Романофф гладила Мистера Снейпа, приговаривая: «kotyara», а Клинт весело подкалывал Тони, который отвечал ему тем же. Чуть позже прилетели и Ванда с Виженом, держащиеся за руки и нашедшие друг в друге своё спасение. Роуди с Сэмом, которые смогли вырваться с плотного графика работы, даже Тор телепортировался на Землю, размахивая своим штормбрейкером. И началось веселье. Питеру и Харли запретили пить крепкие напитки, сказав ограничиться вином и шампанским. Сами же Мстители, травя байки из прошлого и делясь тем, что происходило у них в жизни, не стесняясь глушили виски и коньяк. Разве что Ванда присоединилась к юношам, не особо любя алкоголь. Наташа вместе с Клинтом пила водку (странный напиток, после которого ты всех уважаешь), даже сумев уговорить того на странную «otvertky». Тор вливал в себя Асгардский эль, рассказывая об очередной попытке брата захватить трон, но уже какой-то прям очень вялой. На этих словах он улыбался и шутил, абсолютно не выглядя разочарованным, из чего Питер сделал вывод, что это способ их общения. Сэм и Роуди обсуждали с Тони и Виженом политику и экономику, попивая виски. Разве что Стив и Баки были чуть отстранены от этого всего. Второму всё ещё было непривычно находиться в такой компании, но вскоре и он расслабился, садясь чуть ближе, чем обычно сидят друзья. Питер расслабился. Это была его огромная супергеройская семья. Разве что профессора Бэннера не хватало, но Наташа убедила, что он просто очень занят и с ним всё хорошо. В доказательство она продемонстрировала золотое простенькое кольцо, сверкающее в свете ламп. Было так спокойно, расслабленно, привычно, что заявление немного пьяного Тони о том, что он хочет сказать речь, не вызвало беспокойства. Мужчина встал, поднял свой стакан, указательным пальцем призвал к тишине и, помедлив, начал говорить: — Я очень рад, что мы смогли собраться вместе. Мстители — это не просто команда супергероев, которая пару раз спасла планету. Мстители — это моя семья... — он задержал взгляд на Стиве, и тот кивнул ему в ответ, почти незаметно, но этого хватило, чтобы Тони окончательно расслабился. — А ещё, моя семья — это Питер, Харли и даже Мистер Снейп. Я благодарен всем вам за то, что вы есть... Кстати, мы с Питом встречаемся, — и осушил свой стакан до дна. Питер в шоке уставился на Старка. Единственный. Никто из присутствующих не обратил должного внимания на последнее предложение, сначала решив выпить, а потом что-то ответить. Первой заговорила Нат. — Ну, никто не удивлён. — Харли уже всё рассказал мне, — подмигнув, сказал Клинт. — Было бы чему удивляться, — весело и пьяно ответил Тор. И Питер расслабился. Это были те люди, которые принимали его и Тони любыми. Они не осуждали их любовь. Может, она не была такой уж и неправильной, а? Под конец вечера он выкрал Тони Старка, сбежав с ним в спальню, глубоко целуя и оставляя по дороге одежду, думая о том, что надо бы научить Дубину её собирать. Всё было хорошо.

***

А утром на Землю явился Танос. Но в этот раз Мстители были вместе.