(un)secure

      Голубой свет искрится из-под прозрачной воды. Слабый запах хлорки врезается в ноздри, заставляя прочистить горло от неприятного раздражения.       Кихён раскрывает глаза. Кто посмел нарушить его час отдыха? Он только прилёг на надувной матрас, надеясь расслабиться в большом бассейне своего новенького дома… Но кто-то внезапно появляется, отвлекает, покашливая, дабы привлечь к себе внимание парня.       — Ну что ещё? — юноша снимает с лица охлаждающую маску и недовольно смотрит на вошедшего. И как только его взгляд падает на парня, вальяжно развалившегося на белом лежаке, глаза Кихёна расширяются от удивления. — Ты как сюда попал?       — Меня впустила охрана. Они ведь меня знают… С того дня.       Босые стопы скользят по мокрому кафелю, а сам парень совершенно спокойно лежит на пластмассовом лежаке. Он совершенно не вписывается в общую картину: широкие чёрные штаны, футболка и кожанка отнюдь не предназначены для похода в бассейн.       — Вот идиоты, — шепчет себе под нос Кихён. — Так чего пришёл?       Парень отплывает на дальнее расстояние, медленно гребёт ладонями, всё ещё не двигаясь с надувного матраса. Чангюн поднимается, подходит к бортику бассейна и совершенно спокойно заявляет:       — А отблагодарить меня не хочешь?       — Чего?! — буквально задыхается от возмущения Кихён. — Могу харкнуть тебе в лицо, предатель!       — За что? — Чангюн обиженно дует губы. — Я ведь тебе объяснил всю ситуацию! И я помог тебе поймать твоего брата!       — Не ты, а твои друзья! — стоит на своём Кихён, не желая сдаваться.       — Но я защищал тебя всё это время!       — Конечно! Потому что не хотел умереть!       — Да перестань же ты препираться со мной!       От негодования Чангюн топает ногой, и босая нога скользит по мокрому кафелю. Удержаться на ногах не получается, хотя Чангюн даже не пытается. Он мгновенно падает в бассейн, разбрызгивая воду на, и без того, мокрый пол.       Кихён фыркает где-то сбоку, недовольно поглядывая на барахтающееся тело. Теперь придется тщательно очищать бассейн от грязи…       — Помо… Кха! — Чангюн кричит, просит о помощи, но захлёбывается водой и хрипит отчаянно.       Кихёну кажется, что это уловка Има. Он ведь умеет абсолютно все! Профессиональный киллер! Хитрец, лжец, на все руки мастер. А тут что? Плавать не умеет? Ха, да ни в жизнь не поверю!       Но всё же Чангюн всё больше и больше бултыхается в воде, захлёбывается и безрезультатно хватает воздух ртом. Вскоре совсем уходит под воду, и лишь кожаная куртка и длинные руки виднеются с поверхности. Как только до Кихёна, наконец, доходит, что Чангюн практически достиг дна, парень мгновенно прыгает за ним.       Почему-то вытащить его из воды не составляет труда, а вот закинуть за бортик бассейна не получается. У Чангюна глаза закрыты, и дыхания будто нет, поэтому Кихён решает сделать искусственное дыхание. Конечно, он никогда не делал этого раньше и не знает, как вообще происходит вентиляция лёгких. Именно поэтому он и не знает, что в вертикальном положении вылить воду из лёгких утопающего не получится.       Но вот, он уже целует безжизненное тело. И совершенно неожиданно его прижимают холодные сильные руки, и страстно целуют чужие тонкие губы.       — Т-ты! — возмущению Кихёна нет предела.       — Я, конечно, плохо плаваю, — смеётся Чангюн. — Но не настолько.       Пока Ю приходит в себя и закипает от смущения, словно чайник, Чангюн подтягивается и выпрыгивает из бассейна. Парень скользит по мокрому кафелю и скрывается за дверью в гостиную.       Губы горят, но признавать поражение совершенно не хочется. Он быстро выбирается из бассейна и бежит следом за Чангюном. А темноволосый даже и не пытается скрываться. Он стоит у дивана и спокойно сушит мокрые волосы белым пушистым полотенцем.       — Ты! — Кихён подходит вплотную, тычет пальцем в грудь парня и яростно смотрит в глаза. — Какого чёрта ты расхаживаешь в моём доме, как в своём собственном?       — Будь гостеприимнее, — хохочет Чангюн. — Ты жил у меня неделю, а теперь вот так собираешься отплатить? Просто выгонишь меня на улицу?       — Да! И прямо сейчас!       Кихён тянется к новому мобильнику, что покоится на столике — хочет вызвать охрану. Но ему не позволяют сделать задуманное: ставят подножку, и Кихён, мгновенно теряя равновесие, падает на Чангюна. Оба парня валятся на диван, и Ю уже не в силах встать на ноги: его держат в крепких объятьях.       — Я говорил чистую правду, Кихён, — внезапно шепчет на ухо Даниэль. И слова звучат так сладко, так искренне, что действительно хочется поверить. Но какая-то толика сомнения все же скребёт душу. — Я люблю тебя.       Нежно касаются тёплыми губами холодных кихёновых и нежно проводят по мокрым волосам большой ладонью. Не поверить невозможно.       — Итак, — на собрании Кихён всегда солидный мужчина, глава компании, уважаемое лицо. — С сегодняшнего дня у нас прибавление.       После объявления всё начальство отделов приковывает взгляд к руководству компании. По двум сторонам от Кихёна стоят три парня лет двадцати пяти, в совершенно официальных, модных костюмах. Таких непривычных и не подходящих их стилю.       — Ли Минхёк, — представляет Ю, — новый менеджер отдела разработки. Он сейчас учится за счёт нашей компании, но как только получит диплом, мы назначим его главой отдела. Я уверен, что он принесёт нам гигантский успех!       Молчание и неловкие взгляды со стороны будущих коллег Минхека отнюдь не смущают, теперь его главная задача: оправдать ожидания Кихёна. А с завистливым фырканьем и небрежными фразами «по блату прошёл» можно смириться.       — Им Чангюн — мой секретарь. Он заведует моим расписанием, здесь всё просто.       Собравшиеся, наконец, перестают прожигать гневными взглядами Минхёка, и переключаются на двух других парней.       — Ли Чжухон, телохранитель мой и моего секретаря.       — А… К чему вашему секретарю телохранитель? — осмеливается кто-то задать вопрос. И тут же летит из кабинета, обожжённый случайно пролитым кофе, выпавшим из минхековых рук.       — Упс, я такой неловкий! — хохочет фальшиво и проходится презрительным взглядом по всем присутствующим. — Ещё вопросы?       Молчание устраивает всех, поэтому Кихён рассказывает план разработки новых продуктов на ближайшую неделю и распускает команду по своим отделам.       — Так зачем мне телохранитель? — спрашивает Чангюн, неловко переминаясь с ноги на ногу. Минхёк был действительно устрашающим.       — Конечно, ты отлично дерёшься и стреляешь, — Кихён поправляет Даниэлю воротник полосатой рубашки, тонкую оправу его очков, а затем кокетливо складывает замочком руки на затылке Има. — Но я ведь переживаю за тебя…       — И за себя тоже, — хохочет Гюн и смазано целует в губы.       — Мы же на работе! — Кихён шлёпает шуточно по плечу, но улыбается счастливо.       — Я пережил столько всего! Думаешь, меня это остановит?